Глава 11. Яблоко в карамели

Бандиты были успешно переданы офицерам городской стражи и до лучших времен заперты в тюремной камере. Допрос, что проводился там же главным следователем, дал нам знания о том, что произошло этим утром.

Как стало известно, банда отпетых ворюг успела перехватить целых пять карет, но это мы знали и без того: считать умели и я, и я вампир, не очень довольный тем, что до допроса его не допустили.

Гораздо больше меня волновало, что стало с теми, кто в этих экипажах ехал. Слава Всевышнему, ограбив, бандиты людям дали сбежать. Потому что им некогда было закапывать трупы.

Что любопытно, до управления ворюги бежали впереди нас, а потом слезно молили следователя не отдавать их Алдису. Графа это забавное событие очень даже повеселило, а меня вот нет. Меня опять никто не боялся, и это, надо сказать, немножечко удручало.

Проверив, как там идут дела у ворот, я поняла, что в наше отсутствие владелец гостиницы, градоправитель и главный счетовод отлично справлялись и в поддержке не нуждались. Сразу было видно, что они люди серьезные и ответственные, так что мы с де Браусом позволили себе прокатиться до замка.

Все честно отобранное добро мы приказали мужикам перетаскать в большую столовую, запретив кому-либо заходить туда до нашего возвращения. Лошадей на конюшне разместил конюх — хорошо, что нам место позволяло содержать столько скотины, а вот чужие кареты пришлось оставить на заднем дворе замка. Там, в самой гуще деревьев, мы их спрятали от любопытных глаз, ибо каждая имела герб одной из родовитых фамилий.

Прохлаждаться вдали от основных событий мы себе больше позволить не могли, но в замке мне все же пришлось ненадолго задержаться. Разместившись прямо в холле в полюбившемся мне мягком кресле с низкой спинкой, я писала небольшую стопочку объявлений.

Текст был одним и тем же на всех листах.

Я сообщала многоуважаемым невестам и их достопочтенным родителям, что бал, посвященный началу грандиозного отбора, состоится не раньше, чем через два дня, дабы прекрасные дамы успели как следует подготовиться, а опоздавшие добраться до нашей Жопеньи.

Поймав мальчишек на рынке, я отсыпала им мелких монет и дала задание развесить объявления по городу и обязательно занести парочку в гостиницу, потому что основной состав нашего балета располагался сейчас именно там.

— Народу становится все больше, — отметил Алдис, глядя на толпу у ворот.

Мы стояли в некотором отдалении от поста, чтобы нас попросту не затоптали обезумевшие невесты и их семьи, что приехали к нам, судя по всему, в полном составе. Экипажами уже была заполнена вся центральная улица, что начинало создавать проблемы не только счастливым горожанам, но и новоприбывшим.

— Так, — взяла я себя в руки, доставая из потайного кармана листки бумаги и перо. — Нам надо срочно выпустить закон, который запрещает стоять каретам на улицах города больше часа.

— Допустим, — почти согласился со мной вампир, задумчиво сверкнув своими красными очами.

Его никто, кстати, словно и не замечал, хотя лично я ожидала совершенно другой картины. Я думала, что, как только невесты увидят жениха, не останется у нас больше бессмертных кандидатов в мужья.

— А где они будут тогда стоять? — задал он вполне резонный вопрос.

— А они будут стоять в поле за городом, за что приезжим тоже придется платить. — Облокотившись на стену ближайшего дома, я наскоро ваяла новый закон, не забыв оставить экземпляр и для себя. Нам еще свой внутренний свод законов создавать! — Территории у нас обширные. Только нужно быстренько соорудить место для экипажей и навес для лошадей. Помнится, в моем списке найдется с десяток человек, которые умеют управляться с коняшками. Пойдемте, надо быстро все организовать.

Беспардонно схватив Алдиса за руку, я понеслась в ближайший проулок.

Будущих конюхов и надсмотрщиков нам пришлось вылавливать по одному по всему городу. Хорошее место под навесы нашлось недалеко от фермы, которая по моим планам должна была разводить мелкий и крупный скот для обеспечения целого города.

Животных я им из столицы привезла, теперь была очередь фермеров браться за работу.

Почему-то, когда филей подгорает, работа выполняется гораздо быстрее. Огородив выбранное место столбами и веревками, мужики наспех соорудили навес для лошадей из наскоро сшитых швеями обрезков плотной ткани. Конюхам и надсмотрщикам из дерева построили угол для отдыха и от непогоды — две стены, пол и потолок. На таком странном варианте настоял граф, мотивируя это тем, что у них должен быть хороший угол обзора на все поле, если кто-то решит поживиться за чужой счет.

Своим людям вампир по-прежнему не доверял.

Гораздо сложнее оказалось объяснить мужикам, что им нужно делать. Плата за постой для экипажа и лошадей по моему плану должна вноситься прямо в управлении городскому счетоводу, а тот, в свою очередь, обязан выдать соответствующую бумагу.

Эту бумагу, где указаны дата, количество лошадей и описание экипажа, конюхи должны были смотреть при передаче движимого имущества, но не забирать. По ней же они потом будут выдавать владельцам их транспорт, а уже саму бумагу уничтожать. Дабы никто не попробовал прийти с одним и тем же документом во второй раз.

Среди высшей аристократии частенько попадались ушлые люди и маги, на которых я собиралась озолотиться. Ведь никто не запрещал им по одной и той же бумаге свое имущество передавать во второй раз.

Освободились мы только к вечеру. Солнце уже клонилось к закату, а я все не могла налюбоваться на сотворенное нами. Затея на самом деле оказалась отличной, но думать о том, куда денутся многочисленные экипажи, все же нужно было заранее — столько нервов и времени сэкономили бы.

— Ох, ежики всемогущие… — прошептала я, окидывая взглядом ближайшие к центральной улицы.

Абсолютно все вокруг было забито чужими экипажами. Они как будто размножались все то время, пока мы обустраивали навес.

Но страшное ждало нас впереди. Подобравшись к воротам сквозь плотную толпу, я поняла, что ворота города не закроются сегодня даже ночью. Вереница карет за ними казалась нескончаемой.

Словно бы почувствовав мой ужас, на меня налетел переполошенный управляющий гостиницы. Поймав меня за плечи, крепко вцепившись в них, молодой мужчина почти истерично выкрикнул:

— У нас закончились свободные номера! Господин Вальц с трудом сдерживает толпу!

— А дома и квартиры? — спросила я, делая шаг назад, упираясь спиной в вампира.

— Еще не сделаны!

Обернувшись через плечо, я посмотрела на Алдиса умоляющим взглядом. В него я вложила все свое желание заработать как можно больше. Если гостиница целиком и полностью по документам принадлежала господину Вальцу, то вышеупомянутые дома и квартиры оставались за владелицей графства, то есть за мной. Я должна была лишь уплачивать определенную сумму за их обслуживание управляющему гостиницы.

Закатив глаза, демонстрируя все свое нежелание эксплуатироваться, де Браус произнес одно-единственное слово:

— Веди.

Достав из потайного кармана ранее написанный указ, я попросила управляющего срочно передать его градоправителю, чтобы он ознакомился и отдал его капитану, чьи офицеры должны в самое ближайшее время обойти все экипажи и сообщить всем о нарушении закона.

Вот такая многоходовочка!

— Через час все улицы должны быть очищены от экипажей, иначе кареты будут конфискованы вместе с лошадьми, — наставляла я управляющего, который часто кивал. — А вы пока размещайте гостей в ресторации и вносите их имена в список ожидания. Как только закончим с первым домом, мы к вам кого-нибудь пришлем.

Бесстрашно взяв вампира за руку, я потащила его к ближайшему свободному дому. Что

примечательно, страха находиться с ним в опасной близости у меня уже не было, а он моему рукоприкладству как-то даже не сопротивлялся.

Наверное, уже понял, что сопротивление попросту бесполезно.

— Так бездарно я свою магию еще ни разу в жизни не растрачивал, — ворчал он, стоя напротив полуразрушенного дома, крыша которого давно находилась внутри здания, преграждая вход.

— А кстати, сколько вам лет? — полюбопытствовала я, с затаенным дыханием наблюдая за чужой работой. Сколько бы я ни пыталась, его плетения у меня с моими скудными знаниями в магии расшифровать так и не получилось. — Мне для анкеты надо, чтобы невесты знали.

— Двести семьдесят четыре, — ответил мужчина, не поведя даже бровью.

Я же аж воздухом поперхнулась, услышав такие астрономические цифры.

Заботливо постучав по моей спине, Алдис улыбнулся и продолжил ваять плетение. Времени удивляться у меня просто не осталось. Ему хватило нескольких минут, чтобы привести в порядок дом как внутри, так и снаружи. Пожалуй, когда-то этот дом был очень даже хорош.

— Все, — сообщили мне, видимо надеясь на спасибо.

— А забор? А трава? — заглянула я за тот самый покосившийся забор, рассматривая заросли крапивы.

— Кажется, в твоих конкурсах-издевательствах для невест я видел пункт об избавлении от травы. Вот пусть сами и занимаются. Можешь и починку забора туда же записать. И ремонт дороги.

— А это неплохая идея, — алчно пожевала я нижнюю губу, думая, чем бы таким еще невест

озадачить на благо Жопеньи. — Так, ладно. Бежим дальше. Мальчик! Жондж, кажется, да?

Лохматый светловолосый пацан кивнул, робко глядя на дядю вампира. Его светлая рубаха с зелеными пятнами от травы сползла на одно плечо от быстрого бега, а красивый красный пояс был извозюкан в грязи.

Видимо, мама натянула на него с утра все самое лучшее, но, как и все дети, он это самое лучшее убил до состояния «слезы из глаз». Слезы из глаз мамы, когда она будет всю эту красоту отстирывать.

— Жондж, сбегай к управляющему гостиницей, скажи, что первый дом готов, и проводи его сюда, а потом найди нас, понял? — приказала я, кидая мальчишке монетку.

Монетке паренек обрадовался как родной. Он просто еще не знал, как сильно его будут

эксплуатировать.

Мы мотались по городу от развалины к развалине до самой ночи. За это время Жондж заработал аж парочку золотых, которые ему щедро выдал вампир из своего кармана. Теперь мать его за испорченные вещи точно не будет ругать.

Вот умеет же Алдис быть добрым, когда хочет!

Я выдохлась, хотела есть, спать и пить, но упрямо тащила вампира дальше, пользуясь его

внезапным приступом доброты. Честно говоря, боялась, что человеколюбие в нем резко

закончится, и оказалась права.

— Клариса, мне кажется, на сегодня достаточно.

— Что, резерв пустой, да? — участливо вопросила я, заглядывая в два красных огонька, что

светились в темноте потусторонним сиянием. Будто в его глазах временно проживало пламя, но за аренду не платило.

— Не в этом дело, — ответили мне, неожиданно останавливая за руку. — Ты опять совершаешь все те же ошибки. Ты не сможешь исправить все и разом в любом случае. То, где аристократы разместятся, не твоя забота. Они взрослые люди, которые сами должны разобраться со своими проблемами. Ты и так сегодня сделала очень многое.

Если быть откровенной, то очень многое сделала не я, но благодарить вампира я пока не

торопилась. А вдруг он еще немножечко согласится поработать? Вот тогда и отблагодарю разом за все и вся. Если сейчас отблагодарю, то он наверняка подумает, что я от него благополучно отстала.

— Но они же заплатят нам деньги! — попыталась я вразумить де Брауса.

— Всех денег все равно не заработаешь, — упрямился вампир, а после и вовсе потянул меня за руку в противоположную сторону. — Пойдем.

— Куда? — насторожилась я.

И не зря. Беззастенчиво закинув меня на плечо, граф потащил мою сопротивляющуюся тушку в сторону неизвестную. А потом и вовсе начал бросаться загадочными фразами:

— Туда, где ты и должна сейчас быть.

Привели меня на центральную площадь города. Удивительно, но народу в этот поздний час здесь было до кучи. Рынок исправно работал, циркачи отрабатывали полученный аванс, а торговцы и торговки хомутали первого попавшегося и непременно что-нибудь ему продавали.

Попытавшись ринуться в сторону ворот, чтобы посмотреть, как идут дела там, я была нагло и подло перехвачена. Крепко сжав меня, Алдис обнял, прижимая спиной к своей груди. Его страстный шепот, достигший моего уха, пробрал до дрожи:

— Посмотри, — произнес он вкрадчиво, словно гипнотизируя меня своим голосом. — Просто

посмотри на все это. Не как великая владетельница, а как барышня, которая пришла на праздник. Все, что тебя окружает, сделала ты. Послушай, как поет менестрель. Ты нашла мальчишку с удивительным голосом. Посмотри, как факир выпускает в небо столпы огня. Он не маг, обычный человек, который научился удивительному. Фокусники, жонглеры — все они здесь из-за тебя.

Повинуясь, я смотрела по сторонам и видела все то, о чем мужчина говорил. Не толпу, как препятствие к воротам, а ту красоту, что творилась этой ночью. Рынок был заполнен до отказа. Огненные чаши, освещающие его, покачивались от ветра.

Рядом с рынком отбил себе место кочующий цирк. На всех углах показывали представления, которые мне, когда я находилась в столице, редко доводилось видеть. Фаворитка короля не жаловала бродячих артистов, а потому во дворец их почти не приглашали.

— А теперь вдохни аромат, — шепот возобновился, опаляя нежную кожу шеи дыханием. — Ты чувствуешь?

— Пахнет полевыми цветами.

— Это дети насобирали их сегодня в полях. Они плели венки и продавали их.

— А еще пахнет пирожками, — добавила я, принюхиваясь к чему-то мясному.

На капусту у меня с некоторых пор возникла аллергия.

— Да, это женщины напекли сегодня и пекут до сих пор, потому что они разлетаются с неимоверной скоростью. И знаешь, что самое главное?

— Что?

— Все жители нашего графства сегодня заняты. Это все благодаря тебе, и я уверен, станет еще лучше, но…

Я чувствовала, что Алдис улыбается, и вспоминала его обаятельные ямочки.

— Но?

— Сейчас они нас абсолютно не видят, — огорошил меня вампир. — Никто не работает, потому что ты здесь. Они работают, потому что ты дала им сети, поманив их рыбой. И они будут работать, даже если ты сейчас пойдешь отдыхать. Позволь себе отдохнуть, Клариса.

Я тяжело вздохнула, молчаливо соглашаясь. Граф де Браус был целиком и полностью прав. Отдыхать тоже нужно, а иначе долго не протянешь.

Выпустив меня из объятий, Алдис вынудил меня обернуться. Он улыбался, как я и предполагала, а я просто не могла не улыбнуться в ответ. Коварненько так улыбнуться.

— А у вас деньги есть?

— Что, опять? — возмутился вампир, закатывая глаза.

— Пирожок хочу, — честно призналась я. — И отвар. И яблоко в карамели…

— Ну, на пирожок я, так и быть, тебе найду.

Меня закармливали наповал, а проще говоря, даже немножко откармливали. Очень опасалась, что на убой, но рядом со мной плотоядно не облизывались, так что в некоторой безопасности я себя чувствовать могла.

А впрочем, даже не в некоторой. Рядом с графом я была абсолютно расслабленной. Под знаменем полной круглощекой луны мы смотрели фокусы и даже танцевали под мелодии, что играли музыканты.

Этой ночью впервые за много лет я снова ощущала себя беззаботной, как в детстве, искренне веселясь и улыбаясь тому, что видела.

А видела я немало. В новеньком, только отстроенном фонтане вовсю плескалась русалка, выделывая такие кульбиты со своим хвостом, что мне оставалось только завидовать. Она показывала себя во всей красе под светом огненных чаш, что заменяли нам фонари, и неизменно собирала сотни монет, которые ей бросали прямо в фонтан.

В основном бросали мужчины.

Но и женщинам было чему умилиться. Мои недавние хвостатые знакомые, которые облюбовали одно из деревьев рядом с замком в качестве своего домика, ходили на задних лапках по краю самой большой чаши и жонглировали орехами. Им монетки вручали прямо в лапки, за что рыжие белки жалостливых дам счастливо целовали в щеки.

Ну, тех, кто сразу не успел сбежать.

Я валилась с ног. Неудачно повернувшись в толпе, я фактически упала в объятия графа. Музыка продолжала играть, вокруг нас то и дело сновали люди, но когда я встретилась с Алдисом взглядом, то все это как-то разом перестало существовать.

Он смотрел на меня совсем не так, как обычно. Без язвительности, без шкодливой улыбки. Он смотрел с теплотой, глубоко, словно заглядывая в самую душу, будто зная то, о чем я пока даже не подозреваю.

Что-то такое промелькнуло, словно выстрелило между нами в этот миг. Его ладони обжигали меня даже сквозь платье.

Мягко улыбнувшись, де Браус заправил мне за ухо прядь волос. Безумная мысль промелькнула на грани сознания, пугая до дрожи. Если он меня сейчас поцелует…

Если…

Вернув себе шкодливую улыбку, что обрисовывала притягательные ямочки, этот гад клыкастый просто взял и закинул меня себе на плечо. Подумав о том, что надо бы возмутиться, я не нашла в себе на это силы. Только поерзала, устраиваясь удобнее, и расслабилась.

Так мы и добрались до замка, аж до самой моей комнаты, даруя служанкам новые любопытные сплетни. А впрочем, нет, на этот раз расставались мы на пороге спальни.

Расставались молча, обменявшись взглядами, которые я даже расшифровать не могла. Себя-то я хотя бы понимала: мне хотелось сказать что-то хорошее, поблагодарить мужчину за все, что он сделал для графства, пожелать доброй ночи или кошмаров — не знаю, как там у вампиров принято. Мне много чего хотелось, но правильные слова так и не нашлись, застряв в горле, стоило мне найти свое отражение в чужих огненных глазах.

Одарив меня на прощанье улыбкой, что выражалась одним приподнятым уголком губ, Алдис скользнул пальцами по моей ладони и скрылся за дверью своей новой спальни.

Я сделала точно так же, но еще и к створке прижалась спиной с другой стороны. Не потому, что устала. Совсем нет.

Ринувшись в ванную уверенным шагом, я окатила себя холодной водой из ковшика. Прям как была в платье, так и окатила над ванной. Стоило воде появиться, как из небольшой лужицы, куда с меня продолжало капать, вынырнула русалка, порядком испугав нас обеих.

— Тьфу на тебя! — выругалась я, откладывая ковш.

Еще немного, и он прилетел бы кому-то по лбу.

— Ну ты, подруга, и устроила, — радостно оповестили меня. — А с виду такая скромная барышня.

— Ты про что? — Просушивая волосы полотенцем, я разительно не понимала, о чем она говорит.

— Да в целом про все, — пожала она плечами. — Представляешь, я себе на туфли заработала!

— Зачем тебе туфли? — еще больше озадачилась я. — У тебя же ног нет.

— Ну и что? Разве я не имею права их купить? — возмутилась хвостатая, этим самым хвостом от души хлестанув по ванне. — Всегда хотела туфли на каблуке. А ты чего тут холодной водой поливаешься?

— Остужаюсь, — пробормотала я, стягивая мокрое платье.

— А, ну да, ну да, — покивала она с умным видом. — Я видела, какие искры между тобой и графом сегодня летали.

— Как видела? — Я даже вытираться прекратила.

— Да так. Не действует на меня его магия, — русалка говорила с некоторой долей превосходства. — А на тебя, похоже, очень даже.

— Если хочешь что-то сказать, говори прямо, Марья.

Я начинала злиться. Между прочим, я к себе в ванну никого не приглашала.

— Ну так я и не скрываю. Пока твой граф затворником не стал, ко мне на речку, почитай, каждый день топиться ходили. И знаешь кто? Зареванные дурочки, поверившие в его любовь.

— Зачем ты мне это рассказываешь? — Злость становилась сильнее.

Отвернувшись от девушки, я собралась уходить. Ну не поползет же она вслед за мной в спальню?

— Да понравилась ты мне, — ответила она просто. — Если что, приходи топиться. Вместе за рекой смотреть будем. Те, кто от неразделенной любви страдают, всегда русалками становятся.