Глава 48

Тадиус этот оказывается высоким худощавым мужчиной средних лет с маленькими глубоко посаженными глазами и длинным крючковатым носом. Он почтительно здоровается со всеми, кланяется Маркусу, сразу узнав в нем хозяина замка и герцога, но успевает окинуть цепким взглядом убранство кабинета и остальных присутствующих в нем. Особенно долго его колючий взгляд останавливается на мне. Кожа тут же покрывается неприятными мурашками — не люблю, когда разглядывают так в упор, словно хотят вывернуть наизнанку.

— Сабина, — неожиданно меня берет за руку Маркус и привлекает поближе к себе. — Знакомься. Это мастер Тадиус, известный травник и алхимик, специалист в текстильной отрасли. Ты ведь упоминала, что хотела бы научиться красить анарт.

— Маркус? — удивленно поднимаю на него глаза. Уж чего-чего, а этого я не ожидала.

Мы на фабрике уже несколько раз пытались покрасить гладкие шелковистые нити анарта, но всегда терпели неудачу — то цвет получался бледным, то сильно линял при стирке. Естественно, такую продукцию уж точно не стоило продавать.

— Леди Сабина, — еще раз склоняется в поклоне гость. — Польщен знакомством. В столице все только и говорят о загадочной жене герцога. При дворе немало желающих познакомится с вами.

— Со временем мы удовлетворим их желание, — немного резче, чем следовало, говорит Маркус. — Но пока в войне еще не поставлена окончательная точка, считаю, что герцогине безопаснее подальше от столицы.

— Безусловно вы правы. Время нынче смутное. Но ведь не за горами подписание мирного договора, — мягко заявляет Тадиус, с некоторой долей почтения смотря на моего мужа.

Маркус немного хмурится, впадая в странную задумчивость, я перевожу взгляд с одного мужчины на второго. Это что ж получается, мне еще предстоит ехать в столицу? Под ложечкой начинает посасывать. Внезапно вспоминается маленькая такая, буквально незначительная деталь — я замужем не просто за герцогом, а за братом самого короля. А это накладывает некоторые коррективы на мое дальнейшее существование. И пугает неимоверно.

Хоть вначале я обиделась на мужа, за то, что он меня запер в деревне, но теперь безмерно ему благодарна. И уж точно никакие дворы и столица меня не прельщают. Пускай сам там вертится… Только вот мысль о том, что Маркус будет развлекаться в королевских резиденциях, пока я в Сильбавере неимоверными усилиями налаживаю быт, внезапно отдается неприятным толчком в сердце. Я прекрасно догадываюсь, что означает это чувство. И то, что его нужно давить в корне, пока не стало слишком поздно, не вызывает сомнений.

— Вот после подписания договора мы с герцогиней наведаемся в столицу для официального представления двору и знакомства с его величеством, — с нажимом произносит супруг, давая понять, что больше эту тему затрагивать не стоит.

Мастер оказывается понятливым и переводит разговор в профессиональное русло.

— Вы тут упоминали, что собираетесь красить анарт. Но позвольте спросить, зачем? — проводит рукой по жидким прилизанным волосам Тадиус, еще больше приглаживая их.

Непонимающий взгляд мужчины растерянно пробегается по чертежу мельницы, мастеру Фулько, и снова возвращается к Маркусу.

— Это Вам лучше расскажет моя жена, — снова уступает мне сию миссию муж. — Но перед этим от меня вы получите договор. Точно такой же буквально несколько минут назад подписал и ваш коллега.

— Что за договор, — хмурится гость.

Его маленькие глазки начинают беспокойно бегать.

— Договор, по которому вы будете держать в секрете то, над чем работаете. Эта идея принадлежит герцогине, и у нее есть разрешение короля на разработку ткани из этого сырья и монополия на производство данного продукта.

Я вскидываю удивленный взгляд на мужа. Об этой небольшой детальке я была совершенно не в курсе. Когда он успел? Или это всего лишь блеф? Рука Маркуса на короткий миг чуть сильнее сжимает мои пальцы, а затем отпускает. Я пока не настолько хорошо знаю его, но отчего-то легко понимаю, о чем сигнализировал этот жест, и помалкиваю. Впрочем, у меня и так не было намерений публично докапываться до смутивших меня деталей. Предпочитаю выяснять отношения с мужем наедине, а не делать их достоянием общественности.

После некоторых раздумий Тадиус все же подписывает договор. Поработать на брата короля вполне оправдывает обещание держать язык за зубами. А уж получить впоследствии рекомендацию герцога безусловно на вес золота. Ручаюсь, в его послужном списке опыт работы с монаршей семьей займет важное и воистину бесценное место.

Но, несмотря на клятву верности, которую обязал принести подписанный договор, я все равно не собираюсь посвящать мастера в тонкости дела.

— Нам нужно покрасить ткань, — наконец, вступаю в разговор. — Растительные красители не задерживаются на ней, их цвет слишком тусклый, чтоб сделать материал привлекательным.

Подхожу к секретеру у стены и извлекаю оттуда несколько образцов ткани. Помню, прятала их туда, кода в очередной раз мне доложили о неудаче и принесли на просмотр.

Мужчина берет в руки предложенные куски материала и принимается сосредоточенно мять их в ладонях.

— Удивительная ткань! — спустя минуту поднимает он на меня взгляд. — И вы утверждаете, что это анарт?

— Он самый, — уверенно киваю. — Но, к сожалению, из-за специфического строения волокна, краска плохо впитывается…

А пока мастер внимательно рассматривает и саму ткань, и моток ниток, который с самого первого дня лежит у меня в столе — каюсь, я немного сентиментальная и слегка суеверная — замечаю, как глаза Фулько, о котором уже все успели позабыть, начинают блестеть энтузиазмом. И мне кажется, что я догадываюсь о том, что задумал этот гениальный изобретатель.