Глава 79

Стоит только мне оказаться в своих покоях, как тут же попадаю в тесные объятия Марил.

— Миледи, — едва не плачет она. — Я так испугалась. Эти охламоны отказывались хоть что-то объяснить! — кивает она в сторону невозмутимо стоящих возле дверей стражников. — И меня не выпускали. И гадкий Акей! — служанка краснеет и жалобно шмыгает носом. — Гадкий! — логически завершает мысль она.

Сон как рукой снимает. Ну как тут уснешь, если я вижу, что с Марил явно что-то происходит? Девушка усиленно прячет взгляд, смущенно теребит подол платья, суетится и явно что-то скрывает.

Я выглядываю за дверь, нахожу глазами вышеупомянутых охламонов и приказываю принести в мои покои завтрак. Раз уж Марил нельзя выходить, то кто-то же должен о нас позаботиться. Вряд ли стражники кинуться выполнять поручение, но однозначно смогут найти того, кто нас обеспечит едой и питьем.

В своих предположениях нисколько не ошибаюсь. И спустя каких-нибудь полчаса у нас в покоях уже накрыт стол для легкого перекуса. За это время успеваю привести себя в порядок, ополоснуться и сменить платье. То, в котором я была безнадежно измято. Марил пока не трогаю, даю девушке немного времени, чтоб успокоится и остыть. Но, сев за стол, предлагаю ей разделить со мной трапезу. Это настолько напоминает мои первые дни в Сильбавере, что в душе просыпается щемящая ностальгия. Тогда мое сердце было полно надежд и азарта. Да, страх тоже одолевал, и растерянность, и непонимание происходящего. Но дух авантюризма не давал мене опускать руки, а еще страстное стремление доказать себе и окружающим на что я способна.

Девушка нерешительно замирает.

— Миледи, но разве я могу, — закусывает она губу и снова шмыгает носом. — Мы ведь не дома… А вы герцогиня.

— Ну, раз я герцогиня, — невозмутимо беру салфетку со стола и расстилаю ее на коленях. — То пускай у меня будет такой вот странный каприз. Я не хочу терять время, пока ты пообедаешь, а поговорить нам нужно.

Марил поколебавшись, все же садится напротив меня и копирует мои действия.

— А теперь рассказывай, что стряслось, пока меня не было, — внимательно смотрю на служанку.

Ее нижняя губа начинает дрожать, словно она вот-вот расплачется снова. Но девушка все же находит в себе силы сдержаться, только отпивает глоток чая, дабы успокоится.

— Он… он обманул меня, — тихо говорит служанка, опуская взгляд на колени. Чашка в ее руках мелко дрожит и тихо звякает об тонкий фарфор блюдца. — Вас забрали. А я места себе не находила. Думала все время, словно предчувствовала плохое. А, когда выйти захотела, меня не выпустили. Я ведь думала… — одинокая слезинка катится по ее щеке и падает на расстеленную на коленях салфетку. — Думала, что нравлюсь ему. Он все о вас расспрашивал… О жизни в Сильбавере.

Девушка замолкает.

— Кто? Акей? — переспрашиваю. — Марил… Он обидел тебя? Соблазнил?

Служанка вскидывает на меня испуганный взгляд, улавливая в моем голосе угрожающие нотки.

— Нет, миледи, нет! Я бы никогда не позволила. Вот так, — она сердито смахивает со щеки очередную слезинку. — Просто я поверила ему. Поверила, что правда нравлюсь. А оказалось, что он так шпионил за мной. За нами…

С губ девушки срывается всхлип.

— Но ты ведь ему это все высказала, не так ли? — вспоминаю красную щеку королевского камердинера.

Марил кривовато улыбается.

— О, да… — довольно тянет девушка. — Это случилось после того задержания. Не меня естественно. Я тут была. Он пришел извиняться…

Бедняжка видимо имеет в виду недавнее происшествие, в котором задержали неизвестного курьера и служанку. Значит, служанку все же мою…

— Извинился? — поднимаю брови…

— Не успел, — хищно щурится Марил. — Видеть его больше не хочу!

— Все образуется, вот увидишь, — утешительно похлопываю ее по руке.

Дела сердечный всегда так сильно ранят. Марил молоденькая наивная девочка. Со временем она поймет, что лучше вот так узнать о темной стороне своего избранника, чем после свадьбы. Но этого я ей не говорю. Пока не время. Рана еще свежая и кровоточит по живому.

— Эх, миледи, — более-менее успокоившись, глубоко вздыхает она. — Я мечтаю о такой любви, как ваша с его светлостью. Как думаете, моя мечта сбудется?

— Обязательно, — улыбаюсь, стараясь не разбивать надежды девушки. Ну, какая там у нас любовь? С его стороны, по крайней мере. Венец… Возможно симпатия…

После разговора по душам, который немного затягивается, я еле добредаю до постели, и просто отключаюсь. Ночь была утомительной. День обещает быть не проще. Но то ли из сочувствия ко мне, то ли о моей особе все забывают, но просыпаюсь я только после обеда, отдохнувшей и посвежевшей. Меня никто не беспокоил, не будил. Марил так вообще ходила на цыпочках, стараясь не тревожить мою глубокую дрему.

Девушка тоже чувствует себя значительно лучше, по крайней мере, уже не так видно, что служанку что-то тревожит и мучит. Она спокойно выполняет свои обязанности, лишь время от времени замирает в глубокой задумчивости. Но потом быстро приходит в себя и возвращается к работе. Я не делаю ей замечаний, лишь настороженно наблюдаю, опасаясь нового приступа печали. Марил сильная личность. Уверена, она эту неприятность сможет не просто пережить, а и сделать соответствующие выводы. Это вовсе не означает, что я спущу на тормозах столь бессовестное поведение Акейя Ваухана. Но знать об этом Марил совсем не обязательно.