Глава 81

До уборной добежать таки успеваю. А спустя несколько минут, когда, уже почистив зубы мятным порошком, ополаскиваю прохладной водой лицо, в умывальную комнату врывается Маркус.

— Саби, — испуганно выдавливает он. Хватает меня в охапку, прижимает к груди и несет в комнату. — Что ты ела? Кто принес завтрак? Я приказал допросить всех на кухне?

Он такой грозный и такой умильный, что я мигом выкидываю обиду из головы.

— Все нормально с завтраком, — прижимаю ладонь к его прохладной щеке. — Я просто перенервничала. Такое бывает…

Муж укладывает меня на постель, прижимает руку к моему лбу.

— Перенервничала? Точно? — хмурится он. — Я подумал, что…

— Нет-нет… — поспешно качаю головой. — Я уже хорошо себя чувствую. Все прошло. Это точно не отравление.

Тошноту и правда, как рукой снимает. Живот бунтовать перестает в один миг. А обида постепенно возвращается.

— Представляю, как бы ты нервничала, если б я задержался, — тихо бормочет себе под нос мой муж, старательно отводя взгляд.

Ух! Дыхание мигом выбивает из груди. По какой причине он мог задержаться, и уж не принцесса ли тому виной? Но глупо дуться и копить в себе недовольство… Не хочу такого между нами. Мы взрослые люди, связанные долгом и обязательствами, а о верности и любви речи не было. Это я сама так… эм… лопухнулась. Маркусу, вижу, моя особа тоже не безразлична. По крайней мере, теплые чувства, уважение и беспокойство о моем здоровье видно невооруженным взглядом. Так к чему кукситься? Лучше спросить все сейчас и выяснить, чем мучится неведением.

— Ты должен был задержаться? — осторожно интересуюсь, пытаясь сесть на кровати.

Муж настойчиво укладывает меня обратно.

Решаю не сопротивляться. Все же хорошо, когда о тебе так заботятся… Почему бы не насладиться столь непривычным для меня ощущением?

— У нас возникли… некоторые проблемы… Небольшая поломка… можно сказать… — медленно произносит Маркус, продолжая взглядом сверлить стену.

Я вздергиваю бровь. Проблемы значит. Небольшая поломка… Ну-ну… Любопытно… Тем более что я только сейчас понимаю, что ни отряда, отправившегося с ним, ни Кола, который тоже должен был вернуться вместе с Маркусом, ни какой-никакой свиты ее высочества не было.

— Пришлось оставить кортеж принцессы в ближайшем городке, — начинает объяснять муж. Скоро в стене, кажется, будет дырка от его внимательного взора. Не иначе на ней какие-то откровения написаны, видимые лишь несносным драконам. — Кол за ним присмотрит, и, надеюсь, к завтрашнему вечеру они прибудут.

Похоже, более детально посвящать меня в суть этих самых проблем никто не собирается. Ничего, у нэн спрошу. Она-то, поди, уже все разузнала.

— А ты? И… принцесса… — не могу скрыть ехидцы в голосе, которая откровенно пробивается на последнем слове.

Лицо Маркуса внезапно озаряется лукавой улыбкой. Наконец его взгляд перескакивает на меня. А то я уже грешным делом подумала, что он по стене больше соскучился, чем по родной жене.

— А я спешил к тебе… — сверкает довольными смешинками в глазах дракон. — Оставить ее высочество в соседней Корбэтте в виду последних событий, было бы опрометчиво. Пришлось убедительно просить сменить транспорт.

— Даже с Колом? — понимаю, что несу ересь.

Естественно и с Колом, ведь ответственен за принцессу только Маркус. Его обязанность нянчится с наследницей Ханара, как я поняла.

— Даже с Колом, — мрачнеет муж

Почему-то в голове всплывает картина, как мой дракон, спеша ко мне, вытаскивает брыкающуюся Ноэль из кареты, забрасывает на коня и под громкие вопли оной мчит в закат.

Хотя, судя по времени суток, это должен был быть рассвет, но закат как-то поэтичнее.

— Принцесса была довольна? — хмуро спрашиваю, вспоминая, как она прижималась к мужу.

— Скорее наоборот, — потирает подбородок Маркус. — Сначала отнекивалась, даже взбрыкнуть попыталась. Ездить верхом она, как оказалось, не умеет. Но потом угомонилась. Я, конечно, рассчитывал, что Ноэль будет более тихой — пока ехала в карете и звука не издавала, ни разу ни с кем не заговорила, к няньке этой своей жалась. Колу бы такая пришлась по душе… Но, получается, и перечить она умеет…

— Колу… — глухо повторяю

— Да, женить братишку нужно, — кивает муж. — Принцесса Ноэль как раз подходит. Вернее, ее кандидатуру мы с Силом рассматривали весьма пристально.

Эти слова меня успокаивают и немного примиряют с существованием Ноэль под одной крышей с нами. Да и Кол оставит в прошлом свои фантазии насчет меня…

— Почему ты мне не рассказал, за кем едешь? — теперь уже я избегаю смотреть в глаза мужу. Настолько отчетливо слышать в своем голосе ревнивые нотки довольно-таки неприятно и неловко.

— Я рассказал, — ловит он мои пальцы, которыми неосознанно вожу по отвороту его мундира, и прижимает к губам. — Я ездил подписывать мирный договор

— А о принцессе ни слова, — обиженный тон становится еще обнаженнее и жалобнее. Я почти ненавижу себя за эти эмоции.

— Честно? — ловит второй ладонью мой подбородок и заставляет посмотреть в глаза. — Даже в голову не пришло. Меня сама эта ситуация неимоверно раздражала. Я старался о ней поменьше думать. И разве не все равно за кем? Скажи, а если б я принца вез, это бы имело значение? Королевские дети всего лишь пункт в перечне условий. Не больше. И практика брать в… гости… старшего в роду весьма распространена. Я просто рассчитывал, что за этой Ноэль отправится Кол… Но Сил приказал мне.

— Не больше? — глухо переспрашиваю.

— Ни на йоту, — улыбается муж и легко целует меня в лоб. — А вот что действительно важно, что я так долго пробыл вдали от своей жены. Ты так не считаешь?

— Возможно… — хитро смотрю из-под ресниц.

Теперь моя очередь немного подразнить дражайшего супруга.

— Возможно? — притворно хмурится дракон. — Коварная женщина! Всего лишь возможно? — рычит он. — Ну, придется тебе напомнить, как приятно мое присутствие рядом.

— Напомните ваша светлость, — в показательной невинности распахиваю глаза. — У меня память совершенно девичья…

Мысли и обиды вылетают из головы, как только его губы встречаются с моими. По телу пробегает сладкая дрожь. Руки сами по себе поднимаются и обвивают шею мужа.

Может, я и поправилась, но, судя по тому, что творит с моим телом Маркус, его это ни капельки не волнует. А в какой-то момент перестает волновать и меня.