Глава 2

— Доброе утро, — формально улыбнулся мне Феликс, открывая дверцу удобной и, главное, не полицейской кареты.

А у меня оно вовсе недоброе. Как выяснилось, новость, что стража забрала ведьму и увезла в неизвестном направлении, вполне способна вызвать ажиотаж. По ощущениям, полгорода решило навестить меня, дабы либо позлорадствовать, либо удовлетворить свое любопытство. В дверь дома, конечно, стучались единицы, но группа поддержки, поджидающая смельчаков, очень раздражала. Они шушукались между собой, поднимая шум, как стая бешеных ворон. Во втором часу я не выдержала и от души пожелала всем очень спокойной ночи, которая наступит вне зависимости от того, доберутся они до дома, или нет.

В итоге я не выспалась. Хотела поразить потенциальных родственников своей утренней красотой и свежестью, поэтому час крутилась перед зеркалом. Результат превзошел все мои самые смелые ожидания. Слой косметики, того и гляди, норовил обсыпаться кусками. Сейчас я больше походила на Великолепную Жо, чем ее прямые внучки. То есть видно то отчаянье, с которым замазывались круги под глазами. Молодящаяся престарелая нимфетка.

— Это только твое мнение, — пробурчала я, кивая на сумки, сваленные на пороге дома. — Мои вещи не забудь.

Вежливость ведьмы она такая, зависит от настроения. А поскольку мы не особо добрые и дружелюбные, грубим мы много и часто.

В карете меня поджидал молодой типчик. Несмотря на раннее утро, его костюм синего цвета в голубую полоску был идеально отглажен. Стрелки на брюках настолько острые, что руки так и чесались смять ткань. Его темные волосы явно старательно уложены. А носки элитных туфель блестели, как зеркальные. В довершении к образу жених держал в руках портфель для бумаг.

— Кристиан? — я окинула взглядом парня. — Я Хельга. А ты уверен, что собрался в гости к ведьме? Выглядит так, словно ты планируешь отсудить наш замок.

— Простите? — поперхнулся явно заготовленной речью жених.

— Давай без формальностей, — отмахнулась я. — Тебе не кажется, что с выбором наряда вышла промашка?

— Я всегда так одеваюсь, — напыщенно заявил Кристиан. Ему для полноты образа не хватало очков в тонкой оправе, чтобы деловито их поправлять. И как Софи он мог понравиться?

Говорить что-либо в духе «ну и зря» я не стала, а просто притворилась, будто вид из распахнутой двери кареты на родную улицу весьма занимателен. Только вот со стороны казалось, словно облизываю взглядом старательно таскающего мои сумки старшего инспектора. Кстати, он, в отличие от племянника, оделся куда проще: привычный коричневый костюм, в котором он ходит на работу. И никакой идеальной укладки. Я Феликса Далена таким вижу каждое утро. А ведь паршивец выглядит куда эффектнее Кристиана в своей небрежности.

— Хорошо, что твоих почитательниц не видно, — усмехнулась я, когда даже не вспотевший старший инспектор устроился на сиденье рядом с племянником. — А то я бы рисковала вернуться и застать обгорелый остов дома.

— Ты драматизируешь, — Феликс с громким стуком закрыл дверь кареты. Но прежде чем присоединиться к нам, он пристальным взглядом окинул улицу. Видимо, профессиональная привычка.

— То есть ты знаешь о клубе почитательниц старшего инспектора Далена? — удивленно приподняла я брови.

— Смотрю, госпожа ведьма невысокого уровня об интеллекте моих коллег. По-твоему, я мог не заметить целую стайку девиц? — меня наградили насмешливым взглядом. — Как бы я тогда преступников ловил? Лично мне они совершенно не мешают.

— Вы знакомы? — влез Кристиан. К сожалению, мурчащих ноток дяди у него в голосе не было. Точнее, он говорил несколько сухо, словно зачитывал постановление.

— Конечно, — с серьезным видом кивнул его дядя. — Как я мог оставить без внимания такую выдающуюся личность. — Я даже успела почувствовать себя польщенной, но Феликс решил, будто у него много здоровья, и продолжил: — За ведьмами всегда нужен особый пригляд. Кто знает, что у них на уме.

— Это точно, — с деловым видом покивал Кристиан. — У меня столько заявлений от жертв лежит. Жалко, доказательной базы нет, в суд не обратиться.

В такие моменты я прекрасно понимала бабушку, хотелось плеваться проклятиями и огнем, но от этого сравнения пробирала дрожь.

— Уважаемые, — раздраженно цыкнула я, скрестив руки на груди, — а вас не смущает, что вы едете в замок к ведьме? Причем та в том возрасте, когда людей ненавидишь чисто по привычке. Особенно… — я выразительно окинула взглядом костюм жениха.

— Нет, не смущает, — проигнорировал мое недовольство и тончайший намек Феликс.

Редко можно встретить человека, способного заставить меня растеряться. Откровенно говоря, последний раз это случалось, я даже не помню когда.

— И еще момент, — попыталась я вернуть самообладание, — у вас с Софи вполне может родиться дочка со способностями ведьмы. Имей это ввиду.

А что? Хороший способ заставить их развернуть карету и отказаться от идеи породниться с нашей семьей. Мне так куда спокойнее будет.

— Ничего, — отмахнулся старший инспектор, — воспитаем ее как нормального культурного человека.

— Это сейчас было оскорбление? — холодно уточнила я. — Ведьмы, по-вашему, ногами едят, что ли? И руки о скатерть потом вытирают?

Кончик языка чесался от желания объяснить этим двум напыщенным будущим родственничкам емким и грубым словом всю их неправоту. Но, с другой стороны, зато долго в замке гости не пробудут, это уж точно. Нужно только следить, чтобы обошлось без летального исхода. И все. Потом еще десять лет можно будет со спокойной душой игнорировать семейные слеты.

— Прости, — с мягкой улыбкой неожиданно повинился Феликс Дален. — Я не хотел как-то оскорбить тебя. Лучше расскажи нам о семье Иверсен.

Женишок тоже оживился и чуть подался вперед, что противопоказано делать в карете на полном ходу. Только портфель он из рук так и не выпустил, и со стороны можно было подумать, будто это щит.

— Очень своевременный интерес, — фыркнула я. — Не кажется, что о таком следовало поинтересоваться до поездки? — Ладно, побуду немного доброй и не стану портить бабушкину добычу. — Хорошо. Пойдем по старшинству. Селена Иверсен. Глава рода. Ведьма в самом плохом смысле этого слова. Вы с ней поаккуратнее, все же возраст у старушки внушительный, а вот с головой не так радужно, как в молодости. У вас как с реакцией вообще?

Родственнички переглянулись и синхронно пожали плечами.

— Вроде как не жалуемся, — ответил за обоих Феликс. Насколько я помню, в Нермии это распространенная практика, когда беседу ведет старший из семьи.

— Правильная тактика, — я мимолетно улыбнулась. — Как только увидите, что вас хотят проклясть — прячьтесь за мебель. Бабушка уже слаба, и для правильного воздействия ей нужно видеть объект. Ее посылы в воздух не работают. Так что любое кресло или диван подойдет. И я вполне серьезно.

— Учтем, — с сосредоточенным видом кивнул старший инспектор. — Но постараемся не провоцировать твою бабушку.

— Это вряд ли получится. — Пейзаж за окном радовал глаз. Город мы покинули минут двадцать назад, и теперь ехали по тракту вдоль леса. — Далее идет дядя Фердинанд. Точнее, он родной брат бабушки, но требует, чтобы его называли только так. Ведьмак в прошлом. В силу возраста оставил профессию много лет назад, а вот с верным мечом все никак расстаться не может, хотя уже не в силах его полноценно поднять. Любит выпить и рассказывать о славном прошлом. Только доктор алкоголь ему строго запретил, поэтому во всех бутылках в замке либо сок, либо чай, в зависимости от напитка. Но все делают вид, будто пьют вино, а дядя думает, что у него проблема с восприятием алкоголя. А погреб с настоящим алкоголем заперт на ключ.

— То есть вы обманываете пожилого человека? — заломил бровь Феликс.

Я с сомнением посмотрела на этого радетеля за правду. А ему точно стоит переступать порог нашего фамильного замка?

— Исключительно для его же блага, — пришлось заверить старшего инспектора. — Он уже перестал требовать себе вечером бокальчик. Скоро совсем отучится. Но слушать его байки я бы вам не советовала. Он и половины не помнит, а вторую половину придумывает. И третья сестра из старшей ветки — Великолепная Жо. — Дядя с племянником одинаково удивленно открыли рот. — Да-да. Великолепная Жо и никак иначе, если не хотите заиметь себе кровного врага. Бывшая актриса вторых ролей. Хотя нет. Бывших актрис не бывает. И вы скоро в этом убедитесь.

— Звучит, как угроза, — прищурился Феликс. Племянник активно закивал, поддерживая его.

Я на это только молча развела руками. О моей семье нельзя просто так взять и рассказать, ее надо видеть в живую.

— Из следующего поколения в замке живет один сын Фердинанда — Филипп. Он священник. — Тут я взяла паузу, чтобы Далены смогли переварить очередную порцию странной информации. — В местном храме.

Первым сдался Кристиан, он выпустил портфель из рук, но успел перехватить у самого пола. В этот момент карету тряхнуло и парня бросило вперед. Я только удивленно посмотрела на скрюченную фигуру на сиденье рядом со мной.

— Прости, — вздохнул дядя, ловко возвращая племянника на место по соседству с собой. На лбу парня красовался огромный бордовый след. Все-таки таранить стенку кареты не самое лучшее решение. — Кристиан, будь осторожнее. Жених с разбитым лицом не придется по вкусу старшей Иверсен.

— Об этом можно не переживать, — отмахнулась я. — Мой отец на знакомстве с бабушкой вообще был с заплывшим глазом. И даже без фингала он не понравился бы Селене Иверсен. Так вот. Буду откровенна. Кристиан ей тоже по душе не придется.

— Но твоего отца она одобрила, — старший инспектор вальяжно скинул пиджак и принялся закатывать рукава рубашки.

Я на минутку залюбовалась бесплатным стриптизом. Нужно заметить, посмотреть было на что. Феликс Дален определенно не брезгует физическими упражнениями. Я невольно втянула чуть заметный животик, прикрытый широким ремнем. Пора отказаться от перекусов.

— А куда бы она делась? — я поспешно отвела взгляд, словно любуясь пейзажем. — Родители пришли к ней уже после женитьбы.

— Но в замке они не живут? — правильно подметил Феликс.

— Нет. Они состоят в историко-археологическом сообществе и бесконечно разъезжают по раскопкам. Общаемся в основном письмами. Так было, даже когда я была ребенком. Но вернемся к нашему генеалогическому древу. Кстати, Софи внучка Великолепной Жо, но не думаю, будто может возникнуть проблема с ее одобрением. Кристиан… достаточно смазлив, чтобы попасть в ее критерии. Тут главное — подыгрывать ее театральности и восхищаться талантом.

Судя по мучительной гримасе, жених уже начал репетировать восторг.

— Софи говорила, что ее родители тоже постоянно на гастролях, — заметил Феликс.

— Творческая семья, — вздохнула я. — Все, кроме сестры Софи — Мэнделин. И вот с ней я бы советовала быть настороже, особенно Кристиану. Сестры между собой не ладят. Точнее, Мэнделин всегда завидовала Софи, и не упускала случая сделать гадость. И расстроить свадьбу сестры она будет только рада.

— Да не может быть! — возмутился главный объект мести Мэнделин. — Они же родные. Одна кровь. Ты на девушку явно наговариваешь.

Меня терзают смутные сомнения. А как он стал юристом с таким подходом к оценке моральных и этических качеств людей? И, кажется, подобные подозрения имелись и у ближайшего родственника. Феликс в свою очередь с задумчивым прищуром рассматривал племянника, от чего тот начал нервничать.

— И последний — Арон, — решила я закончить экскурс в дебри нашего рода. — Он приемный сын Филиппа, священник который. Точнее, правильно сказать, что он приемный внук дяди Фердинанда. Есть у ведьмаков такая практика, брать на воспитание сироту с даром. А поскольку сын у него не получился, с внуком дядя решил не рисковать. Надо же кому-то меч после смерти завещать. Он три месяца проводит с отрядом на границе, месяц дома. Вроде сейчас должен быть в замке. Вот с ним у вас проблем точно не будет.

Старший инспектор перевел прищуренный взгляд на меня. Что-то я уже не уверена, что в противостоянии «Феликс Дален — Селена Иверсен» победит именно бабушка.

— А у кого будут эти проблемы? — прозорливо поинтересовался мужчина.

Я в ответ неопределенно пожала плечами. На самом деле, Арон ни мне, ни кузинам никогда проблем не создавал. Мальчишкой он легко вливался в мои шкодливые авантюры, и получал по заслугам наравне со мной. Сказать, что его как-то выделяли, потому что в нем отсутствует кровь Иверсенов? Нет, спесь и чванство бабушкой никогда не поощрялись. Но все изменилось, когда в нас разглядели жениха и невесту. Вот уж не знаю, что там такого приняла на грудь Селена Иверсен, но зрение ее определенно подвело в тот момент. Мы оба были не в восторге от распоряжения бабушки пожениться. Только Арон прекрасно помнил о доброте, оказанной ему родом, и в открытую высказываться против не решился. А я устроила целый бунт, который и закончился побегом из замка на вольные хлеба.

— Ах да, — спохватилась я, когда Далены уже расслабились. Ну нельзя же забывать, что вы едете в одной карете с ведьмой. — Есть еще слуги.

— А что слуги? — Феликс небрежным жестом поправил шторку, чтобы удобнее было любоваться пейзажем.

— Они в замке служат уже много лет, — тактично намекнула я, думая, как получше облечь в слова тот факт, что обходительности ждать не стоит. — У ведьмы и ее семейства. В общем, адекватных там нет. И не ищите.

— Не будем, — клятвенно пообещал Феликс.

Я-то наивно думала, что этим двоим станет некомфортно путешествовать в одной карете со мной, а, оказалось, наоборот. Семейка быстро нашла себе занятие: из драгоценного портфеля Кристиан извлек документы, которые они тут же принялись обсуждать. От юридических терминов у меня сначала мифически заболела голова, а затем и по-настоящему.

Нет, первые минут двадцать было интересно даже. Например, когда жена пришла домой с любовником и застала там мужа с любовницей. Чья измена считается первоочередной и причиной для развода? Или сосед, который украл у соседа сто кирпичей. Только до этого сам владелец стащил их с ремонтных работ по восстановлению чужого дома, где трудился наемным рабочим. И кого полагается судить за кражу? Две дамочки не поделили в ателье платье и порвали его. Причем каждая сваливает вину на вторую участницу. Одна тянула, другая дергала. И платить вместе они не хотят.

Но все это интересное перемешивалось со статьями и прочей уголовной радостью, и становилось уже не таким интересным.

А я не люблю чувствовать себя лишней. Поэтому принялась бормотать под нос перечень смертельных болезней, затем проклятия послабее, потом уже на редкие яды переключилась. Потому что память нужно тренировать постоянно. Я же не хочу, как бабушка, забывать элементарные вещи.

В карете стало тихо. Я мило улыбнулась парочке родственников, напряженно вглядывающимся в мое лицо. А я что? Я ничего. Сижу, никого конкретно не проклинаю. Прямо образцовая ведьмочка.

В целом Далены были обучаемы. Или просто сообразительными. Дальше свои юридические нюансы они обсуждали шепотом. Я ответила им любезностью и тоже еле слышно перечисляла травы и ингредиенты для настоек.

Когда карета свернула с главного тракта в лес, ведь предки рода Иверсенов были еще теми мизантропами и построили замок подальше от жилых мест, нас неожиданно остановили.

— Проезд платный, — раздался снаружи довольный прокуренный голос со специфическим говорком любителя ввязываться в драки, после чего наблюдается острая нехватка зубов.

— Чего это? — удивился Феликс, выглядывая в окошко. — Род Иверсеновов находится в бедственном положении?

— А не надо считать наши деньги, — огрызнулась я. У нас в семье не одни ведьмы, ведьмаки и прочие одаренные личности были. Финансистов и предпринимателей хватало. Удачно вложенные капиталы до сих пор регулярно приносят прибыль. Заводы работают — денежки капают. Пусть и содержание замка удовольствие дорогое, на жизнь всем Иверсенам хватает. Вон мои родители вообще ерундой маются, мертвых беспокоят… то есть археологией занимаются. А тут скорее убыток, чем заработок. — Бабушка из ума выжить не могла, чтобы подати по дорогам заставить собирать. Софи бы молчать не стала.

— То есть попытка экспроприации денег незаконна? — с серьезным видом уточнил Феликс. Затем открыл окошко, расположенное за спиной возничего, и вальяжно бросил: — Езжайте дальше, любезный. Не обращайте внимания.

— Но господин, — робко заметили с козел. — Я не могу давить людей. Даже таких. А у них еще дубинки и ножи!

— Так-с, — с каким-то предвкушением на лице потер ладони старший инспектор, — значит, не просто ограбление, а с оружием. Где у вас ближайшее отделение стражи?

— Где-то, — пожала я плечами, поражаясь выдержкой бандитов. Нормальные нас давно бы уже из кареты попытались вытащить, а эти терпеливо ждут. — Вокруг только три деревни. Так что из власти тут лишь самосуд. Я, конечно, утрирую. При необходимости староста пошлет в город за стражей, если будет кого сдавать после разъяснительной работы простых деревенских мужиков.

— Мне самому с ними поговорить? — Феликс задумчиво пожевал губами.

— Дядя! — напрягся Кристиан. — Это рискованно. У тебя же нет отряда поддержки.

Дельная мысль. Кажется, для жениха еще не все потеряно. Только я не рассчитывала, что угроза его будет поджидать не за стенами замка, а по дороге к нему.

— Не стоит, — я привычно тряхнула рыжими локонами. — Здесь земля Иверсенов. И разбираться буду я. Надо же, додумались, грабить ведьму.

— Это опасно, — совершенно нелогично заявил мужчина, будто он обладал силой усмирять ураганы.

И вперед меня выскочил из кареты.

— Молодец, — сдержанно прокомментировала я этот глупый подвиг. Затем небрежно мазнула взглядом по Кристиану: — Запомни, как поступил дядя, и никогда так не делай. Целее будешь.

И спокойно вышла следом.

Переговоры между старшим инспектором и группой мужчин помятого и грязного вида проходили без особых успехов. Те упрямо требовали деньги, Феликс не менее уперто отказывался ими делиться. За пару минут они никак не продвинулись в понимании друг друга.

— Это кто у нас такой смелый? — весело спросила я, окидывая компанию добрейшим взглядом. — На земле ведьмы разбоем заниматься.

Ближайший ко мне любителей чужих денег сначала сальным взглядом пробежался по моей фигуре, а после остановился на рыжих кудрях.

— Да кто ты такая… — в мутных глазах мелькнуло узнавание, а затем испуг. Люблю людей с хорошей памятью. — Погоди-ка, уж не наследница Иверсенов?

— А ты с обожженной жопой, да? — Жертва креативности юной ведьмочки рефлекторно прижала руки к упомянутому месту, выдавая себя с головой.

А потому что нечего в окна за девушками подглядывать. Не за мной, естественно. Тогда одной попой не отделался бы. Мы как-то с Ароном сбежали поиграть с деревенскими ребятишками, а я еще и у бабушки бутылек с порошком стащила. Думала, что чесоточный. Здорово бы было его за шиворот главного задиры насыпать, а потом вместе со всеми смеяться над катающимся по земле хулиганом. Но тут нам на глаза попался парень, который прильнул к окну одного из домов и украдкой подсматривал в щель между ставнями. Ну я и сыпанула ему порошок прямо на оттопыренный зад. Только он оказался не чесоточный, а горючий. В общем, парень получил сразу и метку, и прививку от подглядываний.

— Внучка старой ведьмы? — шепотом уточнил кто-то из шайки.

Вместо ответа я вытащила пузырек с порошком и, подкинув его, предложила:

— Давайте сыграем с вами в интересную игру: кто угадает, что внутри — получит деньги.

— Так просто? — недоверчиво спросил разбойник постарше. Сразу видно, опытный человек. — А если вы, уважаемая ведьма, соврете?

— Ну что вы, — расплылась я в ехидной улыбке. — Мы обязательно проверим содержимое, так сказать, наглядно. Просто брошу его и будем любоваться эффектом.

«Ведьма, не шали!» неудачливые грабители кричали уже на бегу.

— И что же там? — заинтересованно склонил голову к плечу Феликс. Но недовольно поджатые губы выдали старшего инспектора. Кто-то явно был обижен моим вмешательством.

— Ничего криминального, — пузырек ловко исчез в кармане. — Пугалка обычная. Повалил бы розовый дым и окрасил всех преступников. Ну и временно ослепил бы. Зато потом их найти было бы легко — краска-то стойкая, держится около месяца. Правда, могут вылезти аллергические реакции в виде зуда и ожоговых пятен, но это мелочи.

— Это статья, — Феликс грозно свел брови, что вызвало у меня более широкую улыбку.

— Ничего подобного. Простая детская безобидная шутка. Я же не могу знать, на что у них будет аллергия.

В который раз убеждаюсь — для лучшего взаимопонимания разговоры не нужны, достаточно продемонстрировать силу, чтобы на тебя стали смотреть более уважительно. Дальше мы ехали в блаженной тишине. Правда, сначала один несносный тип захотел проверить содержимое моих карманов и сумок, но я тактично намекнула на отсутствие каких-либо причин для этого. И уж тем более документального подтверждения обыска. Да, я тоже немножко разбираюсь в юридических нюансах.

Гостеприимство замка рода Иверсенов настолько радушно, что со стороны выглядит издевательством.

— А где ворота? — удивленно спросил Феликс, когда карета плавно въехала во двор.

Я с трудом подавила ностальгический вздох. Никогда не думала, что так соскучусь по плешивому дубу, который рос рядом со входом. Один из предков окрестил его символом Иверсенов, а тот в отместку выглядел как чахлый задохлик с половиной голых веток. Какой род, такое и дерево.

А как на нем отлично смотрелись портки нашего дворецкого.

— Их никогда и не было. По крайней мере, на моей памяти. Хенрик, наш дворецкий, отказывался их открывать. Мол, лениво ему через двор ходить. Вот бабушка и приказала их убрать.

— А забор тогда зачем? — попытался заняться бесперспективным делом старший Дален — искать логику в поступках ведьмы.

— Его разбирать затратно, — фыркнула я. — И он бабушке совершенно не мешает.

Окончанию поездки больше всех радовался наемный возничий. Быстро побросал наши сумки прямо на порог замка и, пересчитав полученные монеты, радостно влез обратно на козлы. Мне даже захотелось присоединиться к нему.

Далены с интересом принялись осматриваться по сторонам. Но тут их ждало первое разочарование — двор, впрочем, как и сам замок, выглядели весьма обычными. Ни черепов, ни огромных котлов, ни страшных растений. Все чинно, мирно, благородно.

— Готовы? — мрачным тоном спросила я. Энтузиазма потенциальных родственников я не разделяла. Вряд ли бабушка за десять лет вдруг стала добренькой и принялась раздавать леденцы деткам.

— Постучаться не хочешь? — осторожно поинтересовался Феликс, когда я взялась за дверную ручку.

— Все равно никто не откроет, — я бросила насмешливый взгляд через плечо и уверенно распахнула дверь. — Хенрик знает, что мы должны приехать. А, точнее, моя блудная персона.

— Смотрю, тебя тут любят, — усмехнулся Феликс. Племянник сдавленным хмыком поддержал дядю.

— Видите ведро над дверью? — мой палец указал на пустое место. — Его нет, хотя все в курсе. Софи не смогла бы смолчать. А в ведре бы была совсем не безобидная ледяная водичка. Да, мы очень дружное семейство. Добро пожаловать в родовое гнездо Иверсенов.

Но зря я наговаривала на нашего дворецкого. Хенрик поджидал гостей в холле, небрежно облокотившись на перила лестницы, ведущей на второй этаж. Меня кольнуло неясно чувство не то тревоги, не то радости — дворецкий так постарел. А еще он сбрил свои бакенбарды. А ведь раньше каждое утро он любил их укладывать, смазывая специальным лосьоном. И, конечно, мои шаловливые ручки не могли упустить такой прекрасный шанс сотворить проказу. В общем, Хенрик нас часто радовал разноцветными бакенбардами.

— Вещи свои кто будет забирать? — брюзжащим голосом спросил дворецкий, кивая на распахнутую дверь. А, точнее, на брошеные сумки. — Я вам не мальчик их таскать.

— Здравствуй, Хенрик, — улыбнулась я. Наконец-то на душе стало капельку спокойнее. Добро пожаловать домой, Хельга.

— Мне порадоваться? — проворчал старик. — Или испугаться? Вроде бы, молодая госпожа уже взрослая, а пойти проверить наличие своих подштанников так и тянет. Старшая госпожа в гостиной. И ждет вас.

— А это уже угроза, — вернула я кривую улыбку дворецкому. — Надеюсь, она все так же в здравии. Как и ты.

— Не дождешься, — буркнул вредный старик. — Позову девочек, чтобы они помогли с вещами.

Интересно, а как удивятся гости, когда увидят этих «девочек». Саре и Хедде уже должно быть за пятьдесят, но увольняться из замка не спешат. Служба на ведьму так испортила характер прислуги, что с ними работать никто не захочет.

Далены подозрительно молчали, только Кристиан чуть заметно сильнее принялся сжимать портфель.

— Про реакцию все помнят? — спросила я чисто для того, чтобы потянуть время.

В ответ мне что-то промычали весьма неоднозначное.

Первое, что встречает входящего человека в гостиную, это чучело удивленного медведя. Как оно у нас появилось, вечно ходит много баек. Причем каждый раз придумывается что-то новенькое. А мне сдается, просто таксидермист был в плохом настроении, и поэтому медведь у нас нестандартный.

Но, как ни странно, Далены первый удар нашей фамильной радости выдержали стойко. Феликс лишь мазанул по чучелу взглядом и полностью переключился на Селену Иверсен, а Кристиан только удивленно вскинул брови, но послушно пошел следом за дядей.

Бабушка с важным видом восседала в одном из кресел, расположенных возле камина. Сейчас он был потушен, что не могло не радовать меня. Любимый фокус Селены Иверсен — приманивать огонь.

— Явилась, поганка, — проворчала бабушка. — Кто из этих твой жених? Надеюсь, тот, что постарше. — Феликс запнулся. Хотел любезно поздороваться с главой рода, а в результате чуть не познакомился с ковром. — Хотя, наверное, молоденький лучше подойдет для продолжения рода. — Тут уже и Кристиан чудом избежал объятий с местами плешивым напольным покрытием.

— Бабушка, — с укором проговорила я. Такими темпами мне она будет сватать прыщавых подростков, лишь бы поскорее увидеть правнучку. Пока все надежды на продолжение рода Селена возлагает на меня. — Софи должна была сказать, что жених ее. А не мой. И дядя жениха тоже не мой. Он свой собственный.

— Нашла проблему, — немощная старческая рука повелительным жестом указала гостям на кушетку справа. Мне же полагалось сесть рядом с бабушкой в соседнее кресло. Меня в данной рассадке смущала возможность получить подзатыльник от родственницы. Ее не волнует, что мне уже за тридцать, и я ведьма. — Был ничей, станет твой.

— Давай мы все же вернемся к Софи, — я без особой надежд посмотрела на стеллаж. У нормальных хозяев там обычно стоят статуэтки и вазы, а в нашем замке туда складывают все ненужное. Например, дядя Фердинанд недавно бросил на полку какой-то уродливый череп. А Великолепная Жо зачастую складывает очередные пригласительные. А вот та заспиртованная змея в бутылке явно принадлежит бабушке. — Это ее жених Кристиан Дален и его дядя Феликс Дален.

— А что они так странно одеты? И что за тряпки на тебе? — бабушка недовольно приподняла бесцветные брови. — Неужели ни одного платья в гардеробе не нашлось?

Феликс поспешно отвел взгляд, пряча улыбку. Он-то мое платье видел и понимает, что штаны лучше.

— Так сейчас все ходят, — буркнула я совершенно по-детски.

— Невозможная девчонка, — бабушка недовольно покачала головой. Затем взгляд все еще зеленых, несмотря на возраст, глаз, переметнулся к Даленам. — Старший ничего, а вот младший… Хотя Софийке вполне может и подойти. А кем вы работаете, молодой человек?

— Кристиан, — шепотом подсказала я, но меня проигнорировали.

— Я юрист, — не без пафоса решил представиться кандидат в смертники.

И если он думал, будто сможет произвести впечатление, то ошибся. Бабушка сморщилась, словно откусила от незрелой сливы.

— Что за неприличная профессия для молодого человека?

— И почему она неприличная? — удивленно вскинулся Феликс. Это бабушка еще не знает, кем работает мужчина.

— Честь за деньги нынче модно продавать? — Селена недовольно прищурилась. — У вас кто заплатил, тот и прав.

— Ну не скажите, — Далены обиженно нахохлились оба.

А я, пока бабушка занималась любимым делом и с укором смотрела на гостей, пыталась незаметно им просигнализировать, чтобы не думали возражать. Селена Иверсен свято верит в одну истину: правильно только ее мнение. Причем споров она избегает мастерски. Оппонент просто вынужден был провести пару часов в туалете после хорошей дозы слабительного, размышляя о бренности бытия.

Бабушке на днях исполнилось семьдесят восемь лет, но это ей совершенно не помешало резво повернуть голову и поймать внучку на недостойном ведьме поведении.

— Что за ужимки, Хельга? — скрипуче-недовольно поинтересовалась старушка. — Если тебе белье жмет — иди смени. А то еще гости подумают, будто у нас тут сумасшедшие водятся.

По лицу Кристиана вполне можно было догадаться, что он в подобном и не сомневается.

— Ну как можно, — мягко улыбнулся Феликс, незаметно пиная ногой племянника. — Я Хельгу уже неплохо знаю и не сомневаюсь в ее адекватности. На протяжении нашего знакомства она показала себя здравомыслящей женщиной.

— Тогда забирайте ее, — с облегчением махнула бабушка рукой. — Можно даже без доплаты.

— Это называется выкуп, — тихо подсказала я.

Но, видя, что предложение восторга у Феликса не вызвало, старшая из рода Иверсеновов сердито цыкнула:

— Хорошо. Мы доплатим. Только женитесь на Хельге.

— Это называется приданое, — также шепотом влезла я. Но потом до меня дошло. — Стоп. Ты родную внучку решила продать?

— Ничего подобного, — кривая улыбка на старческом лице больше походила на издевательство, — если за тебя заплатят, то смогут вернуть и потребовать деньги назад. А если отдать невесту на безвозмездной основе — такое уже возврату не подлежит.

— Странная логика, — сухим тоном заметил Феликс. — Но в любом случае, я против навязанных отношений. Считаю, что при выборе жены надо полагаться на чувства, а не голый расчет.

— То есть моя внучка тебе не нравится? — протянула многообещающим тоном Селена Иверсен. На месте старшего инспектора я бы уже была на пути в город. Опасно переходить дорогу ведьме. Тем более, если она страдает от скуки.

— Вы переиначиваете слова дяди, — резко бросил Кристиан. Душа юриста не могла стерпеть такой несправедливости.

Ситуацию требовалось спасать, а то Софи грозило остаться без жениха. И обвинит кузина в этом меня. А я морально не готова к потоку слез и соплей. Еще смоет ненароком.

— Мы отклонились от основной темы нашей встречи, — раз уж катастрофы не избежать, надо ее хоть как-то контролировать.

— Да, — бабушка звонко хлопнула в ладоши, заставляя нас вздрогнуть. — Нужно выпить чаю.

— Нет! — резко взвилась я. — Никакого чая.

— Ты за кого меня принимаешь? — старушка неодобрительно поджала губы. — Травить гостей прямо с порога? Фи.

— Мы вам не мешаем? — аккуратно влез Феликс.

— Мешаете, — не стала доказывать обратное бабушка. — Вас вообще в гости не звали. Но ради Софи я закрою глаза на ваше вторжение.

Далены удивленно переглянулись. Что тут скажешь? Добро пожаловать в замок Иверсенов.