Глава 29

Хорн похлопал по карманам, ища носовой платок, но вспомнил, что отдал его сироте. – Ты хочешь всех осчастливить? – спросила Душечка. – Кое–кто научил, – Най поймал жемчужину слезы подушечкой пальца. – Хочешь узнать, что такое счастье, сделай счастливыми всех вокруг. Он поднял лицо любимой за подбородок и потянулся к губам. – Я против, – помешала поцелую бабушка. – Аленку совсем недавно вытащили с того света, а вы хотите вновь ее отнять у меня? – Зачем «отнять»? Вас я тоже заберу с собой. Что вам делать в этом мире без внучки? – Но как же… – растерялась бабушка. Она сжала пальцами виски. – Все это так странно… Мне кажется, я сама впала в кому. – Скажите просто «да». Об остальном я позабочусь, – Хорн говорил так уверенно, что ему верилось. Женщины переглянулись. – Ба, пойдем с ним? Я его люблю. А тут Макс еще припрется с полицией. Сама сказала, что он не отстанет. – Мы, Друцкие, не привыкли сбегать, – бабушка гордо вскинула нос. – А мы и не будем бегать, – пожал плечами Наярд. – Мы просто полетим. – Что? Прямо сейчас? – забеспокоилась бабушка. – А мой сундук? – У бабушки есть сундук, в котором хранятся всякие артефакты. Свадебное платье в том числе, – поторопилась объяснить Душечка. – Как же мы без него и без фаты? – Действительно, какая невеста без фаты? Я к ней уже привык. Решено, – кивнул Най. – Берем сундук и отправляемся в Дерхон. – Бабушка, помоги одеться, – голос Душечки звенел от счастья. – Тапочки, тапочки забыла, – забеспокоилась Ольга Александровна, когда молодые уже вышли из палаты. – Плохая примета. – Ба, брось их, – Аленка потянула бабушку за рукав. – Мы, кроме сундука, ничего с собой не возьмем. – А куда это вы собрались? – путь преградила дежурная медсестра. – Вас, Руцкая, еще никто не выписывал. – Я ее выписал, – авторитетно заявил Хорн, оттесняя в сторону лекарку. – Где расписаться, что забираю ее под свою ответственность? – А может вернемся? – пошла на попятный бабушка. – Пенсию на карточку обещали завтра начислить… Как я без денег да в дальнюю дорогу? Давайте как-нибудь потом полетим в Дерхон? – У нас посадку на самолет уже объявили, некогда разлеживаться, – объяснила медсестре Аленка, доставая из сумки шоколадку. – В Эмираты на свадьбу летим. Сейчас только за фатой заскочим и в дорогу. Пожелайте нам счастья. – Ваш этот… прежний жених побежал в участок заявление на вас строчить, – предупредила сестричка. – Синяк на ноге показывал… – Тем более нужно уходить, а то всю свадьбу испортит, – Хорн подхватил Ольгу Александровну под локоток. У стола дежурной медсестры притормозил. Найдя чистый листок, размашисто подписался и прижал палец чуть ниже витиеватого росчерка. Аленка ахнула, когда увидела, что «заявление» венчает золотая печать в виде расправившего крылья дракона. – Что это? – строго спросила медсестра. – Заполните сами, что я беру ответственность за Руцкую на себя, – он кивнул на бумагу. – Я не знаком с вашими формулировками. Никому не хочу доставить неприятности. Пораженная медсестра проводила глазами троицу. Заметила, как запнулся перед входом в самоходную кибитку жених больной Руцкой. Он словно боялся лифта. – Как все странно, – прошептала «лекарка» и перевела взгляд на золотую печать. Дракон на ней взмахнул крыльями, что вызвало вскрик женщины. На улице Аленка вытащила из кармана какой–то маленький артефакт и, потыкав на светящиеся картинки, вызвала карету. Та приехала быстро. – А мне говорили, что в вашем мире нет магии, – заметил Най. Забравшись в машину, повел плечами. – И кареты у вас какие–то тесные. Душечка прыснула в кулачок. Бабушка села впереди и сделала вид, что она не с теми, кто дурачится сзади. Таксист всю дорогу косился на странного пассажира. Больше всего его беспокоил предмет, похожий на инопланетный бластер. Когда пассажиры покинули такси, водитель с облегчением выдохнул. Квартира Душечки дракону показалась такой же маленькой и тесной, как местные кареты. Наю пришлось наклонить голову, чтобы не чиркать макушкой по низким потолкам. На сундук он посмотрел с сомнением. Слишком большой и тяжелый. Аленка тоже оценила предстоящую поездку, где дракону придется тащить эту громадину на горбе. А тут еще она и бабушка. Вдруг в полете укачает, а тут сундук? – Я предлагаю сундук оставить, – Аленка повернулась к бабушке. И пока та не успела возмутиться, пояснила: – Переложим содержимое в два рюкзака и в твой ридикюль. Чтобы руки были свободными. Видишь, у Любимого еще какая–то огромная штуковина с собой. – Да, я должен вернуть портальщик хозяину, – кивнул Хорн. – И предложение разобрать по сумкам барахло мне очень нравится. – Барахло?! – свернула стеклами очков Ольга Александровна. Дракону даже стало интересно, что же там хранится, раз будущая родственница так за него цепляется. После уговоров, бабушка неохотно, но согласилась. Погладила резную крышку, будто попрощалась с дорогой вещью. Открыв, извлекла знакомое свадебное платье (только наяву камни на нем горели в разы ярче), туфли, белые печатки, венок из искусственных цветов и длинную фату. Все это уложили в рюкзак поменьше. Его тут же подтянула к себе Душечка. Она уже успела переодеться – на ней были брюки из грубой ткани, мягкий свитер и шуршащая куртка. Най видел, как Аленка, порывшись в комоде, сунула в рюкзак нижнее белье и еще кое–какие девичьи штучки. – Я куплю все, что тебе нужно, – тихо пообещал он. – У вас тампоны днем с огнем не сыщешь, – так же тихо ответила она. Дракон впервые увидел, как Душечка краснеет. Он даже на мгновение онемел. Привык, что фантом бледный, а тут вдруг яркие краски. Хорн силой воли отогнал от себя мысли взрослого мужчины. Он собирался подумать о себе и о Душечке только тогда, когда попадет домой. Нельзя расслабляться в чужом мире. Нужно быть собранным и внимательным. Он в ответе сразу за две жизни. Бабушка между тем набивала коробочками второй рюкзак, более емкий. – Моя внучка не пойдет под венец без приданого, – вскинув нос, заявила она, когда поймала на себе заинтересованный взгляд Хорна. – Мы не бессребреники. – У меня хватит денег, чтобы прокормить большую семью, – попытался он успокоить пожилую женщину. – Таких драгоценностей, как здесь, вы никогда не видели. Букингемский дворец обкусал бы себе все ногти. – Позволим Букингемскому дворцу остаться с ногтями, – ответил Хорн, забирая рюкзак у бабушки. Тот оказался тяжелым, но Най привязал к нему еще и портальщик. Дракон сильно надеялся, что громоздкий артефакт больше не пригодится. Хотелось освободить обе руки, так как в астрал с ним отправлялись сразу две пассажирки. Убедившись, что остальное богатство из сундука поместилось в дамскую сумочку, Гаярд застегнул все молнии (по пути поразившись, как легко в этом мире решили вопрос со шнуровкой) и протиснул руки в лямки рюкзака. – Посидим на дорожку, – сказала Ольга Александровна и забралась на сундук. Вытерла носовым платочком глаза, осматривая комнату, где прожила много лет. Увидев на комоде фотографию родителей Аленки, дотянулась до нее и сунула вместе с рамкой в сумочку. Най сел на кровать рядом с Душечкой. Он не стал спрашивать, что за странная традиция сидеть на дорогу. Главное, что скоро они будут дома. Дракон потрогал кольцо на пальце. Осталось только повернуть его, чтобы рвануть в астрал. – Ну все, пора, – поднимаясь, Душечка вопросительно посмотрела на Хорна. – Такси вызывать? Она понятия не имела, как Любимый нашел их, но помнила, что в Дерхон они полетят, а значит, им нужен аэропорт. Аленка и бабушка не забыли взять с собой паспорта, а Ольга Александровна прихватила еще и документы на квартиру. «Мало ли как дело пойдет? – шептала она Аленке на кухне. – Вдруг придется вернуться?» Най не успел ответить, что они обойдутся без такси. В дверь позвонили. Все трое притихли. – Там они, там. Я видел в их окнах горел свет, – послышался возбужденный голос Макса. – Откройте, полиция! – кто–то со стальными нервами давил на кнопку звонка. – Я спрошу, что надо? – робко предложила бабушка. – Я всегда была законопослушной гражданкой. – Хотите впустить в дом посторонних, когда у вас сумки набиты драгоценностями? – Наярд поднял бровь. – Но они выломают дверь, – испуганно произнесла Ольга Александровна. – А чтобы убегать через балкон я слишком стара. – Никуда не надо убегать. Мы рванем прямо отсюда, – Наярд крепко прижал к себе Душечку, другой рукой обхватил сухонькое тело ее бабушки. Подмигнул, когда у женщин глаза сделались большими: – Это просто магия, девочки… – Подожди, – Аленка повернула голову к двери, где продолжал трезвонить звонок. – Можно, я попрощаюсь со своим женихом? – Елена, не дури, – строго сказала бабушка. – Я быстро. Она подбежала к двери и, не открывая ее, прокричала: – Максим, ты такой дурак, каких свет не видывал. Чтобы тебе вечно по жизни не везло! За дверью раздался короткий вскрик, а потом что–то загрохотало. – Что там? – испуганно спросила бабушка. Душечка оторвалась от глазка. – С лестницы упал. Кубарем. Наверняка что–то себе повредил. Слышите, как воет? Ну все, я готова, – она отряхнула руки, словно только что разделалась с грязным делом, и прильнула к Наярду, чтобы тот обхватил ее. – Поехали, пока участковый занят? Слышите, скорую вызывает? – Милая, а ты ведьма, – дракон цокнул языком. – Я фея. Добрая фея, которая не забывает причиненного ей зла. – Держись крепче, фея, – с улыбкой сказал Наярд и повернул на пальце кольцо. – Ах! – вскрикнула бабушка и мертвой хваткой вцепилась в ремень лорда Хорна. Когда яркий свет сменился тьмой, а потом вновь посветлело, все трое оказались на той самой улице, где стоял дом чернокнижника. Наярд повертел головой, но знакомую халупу не увидел. Он не ожидал, что так быстро справится с делами на Земле, поэтому терялся в догадках, переехал к нему во флигель мальчишка–сирота или еще нет. Его спутницы слишком плохо выглядели после скоростного перемещения, поэтому Хорн решил не терять время на заброшенный дом. Он отвязал от рюкзака устройство перемещения и строго приказал дамам следовать за собой. Сориентировавшись в пространстве, Най выстрелил в сторону своего поместья. Открывшийся портал напугал бабушку. Она наотрез отказалась воспользоваться благами местной цивилизации. Вздохнув, Хорн забрал у нее сумочку и передал Душечке, а саму бабушку взвалил на плечо. – Не отставай! – крикнул он Аленке и шагнул в портал. Она поспешила следом.