Глава 9. Просвет — это про свет. И про кое-что еще

Следующие три недели прошли так, что… что Светлане иной раз казалось, что и не с ней вовсе все это происходит. С появлением Артура и Миланы ее жизнь сильно переменилась. Но теперь… теперь изменения уже можно было назвать кардинальными. Ее жизнь — теперь какая-то совсем другая жизнь. Или она сама — другая Светлана Полянская.

Нет, она по-прежнему ходила на работу. И по-прежнему стригла людей. Но в любую свободную минуту рабочего дня она читала. Света попросила у Миланы какую-нибудь информацию об агрокомплексе «Балашовский» — и получила толстую папку. Там были и всевозможные рекламные материалы, часть из которых оказалась представленной и на официальном сайте компании. Но нашлись там и материалы, что называется, для служебного пользования. Самым удивительным оказалось то, что написаны данные материалы были вполне доступным языком — по крайней мере, Светлана почти все понимала. И чувствовала, что этот материал невероятно увлекает — куда там турецким сериалам. Нет, сглазили ее Балашовы, точно сглазили!

Так что рабочее время Светланы было заполнено ее собственной непосредственной работой — и агрокомплексом «Балашовский». А остальное, нерабочее время все принадлежало Артуру. Он тоже много работал, в его квартире часто бывала Милана, брат и сестра сидели либо на кухне, либо за рабочим столом Артура и много спорили. Не раз и не два в этих спорах звучало имя того самого загадочного Марата. Из разговоров Светлана понимала, что этот человек оправдывает все возложенные на него надежды и ожидания. Только на Милану в эти моменты было жалко смотреть, поэтому Света так и не решилась на расспросы. Она большей частью просто слушала, не всегда до конца понимала, но жадно впитывала информацию, сверяя ее с тем, что узнавала из папки, которую дала ей Милана.

Да, это увлекательней любого сериала. С каждым днем они приближаются к финалу первого сезона. И неизвестно, будет ли следующий.

Поэтому Света жила одним днем. День за днем. А ночи… Ночи были отданы Артуру. Целиком и полностью.

Светлана не представляла раньше, что близость может быть такой. Да и можно ли это назвать близостью. Или для такого существует какое-то другое название? Как называется это сладостное чувственное наслаждение? Которое собственное тело, оказывается, способно испытывать. Каждую ночь.

Она забыла обо всех своих комплексах по поводу внешности. По крайней мере, когда за ней и Артуром закрывалась дверь спальни, Света забывала вообще обо всем. В темноте спальни оставались только два обнаженных тела, жадные руки, горящие от поцелуев губы, жар, шепот, стоны, обжигающая волна наслаждения, теплая невесомость в теле после.

И двое, тесно сплетенных на постели, засыпающих в объятьях друг друга.

В квартиру Артура потихоньку переезжали вещи Светланы. Свою уходовую и декоративную косметику она разместила в шкафчике ванной — чтобы она не мешалась на полочке, где в определенном порядке стояли туалетные принадлежности Артура. Света неожиданно быстро привыкла к тому, что его вещи должны быть строго на своих местах и тщательно за этим следила. Но по утрам ей все равно приходилось собирать ему одежду, разбросанную накануне. А потом шла готовить ему завтрак. И целовала перед уходом из дома.

Она как-то стремительно привыкала жить с Артуром.

Со слепым инвалидом.

С наследником огромного агрокомплекса «Балашовский».

В этом сериале сценаристы над сюжетом поработали как следует. И что будет в день «Х» и после него — не знает никто.

* * *

В квартире звучали голоса. Света замерла в прихожей у входной двери. Один голос — Артура, другой — незнакомый, очень низкий и с резкими интонациями. Совершенно Светлане не знакомый. У Артура гости?

В прихожей не было чужой обуви. Оказывается, Артур мерил шагами беговую дорожку и разговаривал по громкой связи. Услышав Светлану, повернул лицо, кивнул ей. И продолжил беседу. Это был явно деловой разговор, и Света уже собиралась закрыть дверь, когда низкий голос, звучащий из колонки, произнес:

— Артур, если ты мне доверяешь — сделать нужно именно так. Я все просчитал.

Она почти закрыла дверь, когда услышала ответ Артура.

— Доверяю, Марат. Но объясни мне, как мы…

Дверь закрылась.

Так вот кому принадлежит этот голос. Накрывая на стол, Света думала о том, что этот низкий, с резкими интонациями голос как раз может принадлежать человеку, который отвечает за безопасность крупного бизнеса.

Сзади ее обняли руки, Светлана вздрогнула. Вот ей никогда не удается подойти к Артуру неслышно. А он к ней — регулярно. Мужские губы прижались к женской шее.

— Я соскучился.

Света с наслаждением прижалась спиной к его груди.

— Ужинать будем после?

Артур крепче сжал руки — и со вздохом разжал.

— Увы. Скоро приедет Милана. Сегодняшней ночью я вряд ли усну. — И, прежде чем совсем отстраниться, потерся щекой о ее щеку. — И тебе не дам, имей в виду.

Раздался дверной звонок. Милана. А завтра — день «Х».

* * *

Милана засиделась у них допоздна, и Света пошла ее провожать до машины, несмотря на протесты Артура. «Я быстро. Пожалуйста, не волнуйся», — шепнула Света на ухо Артуру. Ей надо было кое-что спросить у Миланы.

— Милан, что завтра для вас с Артуром представляет самую большую угрозу?

Этот вопрос «в лоб» Света задала, едва они вышли из квартиры. Милана посмотрела на нее, усмехнулась и покачала чему-то головой, то ли удивляясь, то ли еще что. Но промолчала. И в лифте они ехали тоже молча, а говорить Милана начала, уже когда они вышли из подъезда.

— У деда Бори — и у Артура теперь, соответственно — контрольный пакет акций. Отец будет напирать на слепоту Артура, на то, что он не способен занимать высокий пост в компании из-за своей ущербности. И… и у него есть все шансы убедить в этом совет директоров. Это и в самом деле непросто и странно, и только упорство Арчи и его безумные идеи… — Милана махнула рукой. — Скорее всего, отец будет припоминать старые грешки Арчи — и наркотики, и аварию, и много чего другого.

— Да как он может такое… публично… о своем сыне… — Светлана даже зажмурилась. Антон Балашов теперь был для нее какой-то неопознанной сущностью. В понимании Светы Полянской люди так поступать не могли. Амеба какая-то. Инфузория… Или кто там был на самом старте эволюции? — Как он может так, Милана?!

— Не знаю, — пожала та плечами. — Я давно перестала задавать себе такие вопросы.

— А вы? Что можете противопоставить вы?

— На нашей стороне завещание Бориса Петровича Балашова — ясное и недвусмысленное. Там написано не только то, что контрольный пакет акций достается Артуру, но и то, что дед хочет видеть внука во главе своего бизнеса. Но этот пункт как раз можно оспорить, что отец и попытается сделать. А еще на нашей стороне компромат, который нарыл… Марат. У него к отцу нашему… старые счеты. Самсонов тоже на нашей стороне — они с Маратом даже друзья, наверное. Если такие крокодилы умеют дружить, конечно, — Милана фыркнула. — Несколько ключевых сотрудников приняли нашу сторону: Павлик — финансовый директор, Маргарита — заместитель главного бухгалтера. Ну, понятное дело, Захар с нами, но Захар — это отдельная песня, от него в таких разборках толку нет. А может, и есть — с Захаром никогда ни в чем нельзя быть уверенной, он личность непредсказуемая — ну для меня, по крайней мере, точно. В общем, я не знаю, Свет, — Милана вздохнула. — Завтра может произойти все, что угодно.

* * *

В этот день ее трясло. С самого утра. Света совершенно не могла понять, как Артур, которого это касается большего всего — да что там касается, для которого этот день — день принципиального решения для всей его дальнейшей жизни — как он может сохранять такое удивительное спокойствие. Его волнение выдавала только бессонница — ночью, после жаркой близости, Артур ушел в кабинет работать. А Светка бессовестным образом заснула — что такое бессонница, она отродясь не знала. Еще волнение у Артура проявилось отсутствием аппетита — позавтракал он только чашкой кофе. Света отсутствием аппетита тоже никогда не страдала.

— Как я выгляжу?

Светлана сглотнула тяжелый комок в горле. Провела пальцами по щеке Артура — выбрит идеально. Стрижка ее стараниями тоже безупречна. Коснулась руками узла галстука — и тут Артур справился сам, и справился прекрасно — Светка ни разу в своей жизни не завязывала галстука.

Прекрасно сидящий серый костюм, белоснежная рубашка, галстук. Идеально выбритое лицо: острые скулы, упрямо сжатая челюсть. Аккуратная стрижка.

И черные очки.

— Ты выглядишь, как победитель. Нет, — поспешно исправилась Светлана. — Без «как». Ты выглядишь победителем.

У него лишь приподнялся угол рта. Подал голос дверной звонок. За братом приехала Милана. Такая же собранная, как и Артур, в строгом темном брючном костюме и гладко убранными в низкий хвост волосами.

— Марат уже на месте, у него все готово.

— Хорошо, — едва слышно вздохнула Милана. — Поехали, братишка.

У Светланы не нашлось никаких напутственных слов. И она на прощание лишь крепко обняла и Артура, и Милану.

* * *

Только когда Светлана чуть не испортила челку клиентке — так вот, только тогда она как-то умудрилась собраться с мыслями. Новый вариант ассиметричной укороченной челки клиентке даже больше понравился, чем то, что она планировала изначально, а Светлана в ожидании следующей клиентки читала себе нотацию. Но нотация ни черта не помогла. И Светлана через каждые пять минут проверяла телефон. Вот одиннадцать — нет сообщений. Вот двенадцать. Вот час дня. Сообщений по-прежнему нет.

Вот два. Почему так долго?! Время обеда, но вот теперь аппетита как раз и нет. Вместо обеда Света сверлит взглядом экран смартфона. Пока не приходит следующая клиентка.

Сообщение от Миланы появилось без четверти пять.

Милана: Ты закончила работать?

Светлана: Нет. Мне еще полчаса минимум.

Милана: Мы как раз через полчаса за тобой заедем.

Светлана: Зачем?

Милана: В ресторан поедем.

На последних словах эмоции прорвались. Если в ресторан, то… то… то…

Светлана: Милана, чем дело кончилось?

Милана: А сама как думаешь?!

И после паузы пришло еще одно сообщение:

Милана: НАША ВЗЯЛА!!!

Тут Света просто пискнула от восторга. Ни слов, ни других более вменяемых реакций у нее не находилось. Она просто перечитывала и перечитывала эти два слова: «НАША ВЗЯЛА».

— Хорошие новости? — пробился сквозь ее внутреннее ликование голос клиентки. Света медленно вдохнула и медленно выдохнула. Она сама, конечно, не видела, как у нее на лице расползается широкая и немного бессмысленная улыбка.

— Лучше не бывает, — Света тряхнула головой. — Извините. Сейчас сделаю вам красиво. Очень красиво.

* * *

Наша взяла, наша взяла, наша взяла…

Эти слова как метроном стучали у Светланы в голове — пока она заканчивала стрижку, шумела феном и укладывала волосы последней клиентке. Пока торопливо собирала сумку, едва не обронив свои любимые ножницы, пока бегом спускалась по лестничным пролетам.

Наша взяла!

Джип Миланы стоял прямо напротив входа. А сама Милана вместе с Артуром расположились рядом с машиной. Светлана резко остановилась, будто налетев на невидимое препятствие.

Какие они красивые. Какие успешные. Какие молодцы. Какие… какие… какие родные!

И тут ее заметила Милана и издала громкий торжествующий вопль. И Света кинулась к брату и сестре Балашовым — прямо в их раскинутые руки. И обняла сразу обоих.

И они молчали все трое. Лишь крепко обнимались.

Первая отстранилась Милана. Шмыгнула носом.

— Так, все, айда пить шампанское!

Светлана внимательно смотрела на лицо Артура. Ты сегодня победитель. Сегодня ты сделал невозможное. Но лицо его было совершенно непроницаемым. Неужели все дело в черных очках?

— Милана… — Света вдруг запоздало сообразила. — Я не могу ехать вот так.

— Почему? Ты еще не закончила работу?

— Да не в этом дело… — Света развела руки. — Ну разве ты не видишь…

Дело ведь в том, что она стоит рядом с Артуром — а он в идеально сидящем сером костюме, который, кажется, ровно в том же состоянии, что был сегодня утром, совершенной не измялся. И рядом Милана — в стильном черном костюме. А на Свете — футболка, шорты и кроксы. Самый что ни на есть подходящий вид, чтобы пить шампанское в ресторане в компании двух людей, возглавляющих агрокомплекс «Балашовский».

— Ой, это вообще не имеет значения, — отмахнулась Милана.

— Для Светланы — имеет, — наконец заговорил Артур. — Давай заедем домой, Милана. Я бы тоже переоделся.

— Ваша правда! — легко согласилась Милана. Подняла руку, завела ее за спину и потянула вниз резинку, выпуская на волю гладкие темные волосы. Потом сняла пиджак, под которым обнаружилась простая белая майка, закинула его за плечо и распахнула автомобильную дверь: — Прошу садиться!

* * *

Света дала себе на сборы двадцать минут. У ребят праздник. В первую очередь это праздник Артура и Миланы. И не стоит заставлять их себя ждать в такой важный для них день.

Душ — пять минут. Лицо быстро освежить легким макияжем из того, что есть в наличии — большая часть косметички перебралась к Артуру. Две минуты Светлана потратила на то, чтобы бездумно смотреть в шкаф. А потом обреченно махнула рукой. Какая разница, что надеть. На фоне Миланы и Артура она все равно будет выглядеть… Ну в общем, понятно, как. И Света принялась натягивать джинсы, главное достоинство которых было то, что они оказались чистые. Ну и процент эластина достаточный, чтобы обеспечивать комфорт.

* * *

— Арчи еще красоту наводит! — жизнерадостно поприветствовала Свету Милана. В одной руке она держала бутерброд, в другой — стакан с молоком. Откусила солидный кусок и промычала едва разборчиво. — Поторопи его!

Светлана зачем-то постучала в дверь спальни. Хотя она никогда… никогда раньше не стучала в эту дверь. Ей не ответили. Света нажала на дверную ручку.

Артур — уже переодевшийся в джинсы и футболку поло — сидел на краю кровати, лицом к двери. Когда Света вошла, он резким движением снял и отбросил на покрывало очки. И протянул к ней руки.

А когда она подошла — быстро притянул за талию и уткнулся лицом ей в грудь.

У Светланы тряслись руки, когда она прикоснулась к его волосам, когда пропускала гладкие короткие пряди между пальцами. А Артур повернул голову, прижимаясь теперь щекой. Глаза его были крепко зажмурены.

Они оба не сказали ни слова.

— Ребятки, праздничный секс — потом! — раздался за дверью веселый голос Миланы. — Королева в восхищении и хочет шампанского!

Света прижала голову Артура сильнее. Почувствовала поцелуй в живот. А потом Артур протянул руку и безошибочно нащупал очки.

— Пойдем. Уж если кто и заслужил сегодня шампанского больше всех — это Милана. И Марат.

— Вы мне расскажете, как все прошло?

— Обязательно.

* * *

Светлане пришлось провести с собой серьезную внутреннюю разъяснительную беседу. В этом внезапно назрела острая необходимость. Ведь все ее общение с Артуром и Миланой до сегодняшнего дня не выходило за рамки ее, Светланы, дома. Обычного панельного дома с обычными жителями. И Света как-то… забыла, что ли… кто такие Артур и Милана Балашовы. Нет, она об этом, конечно, помнила — ведь практически каждый день в течение последних недель ее мысли так или иначе крутились вокруг агрокомплекса «Балашовский». Но это было какое-то… такое абстрактное знание. В виде слов и цифр, не более. А вот теперь Светлана ехала в дорогущем джипе — Света в машинах совершенно не разбиралась, но он был огромный, весь в блестящем серебристом металле и с кожаным салоном — значит, наверное, дорогой. И едут они в какой-то модный ресторан.

Главное, помни, Золушка, что в двенадцать карета превратится в тыкву.

* * *

Ресторан показался Светлане таким тошнотворно пафосным, что она старалась лишний раз не смотреть по сторонам. И в меню тоже не посмотрела. Толку-то? Она наверняка и слов таких не знает, а от цен, чего доброго, в обморок хлопнется.

— Я буду то же, что и Артур, — пробормотала она.

— Отличный выбор! — рассмеялась Милана. — Ты наверняка уже хорошо изучила его вкус. — Света лишь тихонько вздохнула, а Милана жизнерадостно продолжила: — Так, ну где там наше шампанское?!

Ведерко для шампанского Света в реальной жизни, а не в кино, тоже видела впервые. У нее даже возникло глупое, но настойчивое желание это ведерко потрогать. Но она не стала этого делать — уж больно строгий и официальный стоял рядом с их столиком официант. Он разлили шампанское по трем бокалам и удалился.

— Ну что, — Милан обняла красивыми тонкими пальцами ножку высокого бокала. — За Арчи!

— За нас! — твердо поправил сестру Артур.

— За вас, ребята, — хрипловато отозвалась Светлана.

Три бокала соприкоснулись, едва слышно звякнув.

Шампанское оказалось невероятно вкусным. Может быть, потому, что это было очень дорогое шампанское. А может, потому, что это было шампанское с привкусом победы. И оно было выпито до дна.

Официант тут же пополнил бокалы. Света чувствовала, что в голове начало шуметь.

— Ну, рассказывайте!

И они принялись рассказывать. Начала Милана, Артур, первое время сдержанно слушавший сестру, в какой-то момент перехватил нить рассказа. Они перебивали друг друга, спорили, смеялись, даже хохотали. На столе появилась вторая бутылка шампанского, какие-то закуски. Но прекрасное шампанское и деликатесы так и остались для Светланы на втором плане. Она слушала. Смотрела. Восхищалась их рассказом и любовалась — на обоих.

А еще ее не оставляло чувство странной, непонятной горечи.

Первый сезон кончился потрясающей яркой сценой. Но это не значит, что будет второй сезон.

— Надо выпить за Марата, — решительно произнес Артур, поднимая бокал. — Без него этого бы не случилось.

Улыбка погасла на лице Миланы, она словно через силу кивнула.

— Я надеялся, что застану вас здесь. Но не думал, что попаду к тостам в свою честь.

Света вздрогнула от неожиданности и обернулась.

Обожемой…

Наверное, такой эффект возник от того, что они сидели, а он — стоял. Тот самый Марат.

Человек-гора.

Он был просто огромный. И на остальное, помимо его габаритов, внимание падало не сразу. Квадратное, под стать фигуре, лицо, мощная шея и такая же мощная нижняя челюсть. Черные, коротко стриженые волосы. Взгляд темных глаз кажется физически ощущаемым, как будто имеет вес. Света не выдержала и опустила свой взгляд, скользнув по лацканам его темного пиджака. А часы, которые украшают запястье этого Марата, запросто можно использовать в качестве настенных — размер подходящий.

— Марат, я надеялся, что ты приедешь! — Артур встал, и мужчины пожали друг другу руки. — Присоединяйся!

— Я привез документы, — в другой руке его на самом деле была тонкая папка. Он, не глядя, протянул ее Милане. — Можете проверить.

Милана скривила губы, но папку открыла и просмотрела бумаги. Не бегло, внимательно.

— Да, все верно.

— Я и не сомневался, — голос Артура звучал ровно и спокойно, словно контрастом тому отчетливо чувствующемуся напряжению между Миланой и человеком-горой. Уверенным движением Артур подвинул стул рядом. — Присаживайся, Марат. Без тебя нам нечего было бы сегодня праздновать.

Марат слегка склонил могучую шею — видимо, соглашаясь. А потом покачал головой.

— Спасибо за приглашение, Артур. Но я лучше поеду домой. У меня там без присмотра восемнадцатилетний оболтус, который якобы готовится к экзаменам. Но я обязательно выпью на кухне пива за ваш успех. Хорошего вечера.

Еще одну рукопожатие между мужчинами, легкий кивок в пространство между Миланой и Светланой — и человек-гора по имени Марат развернулся и ушел. В ярком свете большой ресторанной люстры вдруг блеснули в темных волосах искры седины. А Света поймала себя на мысли, что, наверное, теперь она не хочет знать, что же такое случилось между Миланой и Маратом. Это история, скорее всего, будет из тех, что могут конкретно выбить почву из-под ног.

— Ура! — раздался преувеличенно бодрый голос Миланы. — Нам несут горячее! Я проголодалась, давайте есть!

А потом, когда они приканчивали третью бутылку шампанского, Милана вдруг произнесла тост.

— Знаешь, за что я пью, Арчи?

Артур из них троих был явно самый трезвый. И голос его звучит так же ровно, как обычно.

— За что?

— За то, что я завтра первым же делом отправляю документы в Гамбург.

Светлана не понимала, о чем речь. Но по тому, как дернулась щека у Артура, отчетливо осознала, что это что-то очень-очень важное.

— Пока рано.

— Ничего не рано. Главное, чтобы не поздно. Я. Отправлю. Документы. Остальное — твоя забота. Теперь у тебя все карты на руках.

Артур лишь покачал головой, но потом все же поднял свой бокал. Света поспешила к ним присоединиться. И уже точно знала, что вот эту историю, в отличие от истории Марата, она точно должна знать.

В эту ночь они впервые не занимались любовью. Но это не значит, что они были не близки. Наоборот, Светлане казалось, что в эту ночь они с Артуром были близки, как никогда — просто лежали, крепко обнявшись, и молчали.

Как будто прощались.