Часть 16. Все части Света

Я не стала ждать, когда темный маг соизволит явиться. Времени своего тратить даром тоже не стала. Пока тролль спал и храпел на весь пляж, меня понесло вглубь острова. Из снов я помнила несколько красивых мест, которые создал Брадур для Гривельды. Странно было перебирать ногами и знать, что дальше за холмом будет крутой склон с желтыми цветами. Так и было. Я также знала, что внизу найду огромное дерево на обрыве. А на самой толстой ветке будут качели. Я дошла до них. Прикоснулась. И пока трогала, воспоминания то и дело всплывали в сознании. Крохотные, мимолетные, но почему-то такие до боли родные. Платье и волосы развевались на ветру, а я хохотала и кричала от восторга, пока он раскачивал меня все сильнее.

«Не упади, моя радость. Иначе мне придется прыгать за тобой».

Я смахнула воспоминание и взобралась на качели.

— Безумие какое-то, — шепнула я, ощутив такое явное чувство дежавю. Вид и даже запахи уже были знакомы мне. Я попала в любимое место.

— Покатать? — послышался голос Брадура, от которого я вздрогнула.

Он не дождался ответа, а сразу подтолкнула меня со спины. Я набрала полную грудь воздуха, закрыла глаза и улыбнулась. Полет. Радость. Счастье. Меня захлестнули эмоции, от которых хотелось смеяться.

— Почему ничего не изменилось за столько лет? — спросила я, крепче сжав канаты. Они были как новые. — Здесь никого не было тысячи лет, но почему все выглядит таким же, как и тогда?

— Тебе все еще приходят видения? — вместо ответа спрос маг, когда я вновь к нему подлетела. Даже придержал качели. И использовал для этого свои руки, а не магию.

— Постоянно, — призналась я. — Но даже без видений я знаю остров. Не представляю, откуда, но я знаю каждый куст, каждое место, где вы бывали.

В подтверждении своих слов я указала на скалу.

— Справа есть пещера с термальными источниками. А слева еще одна, где ты спрятал много сокровищ. О! Вероятно, там и песочные часы лежат.

Брадур снова придержал качели, а я повернула голову и встретилась с его предостерегающим взглядом.

— Я не стану их красть, — произнесла я тихо, находясь слишком близко к нему. Воспоминания вчерашней ночи тут же взорвались в сознании, и в этот момент он снова меня отпустил. Я полетела и улыбнулась.

— А там, за цветочной поляной, грязевое болото. Однажды я чем-то тебя разозлила и ты столкнул меня туда! А я не растерялась и затащила тебя следом.

Новые воспоминания рождались быстрее, чем я успевала их озвучивать. Стоило только посмотреть куда-то, и я тут же видела обрывки прошлого.

Брадур резко остановил меня и встал напротив, буравя злым взглядом.

— Не тебя, — поправил он. — Не тебя столкнул. Гривельду.

Я опомнилась и посерьезнела. А после согласно кивнула и кое в чем призналась.

— Я уже не понимаю, где воспоминания, а где реальность. Что было этой ночью? Иллюзия? Сон? Прошлое?

Брадур, поджав губы, отвернулся от меня и собрался уходить. Но я спрыгнула за ним.

— Не отворачивайся от меня, — потребовала я. — Мы же договорились. Если мне суждено погибнуть за мой народ, то ты ходя бы будешь честным со мной.

— Это не твой народ, — вскрикнул Брадур и резко обернулся. — Не твой остров, не твои воспоминания. Не твоя жизнь.

— Но свою жизнь я все-таки должна отдать! — в тон ему проорала я.

Тьма Брадура заклубилась темным облаком над его головой, но маг с рыком отогнал ее обратно. А после выдохнул и расправил плечи. На секунду он прикрыл глаза, а когда вновь распахнул их, черты его лица разгладились. Темный взгляд вдруг стал нежнее. Ласковей.

— Ночь была реальной, — произнес он наконец.

Я сглотнула и кивнула. Почему-то эта новость вызвала во мне только горечь. Если он и правда был так нежен со мной, то…

— Почему вначале мне казалось, что я Гривельда? Волосы были светлыми.

Брадур опять сцепил челюсти, явно не желая мне отвечать. Но я напомнила снова:

— Без секретов. Просто скажи.

— Я наложил на тебя морок, — произнес он. И эти слова будто лезвием прошлись по моему сердцу.

— Ты… хотел представить ее вместо меня?

Даже воздух вырвался из груди, будто ее сдавило невидимыми канатами. Я знала. Я так прекрасно знала, что никогда не заменю его жену. Но почему тогда услышать это было так больно?

— Марина…

Он позвал меня, когда я прошла мимо, но остановиться не могла. Мне хотелось сбежать, убраться от его взгляда, закончить эту битву. Очевидно, что я ее проиграла и…

Он не пустил. Как и в озере, завладел моими ногами, заставив застыть на месте. А потом сам подошел со спины и произнес в макушку:

— Сначала. Но потом я захотел тебя. Ты жива. Ты рядом. И я знаю, что ты — не она.

Он обошел и встал передо мной так близко, что наши носы соприкоснулись. Он смотрел на меня теперь так странно — с примесью тоски и страсти.

— Ты — это ты, — шепнул он и коснулся моих губ. Тьма больно обожгла, но маг опять зарычал, загнав свою силу куда-то поглубже, откуда она уже не высовывалась. А после я снова почувствовала тело. Ноги, руки и губы больше не были скованы. Он будто давал мне выбор — бежать или остаться с ним. Принять его поцелуй. И как мне быть, когда душа всем естеством тянется к мужчине, а сердце разбито вдребезги?

Я — это всего лишь я.

------------

— Тебе это не нужно, — проговорила я медленно, не в состоянии оторвать глаз от его губ. — Почему я должна тебе это напоминать? Ты сам прекрасно знаешь. Тебе не нужна я. Все, что ты делаешь — для твоей жены. Зачем тогда меня мучать?

Я отошла от него и наконец собрала в себе крупицы силы, чтобы посмотреть темному магу в глаза.

— Я не буду сопротивляться, Брадур. Не буду умолять тебя сохранить мне жизнь. Не буду препятствовать, когда ты попросишь магию во мне. И я больше не хочу медлить. Не нужна мне никакая отсрочка. Просто сделай это. Проведи этот ритуал. Сегодня!

Вот и все. Во мне больше не осталось сил на самообман. Этот маг никогда не полюбит меня так сильно, как любил Гривельду. Сколько раз он говорил мне, что она его вторая половинка души. И кто такая я? Лишь промежуточный утешительный приз. Он заберет мой Свет. Он вернет свою Гривельду, а от меня останется лишь пепел. Так зачем страдать, надеясь на призрачное счастье? Наверное, свой кусочек я уже отхватила. В тот короткий отрезок времени с Сатаром. И сегодня ночью, когда эти сладкие губы целовали меня, доводили до исступления.

Не выдержав затяжного молчания, я подошла к Брадуру и сама его поцеловала. Жестко, до боли. Он даже не отвечал мне, стоял как статуя. Но мне было достаточно того, что я получила. Большего мне просто не предназначено судьбой.

— Давай! — потребовала я.

Брадур даже не смотрел на меня. Его жесткий взгляд был устремлен поверх моей головы, когда он глухо произнес:

— Мне нужна пирамида, Марина, — напомнил он. — Ее украл демон.

— Ты можешь вернуть ее? — спросила я, начиная злиться.

Темный маг кивнул, так и не взглянув на меня.

— Тогда иди, — приказала я. Именно приказала, не боясь ничего. А когда он так и не сдвинулся с места, только опустил на меня свои полные Тьмы глаза, я закричала во все горло: — Иди! Ну! Чего стоишь! Верну эту часть Света и проведи клятый ритуал. Иди!

Я стукнула его кулаком по груди, и он даже не остановил меня. Только вздрогнул от силы удара. И тогда я ударила еще. И еще. Я бы била его бесконечно, чтобы прогнать. Потому что каждая секунда с ним причиняла адскую боль. Он никогда не станет Сатаром. Никогда не будет моим. Но я, черт возьми, очень надеюсь, что Гривельда будет счастлива, когда воссоединится с мужем.

— Покончи с этим. Пожалуйста!

Он перехватил мою руку, когда я в очередной раз замахнулась, тяжело выдохнул, а после с шипением сжал челюсти и пропал. Заклубился темным туманом и растворился, будто его и не было вовсе.

— Вот так, — хрипло прошептала я и села на качели. — И не возвращайся без пирамиды.

Я прижалась лицом к канатам и расплакалась. Пускай. Сейчас я могла себе позволить слезы, пока никто не видел. А потом я буду храброй и смелой. Я подарю свою жизнь всем магам Тарты, потому что они заслуживают любви. Пускай мне уже никто не поможет, но я могу спасти тысячи.

Брадур пропал на целый день. Утром я бездумно бродила по пляжу, к обеду проснулся тролль, и принялся меня кормить рыбой. Кажется, у животного обострился отцовский инстинкт, потому что рыбы он наловил горку размером с меня. А только я пыталась отпустить несчастный улов в море, тут же на меня рычал. Как будто мне одного злого мужчины было не достаточно.

— Ладно, — выдохнула я. — Тогда давай хотя бы попробуем ее заморозить на будущее.

Я сказала, не подумав. Но убиваться горем больше не собиралась. Потому, улыбнувшись троллю, быстро исправилась:

- На твое будущее. Когда меня не станет, тебе нужно будет чем-то питаться. Я поговорю о тебе с ним. Попрошу, чтобы вернул куда-то в эльфийские леса или где там твои сородичи? Да. Это будет моя последняя воля.

Я призвала магию в руках и попыталась представить себе холод, лед. Но в результате вокруг горки с рыбой образовался водный купол, где существа сразу ожили и начали передвигаться в сторону воды. Я поначалу опустила руки, сетуя на то, что такая неспособная. Но недоуменный вид тролля все же заставил меня рассмеяться.

— Видишь! — подытожила я, когда рыба уплыла. — Магия Света не способна обижать невинных. Она работает в обратную сторону.

Больше я не колдовала. А тролль все равно нашел мне еду. Мы вместе пообедали, покупались в озере, побродили по острову и нашли хижину. Ноги сами привели меня к ней. Я попросила своего зеленого друга подождать снаружи не только потому, что Брадуру его присутствие не понравится. Я хотела сама зайти внутрь, потому что чувствовала, что это был особенный момент. Момент воспоминаний. Хотя я не была уверена, что моих. И отчасти я надеялась найти ответ на это вопрос. Почему у меня такое чувство, будто я была здесь раньше? Все это видела?

Мне не снились сны об этом месте. Вернее, не настолько детальные. Я точно помню кровать с балдахином, но сейчас ее здесь не было. Ночью темный маг перенес ее на пляж. А ведь это была та самая кровать — его и Гривельды. Разве не странно, что он так трепетно относится ко всему, что связано с его любимой, но впустил меня в столь интимную зону? Странно. Еще как. Кажется, великий и темный маг заигрался. Иначе как объяснить его желание заменить меня своей покойной женой? Он говорил, что понимает, кто я. Говорил так, словно сам себя уговаривал.

И все же у меня не было чувства, будто я здесь лишняя. Не в этом домике. И когда я ходила по скрипящим половицам, прикасаясь пальцами к маленьким вещицам, и когда открыла шкаф и достала красивое белое платье — я чувствовала, что все эти вещи мои. Я знала, что это любимое платье Брадура. Когда-то он подарил мне его.

Я так и застыла с тканью в руках, вспомнив этот момент. Я сидела на постели с закрытыми глазами, как он и просил. Мы повздорили, потому что я дразнила его, а он за это искупал меня в болоте. Я дулась, так как он испортил мое любимое изумрудное платье. И тогда Брадур сказал, что приготовит для меня подарок. И вот, я улыбалась и ждала. Его присутствие почувствовала сразу. Даже сейчас, наяву ощутила бег мурашек по коже, будто он стоял за спиной. Даже обернулась — никого. Но стоило закрыть глаза, и я снова была там, в далеком прошлом, видя все глазами другой женщины. Чувствуя прикосновения любимого своим телом. Он коснулся плеча, нежно провел пальцем, поцеловал шею, ключицу. Я засмеялась и попросила его перестать. Но он лишь улыбнулся и положил новое платье на мои колени.

«Ты прекрасна в белом» — произнес он. — «Это постоянно напоминает мне, насколько ты чиста».

И вот… Спустя тысячелетия это платье такое же — чистое, белоснежное, почти новое. Я отбросила его, испугавшись непонятно чего. Всего сразу — абсурдности, нереальности происходящего и собственных чувств.

— Это не может быть так реально, — прошептала я, задыхаясь в этом домике. Куда ни глянь — все знакомо. Будто я здесь всю жизнь прожила. И если открыть все шкафы и ящики, я точно буду знать, что там лежит.

Но я не стала этого делать, а просто сбежала. Обратно на пляж, где было хоть немного моих собственных воспоминаний.

Я нервно расхаживала по песку, кусая ногти. Не знаю, сколько времени прошло, но тролль уже опять успел наловить горку рыбы. А Брадур все не возвращался. Если они схватят его, то ни за что не отпустят во второй раз. И конечно, не поверят, что я здесь застряла одна. А если они его… Нет! О смерти думать я отказывалась. Мне одного раза хватило.

— Что ты там бормочешь? — донеслось где-то в десяти шагах от меня и всего в паре от кровати.

— Брадур! — воскликнула я, сама дивясь тому, так рада его видеть. И только я сделала шаг, застыла в ужасе от увиденного. Он был ранен. Брадур был очень серьезно ранен.

— Что? Я думала, ты самый сильный маг! — закричала я обвинительно и побежала к нему. Хотела помочь, уложить на постель, но он остановил меня жестом.

— Стой там, я сейчас плохо контролирую Тьму, — произнес он очень сиплым голосом. А после плюхнулся на кровать и зашипел. Его дымчатая накидка развивалась на ветру и сейчас больше напоминала лохмотья. Руки, плечи и животбыли оголены и окровавлены. На нем живого места не было, одни лишь рваные раны с обожженными краями.

— Реар? — тихо спросила я.

Брадур поднял на меня глаза и обреченно заявил:

— Силана.

Мои брови поползли вверх. И даже несмотря на плачевность его состояния, я не удержалась от колкости.

— А ты говорил бесполезные иномирянки.

— Она очень разозлилась, что я тебя забрал, — пробормотал маг. — И не поверила, что ты в безопасном месте.

Я улыбнулась и присела на краюшек рядом с ним.

— Я сказал, держись подальше, — хрипло приказал он. Казалось, из последних сил.

— Можешь рычать сколько угодно. Я дождусь, когда ты потеряешь сознание, и все равно тебя исцелю.

Но маг в ответ лишь фыркнул.

— Моя Тьма тебя не подпустит. Она сама меня исцелит. Нужно лишь время.

Я понимала, что это значит. Опустив глаза, с ужасом осмотрела самую большую рану на груди. У меня бы на это ушла вся ночь, не меньше.

— Ритуал придется отложить, — констатировала я. — А пирамида? Ты достал ее?

Брадур стиснул челюсти, отвел взгляд и кивнул. Я тоже медленно кивнула. Это означало так много. Все три части Света, самая могущественная магия Тарты, наследие всех магов теперь была в одном месте, в руках истинного короля.

— Ничего, — с выдохом произнесла я и сжала кулаки, чтобы скрыть дрожь в пальцах. — Недолго осталось. Только не смей раскисать прямо сейчас. Тебе еще столько великих дел предстоит свершить.

— Марина, — прошептал маг так, будто я его уже достала. Я подняла руки в знак извинения и поднялась. Но Брадур тихо шепнул: — Нет. Не уходи. Просто не прикасайся.

— В этом-то и проблема, — с грустью произнесла я, обходя кровать с другой стороны.

Я хотела прикасаться к нему всегда.

Я бы подумала, что Брадур уснул. Его глаза были закрыты, лицо расслабленно, несмотря на множество ранений, а грудная клетка плавно подымалась от глубоких вдохов и выдохов. Вот только его Тьма больно кололась, пытаясь оттолкнуть меня подальше. Стоило мне протянуть руку, и маг недовольно зарычал.

— Нет, — пробормотал он и снова притих.

— Я просто хочу помочь.

— Справлюсь сам, — едва слышно ответил он.

Я покачала головой и улеглась на подушку, упрямо игнорируя неприятное покалывание со стороны мужчины.

— Надеюсь, ты быстро поправишься, — проговорила я, глядя в звездное небо. — Ночи тебе хватит?

Брадур издал неопределенный звук, больше похожий на отрицание, нежели утверждение. И я обреченно вздохнула.

— Знаешь, мое пребывание здесь… Вот буквально с первой секунды — пытка. Самая настоящая пытка. Скажу честно, я давно потеряла счет дням, но с видениями Гривельды такое чувство, будто я прожила здесь как минимум год.

— Так много видений? — спросил ослабшим голосом маг.

— С тех пор, как ты перенес меня сюда — постоянно, — не утаивая ответила я. Он должен знать все. Казалось, каждая деталь имела значение. — К примеру, сегодня я нашла ваш домик. И белое платье. У меня было очень яркое видение с ним.

— Почему ты его не надела? — вдруг спросил маг. И буквально огорошил меня этим странным вопросом.

— Потому чтооо, — протянула я пораженно, — оно не мое! И мы оба знаем, как ты ревностно относишься к своему прошлому.

В ответ я услышала новый неопределенный звук. Рассматривать Брадура, надеясь забраться в его голову, оказалось бесполезным занятием. Он напоминал статую. Возможно, вошел в некий транс, помогая Тьме исцелить себя. В любом случае я не стала бы его тревожить. Он сам меня попросил!

— Говори еще, — приказал он вяло. Вяло, но все равно приказал!

Улыбнувшись, я покачала головой и повернула лицо к небу.

— Я просто хотела сказать, что среди всех этих мучительных дней у меня был всего один сказочный. Незабываемый. Самый лучший день за всю мою жизнь с учетом даже всех прожитых годов на Земле.

Я улыбнулась своим мыслям, и себя же поправила, что на самом деле это была всего лишь половина дня. Но все же…

— Что это был за день? — спросил маг. Похоже, ему действительно нравилось слушать меня.

— День с тобой, — тихо произнесла я. — С другим тобой. С тем, каким ты станешь когда-то. Когда меня уже не будет.

И мы оба смолкли. Я прокручивала в голове наш с Сатаром побег из замка Анэля, вспоминала шутки, его игривую улыбку, ласкающий взгляд. Он был так реален не только потому, что его копия лежала рядом, а потому что взобрался мне под кожу со скоростью света. Этот мужчина стал незаменимым, и когда он исчез из моей жизни, я ощутила себя еще более опустошенной, чем была до его появления.

— Расскажи, — услышала я новый приказ. Хотя нет. На этот раз это была несмелая просьба. Будто Брадур сам не был уверен, что хочет слушать. Но наверное, ему все же надо было услышать.

— Ты пришел из будущего. У нас не было времен обсудить это, потому я не знаю подробностей. Ты старался уберечь мою и так расшатанную нестандартными событиями психику, и выдавал информацию порциями. Сначала сказал, что во мне очень сильная и древняя магия, ее слишком много для меня одной, и я не смогу управлять ею полностью.

Брадур слабо кивнул.

— Ты все время оберегал меня. — Я хмыкнула. — От себя. Ты был в замке Анэля, стоял за его спиной и наблюдал из тени. А ты же из будущего ухаживал за мной, заботился, приносил еду и старался не подпускать жестоких слуг. А после помог сбежать. Я бы не справилась без тебя. За сутки я узнала тебя лучше. В тебе из будущего не было Тьмы, Брадур. Не знаю, как это объяснить. Только Свет. Слабый, намного слабее моего, но ты управлял им досконально, когда нам нужно было скрыться от погони или отбить атаку.

Я сделала невольную паузу и на секунду снова перевела взгляд на строгий профиль темного мага. В такие моменты как никогда хочется обнять его и вдохнуть любимый запах. Но я сдержалась.

— А потом ты сказал, что я твоя пара. Что ты никогда не отпустишь меня и будешь оберегать до последнего вдоха.

Я снова отвернулась и горько хмыкнула.

— Возможно, ты действительно сказал это лишь для того, чтобы я согласилась отдать Свет. Ведь в конечном итоге это сработало. Его не стало. Твоей на мой взгляд улучшенной версии не стало. И вместе с тем я потеряла смысл существования. Но я правда хочу помочь всем тем заблудшим душам, которые веками мечтали обрести дом. Я знаю, что мы с тобой, какими бы не были наши отношения, стремимся к единой цели. Это благородная цель. И она действительно оправдывает любые средства.

Помолчав еще немного, я добавила сорвавшимся голосом:

— Даже мою смерть.

Звезды стали размытыми от подступивших слез. Но боль моя приутихла. Она никуда не делась, просто спряталась глубоко, придавленная надеждой о светлом будущем для этого мира.

— Ты просто обязан назвать улицу в мою честь, — вырвалось у меня.

И к моему удивлению на лице Брадура появилась улыбка. А после он вяло прошептал:

— Ты самая сильная ведьма, которую я когда-либо встречал.

Я в ответ лишь фыркнула.

— Только взрывать и умею.

— Я не про это.

Он больше ничего не сказал. А я… Я вернулась в тот день к Сатару. Воспоминание выползло на поверхность так четко, как будто я просматривала фильм. Где-то на задворках сознания возникла мысль, что мне помогли вытащить эти обрывки памяти, но какая уже разница? Пускай смотрит.