47. Последняя ночь

Андрею казалось, что ему не хватает воздуха в этой тесной кабине. Сердце продолжало колотиться о рёбра, словно пыталось вырваться из грудной клетки, Ника же выглядела спокойной, почти бесстрастной, либо это просто была маска.

За те несколько секунд, что лифт вёз их наверх, они оба не произнесли ни слова. Когда кабина остановилась и двери открылись, Ника вышла первой и обернулась на Андрея, словно проверяла — идёт ли он за ней. Ей можно было даже не оглядываться: он послушно следовал за ней, словно за дудкой гаммельнского крысолова.

“Беги! Спасайся! — вопили остатки его разума, но тело, и впрямь как загипнотизированное, на автопилоте двигалось за Никой.

Она снова обернулась и уточнила:

— Ты где живёшь?

Не надеясь на голос, Андрей кивком указал на нужную дверь. Ника протянула ладонь, уже даже не уточняя, чего хочет, и он послушно вложил туда ключ от номера.

Открыв дверь, Ника вошла внутрь первой и опять оглянулась на Андрея. Он сделал шаг вперёд и остановился в нерешительности, не зная, что теперь делать. А Ника вдруг подалась в его сторону, порывисто обняла — крепко-крепко — и замерла, прижавшись к нему. Андрей не ждал физического сближения так скоро, думая, что поначалу Ника как минимум что-нибудь ему скажет, и теперь совершенно растерялся. Руки непроизвольно дёрнулись — обнять Нику в ответ, но тут же обессиленно повисли, он так и не смог заставить себя это сделать.

— Как ты… как ты меня нашла? — прохрипел он, испытывая грёбаное дежавю.

Не размыкая объятий, Ника прошептала куда-то ему в плечо:

— Это наш корпоратив. Я работаю в этой компании.

— И то, что меня пригласили — ты организовала?

— Ну что ты… — пробормотала она. — Я не такая крупная шишка. Для меня самой стало шоком, когда я узнала. Даже сомневалась, стоит ли в принципе приходить…

— Но всё-таки пришла, — резюмировал он.

— Очень захотелось тебя увидеть, — Ника чуть отстранилась и уставилась ему в лицо, не мигая. — Я безумно соскучилась.

Он тоже смотрел на неё — туман в глазах, наконец, рассеялся, и теперь он мог видеть Нику чётко, моментально отмечая мельчайшие детали и самые незаметные изменения в её внешности, что произошли за эти годы. Впрочем, она не так уж сильно изменилась. Просто вместо ослепительно красивой девушки превратилась в женщину — всё такую же ослепительно красивую. И это платье… сумасшедше откровенное и в то же время не нарушающее приличий платье… наверное, все мужики этого сраного корпоратива пускали на Нику слюни.

— А твой муж… — выговорил Андрей вмиг пересохшими губами, — он тоже на корпоративе?

— Какой муж? — Ника удивлённо приподняла брови.

— А что, у тебя их несколько? Ну, этот твой… Ромыч.

— Рома? — переспросила она ещё более удивлённо. — Мы развелись два года назад.

— Почему? — глухо спросил Андрей.

— Что — “почему”?

— Почему развелись? — упрямо повторил он.

Она пожала плечами.

— Ну… было много причин.

— Назови хоть одну, — потребовал он с непонятным даже для себя упорством.

— Во-первых, с ним было скучно, — подумав, сообщила Ника.

И тут Андрея прорвало.

— Скучно?! А со мной, значит, весело? — выкрикнул он. — Со мной, бл…дь, просто цирк-шапито какой-то!

Ника покачала головой.

— Скорее уж, американские горки… — тихо сказала она и улыбнулась. Эта улыбка почему-то ещё больше его взбесила.

— Да я сыт по горло этими горками! Господи, я столько лет жил без тебя — и хорошо жил! Чего тебе опять от меня надо? Какого хрена ты врываешься в мою жизнь, чтобы снова всё испортить? В очередной раз перемолоть меня в песок? Да не могу я так, Ника… не могу и не хочу! Достало!

Он и сам не замечал, что из его глаз текут слёзы. Просто продолжал выплёскивать Нике в лицо всё, что накопилось за эти годы — застарелые обиды, горечь и разочарование.

— Я тебя везде видел! Не искал, но всюду слышал твой голос. Я подыхал без тебя. Я ни с кем не мог завести постоянные отношения, да я трахаться нормально не мог, потому что ты мешала! Воспоминания о тебе мешали!

— А говоришь, что хорошо жил без меня… — еле слышно отозвалась она.

— Да ху…во жил! Хуже некуда! Довольна теперь, да? Ты же этого добивалась?

Ника молча покачала головой.

— Чего ты хочешь от меня? — он, наконец, заметил, что щёки стали мокрыми, и быстрым движением стёр эти позорные солёные дорожки с лица. — Почему не можешь оставить меня в покое раз и навсегда? Тебе нравится каждый раз вот так внезапно появляться и перемалывать меня в фарш, да?

Ника коснулась его руки, но он дёрнулся, как от ожога.

— Если ты думаешь что все эти годы я наслаждалась жизнью, то спешу тебя разочаровать: мне тоже было плохо. Я постоянно о тебе думала. Вспоминала. И мне… мне никогда не было так хорошо с мужем, как… с тобой.

— И что, если сейчас я предложу тебе выйти за меня замуж, ты пойдёшь? — с какой-то отчаянной обречённостью выдохнул он.

Ника закусила губу.

— Не пойдёшь, — резюмировал он с мрачным удовлетворением. — Потому что ты — конченая эгоистка, Ника. Тебе надо, чтобы я бросил работу… чтобы весь мой мир вращался только вокруг тебя одной, верно?

— А ты — ты сам не хотел того же самого? — возразила она. — Разве ты не мечтал изолировать меня от всех парней вокруг? Ты, значит, будешь строить карьеру и флиртовать с фанатками, а я должна покорно сидеть дома и ждать твоих редких появлений между концертами и гастролями!

Он в бессилии замотал головой, чувствуя, что сейчас на него накатит самая настоящая истерика.

— Уходи, Ника, — взмолился он. — Пожалуйста, свали нахер из моего номера, из моей жизни, из моего сердца… просто свали!

Губы её дрожали, но в глазах Андрея, видимо, было столько боли и ненависти, что она не решилась спорить. Ссутулившись, развернулась к двери и сделала неуверенный шаг…

…а он вдруг до паники, до трясучки испугался того, что она сейчас и правда уйдёт. Навсегда исчезнет из его жизни — так, как он просил.

Да что же это за любовь такая, которая рвёт душу на куски?! Не любовь, а беда. Наказание. Проклятие…

— Стой, — хрипло выдохнул он. — Да подожди ты…

И, не выдержав, рванул за ней следом. Развернул лицом себе и, задыхаясь, впился изголодавшимся острым поцелуем в её губы.

***

Удивительно, но он до сих детально помнил ту их последнюю ночь — так ярко и отчётливо, словно это было вчера. Ночь, которая опустошила и вымотала его до предела. Он уже знал, что больше никогда не вернётся к Нике, даже если она его позовёт. Это была ночь-прощание. Отчаяние. Признание. Болезненный, но логичный финал многолетних странных отношений, измучивших их обоих…