Глава 26

Но эту дилемму помогла решить сама Бесси.

Она наверняка слышала нашу с Лией перепалку. Не знала точно, о чем идет речь, но догадалась. Все-таки, я глупа, раз подумала, что Бесси с ее многолетним опытом удастся обмануть.

Я подошла к ней, терзаясь сомнениями.

Но она не стала меня слушать.

Опередила.

Глянула внимательно мне в лицо, стрельнула внимательными глазами в сторону Лии.

— Давайте, набивайте животы поскорее, да умывайте ваши лица и руки, неряхи! — грозно велела она. — Потому что сегодня ночью вас ожидает Великое Стояние!

— Это еще что такое?! — испугалась я.

— Ну, как же? Темные сегодня ночью празднуют, — сказала она. — Будут скачки. Всадники с факелами промчатся сверху и до низу Пня, освещая и неся тепло. А вы, глупые, должны будет стоять вдоль стен, освещая своим сиянием их путь.

— Но я устала! — в отчаянии крикнула Лия. Перспектива простоять на месте, на холодном ветру всю ночь ей совсем не нравилась. — Я не хочу!

— Кто спрашивает, чего ты хочешь, — отрезала Бесси. — Это всем девиц касается! Все там быть должны! Давай, оботри свое красное лицо как следует! Тебя могут выбрать, если ты им понравишься.

— Выбрать? — Лия вдруг оживилась. Перестала кривить лицо.

И я с ужасом поняла, что она мне завидует!

Завидует тому, что я была с Темнейшим!

Она сама хотела на это место.

В постель с эльфом.

И плевать ей было на честь и на невинность. Даже с учетом того, что она собиралась удрать.

— Выбрать, — подтвердила Бесси, кивнув головой. — Темные будут танцевать всю ночь. У них по всему Пню дома и таверны. Их дома, не такие запущенные и одинокие, как эта кухня. И понравившуюся девушку они могут прихватить с собой, чтобы она им освещала зал. Порой Осенних Цветов набирается с десяток. Они прислуживают эльфам на празднике, ну, и зарабатывают прилично.

Лия тотчас ухватила полу фартука и насухо обтерла лицо. В чертах ее горела решимость.

Бесси на меня перевела взгляд.

Что-то не так было в ее глазах. От этого чувства, притаившегося в ее чертах, мне стало не по себе.

— И Юна тоже пойдет? — невольно спросила я.

Лия тотчас напряглась. Будто тоже почуяла подвох.

— Она слишком молода, — туманно ответила Бесси. — Стоять придется долго, вероятно, всю ночь. И при этом сохранять приветливое выражение лица. Так что нет. Она тут останется. Давайте, приводите себя в порядок. Я пойду поговорю с Темными, чтобы они вас взяли.

Она снова нас оглядела со странным выражением в глазах, и направилась к эльфам.

Лия торжествовала.

— Вот увидишь, — воскликнула она, сорвав с головы чепчик и распуская косы, — я попаду к важному эльфу! И скоро, очень скоро, получу все, что захочу!

— Толку то этого не будет, — резко ответила я. — Эльфы не соблазняются на человеческих женщин!

— Это тебе глупая Бесси сказала? — усмехнулась Лия.

— Нет. Темнейшая. Невеста Того, кого я отогревала.

Лия расхохоталась, закинув голову.

— И ты поверила? В этом вопросе верить женщинам нельзя. Они скажут то, во что верят. То, чего хотят. А мужчины все равно сделают по-своему.

— Твоей бабке удалось соблазнить эльфа? — ахнула я, потрясенная догадкой.

Лия смолчала.

Только глаза ее победно сияли.

— Она была красивой, старая, выжившая из ума Гретта! — весело произнесла Лия. — И дерзкой. Не то, что ты. Эльфы такое ценят — смелость. На ложе господина ее приходилось удерживать за руки и за ноги. Она боролась и брыкалась, кусалась, как дикий зверь. И тем жарче кипела ее кровь! Он очухался с первого раза! Да еще и оплеуху умудрился заработать от бабки.

— И не велел ее казнить? — удивилась я. — Уж больно похоже на сказку. Думаю, не стоит верить во все сказки, которые твоя бабка рассказывала.

Лия окрысилась.

— Гретта не врет! Она ненавидит ложь! Она даже слова приятного тебе не скажет, если это слово — неправда!

— Да, я слышала, что от твоей бабки и слова поддержки не дождешься, — усмехнулась я. — Она зла и скупа на теплоту. Видно, Темный из нее все тепло выпил.

— Она знала слова поддержки! — зло огрызнулась Лия. — Я много раз слышала их!

— И что же это за слова?

— «Борись»! Вот что она говорила!

Мы бы передрались, но тут вернулась Бесси и велела нам замолчать.

— Сейчас Темные допьют свой эль и возьмут вас, — произнесла она.

В ее голосе что-то меня все равно пугало.

— Можно, я прощусь с Юной? — сказала я кротко. — Кто знает, вернусь ли я сюда, или Темные пожелают меня у себя оставить?

Бесси кивнула, разрешая.

Я бегом направилась к сестре.

Она как раз убирала со стола бочонок, еще наполовину полный.

— Мне сейчас придется уйти, — быстро проговорила я, нащупывая в кармане ключ от подаренной эльфами комнатки. — Быть может, надолго. Бесси нас поведет.

— Куда? — спросила изумленная Юна.

— Служить Темным, — ответила я. — Но тут что-то не так.

— Что не так?

— Не знаю, крошка! Но ты должна быть сильной. И уверенной в себе.

Я вложила в ее руку ключ, сжала на нем ее пальцы.

— Когда мы уйдем, собери всю еду и питье, что осталось, все ломти хлеба и мясо, и упрячься в комнату. Закройся изнутри! — велела я. — И сиди там так долго, как сможешь. Еды должно хватить надолго.

— Зачем? — удивилась Юна.

— Затем, что наши приправы нужно охранять, — язык мой не повернулся сказать «я могу не вернуться». — Видишь же, как они хороши. С ними можно готовить что угодно, и будет вкусно. В мире эльфов они ценны, а в мире людей — и того подавно. Это наше богатство с тобой. И ты должна будешь его сохранить.

Я сглотнула ком, ставший у меня поперек горла.

— Сохранить это для меня, — повторила я. — От тех, кто захочет это забрать. Закройся и сидит там. Откроешь только мне. Или Темным, если они станут стучаться. Им скажешь, что комната мне подарена Темнейшим за службу. А я уж передарила ее тебе. Запомнила? Только мне откроешь!

— А Бесси тоже не открывать? — спросила Юна удивленно.

И я снова припомнила странный, неподвижный взгляд Бесси.

— Особенно ей не отпирай! — велела я. — Все поняла?

Юна кивнула.

— Ну, будь сильной! — я поцеловала ее в лоб. — Ты ведь уже не дитя!

Я спешно смахнула набежавшие слезы, сделав вид, что утираю разгоряченное лицо.

Тут Бесси меня окликнула, и я поспешила к ней.