Глава 6. Вечер танцев

Два дня пролетели незаметно. Лиза не отходила от девочки ни на шаг, всё больше вживаясь в роль мамы. Из Саши получалась чудесная дочка. Не перечила, улыбалась и, немного смущаясь, бросалась обниматься. Они вместе гуляли, играли, разговаривали обо всем на свете. Точнее, говорила Лиза, а Саша внимательно слушала рассказы о далеких странах и просто больших городах, в которых не бывала ни разу. А вот о прошлом вспоминать отказывалась. Особенно о тетке. Иногда компанию им составлял Степан, неожиданно легко подружившийся с Сашей. Даже согласился на роль «лошадки» и катал девочку по всей территории пансионата.

Наверное, Лизе стоило насторожиться, ведь малышка никогда прежде не видела мобильного телефона и даже телевизора, не знала детских песен, напевала под нос исключительно что-то старинное и незнакомое. Но Лиза не удивлялась и не волновалась. Объясняла это странностями Сашиной тетки. Видно, та растила девочку в изоляции от всего на свете. А, может, вообще скрывала ее существование и имя называла ненастоящее. Потому в деревне и не знают ни Саши, ни «тёти Вали».

— Я пообщался с соцслужбами, — поведал Евгений, приехавший пожить несколько дней в пансионате и сменить обстановку. — Договорился, что девочка пока поживет здесь. Ей не помешает свежий воздух. А уж потом, коли родня не отыщется, придется что-то решать.

Лиза с благодарностью улыбнулась. «Поживет здесь» — звучало отлично. Время будто остановилось, даря мгновения счастья.

— Я сам схожу в деревню, — добавил Евгений. — Еще раз поспрашиваю.

Лизе он понравился. Внешне полная противоположность «цыганке» Агате — блондин с кожей белой, как свежевыпавший снег. На первый взгляд, человек суровый, большой начальник, привыкший, что его распоряжения беспрекословно выполняются. Но то была маска. Для подчиненных. Не для своих. Когда Евгений улыбался, в глазах зажигались огоньки, а с лица исчезала вся серьезность, черты мгновенно смягчались.

— Сегодня вечер танцев, — напомнил он на прощание. — Приходите.

— Постараюсь, — ответила Лиза уклончиво.

На танцы она не собиралась. Однако к вечеру пришлось поменять решение. Из-за Татьяны, которая очень хотела пойти, но не решалась сделать это в одиночку.

— Не хочется выглядеть жалко. Идти так с мужчиной или подругой.

— Это предрассудки, — попыталась Лиза переубедить соседку. — Тут все без пары.

Но та вздохнула тяжко и проговорила:

— В зеркало на себя смотреть противно. Как вспомнишь, что никому не нужна…

Лиза смутилась и приложила руки к груди.

— Я бы пошла. Честное слово. Но с кем Сашу оставить?

— А я тут у вас вместо мебели, что ли? — подал голос Анатолий Антонович, до сего момента, правда, притворявшийся шкафом или вешалкой. Стоял неподвижно у окна, любовался видом. Ни Лиза, ни Татьяна даже не замечали его присутствия. — Лизок, тебе самой повеселиться не помешает. А то лицо бледное, как у покойницы. А я и за девочкой присмотрю, и за пацаненком. Я опытный дед. Троих внуков-сирот с женой подняли. Точнее, двух внуков и внучку.

— Ох… — Лиза растерялась.

«Пазлы» складывались идеально, но душа не лежала ни к каким танцам и вообще вылазкам из домика. Однако и отказываться нехорошо. Особенно, когда Татьяна смотрит с надеждой и мольбой. Как школьница перед первой в жизни дискотекой, ей-богу!

— Степка тоже за Сашей приглядит, — пообещала она. — У него сестренка была ее возраста.

Лиза не сразу поняла значение этого «была», а когда осознала и вопросительно взглянула на Татьяну, та уже достала из сумочки косметичку и принялась наводить марафет. Даже не потрудилась подняться к себе в спальню. Лиза вообще не понимала смысла ее действий. Макияж и так идеальный. Освежать не требуется. Но Татьяна явно считала иначе. Кисточка для теней порхала в руках, словно бабочка.

Сашу наверху Лиза застала в компании Степана. Мальчишка помогал ей складывать картинки из нашедшихся в клубе кубиков. И правда, вел себя, как старший брат. Заботливый старший брат. Подсказывал аккуратно, не насмехался над ошибками девочки. Заметив Лизу в дверях, Степан смущенно улыбнулся и попрощался.

— Ты не против, если я уйду ненадолго? — спросила Лиза Сашу.

— Сходи, потанцуй, — разрешила она и захлопала в ладоши, сложив, наконец, «упрямую» картинку. — Я люблю танцы. Мы раньше с тетей Валей танцевали.

Сказала и испугалась. Торопливо завернулась в одеяло и изобразила, что спит. Лиза вздохнула разочарованно и озаботилась сборами. Пусть танцы и в глуши, но не в джинсах и в футболке же там объявляться. Выбор пал на сарафан. Хотя почему пал? Другие варианты отсутствовали в принципе. Переодевшись, Лиза придирчиво оглядела себя в зеркале. А что? Аппетитная красотка. Впереди сарафан сидит отлично, облегает всё, что надо, спина открыта, талия четко выделяется. Ткань скрывает послеоперационный шрам, а все «подаренные» Вовой синяки прошли. Жаль, босоножки на плоской подошве. И всё же можно смело рассчитывать на мужское внимание.

Вот только Лиза не хотела любого внимания. Хотела конкретного. Заботы о Саше оттеснили мысли о Владе на второй план, но приснившийся поцелуй всё ещё горел на губах, которые требовали повторения опыта в реальности.

Ох, хоть бы ОН оказался там…

Из-за бесконечных сборов Татьяны, переодевавшееся раз пять, на крытую веранду, превратившуюся в танцпол, попали в самый разгар праздника. Лиза насчитала человек сорок, хотя в дневное время не встречала и половины этих людей. Взгляд мгновенно выхватил в толпе светлую шевелюру Влада, стянутую в куцый хвост. Он уже танцевал. Успел обзавестись партнершей, правда, самой невозможной партнёршей, какую только можно представить. В медленном танце с ним, хитро улыбаясь, кружилась мелкая пакостница Аксинья. Но к чести Влада, он вел ее не как взрослую женщину, а, как ребёнка, будто согласился потанцевать с младшей сестрой хорошего друга. Но Аксинья и этому радовалась. Светилась, как ёлка с гирляндами.

Лиза бочком отступила к стене. Не хватало, чтобы Влад заметил интерес. Последние два дня он не появлялся в поле зрения, хотя Лиза с Сашей гуляли по всей территории пансионата, заглядывая в самые дальние уголки. Значит, либо был занят, либо нарочно избегал встреч. Правильно, зачем усложнять себе жизнь, если есть Людмила. Кстати, о последней. Она тоже стояла у стены и наблюдала за Владом с Аксиньей, а в глазах пылало пламя. Неужели, ревнует к малолетке?

— Ох, принесла нелегкая, — шепнула на ухо Татьяна.

Лиза проследила за ее взглядом. В дверях стояла белокурая незнакомка в черном платье с бесстыжим вырезом. Она махала кому-то рукой, а едва музыка стихла, крикнула:

— Влад, дорогой! Я здесь! Я вернулась!

Обернулись все. И как не обернуться, если голос прозвучал громовым раскатом в наступившей тишине. Мгновение, и на лицах отразилось осуждение. Лишь Влад не выказал негативных эмоций. Растерянность быстро сменилась приветливостью.

— Здравствуй, Ольга, — проговорил он мягко.

И в тот же миг кулаками в грудь его ударила Аксинья.

— Ты же обещал, что эта корова больше не объявится!

Она говорила что-то еще! Кричала, чуть не плача. Но никто, кроме Влада, не слышал. Вновь грянула музыка. Быстрый современный танец. Латиноамериканский, кажется. Агата сориентировалась моментально. Потянула за руки стоявших рядом женщин, чтобы создавали круг. Приглашала веселиться, делать то, ради чего они пришли, а не наблюдать за чужими личными разборками. Мол, всё это не для чужих глаз. Влад и сам «очнулся», что-то шепнул злой Аксинье и направился к Ольге. Та попыталась повиснуть у него на шее, но он ловко увернулся, взял женщину за локоть и увел с танцпола в неизвестном направлении.

Настроение Лизы совсем испортилось. Ну что она за глупая девчонка? Неужели, было неясно с самого начала, что такой мужчина пользуется спросом. Даже малолетка нарезает круги, всерьез смея на что-то претендовать. А уж остальные… Людмила — красавица со стройной фигурой, уверенная в себе. А эта Ольга… Ух! Такая даст фору любой сопернице. Горячая штучка. А Лиза всегда была скромницей. Умела одеться красиво, подчеркнув, всё, что надо. Но рядом с парнями инициативы никогда не проявляла. Дочка учительницы, собиравшаяся пойти по материнским стопам. Исчерпывающая характеристика, верно?

Она хотела уйти. Вернуться в домик. К Сашеньке. Но дорогу преградил Евгений.

— Останьтесь, Лиза.

— Но… я…

— Все дела и заботы подождут. Позвольте музыке помочь вам забыться. Хотя бы на время.

Что-то в его голосе заставило передумать. Быть может, уверенность? Или спокойная мягкая интонация? Или же вспомнился рассказ Агаты. Этот человек однажды потерял слишком много. Но сумел начать жизнь заново. Построил собственное счастье из ничего. Может, и у нее получится?

Лиза присоединилась к кругу. Постояла с закрытыми глазами, впитывая музыкальный ритм. Ощутила вибрации от движений танцующих женщин и мужчин: плавных, резких, соответствующих мелодии и не очень. В голове вспыхнул свет. От огней дискотек, на которые она ходила с девчонками в студенческие годы. До знакомства с Вовой. Как наяву, Лиза увидела свет прожекторов, лес поднятых рук, блаженные лица девчонок, ощутила запах алкоголя и сигарет, а еще собственных духов, которые обожала в то время — с терпким и пьянящим ягодным шлейфом.

Не открывая глаз, Лиза позволила музыке вести себя. Тело легко подчинилось. Вот-вот воспарит к потолку. Мелодии (одна, другая, третья) проникали в каждую клеточку. Руки казались крыльями, а ноги будто превратились в пружинки. Лиза никогда не считала себя мастером по части танцев, но сегодня ощущала себя профессионалкой, которая вышла побеждать в международном конкурсе.

Но вдруг чары разрушились.

— Ну и наворотила ты дел, Лизка.

Голос свекрови разорвал все слои мирозданья. Лиза открыла глаза и в ужасе застыла, будто ноги-пружинки мгновенно обрели вековые корни. Ядвига Семеновна отражалась в стекле в желтом свете фонаря. Не настоящая. Призрачная, мерцающая. Она укоризненно покачала головой, мол, ай-яй-яй, как нехорошо невестка поступила. А потом поманила пальцем: возвращайся домой, дорогая, там тебя ждут.

Лиза приготовилась истошно закричать, но на стекле появилась еще одна женщина. Незнакомая. Длинные русые волосы были заплетены в тяжелую косу, а в светлых глазах горели звезды. Она выставила ладонь вперед, будто для воздушного поцелуя, и подула на Ядвигу Семеновна. Та беззвучно завопила, прикрыла голову руками и лопнула, как мыльный пузырь. А незнакомка пристально посмотрела на Лизу и приложила палец к губам, мол, пусть это останется нашей тайной.

Желания танцевать не осталось. Лиза ринулась к выходу.

— Ты куда? — попыталась остановить ее Татьяна.

— На свежий воздух. Подышать…

Встань сейчас на пути даже сам Вова, не сумел бы задержать. Здесь, на танцполе, кислород перестал поступать в легкие. Лиза знала, что, если не сделает вздох снаружи, то задохнется и упадет замертво. Безумие? Но разве всё происходящее вокруг имело право называться банальным словом «нормально»?

Мимо порога серой лентой бежала цементная дорожка, а за ней под соснами прятался стол с двумя скамейками по бокам. На ближайшую Лиза и упала без сил. Потянулась, наслаждаясь возможностью дышать полной грудью. Ужас постепенно отпускал, и возвращалось чувство реальности. Ну и привидится же! Разумеется, никакая Ядвига Семеновна не отражалась на стекле. Это всё бурное воображение и темнота. И собственные страхи, что свекровь вернется с освободившимся Вовой.

Лиза сделала еще один глубокий вздох и собралась, было, отправиться к Саше. Нечего тут торчать, пока еще чего-нибудь не померещилось. Но планы пришлось поменять.

— Влад! Куда же ты запропастился?!

Впереди, как раз там, где лежал путь к пятому домику, бродила блондинка Ольга. Недовольная — жуть! Того гляди, полетят «клочки по закоулочкам». От первого же, кто встретится на дороге. Лиза поджала губы. Столкнуться с этой наглой дамочкой — плохая идея. Она как раз схватила за рукав проходящую мимо женщину и спросила раздраженно:

— Где Влад?! Кто его от меня прячет?! Ты?!

Лиза торопливо отвернулась, судорожно раздумывая, куда прошмыгнуть, дабы не попасть под горячую руку. Если ее спросят про Влада, запросто растеряется, и тогда блондинка заподозрит неладное. Хотя ничего «неладного» между Лизой и Владом не намечается. Разве что в воображении Лизы. Или во сне.

Ничего путного в голову не пришло, кроме как обойти превратившуюся в танцпол застекленную веранду и скрыться в кустах. Не в круг же возвращаться. Нет, туда сейчас хотелось меньше всего на свете. И не скажешь, что недавно наслаждалась танцами. Полминуты спустя Лиза пожалела о принятом решении. Идти пришлось через заросли. Ноги обожгла крапива, руки царапнули сухие ветки. Но позади всё раздавались крики блондинки, пробиваясь через громыхающую музыку.

Ну и луженное горло!

— Осторожно, тут яма. Не нырни.

— Ох… — Лиза, и правда, чуть не «нырнула».

Голос Влада был последним, что она ожидала услышать.

— Погоди, сейчас посвечу.

Влад — белокурый, без привычного хвоста — появился из темноты, аки божество, с фонариком в одной руке. Вторую подал Лизе, чтобы помочь преодолеть препятствие. Не догадывался даже, что в этот миг для нее главное препятствие — он сам. Ну и глупая же ситуация — оказаться с ним в зарослях, пока другая женщина выкрикивает его имя. Но Лиза послушно протянула руку, ощутив от прикосновения к горячей коже настоящее блаженство.

Ведьмы с этой Ольгой. Она сюда не доберется…

— Присаживайся, — Влад кивнул на деревянную лесенку, ведущую к закрытому запасному входу на веранду. — И вот, возьми.

Не спрашивая разрешения, он стянул с себя ветровку и накинул Лизе на плечи. Она вздрогнула, засмущалась, хотя забота понравилась. Села на ступеньку и посмотрела в небо. В невероятно звездное августовское небо. Будто и не настоящее вовсе, а нарисованное или созданное в фотошопе. Не верилось, что столько ярких точек способно гореть одновременно.

— Завтра будет хороший день. Солнечный.

Лиза улыбнулась, но в душе испытала разочарование. Ну, вот, о погоде заговорили. Какая прелесть! Хотя о чем им говорить? О немногочисленных общих знакомых?

Влад устроился рядом и поднял стоявшую на земле бутылку красного вина, которую Лиза сразу не заметила.

— Это для храбрости, — пояснил он. — Предстоит непростой разговор. Я редко пью. Но сегодня настроение подходящее. Будешь? Только у меня стаканчиков нет.

Лиза покачала головой. Лучше сохранить ясную голову.

— Проблемы? — спросила она, кивнув туда, откуда пришла. С той стороны, по-прежнему звучали громогласные призывы Ольги.

И откуда смелость взялась? Или это наглость?

— Увы, — он сделал пару глотков и поставил бутылку назад. — Я совершил глупость. Хотя и зарекался от романов с постоялицами. Один раз уже обжегся. Несколько лет назад. Но вот поди ж ты, не удержался. Кто ж мог предсказать, что кроткая улыбчивая дева превратится в сущую гарпию, готовую идти по трупам ради достижения цели. Ох… Простите, Лиза, что заговорил об этом. Не стоило.

Вот уж точно не стоило! Теперь она чувствовала себя глупо. Может, Влад и не вкладывал в слова потаенного смысла, но Лиза восприняла сказанное на свой счет. Мол, не надейся, милая, ловить нечего. Никаких романов с постоялицами.

— Но почему ты сидишь здесь? — спросила жестко, вымещая обиду. — Как-то не по-мужски.

— Из-за Аксиньи, — дал Влад неожиданный ответ. — Пусть видит, что мне нет дела до Ольги. Она злится, а в таком состоянии способна наделать глупостей. Проблемная девочка.

Лиза поджала губы. Ничего себе! Он подстраивается под желания влюбленной малолетки. Но разве это честно? Давать дурехе надежду? О чем он вообще думает?

Кто-то приоткрыл над их головами окно, и музыка зазвучала громче. Вовремя. Она ворвалась в скрытые от всех заросли, как третий не лишний. Лиза закрыла глаза, вслушиваясь в танцевальную мелодию, чтобы не видеть Влада. Будто его и нет здесь вовсе.

Вот только он был.

— А у тебя как дела, Лиза? Свекровь не докучает?

Она качнулась и чуть со ступеньки не свалилась — лицом в колючий куст. Странный вопрос. Очень странный, особенно в свете недавней галлюцинации. Или же Влад имел виду телефонные звонки и сообщения? Он ведь не знает, что Лиза «потеряла» мобильный.

— Нет, — ответила она неуверенно и, заметив вопросительный взгляд, пояснила: — Померещилась сегодня. Отражение на стекле. Игра света.

Влад нахмурился.

— Это вряд ли. Ведьма пробилась. Надо сказать Арине. Пусть усилит защиту. А ты, главное, не поддавайся на хитрости. Сюда ведьма добраться не может, попытается выманить наружу. А там… сама понимаешь, окажешься в ее власти.

Лиза усмехнулась.

— В ее власти?

— А разве ты не находилась во власти ведьмовских чар? Пока годами жила с подонком?

Лизе почудилось, что она получила очередной Вовин удар.

— Прости, — Влад понял, что сказал лишнее. — Не следовало так говорить. Что-то я сегодня болтаю не по делу. Видно, алкоголь действует.

Он попытался взять Лизу за руку, но она не позволила, поднялась на ноги.

— Ну-ну, не сердись, — Влад тоже встал. — Я не хотел тебя задеть. Сказал это потому что ты не веришь в колдовство. Но подумай. Задайся вопросом, неужели, ты терпела издевательства по собственной воле? Или из-за великой любви?

— Нет. Я просто… просто…

Лиза растерялась. Она не знала ответа. Не понимала, почему вела себя, как глупая овечка, которую ведут на заклание. Лиза и сейчас боялась Вовы и его мести. Но это был реальный страх. Осознанный. Вова не из тех, кто прощает. Но раньше страх был иным. Он, как неизлечимый недуг, сидел глубоко внутри, проник в каждую клеточку.

— Всё изменилось после того, как ты встретила Арину и сходила к Ясмине, верно?

Лиза нехотя кивнула и обняла себя руками, словно защищалась. Серьезно, нет тут никакой магии. Просто две женщины подтолкнули к очевидному решению. Лиза нуждалась, чтобы кто-нибудь сказал: «беги». Вот и всё.

Музыка, звучавшая из приоткрытого окна, изменилась. Заиграл медленный танец.

— Окажешь честь? — Влад протянул руку.

В планы не входило соглашаться. Он же не намерен сближаться с постоялицами, а медленный танец намек на сближение. Но будто неведомая сила заставила сделать шаг навстречу Владу, положить ладони на сильные плечи, позволить обнять себя за талию. По телу мгновенно разлилось тепло. Нет, Лиза не ощутила физического влечения. Тело слишком хорошо помнило жестокость Вовы и потерю ребенка, и попросту не было готово. Пришло ощущение покоя. Абсолютного покоя. Лиза чувствовала себя под защитой. От всех бед на свете разом.

Она закрыла глаза, позволяя Владу вести себя в танце. Он ничего не говорил, давая возможность партнерше насладиться моментом. А Лизе казалось, что она погружается в мелодию, как в теплую озерную воду. Спокойную и мягкую. Волны гладят кожу, убаюкивают разум. Уносят прочь боль, накопившуюся за годы кошмарного брака. Но вдруг всё изменилось. Нет, ничего дурного не произошло. Память нарисовала картинку из недавнего сна: прогулку с Владом на лодке и сладкий поцелуй. По коже пробежали мурашки, но Влад лишь сильнее прижал Лизу к себе.

Она занервничала, хотела было отстраниться, но…

— Опять?!

Возле кустов, через которые недавно продиралась Лиза, стояла Аксинья с перекошенным от гнева и обиды лицом. Губы дрожали, вот-вот заревет, как малый ребёнок.

— Аксинья… — начал Влад, помрачневший, как затянутое тучами небо.

Но девчонка затопала, затрясла кулаками и закричала:

— Ненавижу тебя! Ты же обещал! Обещал!

Они кинулась прочь через кусты, оставляя на особенно ловких ветках клочки ткани. А Влад смущенно посмотрел на Лизу.

— Прости. Я должен ее догнать. Иначе наворотит дел. Она такая.

Лиза кивнула. А что еще сказать? Что он ведет себя недальновидно?

Влад, как и Аксинья, исчез в кустах, а Лиза, поджав губы, отправилась той же дорогой, что и пришла. Ноги снова жгла крапива, но она едва ли это замечала. Её тоже поглотила обида. Только-только успокоилась, а тут безумная малолетка. У входа на веранду ничего не изменилось. Из-за отрытой двери гремела музыка. Только Ольга пропала из виду, а на скамейке сидели Агата и курящий Евгений. Лиза помахала им, но не подошла, наверняка, опять потащат на танцпол. Отвернулась и вздрогнула.

Взору предстало поле, что тянулось за верандой. С нескошенной травой. А на нем две фигуры. Аксинья и Влад. Они стояли напротив друг друга и ругались. Лиза не слышала слов, но, кажется, Влад пытался уговорить Аксинью пойти с ним, а она сопротивлялась, отталкивала его, ударяла кулаками в грудь. Но потом он что-то сказал, наклонившись ближе, и девчонка сдалась. Не просто пошла с Владом, позволила подхватить себя и нести. Тонкие руки, как змеи, оплели его шею.

Лиза растерялась. Ну и как на такое реагировать? Отвернулась, зашагала к Агате и Евгению. Не хватало еще, чтобы Влад решил, что за ним подглядывают. Он прошел стороной, держа Аксинью, как самую главную в жизни драгоценность.

Агата проводила их долгим взглядом и печально вздохнула.

— Вечно эта бестия что-нибудь отчудит. Девочки-подростки всегда себе на уме. Хуже мальчишек. Но эта бьет все рекорды. Тяжело Владу с такой дочерью.

Лиза пошатнулась.

— С до-до-до…

— А ты не знала? — удивилась Агата.

— Нет.

Хотелось постучать себя по лбу. Вот, балда! Всё встало на места. Никаких странных и нездоровых отношений. Отец-одиночка и дочь-подросток, сходящая с ума при виде рядом с ним очередной потенциальной мачехи.

Лиза попрощалась с владельцами пансионата и отправилась в домик, напевая под нос. Нет, она не претендовала на Влада. Правда-правда. Иногда предавалась мечтам, но не всерьез. Однако новость об Аксинье успокоила, будто с горизонта исчезла грозная соперница. Она — дочь, а Ольге Влад собирается дать от ворот поворот.

Стоп! А кто же тогда Людмила?

Лиза махнула рукой. Какая разница? Глупо о романтике думать. Тем более, несбыточной. Ей еще с Вовой и Ядвигой Семеновной разбираться. И с заявлением, оставленным в полиции. Это проблемы куда насущнее.

В пятый домик Лиза проскользнула тенью, с улыбкой взглянула на уснувшего в кресле Анатолия Антоновича и поднялась на второй этаж. Открыла дверь комнаты и… застыла на пороге в ужасе.

Кровать пустовала. Саша исчезла…