Глава 30. Золотце

В прихожей нам навстречу вышла улыбчивая женщина с пышной копной длинных черных волос. Она хотела что-то сказать, но Эрик, идущий впереди меня, взмахнул рукой и произнес:

— Обращайся ко мне нейтрально, а лучше — оставь нас троих, нам нужно решить одну проблему. Агата прибыла из далекого прошлого, когда вас обоих еще в планах не было. И ей не следует знать, кто ты. На всякий случай.

Женщина удивленно вскинула брови, кинув на меня беглый взгляд, но вопросов задавать не стала. Лишь коротко кивнула и ушла куда-то вверх по ажурной металлической лестнице.

В доме действительно все стены были белые. Вся мебель — черная, с большим количеством различных металлических и стеклянных конструкций. Черно-белую гамму разбавляли лишь редкие красные акценты вроде алых роз в вазах на подоконниках или красных подушек на диване у камина. К этому самому камину нас как раз и повел Калипсо, молча махнув рукой на диван, мол, садитесь.

Сам он уселся в большое черное кресло напротив нас, закинул ногу на ногу и скрестил перед собой пальцы, буравя меня тяжелым взглядом.

Я присела на краешек дивана, чувствуя себя очень неуютно — и под этим пристальным взором, и от этой обстановки в целом…

— Калипсо у нас аскет, — произнес Эрик, будто бы прочтя мои мысли и услышав незаданный вопрос. — И большой любитель монохрома и пустоты вокруг. А не всяких цветастых полочек, заставленных сувенирами.

— Мне ни к чему роскошь, я люблю минимализм, — скривился Калипсо. — Мне вообще все равно где жить, лишь бы жена была рядом… Но речь вроде не обо мне, хм? Агата и так узнает все позже, в своем времени когда наступит свой срок. Мы здесь для другого собрались. Выкладывай, в чем дело, Агата. Рассказывай подробно. У тебя время тикает.

Он выслушал мой сбивчивый рассказ с невозмутимым выражением лица, потом надменным тоном спросил:

— Ну и в чем проблема-то? Ведь твоя истинная магия позволяет легко справиться с этими цунами и прочей подобной ерундой.

Я аж воздухом поперхнулась.

«Ерундой»?! Нормальная у него «ерунда»…

— Агата из того времени, когда ее истинная магия еще не была разбужена, — заметил Эрик. — Присмотрись к ее ауре как следует.

Калипсо нахмурился, глядя на меня с легким недоумением. Спросил:

— Хм… То есть ты не пробудила в себе темную сторону?

Я непонимающе похлопала глазками.

— О какой темной стороне речь?

— Агата из того промежутка времени, когда из всех ее особенностей можно было выделить только дар Хранителя Времени, — произнес Эрик. — Ты же видишь, что у нее нет сейчас тесного контакта с морем.

Калипсо нахмурился еще сильнее и склонил голову на бок.

— Хочешь сказать, что это я пробудил в Агате нужную магию?

— Похоже на то.

Они задумчиво уставились друг на друга, словно бы переговариваясь без слов, а я непонимающе переводила взгляд с Эрика на Калипсо.

— О чем вы?..

— Сейчас поясню. Но только сначала дай мне клятву молчания, — потребовал Калипсо. — Клятву Цетвиха конкретно. Знаешь такую? Отлично, вижу по глазам, что знаешь. Вот ее ты мне и дашь. Прямо сейчас. То, чему я тебя сегодня научу, должно остаться между нами. Я не хочу, чтобы эта информация, эти мои фишки распространились куда-то в прошлое.

— Так вот в чем дело, — задумчиво произнес Эрик, потирая подбородок. — Вот почему мы не знали деталей, как Агата спаслась из той ситуации… Потому что ты дала клятву о неразглашении, совершив прыжок во времени… А Клятва Цетвиха подразумевает не только неразглашение, но она как бы "отталкивает" от тебя интересующихся людей… Отводит их взгляды в стороны, мягко так, незаметно. То-то я думал сейчас, а почему никогда не интересовался этой ситуацией в деталях, замял как-то вопрос сам по себе… Теперь понятно, почему. Забавно, как иногда последний пазл мозаики складывается через сотни и тысячи лет, правда?

— Обхохочешься как забавно, — закатил глаза Калипсо, всем своим видом показывающий "восторг" от всего происходящего.

Клятву я дала без каких-либо возражений. Надо так надо, никакого беспокойства по этому поводу я не испытывала. Беспокоилась я сейчас исключительно вопросами того, как там, в Тейлонском море вернуть всё на свои места, и как нам с Дрейком при этом остаться в живых. Если для получения какой-то важной информации мне нужно дать клятву молчания — что ж, так тому и быть. Ничего страшного в этом для себя не видела. Да и Эрик не возражал, а уж его спокойствию можно было доверять всецело.

Для клятвы мы соединили ладони, и, пока Калипсо произносил нужные заклинания, я задумчиво рассматривала на его руке нечто вроде фиолетового браслета-татуировки… Сложный рунический рисунок опоясывал запястье своеобразным широким браслетом и как будто немного светился изнутри, на секунду загоревшись ярче, когда Калипсо закончил колдовать… Странная штука.

— Итак, поехали… Начать, видимо, нужно с банальной теории. Что ты знаешь о своей родословной, Агата? — неожиданно спросил Калипсо, откинувшись на спинку кресла и вновь скрестив перед собой пальцы.

Я недоуменно вскинула брови.

— Ты сам должен знать, что моя родословная весьма специфична.

— Я о твоей родословной знаю абсолютно всё, в отличие от тебя, судя по всему, — фыркнул Калипсо. — Но что ты сама знаешь о своей родословной в твоем времени? Какая магическая "кровь" в тебе течет?

— Ну, родительская…

— О, да ты капитан очевидность. Сразу видно, какой у тебя высокий интеллект.

Вот так бы и стукнула его в эту улыбающуюся физиономию, честное слово.

— Мой отец — могущественный архан в Лакоре, а моя мама — вторая Хранительница Времени в Армариллисе…

— Чья еще магия в тебе смешана? Если говорить о более дальних родственниках?

— Ангельская, демоническая…

— Стоп, — махнул рукой Калипсо. — На этом остановимся подробнее. Что ты знаешь о Заэле?

— Отец моей мамы, он очень не любит, когда его называют дедушкой, — усмехнулась я. — Ну, вот от него как раз мне ангельская магия и досталась, ведь он падший ангел, но во мне эта магия не проявлена…

— Ангельско-демоническая от него осталась.

— В смысле?..

— Заэль ведь не был ангелом по рождению. В ангела его когда-то обратили путем сложных магических экспериментов*. Этот твой родственник когда-то давно, еще до своей "ангельской" жизни был морским демоном, Агата. Низшим морским демоном, которого однажды "перевели" в статус иного существа.

[*примечание автора: об этом подробнее рассказывается в моей отдельной истории про Заэля «Грани прошлого». Для понимания контекста достаточно знать, что в родственнике Агаты действительно таится ангельско-демоническая сила]

— Но демоническая кровь при этом никуда не делась, она в нем есть, хотя и конкретно в Заэле морская магия никак не проявляется. "Кровь", конечно, это я сейчас не в прямом смысле слова говорю, скорее в фигуральном. Ты сама знаешь, что магия у волшебников передается через магическую Искру. И что именно, кому и в каком поколении передастся — большой вопрос… Иногда выливающийся в весьма интересные сюрпризы. У твоего отца, Салливана Реймон-Родингера, тоже, кстати, в роду есть морские демоны. В самом Салли эта частичка магии вообще никак не проявляется. Потому что магия архана тут вступает в конфликт и подавляет любую другую магию. Но она есть, по линии его матери. В твоем брате ее, кстати, совсем нет. А вот тебе как раз этот условный магический "ген" передался с обеих сторон, потому и усилился. Он в тебе цветет и пахнет, он тебя постоянно беспокоит. И ты это чуешь, не так ли? Ты всегда тянулась к морю, да к любым водоемам. Всегда тянулась к воде, умела черпать из нее силу…

— Э-э-э, нет, не умела, — неуверенно возразила я. — Понятия не имею, как это делать.

— Ну да, ну да, — скептично покивал Калипсо. — Именно поэтому все водоемы и особенно море ты мысленно называешь своим «местом силы». Верно?

— Верно, — прошептала я.

— Ну так вот это не просто красивые слова, это твоя истина. Ты действительно черпаешь силу от моря. Пока что — невольно, не умея контролировать это, не отдавая себе в этом отчета. Но сам факт умения черпать силу из моря имеется.

— Но я думала, это просто моя личная придурь…

Калипсо покачал головой.

— Это в тебе орет твоя истинная сущность, твоя черная магия, которую ты в упор не слышишь. Не хочешь слышать. Ведь эта магия — вся такая черная, мерзкая, а ты вся такая светлая — нельзя замарать себя, да?

— Да… — снова тихим шепотом отозвалась я.

Я действительно не могла даже допустить мысль о том, что я могла быть темным магом. Я же светлая, я фортемин, я стою на стороне добра… Так ведь?

— Черная магия — это не зло. Ну, вернее, зло, конечно, — усмехнулся Калипсо. — Да только это зло можно и нужно учить работать на себя. Это что-то вроде нашей личной тени, нашей личной изнанки, понимаешь? Убежать от своей тени невозможно, вот и от своей тьмы, от своей магии убежать нельзя. Вернее, можно, на время, но потом будет хуже, когда тьма вернется с удвоенной силой и начнет поглощать личность.

— А разве тьму в себе нельзя выкорчевать? Ведь при должных тренировках ее можно просто полностью убрать из волшебника…

— Это как раз методы моего отца, — усмехнулся Калипсо. — Он весь такой из себя любитель "отбеливать" не очень хороших магов. Но проблема в том, что не всё можно "выбелить", понимаешь? Иногда зерна тьмы могут быть такими настойчивыми, что они прорастают через любой свет, сколько ни пытайся затоптать эти зерна. И тогда задача стоит другая: не "выбелить", а помочь научиться взаимодействовать с этой своей темной стороной. И обратить ее во благо. Можно быть темной, прямо-таки черной волшебницей, но при этом быть в адеквате и стоять на грани света и тьмы. Тьма имеет свойство паразитировать… Она легко разрастается, легко бомбит, когда ты того меньше всего ждешь. Она легко завладевает разумом, причем ты этого не замечаешь…

— Одно удовольствие слушать, как сам Калипсо рассказывает о влиянии тьмы на мозг, — не удержался Эрик от замечания. — Эту же лекцию и самому себе прочитать бы в нужное время, да?..

— Бесишь ты меня, — коротко прошипел Калипсо, даже не глянув в его сторону.

Эрик хохотнул.

— Что, опять? А как же обращение внутренней тьмы во благо, и всё такое?..

Калипсо скрипнул зубами, проигнорировав Эрика, и продолжил:

— Мы рождаемся в мире уже с определенным набором характеристик, которые будут развиваться в нас в дальнейшем. Какие-то свои качества мы раскачиваем, от каких-то отказываемся. Вот только отказываемся порой от тех своих темных проявлений, которые на самом деле нам необходимы. Люди часто вырастают и отказываются от тех своих качеств, которые считают ненужными… Неправильными. Отказываются от части себя. А значит — не принимают себя полностью. А ведь мы цельные, Агата. Мы состоим не только из плюсов, но также из минусов. Иногда из очень больших плюсов и очень больших минусов. Нет ничего в мире чисто белого и чисто черного. Ну, кроме, разве что, вот этой выбеленной лисьей морды, — зыркнул Калипсо в сторону Эрика. — Но Эрик — это просто ошибка природы, мироздание решило на нем развлечься.

Калипсо смерил довольным взглядом возмущенного Эрика и продолжил:

— Итак… Баланс. Во всем нужно соблюдать баланс. Ты воин равновесия, Агата, и прекрасно умеешь соблюдать баланс тьмы и света в мире, а вот в себе равновесие устанавливать не научилась. Ты ведь полностью отказалась от своей темной стороны, не так ли? Отказалась от цельной себя. А если ты отказалась от цельной себя, то как ты можешь полноценно жить? И уж тем более — развиваться в магии?

— Я не понимаю, о чем ты…

— Ты всегда ощущала нехватку чего-то в себе, не так ли?

— Ты про темную магию? — я пожала плечами. — Я же светлый маг, чего тут странного…

— Человек становится по-настоящему цельным и сильным, когда объединяет в себе свои светлые и темные стороны… Я сейчас не только про магию говорю. Это касается характера в первую очередь. Вот ты, например…

— А что — я? Я не увлекаюсь темной магией.

Калипсо хмыкнул.

— Да не только в магии дело, говорю же.

— А в чем тогда?

— Какие свои качества в себе ты отрицаешь, Агата? Какая ты на самом деле?

— Ну-у-у…

Неожиданный вопрос поставил меня в тупик.

— Не знаешь? А я скажу, какая ты. Ты нетерпеливая, в тебе много скрытой агрессии, ты бунтарка по характеру. Тебя на самом деле тошнит от всех этих политических проблем, ты не хочешь заниматься лакорскими делами. Ты профан в переговорах, в отличие от своего брата Фьюри, просто полный ноль — по сравнению с ним. Ты косячишь в документах и даже не хочешь пытаться это в себе исправить. Тебя тошнит от всех этих делегаций, от необходимости брать на себя ответственность за дела, в которых ты не хочешь ничего понимать. От необходимости общаться с людьми, которых ты видеть не хочешь. Вымученные улыбки, необходимость сдерживаться — все это убивает тебя изнутри. Ты не любишь холод, но торчишь вечно в Лакоре и редко позволяешь себе отдыхать, потому что тебе якобы не положено по статусу много отдыхать. Тебе вообще много чего «не положено». Зато положено пахать с утра до вечера на «посту принцессы» и делать вид, что тебе вполне хватает купания в ледяных лакорских озерах, не так ли? Подумаешь — море… Такая же вода, как и в озере, никакой разницы. Ты очень старательно себя в этом убедила, правда?

Теперь уже я отчетливо скрипнула зубами, с раздражением глядя на широко ухмыляющегося Калипсо.

— Что, не нравится, что я говорю? Но я говорю правду, Агата, вот в чем проблема. Это твой брат действительно находится на своем месте, он истинный правитель лакорских земель, который счастлив вариться во всем этом, он из этого как раз черпает силу. Что сказать — архан… У ледяных драконов в целом большая тяга к политике и всем этим политическим играм в крови. А вот ты, раз за разом выбирая не свою жизнь, выбирала не себя и стала в итоге… не собой.

Калипсо сделал многозначительную паузу, потом продолжил:

— Но в то же время — какая ты, Агата? В тебе горит факелом любовь к жизни, ты настоящий борец по своей сути, готовый идти до победного конца сквозь любые препятствия. Для тебя очень многое значат близкие люди, семья для тебя — не пустое слово, за семью, за близких людей ты будешь бороться до последней капли крови. Ты умеешь искренне дружить и любить, ты всегда придешь на помощь нуждающемуся. Ты бесстрашно смотришь в глаза нечисти и в глаза неизвестности. Ты без ума от моря, и твоя магия очень плотно с ним связана. Ты можешь очень многое из того, что не умею ни я, ни эта вот хитрая лисья морда, ни отец мой не умел… Твоя морская магия удивительна и прекрасна, но ты столько лет активно убивала себя не своими делами, заглушала свои истинные желания, что перестала слышать эту магию. Перестала слышать море. Тебе только Дрейк показал, что ты можешь с ним контактировать. А это ведь лишь легкая рябь на поверхности твоего внутреннего моря, на поверхности твоей сущности. Ты можешь намного больше, Агата. Намно-о-ого больше. Но для этого тебе надо стать собой… И вытащить из своих глубин демона. Высшего водного демона, которых называют «дрейма» на древнетирольском наречии. А ты ведь и есть дрейма. Создание жутковатое, не спорю, магия изначально чернее ночи, однако при правильном взаимодействии со своей светлой стороной можно достичь прекрасного баланса.

У меня нервно дернулся глаз.

Слово «дрейма» я в свой адрес уже слышала… от самого моря. И догадывалась, что речь идет о демонической магии. Но так боялась услышать о себе эту правду, узнать детали, что не спешила узнавать подробности и решила отложить выяснение этой непонятной мне сущности на потом, потому что…

Да потому что я усиленно отрицала в себе это и боялась любого проявления тьмы в себе, если быть честной с самой собой.

— Дрейма, значит… Жутковатое создание, говоришь…

— М-м-м, весьма. Если говорить об истинном обличии.

— Что, у меня настолько жуткий истинный демонический облик? — с опаской спросила я.

— О-о-о, — с чувством протянул Эрик. — Он не жуткий, но весьма впечатляющий, да…

— А как именно я выгляжу?..

— Шика-а-арно, тебе понравится!..

— Ой, да придержи ты коней со своими мутными формулировками! — резко вспылил Калипсо. — Нет, чтобы по-нормальному, по-человечески научиться разговаривать — нет, надо обязательно поиметь всем мозг, а потом с интересом ученого наблюдать, как подопытный сам себе жрет собственный мозг чайной ложечкой!.. Я в вашем клубе любителей недосказанностей не состою, — с чувством сказал он и повернулся ко мне. — Не мои методы. Я жесткий и прямолинейный, ненавижу ходить вокруг да около. Находился в свое время, мне хватило, спасибо, — проворчал Калипсо. — В общем, дрейма — это такой огромный — гигантский! — водный ящер, назовем это так. Конкретно ты — гигантская такая дрейма, с черной чешуей, острыми красными плавниками и большими витиеватыми рогами…

— Хааск проклятый, я еще и рогатая, — с ужасом простонала я, уронив лицо в ладони, представляя себе всю эту картинку.

— Я ж говорю, шикарный видок, — усмехнулся Эрик. — Я когда тебя в первый раз в своих пророческих видениях в таком виде узрел, впечатлился так, что завис ну о-о-очень надолго и еще неделю под впечатлением ходил…

— Так ты знал, что во мне демоническая магия спит? Знал, но молчал? Но почему? — возмутилась я. — Ты ведь мог сказать мне, что мне следует сделать, мог бы ускорить процесс!..

— Не мог, — перебил меня Эрик. — Многие препятствия человек по жизни должен проходить сам. Или с чьей-то помощью, но только тогда, когда он сам готов по новому пути идти. И все равно по этому пути он в любом случае идет в полном одиночестве, Наставник лишь подталкивает к этой тропинке. Подталкивает, указывает направление, но как именно этот путь пройдешь — выбирать только тебе. Самостоятельно, а не по готовой схеме, понимаешь? У каждого свой путь, Агата. И чтобы его пройти, его надо проходить с открытым сердцем. Сила, которая спит в тебе, колоссальна… Она темна и выпускать ее после стольких лет коматозного состояния будет больно. Но результат того стоит, поверь.

Я тяжело вздохнула.

— И… Что же мне делать?

— Пробуждать в себе спящую силу, — сказал Калипсо. — Заодно и Дрейку его тело вернуть и всю магию. Со всеми этими морскими тёрками вам необходимо именно вдвоем справляться, одна ты не потянешь. Тебе нужен дреймон, заклинатель моря, тебе нужно вернуть Дрейку его силу.

— Так это правда возможно? Но как?

— Я расскажу. Ты внимательно меня выслушаешь, вернёшься в прошлое и повторишь все то, что я скажу тебе сделать, что мы тут с тобой отработаем. Ты пробудешь тут со мной, — Калипсо сделал паузу, глянув на настенные часы. — Несколько часов. Скорее всего — до вечера.

— А здесь что, утро? — с сомнением протянула я, глянув на сумрачную темноту за окном.

— Да, и довольно раннее.

— Чтобы ты понимала, полдень для Калипсо — это ну очень раннее утро, — пояснил Эрик.

Я прыснула от смеха.

— Понятно всё с вами…

— Да я и час дня считаю ранним, — зевнул Калипсо. — Так что по моим меркам вы притащились ни свет ни заря… Ладно, к делу. Когда ты вернешься в прошлое, и сделаешь обратную отмену, то время на море побежит даже чуть быстрее обычного. Такое бывает, если надолго замораживать пространство, а твоя заморозка оказалась достаточно долгой и сложной, потому что охватила огромную территорию. У тебя будет… Ну-у-у, минут пять, наверное. За эти пять минут тебе надо будет успеть телепортироваться к пещере Дрейка, проникнуть как-то в эту пещеру, минуя охранные чары, провести быстро ритуал, который позволит вернуть силу Дрейку, провести ритуал, который вернет силу тебе…

Мой глаз нервно дернулся.

— Слишком мало времени будет для такого списка необходимостей, тебе не кажется?

— Значит, тебе придётся действовать очень быстро и жестко, — пожал плечами Калипсо. — Значит, так… Смотри, все, что тебе нужно сделать — это путем нанесения на себя особых символов и произнесения разработанных мною заклинаний разбудить в себе демоническую сущность. Она в тебе есть, она в тебе очень сильная. Разбуженная сила позволит тебе наконец-то научиться слышать море и не только… Но такие сильные прорывы можно сделать только на очень больших эмоциях…

Калипсо принялся подробно рассказывать про взаимосвязь базовых эмоций с проявлениями магии и конкретно с проявлениями магии во мне. Он не только рассказывал, но и показывал, чертил быстро схемы на большом листке на столике между нами, и я увлеченно слушала, склонившись над чертежами и записями, с жадностью впитывая каждое слово.

Калипсо за несколько минут буквально пошагово расписал все мои действия, нарисовал волшебные руны, пообещав чуть позже заставить меня выучить их на зубок вместе с заклинаниями.

— Тебе нужно будет активировать вместе с рунами определенные эмоции в себе, — говорил Калипсо, подчеркивая на схеме обозначения эмоций. — У человека есть четыре базовые эмоции, вот их и нужно будет активировать. Первая базовая эмоция — это страх. Лютый такой, животный страх, который способен испытывать абсолютно каждый человек. Разница только в том, что каждый люто боится разных вещей. Кого-то вот даже смертью не напугать… Далее, вторая базовая эмоция — это гнев. Обрати внимание, что важно отделить гнев и злость от паники. Злость — это прекрасный двигатель магических способностей. А вот паника — это прекрасный стопор. В панике ты не сможешь ничего добиться, поэтому тут важно сначала выпустить из себя страх, активировать вот эту руну, — Калипсо постучал ручкой по сложному символу на схеме. — А потом закрывать в себе этот страх гневом. Есть еще одна очень сильная базовая эмоция… Это печаль. Очень сильная печаль, разрывающая сердце, способна открыть очень высокие уровни магии.

— Отчаяние, — понимающе кивнула я. — Наставник… Ильфорте много говорил о том, что сильная печаль, переросшая в очень высокую степень отчаяния, — это очень сильная эмоция, которая позволяет волшебнику добиться очень многого.

— Да, это, в общем-то, был излюбленный прием моего отца — определенными методами довести до отчаяния и заставить пробить собственный потолок. Но на этом отец как раз и останавливался… И не шел дальше. Хотя там вполне есть куда идти. Например, — Калипсо прочертил на схеме длинную стрелку в сторону четвертой руны. — Например, в сторону тьмы. В очень глубокую тьму, до которой можно дойти только через три эмоциональные стадии и открыть четвертой базовой эмоцией.

— Это какой же?

— Ты удивишься, но… Радостью.

— Радостью? — я недоуменно вскинула брови. — Звучит довольно нелепо. Как радость может вскрыть демоническую сущность?

— Так радоваться можно разным вещам, — усмехнулся Калипсо. — Трупу врага тоже можно искренне порадоваться.

— Говоришь об этом прям как большо-о-ой специалист на этом поприще, — ехидно произнес Эрик.

Калипсо, не меняя выражения лица и даже не глядя на Эрика, швырнул в него смертный шар, который Эрик играюче отбил в сторону окна, тут же разлетевшегося на осколки. Эрик при этом продолжил неспешно поедать попкорн, ведерко которого стояло у него на коленях — дилмон его раздери, когда он успел это ведерко наколдовать, откуда он его вытащил?..

Я нервно сглотнула, переводя взгляд с Калипсо на Эрика, которые так и не изменились в лицах и продолжили заниматься своими делами: Калипсо чертил схему и расписывал заклинания с рунами, а Эрик меланхолично ел попкорн с самым блаженным выражением лица. Оба даже не придали значения коротким вспышкам заклинаний и холодному ветру, ворвавшемуся в разбитое окно. И влетевшему в окно ворону, которого я уже видела сегодня. Ворон подлетел к диванчику со стороны Эрика и очень недовольно каркнул, стукнул клювом по ведерку с попкорном. Эрик всё с тем же меланхоличным выражением лица протянул ворону попкорн, тот схватил лакомство и перелетел на спинку кресла Калипсо.

— А это у вас игры такие ролевые, да? — осторожно спросила я. — Смертельными шарами кидаться?

— Ну да, — пожал плечами Эрик.

— Ну нет!! — одновременно процедил сквозь зубы Калипсо.

— Да ладно тебе, — лениво отмахнулся Эрик, продолжая похрустывать попкорном. — Хотел бы ты меня грохнуть по-настоящему — сделал бы уже это давно, причем так, чтобы я об этом не узнал. А так ты просто вредничаешь и держишь меня в тонусе, так сказать. Мне это даже полезно.

— Как же меня раздражает, что ты всё и всегда про всех знаешь, — проворчал Калипсо, сощурившись глядя на Эрика.

Тот с невозмутимым выражением лица развел руками и пафосно вздохнул.

— К сожалению или к счастью, но дар предвидения давно меня покинул. И кто бы знал, как приятно ощущать эту легкость в голове, когда перед твоим внутренним взором больше не маячат пророческие видения…

— Это не отменяет того, что ты все равно всё про всех знаешь, — страдальчески вздохнул Калипсо. — Твое внутреннее чутье, натренированное сотнями лет пророчеств, тебя никогда не подводит. И мне это не нравится. Невозможно с тобой общаться и не оставаться при этом как на ладони.

— Ну упс, — вновь театрально вздохнул Эрик. — Такой вот я негодяюшка.

— Иногда я задаюсь вопросом, как тебе земля вообще такого носит…

— Я просто слишком великолепен, чтобы покинуть эту землю раньше того момента, пока как можно больше миров не узнают о моем великолепии, — важно заявил Эрик.

Уголки губ Калипсо слегка дернулись в сдерживаемой улыбке.

— В общем, — вновь повернулся он ко мне. — Повторив вот эти вот все действия, о которых я сейчас кратко рассказал, и которыми мы сейчас вплотную займемся, ты выпустишь своих внутренних демонов, Агата, и сможешь легко разобраться с возникшей в море проблемой.

— Ты уверен в этом?

— Абсолютно.

— Но как мне отправиться назад? Я… Сама-то, кажется, не смогу… Не представляю, как так промахнулась временем, что пролетела на много-много лет вперед… Я никогда, никогда так далеко не отправлялась… И не знаю, как намеренно вернуться в такую дальнюю нужную точку… И сил точно не хватит…

— Ай, это вообще ерунда, я помогу, — отмахнулся Калипсо.

Я подозрительно сощурилась.

— Ты Хранитель Времени разве? Я не чувствую в тебе такой магии.

— Я?! Да ну что ты, нет, конечно.

— Но ведь во времени могут перемещать только Хранители. И временны́е воронки только они могут открывать. Остальные маги не могут этого делать, это невозможно…

— Для меня нет ничего невозможного.

Я фыркнула, скрестив руки на груди.

— Весьма самоуверенное заявление.

— На самом деле я лично не собираюсь никакие порталы во времени открывать, — произнес Калипсо, отложив в сторону записи и повернувшись ко мне. — Это сделаешь ты. Силой я с тобой поделюсь — не проблема. Дальше сама справишься.

— Как именно?

— Легко и просто. Ты легко и просто откроешь временно́й портал в четко нужную тебе точку времени в твоем прошлом, — уверенно произнес Калипсо немного странным монотонным голосом, не сводя с меня какого-то гипнотического взгляда. — Тебе хватит для этого сил и умений. У тебя все получится, ты сможешь.

— Да как, если я не умею?..

— Ты сможешь, я сказал, — твердо произнес Калипсо.

На миг мне показалось, что глаза его сверкнули белым светом. Но в следующую секунду он уже вернулся к своим записям.

— Всё? Аутотренинг окончен? — скептично фыркнула я.

— Ты зря смеёшься, — вмешался Эрик. — У Калипсо дар внушения. И это я не для красного словца говорю, у него действительно такой магический дар. Поэтому сейчас он не просто провел, так сказать, «сеанс аутотренинга», а воздействовал на тебя своей магией, внушив уверенность, что ты можешь управлять даже такими далекими временны́ми воронками. Внушив именно на уровне магии. Когда ты начнешь создавать воронку, ты поймешь, о чем речь. У тебя это действительно получится легко.

Я нахмурилась, переваривая информацию.

— Но если бы мне сейчас что-то внушали, я бы почувствовала, разве не так? Холод там, жар… Хоть что-то… Какие-то изменения в себе… А я вообще ничего особенного не чувствую…

— Я тебе что, дилетант какой-то, что ли, чтобы ты ощущала мои грубые манипуляции?! — искренне возмутился Калипсо, гневно сверкнув на меня глазами. — Я действую профессионально, очень тонко и нежно! Ты и не должна была ничего почувствовать.

— Вот как… — растерянно произнесла я. — Дар внушения… Серьезно? Вы не шутите? Это очень опасный дар… Очень. Он должен находиться только в очень хороших руках. Иначе чревато последствиями…

— О, поверь, он в курсе последствий, — ехидно произнес Эрик, с издевательской ухмылочкой поглядывая на Калипсо. — Настолько в курсе, что заработал себе однажды изгнание из Форланда.

Я вытаращилась на Калипсо дикими глазами.

— Эм… Это что нужно было натворить, чтобы заслужить изгнание из целого мира?

— Тебе пока ни к чему эта информация, — мрачно отозвался Калипсо. — Все равно сама узнаешь через несколько лет. Да и неактуально больше, запрет на въезд в Форланд для меня давно сняли.

— Эрик, а ты уверен, что ему можно доверять? — с опаской спросила я.

— Он гений, — тяжко вздохнул Эрик. — Ты ауру-то его видишь?

Я присмотрелась как следует — особым, сканирующим зрением. И действительно обнаружила, что аура у Калипсо была чрезвычайно высокой плотности и весьма необычного цвета.

— Золотая? О чем говорит золотая аура? — поинтересовалась я.

— О том, что я у вас золотце, — едко произнёс Калипсо с ехидной до невозможности улыбочкой саблезубого тигра, не иначе. — Незаметно, что ли?

Эрик при этих словах не выдержал и заржал, подавившись попкорном. Я с любопытством уставилась на дядю, потому что "ржущий Эрик" — это вид очень редкий. А сейчас он ржал так заразительно, что даже Калипсо наконец-то широко и искренне улыбнулся.

— Ты сегодня прям откровенно нарываешься, — всё с той же улыбкой широкой улыбкой произнес Калипсо. — Не беси меня, а?

— А то что? — сквозь смех спросил Эрик. — Покусаешь меня, золотце ты наше?

И снова заржал.

— Сделай милость, — обратился ко мне Калипсо с самым серьезным видом. — Ты когда вернёшься в прошлое и встретишь Эрика, подлей ему куда-нибудь слабительное. Пожалуйста. Мелочь, а мне приятно будет.

— Плагиатишь, однако, повторюшка, — лениво произнес Эрик, отставляя в сторону опустевшее ведерко с попкорном. — Отец Агаты, Салливан, когда-то уже проворачивал со мной такой фокус.

— Н-да? — выгнул одну бровь Калипсо. — Какой он молодец. Ну да ничего, пусть дочурка повторит. В ее исполнении это будет считаться данью родовым традициям.

Договорил — и сам не выдержал, рассмеялся на пару с Эриком. И такой заразительный был смех у обоих, что я и сама улыбнулась вполне от души.

— Так, ладно, оставляю вас наедине разбираться с вашими магическими тайнами, — сказал Эрик. — А я пока отправлюсь безнравственно опустошать ваш холодильник. Не буду вам мешать.

— Смотрите-ка, какие мы вежливые. «Не буду вам мешать», ну-ну, — ехидно протянул Калипсо и повернулся ко мне. — На самом деле его просто натурально мутит рядом со мной от темных заклинаний, поэтому он старается держаться от меня подальше, когда я колдую на высоких уровнях магии.

— Мог бы сделать вид, что просто поверил в мою тактичность, — фыркнул Эрик и скрылся за дверью, оставив нас в гостиной одних.

А, троих, учитывая забавного ворона, который доклевывал остатки попкорна.

Ворон был то ли домашней птицей, то ли кем… Не знаю, но он явно чувствовал себя как дома.

С Калипсо мы занимались несколько часов, лишь на несколько минут прервавшись, чтобы быстро перекусить и продолжить занятия. Калипсо разбирал каждый мой шаг по возвращении чуть ли не посекундно, заставлял меня по сотне раз (без преувеличений!) повторять все заклинания, которые будут необходимы в моем прошлом. Он снова и снова заставлял повторять одно и то же до тех пор, пока не довел мои результаты до идеального автоматизма. За несколько часов усиленной работы я устала так, как уже очень давно не уставала. Мозг кипел, и на Калипсо я уже смотрела волком. Он тот еще тиран-преподаватель оказался на самом деле. Впрочем, я взбодрилась, когда он коснулся моей ладони и поделился со мной своей силой. Сразу и энергия забила ключом, и магия во мне заискрилась так, будто я сегодня не колдовала вовсе. Этой магии точно должно было хватить и на возвращение обратно и на все запланированные мною манипуляции с морем.

— Так, ну вроде всё, мы закончили, — довольно хлопнул в ладоши Калипсо уже весьма поздним вечером по местному времени. — Теперь надо отправлять тебя назад, в твое время, и…

Стоило ему это сказать, как приоткрытое окно в гостиной (то, которое еще осталось целым) распахнулось с грохотом, и в помещение ворвался хулиганский ветер. Да, именно что хулиганский: он дернул занавеску так, что она упала на пол вместе с карнизом, ветер вихрем прошелся по бумагам на столе, раскидав их во все стороны, взлохматил волосы Калипсо и принялся «таранить» черного ворона, который недовольно раскаркался на то, что нечто беспокоит его перья.

Я заметила, что Калипсо наблюдал за этим странным "ветренным поведением" с непонятной теплой улыбкой.

— Ах да, точно, — хлопнул он себя по лбу, словно бы вспомнив о чем-то. — Мне же надо передать через тебя весточку отцу. Только какую, хм…

Он подошел к камоду, перебирая что-то в ящиках. Мне не видно было, что именно, Калипсо стоял ко мне спиной.

— Эта подойдет? — спросил он.

— Что подойдет? — не поняла я.

— Да я не тебя спрашиваю, — отмахнулся Калипсо.

— А кого? — усмехнулась я. — Ветер, что ли?

Но, к моему удивлению, Калипсо смеяться и издеваться не стал, а только коротко кивнул.

— Ветер считает нужным передать тебе вот эту вещицу, — сказал он, правда эту самую «вещицу» показывать мне не стал. — Значит, так тому и быть.

— Не поняла… Ты говоришь про ветер, будто он живое здравомыслящее существо…

— Ну насчет живого — вопрос спорный, но здравомыслящий и хранящий память о себе- это точно, — усмехнулся Калипсо.

И на мой вопросительный взгляд ответил:

— Это дух моего отца, Агата. В новой жизни он принял решение стать ветром. На пару с моей мамой.

— Ильфорте? — ахнула я.

И вытаращилась на хулиганистый ветер совершенно другим взглядом.

Этот самый ветер, закончив раскидывать записи Калипсо, с удвоенным усилием продолжил доставать черного ворона, загоняв его по всей гостиной, сбив золотистые подсвечники с каминной полки и, наконец, вылетев вместе с возмущенным вороном в окно. В помещении сразу стало очень тихо и спокойно, правда с легким привкусом хаоса.

— А он… не сильно любит порядок, я смотрю.

Калипсо хмыкнул и кивнул.

— Да, отец всегда был блюстителем порядка, аж до тошноты порой. Но, видимо, разнообразия ради решил побыть в другой шкуре. Ну, если про ветер вообще можно сказать "шкура".

— А откуда ты знаешь, что…

— Что это не просто ветер? Я много чего знаю, Агата. Я достаточно могущественный верховный маг для того, чтобы легко понимать такие вещи.

Я задумчиво закусила губу. Н-да, мне до такого высокого уровня магии за всю жизнь не добраться, пожалуй.

Чем выше уровень магии у волшебника, тем более тонкие материи он способен чувствовать и легко различать. Калипсо, судя по всему, умел. Но для меня это было где-то за гранью понимания, если честно. Во всяком случае, сейчас.

Я наблюдала, как Калипсо складывает какой-то маленький свиток в футляр вроде металлической капсулы и колдует над капсулой, оплетая ее защитными чарами.

— Передашь это Ильфорте, — сказал Калипсо, протягивая мне «капсулу» на длинной металлической цепочке. — Открыть сможет только он. Защитные чары сохранят в любых условиях, так что о сохранности можешь не переживать.

Я тут же накинула цепочку на шею, спросила:

— А Эрик… Он знает об этом? Про ветер? Он мне говорил, что не в курсе об участи Наставника. И что связаться с ним не представляется возможным…

— А ты больше слушай его, — криво улыбнулся Калипсо. — Он тебе еще и не такие сказочки расскажет.

Увидев мое кислое выражение лица, Калипсо, однако, добавил:

— На самом деле Эрик скорее всего просто пожалел тебя и постарался максимально оградить от ненужной информации. Зачем тебе она? Ну, по большому счету. В своем будущем всё и узнаешь, когда придет время. А ты и так свалилась Эрику на голову чуть ли не в прямом смысле того слова, взвалила на него свои проблемы, а сама оказалась ошарашена так, что с трудом приняла пошатнувшуюся для тебя реальность. И спокойна ты сейчас лишь потому, что я внушил тебе спокойное состояние, ты просто не заметила моего магического вмешательства. Но когда вернешься назад, мои чары спадут, и паника вновь будет пытаться накрыть с головой, имей в виду, и к этому прибавиться еще и шок от всего того, что ты тут наслушалась. Я понимаю тебя. Это мы в этой реальности давно живем, и для нас реальность тверда, устойчива и по-своему интересна и прекрасна. А тебе, ясное дело, тяжело. Так что не держи зла и обиду на Эрика. Он недоговаривает что-то не из вредности и не из желания поиздеваться. Просто он пожалел твою психику и решил промолчать там, где можно было промолчать, вот и всё. Эрик же очень осторожный Наставник. Просто я не такой. Меня бесят все эти увиливания до невозможности, у меня на них стойкая аллергия еще с молодости. И я тебя жалеть не собираюсь. Не справишься с информацией — твои проблемы. Хочешь жить — учись справляться. Ну или не живи. Твой выбор.

— Жестокий ты, — фыркнула я.

— Ну да. Не скрываю, — сухо произнёс Калипсо. — Но советую тебе выбрать жизнь, потому что она у тебя классная. Тебе точно понравится.

— Спасибо, — с чувством произнесла я, не зная, как выразить свои эмоции. — Просто спасибо… За вот это вот всё. За информацию и… Ну ты понял. Как мне тебя отблагодарить? Не знаю даже…

— Просто оставайся верна своим принципам. Вернись в прошлое и сделай всё то, что мы с тобой обговорили, — это будет лучшей благодарностью для меня.

Калипсо помолчал какое-то время, потом добавил совсем негромко:

— Когда-то ты отказалась идти против меня, Агата. И встала на мою сторону. Ну, в моем прошлом — и твоем будущем. Я тогда так и не понял, каков был твой истинный мотив. Теперь-то понимаю, но суть не в этом… Суть в том, что это оказалось для меня очень важным жестом, и я за это всегда был тебе очень благодарен. Мы вообще очень дружны с тобой и Дрейком в нашем времени, если честно… Буквально вчера вы были у нас в гостях. Так что, ну… считай, что мы квиты. Ну, конечно, при том условии, что ты вернешься в прошлое и сделаешь все как надо. А сейчас тебе правда пора уходить. Я чувствую, как реальность начинает тебе сопротивляться и очень хочет вышвырнуть тебя назад. Не нужно с ней спорить, мироздание лучше знает, что делать. Оно подтолкнуло тебя прийти именно к нам, но теперь явно хочет вернуть всё на круги своя. До встречи, Агата, и удачи.

— И помни, что тебе есть за что бороться, — добавил Эрик, вновь появившийся в гостиной.

Я молча кивнула, слов как-то не хватало. Да и в горле стоял ком.

Поэтому я не стала больше ничего говорить и вышла на крылечко, где под контролем Эрика с Калипсо открыла временну́ю воронку в заданную точку прошлого — действительно легко и просто открыла, даже не задумалась о том, что у меня может что-то не получится. И оно получилось: сверкающая воронка, четкая и яркая, возникла без промедлений и быстро затянула меня за собой.

За своей спиной уже отдаляющимися голосами услышала диалог Эрика с Калипсо:

— Может сыграем в шахматы, а? Партию-другую? Давно мы с тобой не играли…

— А смысл? — лениво протянул Калипсо. — У нас с тобой в шахматах всегда ничья, скука смертная.

— Тогда покер?

— М-м-м, карты с собой?

— А то ж!..

— Зови остальных…

Больше я ничего не услышала, так как улетела уже очень далеко по временной воронке, навстречу своему прошлому, которое мне предстояло развить в светлое будущее.

* * *

примечание автора: минутка новостной паузы)) для тех, кто еще не в курсе, хотела рассказать, что про Калипсо планирую писать следующую свою книгу:) сейчас, после скоростного завершении книги про Агату я уйду отдыхать, историю про Калипсо скорее всего начну публиковать в июне (ориентировочно). Мне нужно время для подготовки большой истории)

Публиковать буду там, где меня смогут читать читатели рaзных стрaн)

По всем вопросам можете писать в моей гpynne B.K. Там же будет вся инфа по старту новинки.

А пока могу показать обложку будущей истории про этого персонажа:)