Глава 29

Моя проблема заключается в том, что я всегда даю людям второй шанс. И не только второй, но и десятый. Я постоянно надеюсь на то, что люди изменятся, так было с братом, потом с Орландо, а теперь и с Дугласом.

После смерти родителей судьба тоже дала мне шанс жить дальше в безопасности и не умереть от руки родного человека из-за того, что я не такой, как все. Я думал, мне повезло. Теперь я в этом не уверен. Может быть, судьба просто ждала подходящего момента, чтобы показать мне, что ничего не меняется. Я всегда буду лишним для всех, и любовь для меня недопустима. Точнее, любовь ко мне. Это и больнее всего. Смотреть на Дугласа и знать, что он не использует ни единого шанса. Даже то, чего я жду сейчас… жду минуту за минутой, смотря в ничего не выражающие безликие глаза. Хотя бы зацепку дал, что всё ещё можно исправить, что я ему нужен или что-то ещё… Всё это делает меня безмозглым идиотом.

Тишина превращается в удавку на моей шее. Я больше не могу стоять и ждать. Понимая, что Дуглас для меня недосягаем, и достучаться до него невозможно, разворачиваюсь и делаю шаг от него. Один шаг. Один тяжёлый вздох. Один шанс на двоих.

Неожиданно и резко сильные и мощные руки сгребают меня в охапку. Горячее дыхание опаляет щёку, и я жмурюсь, хватаясь за руки Дугласа.

– Не уходи… Тьяго, не уходи от меня, – шепчет он, сжимая меня сильнее, отчего я дёргаюсь в сторону, а он – за мной. Какой-то ненормальный, больной и безумный танец тел.

– Это сложно. Сложно поверить, что для кого-то я могу быть человеком, а не средством. Мне сложно в это поверить, понимаешь? Тьяго, так сложно. Не тебе одному страшно. Всё выходит из-под контроля… всё. – Его губы проходят по моей скуле, и зубы прикусывают мою шею. Издаёт стон. Скулит, прижимая к себе.

– Я никогда тебя не обманывал, Дуглас. Я…

– Я постоянно лгу. Всем лгу. Лучше я расплачусь деньгами, чем тем, что ты требуешь от меня. У меня этого нет, слышишь? Нет чувств. Нет сердца. Ничего нет из того, чего ты заслуживаешь. Нет этого…

– Врёшь, снова врёшь, – зло шиплю, дёргаясь в его руках. Дуглас разжимает их, и я успеваю повернуться.

– Посмотри мне в глаза, – хватаю его за пиджак и тяну на себя. – Смотри мне в глаза и скажи, что в груди у тебя не бьётся сердце. Скажи, что твой пульс не повышается, когда мы вместе. Скажи, что сейчас ты не хочешь отпускать меня, потому что знаешь, что это не просто твоя очередная интрижка. Скажи, что ты уже мне не доверяешь. Скажи. Давай солги, но я пойму. Я пойму всё, потому что твои глаза говорят о большем. Они умоляют меня остаться, но этого мало. Мало, понял? Я не хочу себя обманывать, так обмани ты. Давай ври или говори правду. Говори хоть что-то мне! Прямо сейчас! Говори!

Скулы Дугласа дёргаются. Он скрипит зубами, но это не ярость, не ненависть, как раньше я думал. Это страх. Страх быть уязвимым и честным, обнажённым душой передо мной, свободным в своих желаниях. Страх стать моим.

– Говори или я уйду! Говори! Почему ты не хочешь отпустить меня? – требовательно повышаю голос и дёргаю его за пиджак.

Я вижу, как ноздри Дугласа расширяются от быстрого дыхания. Он добела сжимает губы, словно дракон, который сейчас начнёт изрыгать огонь от борьбы внутри себя.

– Дуглас. – Отпуская пиджак, кладу ладони ему на лицо и притягиваю к себе. Прижимаюсь лбом к его.

– Пожалуйста, скажи, что ты хочешь от меня? Скажи мне, – шепчу.

У меня всё в груди переворачивается от горячего дыхания Дугласа, опаляющего мои губы. Мне душно. Жарко. Плохо. Больно…

Уверенность тает с каждой секундой его молчания. Ладони ослабевают, и я прикрываю глаза. Разочарование моментально поглощает моё сердце…

Руки падают вниз. Дуглас хватает их и прижимает обратно к своему лицу. Распахиваю глаза. Пульс снова зашкаливает.

– Научи меня, как это, когда тебя любят, и как… как полюбить тебя.

Как мало нужно для счастья. Как мало необходимо для того, чтобы сойти с ума.

С силой тяну на себя Дугласа и впиваюсь в его губы. Эти чёртовы восхитительные, упругие и властные губы, о которых я так долго мечтал. Теперь они мои.

Дуглас, как будто тоже ждал толчка, хватает меня за шею и прижимает к себе. Наши зубы клацают друг о друга. Плевать. Жар покрывает каждую клеточку моего тела. Я весь горю. По позвоночнику бегут мурашки. Член твердеет, касаясь паха Дугласа. Я беру контроль на себя. Толкаю Дугласа спиной к стене. Сжимаю его затылок, упиваясь ртом. Чёртов грёбаный сладкий рот. Иисусе, в глазах даже звёзды появляются от нехватки кислорода.

– Я хочу тебя… прямо сейчас, – отрываясь от его губ, выдыхаю.

– В спальню, Тьяго. В мою. – Хватает меня за футболку и притягивает к себе. Теперь я оказываюсь у стены, и его губы накрывают мои.

Дуглас тащит меня за собой, не разрывая поцелуя. Дрожащими руками забираюсь ему под пиджак и снимаю. Наступаю на него кедами, путаясь в шагах. Голова кружится от страсти, разгорающейся между нами. Руки Дугласа гладят меня по спине, опускаются к ягодицам, и он ведёт меня за собой. Спиной нечаянно ударяюсь о дверной косяк и скулю от боли.

– Тише, сейчас будет лучше, – приговаривает Дуглас, кусая меня за шею и сразу же зализывая зудящую кожу. Откидываю голову и наслаждаюсь давлением зубов, проходящих по моему подбородку.

– Как долго я этого ждал, Тьяго. Ты, мать твою, хоть представляешь, что делаешь со мной? – Дуглас хватает мою руку, заставляя пальцами сжать свой член. Меня бросает в жар. Облизываю губы, жадно опуская взгляд на его член, скрытый под брюками.

– Ты большой… больше, чем у меня были, – шепчу, сглатывая от появившегося страха в груди.

– Тьяго, посмотри на меня.

Поднимаю голову, продолжая по инерции массировать член Дугласа.

– Я не насильник. Ты сказал, что веришь мне, так доверься и сейчас. Я не причиню тебе боли. Не физической, а другой…

– Не надо. Не говори. – Мотаю головой, медленно скользя пальцами по пуговицам на его рубашке.

– Я хочу тебя… мечтал о тебе… представлял тебя очень часто, чтобы сейчас испугаться. Я добился того, чтобы ты был честным. Я верю тебе, Дуглас, верю. – Мои губы касаются его шеи. Он солёный, обладающий настоящим мужским ароматом, и это возбуждает меня сильнее любого афродизиака.

Расстёгиваю на нём рубашку и вытаскиваю её из брюк, постоянно целуя его плечо, шею, скулу. Мои ладони с наслаждением и восторгом скользят по его сильной груди. Царапаю немного пресс, отчего Дуглас дёргается и шипит.

– В кровать, Тьяго.

– Но…

– Иди в мою постель. Я сделаю всё сам. – Дуглас убирает с себя мои руки и толкает к кровати.

Это странно. Обычно всё было иначе. Я чувствую себя девственником, у которого никогда не было секса, и не знающего, что делать дальше. Но иду. Сажусь на кровать и снимаю кеды, затем носки. Дуглас в это время сбрасывает рубашку и быстро освобождается от брюк.

– Не смей.

Испуганно дёргаюсь, мои пальцы замирают на кромке футболки.

– Это моё, Тьяго. Ты мой. И я сам тебя раздену.

Сглатывая, убираю руки и наблюдаю, как Дуглас подходит ко мне и приподнимает мой подбородок.

– Я видел тебя. В ту ночь, когда ты сбежал от меня пьяного. Но я не был пьян настолько, чтобы не пойти следом за тобой. Я тебя провоцировал, чтобы понять, хочешь ли ты меня так же, как я тебя. Ты был в душе…

Кончики ушей горят от нахлынувших воспоминаний. Чёрт.

Дуглас проводит пальцем по моим губам.

– Ты гладил себя. Ты дрочил. Ты стонал. А я слышал это. Смотрел на тебя и делал всё в точности, как ты. Я представлял, как мои пальцы доставляют тебе удовольствие.

Мои губы пересыхают. Дуглас медленно стягивает с меня футболку и толкает в грудь. Падаю на кровать.

– Твои стоны. Чёрт, они были восхитительны. Музыка для извращенца вроде меня. И ты стонал громче, шептал моё имя. Моё. А когда вскрикнул и закусил губу, сказав его ещё громче, я кончил.

Палец Дугласа проходит по моей груди. Закрываю глаза от поцелуев на шее и полностью отдаюсь в его власть. Господи, меня сейчас разорвёт. Мой член зудит от желания.

– За столько лет я ни разу не испытывал желания попробовать чью-то сперму снова. Но тогда… я хотел твою. Видеть, как она капает на мою грудь, растирать её, смаковать и отдавать тебе обратно…

– Дуглас, чёрт я сейчас кончу, – шепчу, выгибаясь и толкаясь бёдрами. А он издевается, медленно расстёгивает мои джинсы и стягивает их с меня.

– Ты кончишь, тигрёнок. Обещаю, что ты кончишь, но так, как я этого захочу.

Задыхаюсь от тембра его низкого голоса и дыхания на моём животе.

Дуглас скользит по мне своим телом, буквально накрывая им.

– Я хочу, чтобы ты ласкал себя, Тьяго. Покажи теперь, как ты меня хочешь, и я помогу тебе кончить. – Дуглас трётся своими губами о мои.

– Я не могу… я…

– Доверься мне. Доверься, тигрёнок. – Дуглас дарит мне мягкий поцелуй, раздвигает мои губы языком и цепляется им за верхние зубы, водя ладонями по моим бёдрам и снимая боксеры. Чёрт…

– Ласкай себя. – Кладёт мою руку на стоящий колом член и сжимает его.

– Я не вытерплю долго, – признаюсь.

– Ничего. – Странная улыбка появляется на его губах. Дуглас поднимается с меня и смотрит, как я медленно вожу рукой по члену. Его глаза горят, как безумные. Он с жадностью впивается взглядом в то, что видит, и я тоже вижу, как выпирает его эрегированный член.

– Продолжай, хорошо, Тьяго, продолжай медленно и сними полностью боксеры, – наставляет он, направляясь к тумбочке.

Мой пульс и так повышен, а с каждой лаской, вообще, уходит за грань. Я боюсь того, что последует дальше. Боюсь того, что всё резко прекратиться. Боюсь думать. Боюсь анализировать. Лишь подчиняюсь. Пока подчиняюсь, узнаю Дугласа иначе, чем раньше.

Он возвращается и бросает на кровать смазку, от вида которой моя рука замирает, и я испуганно перевожу взгляд на Дугласа.

– Всё в порядке, Тьяго. Твоя задница сегодня не пострадает, – усмехаясь, Дуглас коленом раздвигает мои ноги.

– Разденься, – хрипло прошу.

Дуглас сразу же опускает вниз боксеры. Хоть я уже и видел его член во всей красе, но чёрт бы меня побрал, если это не самый прекрасный член в моей жизни. Он охрененный. Гладкий, прямой, приличного диаметра и сочащийся смазкой. Облизываю губы, желая впервые за много месяцев снова попробовать этот вкус. Давиться и сосать. Я больной. Мазохист какой-то. Я…

Дуглас ложится на меня, и его член касается моего, вызывая резкую отдачу во всём теле. Приятная волна проходит по крови и задерживается в мошонке.

– Ты такой красивый, Тьяго. Ты лучшее, что я видел в своей жизни. – Дуглас наклоняется ко мне и втягивает в опьяняющий, долгий поцелуй. Моё тело снова загорается похотью. Она туманит разум, и взгляд мутнеет.

– Вот так, двигайся. Дай мне почувствовать тебя. – Обхватывая мои ягодицы, Дуглас трётся своим членом о мой.

– Дуглас…

– Повторяй моё имя, Тьяго. Я хочу слышать всё, что с тобой происходит, пока я рядом. Всё. Тебе нравится? Ты хочешь большего?

Могу только кивнуть, выгибая шею и подставляя её под губы Дугласа. Он сосёт, лижет, двигается резче, словно вбивается в мою задницу. И она тоже горит. Она хочет его, но разум боится.

– Не думай. Не смей думать, Тьяго. Только чувствуй. Меня. – Дуглас, обхватывает одной ладонью мою щёку, и я распахиваю глаза, перед которыми всё плывёт.

Он подхватывает тюбик и открывает крышку, отбрасывая от себя. Смачно выдавливает лубрикант на наши члены. От прохлады я сразу же жмурюсь и задерживаю дыхание. Аромат ванили наполняет комнату. Вот чем пахло. Смазкой. Чёрт… как часто он дрочил, думая обо мне?

– Дуглас, чёрт! – Мои ноги раздвигаются от удовольствия. Дуглас накрывает ладонью наши члены и массирует их. Он создаёт пальцами кольцо, двигаясь по моему члену.

– Трахни мою руку, Тьяго. Трахни её, – рычит он.

Я дёргаюсь ему навстречу. Двигаюсь в его пальцах и чувствую каждый дюйм его члена, скользящего по моему.

– Вот так. Сильнее, Тьяго. Двигайся сильнее. Я хочу, чтобы ты кончил. На меня. Кончи для меня, тигрёнок. Освободись от страхов. Кончи, – шепчет Дуглас, наклоняясь ко мне и продолжая скользить, сжимая ладонью наши члены.

Скулю и впиваюсь пальцами за его плечи, закидывая ноги на талию. Целую его, хватаю зубами губы и тяну их на себя. Мне мало. Жар быстрее распространяется по всему телу. Вены горят. Пульсация в члене нарастает до немыслимой отметки.

Мы целуемся, трёмся друг о друга. Я слышу свои стоны с его именем, которые он выпивает с каждым поцелуем. Его пальцы до боли сжимают мою ягодицу, подталкивая к себе. Пот скатывается по виску. Мои глаза полностью покрыты пеленой похоти. Я вижу его, слышу, как хлюпает смазка. Чувствую его чёртов член и хочу его попробовать. Я хочу его у себя во рту…

– Открой рот, Тьяго.

Задыхаясь, Дуглас требовательно шлёпает меня по ягодице, и я вздрагиваю, издавая стон и выполняя его приказ.

Он толкает два пальца мне в рот, и я сосу их. Смотря в полыхающие страстью глаза, трусь об член Дугласа, сосу и облизываю пальцы, вырывая из его груди хриплый стон.

– Сильнее… обхвати их сильнее… как будто мой член. Ты его сосёшь. Я кончу тебе в рот. Тьяго, соси, чёрт возьми. Соси, – сквозь зубы шипит Дуглас, резче совершая движения. Он твёрже стискивает мой член, отпуская свой, и водит по нему. А я – губами по его пальцам. Меня сводит с ума всё, что сейчас происходит. Я весь горю. Слюна течёт по моим губам. Дуглас убирает пальцы и целует мои горящие губы. Цепляясь за его спину, двигаюсь в его руке, касаясь головкой члена его. Стону. Скулю. Меня разрывает на части. Я чувствую вот-вот…

– Я кончу сейчас… Дуглас…

– Давай, Тьяго, для меня. Кончи для меня. – Дуглас, выпрямляясь, обхватывает двумя руками наши члены и резко скользит по моему.

Я на секунду весь сжимаюсь. А потом мои движения становятся хаотичными. Дёргаюсь к Дугласу, хватаюсь за его колени, царапаю их и вновь толкаюсь. Чёрт, бесконечное удовольствие. Ещё несколько толчков, и я в одну секунду освобождаюсь от напряжения. Сперма брызжет мне на живот одновременно с сорвавшимся с моих губ именем Дугласа. Он позволяет мне полностью кончить, отдавая всё внимание только моему члену. Гладит его. Размазывает сперму, и я слышу его тяжёлое дыхание рядом со мной.

Распахиваю глаза, вырывая в ярких вспышках света спальни Дугласа, доводящего себя до оргазма. Он смотрит на меня, его грудь, блестящая от пота, быстро поднимается. Подхватываю пальцами свою сперму и облизываю палец.

– Тьяго! Чёрт бы тебя подрал!

Сперма Дугласа летит прямо на мой член, а я улыбаюсь, наслаждаясь искажённым от удовольствия лицом Дугласа. Он даже кончает красиво. Идеальная задница.

Дуглас падает на меня, впиваясь поцелуем в губы. Его руки сжимают меня в своих объятиях, и я понимаю, что он моё лекарство от страха. Я посмотрел в лицо тому, кого так хотел и боялся. Теперь я хочу большего. Хочу стать незабываемым. Хочу его любви. Я хочу весь этот мир вместе с ним.