Глава 32

Яростно тру стекло в своей ванной. Оно блестит от чистоты, но мне нужно куда-то выплеснуть свои эмоции.

Прокручиваю в голове всё, что было сегодня вечером, и понимаю, что Мартин – собственник. Он, действительно, не желает, чтобы у Дугласа был кто-то постоянный и любящий его. Я даже не удивлюсь, что именно он сказал Дугласу о том, что тот недостоин ничего, и стиль его жизни единственно правильный. Я жутко зол.

– Если ты продолжишь, то оно, на хрен, треснет, и ты снова поранишься, Тьяго.

Моя рука замирает. Нахожу взглядом в отражении зеркала Дугласа, прислонившегося к косяку и наблюдающего за мной.

– Иди к чёрту, – шиплю, бросая тряпку в урну под раковиной.

– Прекрати…

– Нет, даже не смей сейчас что-то мне выговаривать. Не смей, Дуглас! Он ушёл? – рычу, тряся пальцем перед ним.

– Да. Они ушли из-за…

– Заткнись. Просто закрой свой рот и молчи. – Толкаю его плечом и вылетаю из ванной.

Дохожу до столовой и собираю тарелки со стола с практически не тронутым ужином. Но Дуглас съел всё. Вот же… бесит!

Выбрасываю еду и кладу тарелки в раковину, включая воду.

– Ты же в курсе…

– Заткнись, мать твою, Дуглас! Заткнись, иначе я тебе эту тарелку в зад засуну! Заткнись! – ору, ударяя ладонями по раковине.

Хватаю посуду и начинаю её драить. Яростно. Сильно. Тарелка лопается в моих руках. Сквозь зубы шиплю. Выбрасываю. Заново.

Меня всего трясёт от… я не знаю от чего конкретно. Мне противно до сих пор. Меня бесит, что Мартин имеет такое влияние на Дугласа, а я нет. Ничего у меня нет, и все, буквально все, видят во мне прихлебателя. Наглую пиявку, которая сама ничего не достигнет.

Я ощущаю, как Дуглас подходит ко мне сзади. Его тело прижимается к моему. Руками обхватывает мои руки, заставляя прекратить тереть губкой тарелку.

– Дуглас, не сейчас, – цежу, дёргаясь в его руках.

– Именно сейчас, Тьяго. Тебе нужно успокоиться. Ты слишком эмоционально воспринимаешь глупости и слова…

– Эмоционально. Конечно. – Резко отталкиваю Дугласа от себя и выключаю воду.

Поворачиваюсь к нему, а он смотрит на меня так скучающе и спокойно, словно ничего страшного не произошло. Для него нет, а для меня…

Горько усмехаюсь от своих мыслей и потираю переносицу.

– Он был первым у тебя и останется им. Ты прислушиваешься к нему и продолжаешь боготворить. Ты не отпустил его, и он тебя тоже. Я лишний, он был прав. Я в твоей жизни лишний, Дуглас, и ничего у нас не получится, – печально хмыкаю и качаю головой.

– Тьяго…

– Ты ему всё рассказал. Про меня рассказал. Пусть он знает всю твою подноготную, Дуглас, но я? Я здесь при чём? Я никакого отношения не имею ни к нему, ни к тебе. Я не твоё прошлое. Я настоящее. Хотя… уже не уверен. Это не ревность, если ты так думаешь, это всего лишь гадкое чувство от предательства. Я никогда бы с тобой так не поступил, Дуглас. Никогда. Я бы до последнего защищал тебя перед всеми, что и делаю даже внутри себя, но никогда бы не пошёл к этому уроду, чтобы выложить ему все чужие тайны. А ты это сделал. И получается, что ему ты доверяешь больше, чем мне. Да, давай скажи, что знаешь меня меньше, чем его, и тому подобную ерунду. Но это всё чушь. Это пыль и пустота, за которую ты цепляешься. Мартин счастлив. Рядом с ним есть человек, к которому он возвращается после работы, а тебя он этого лишил. Он отнял у тебя возможность тоже быть счастливым, и ты это поощряешь. Ты бежишь к нему, да? Постоянно к нему бегаешь и выкладываешь всё обо мне, и о том, что происходит между нами? И знаешь, почему он так ко мне относится? Я знаю. Потому что ты снова захотел чего-то большего, как это было с ним. Ты сказал ему об этом, или он увидел, не суть. Мартин пришёл сюда с войной против тебя, а не против меня, Дуглас. Вот что меня ранит больше всего. Ты жесток к себе, Дуглас, а потом уже ко мне. Мне больно. Сейчас мне больно за тебя, и я не намерен слышать оправдания твоему первому и лучшему любовнику во всём свете. Не унижай себя сильнее, чем уже сделал. Не опускайся до той черты, после которой ты станешь ничтожеством. Прости, Дуглас, прости меня, но я хочу, чтобы ты прекратил себя обманывать и меня тоже. Если тебе нужен Мартин, то борись за него. Я заметил, что вы ещё испытываете чувства друг к другу, а мне между вами душно и гадко. Сделай уже выбор в свою пользу, Дуглас. Я всё приберу позже, когда ты ляжешь спать. А пока прогуляюсь немного. Мне нужен воздух, любой воздух, но не тот, что пахнет вашими отношениями. Он меня отравляет. И мою любовь тоже.

Поднимаю руки вверх и обхожу Дугласа. Вот, я сказал правду. Лучше не стало, да и хуже тоже.

Хватаю ключи от квартиры и, по привычке, свой рюкзак и выхожу. Дуглас не останавливает меня, и внутри я странно спокоен. Эмоции утихли, только стало очень больно. Я увидел всё в ином свете и понял, что вряд ли выиграю в схватке с Мартином. Он для Дугласа важнее, чем я. Игрушка. Дуглас говорил, что это не так, но всё именно так. Комнатная зверушка.

Забираю Ари и веду его на площадку. В голове пусто. Мыслей нет. Сожаления нет. Никаких желаний нет. Просто тихо и одиноко. Бросаю Ари мячик и сам же хожу за ним, потому что собака, как не слушалась меня раньше, так и продолжает игнорировать все попытки научиться дисциплине.

Пинаю камень, ожидая, когда Ари нагуляется. Затем веду его обратно. Убираюсь в квартире Сэм, которая должна вернуться завтра, и тогда я сниму с себя обязанности няньки для собаки. Мне даже уже и не платят за это.

Вхожу в квартиру в начале первого ночи и прислушиваюсь к тишине. Всё так же, как и было в момент моего ухода. Дуглас, скорее всего, у себя.

Печально хмыкаю и мою посуду. Прибравшись в кухне, бросаю взгляд на тёмный и тихий коридор. Дуглас так не вышел, а у меня до сих пор неприятное чувство в груди. Не хочу развивать мысль о том, что Мартин водит за нос не только самого Дугласа, но ещё и ни в чём не повинного Найджела, который просто попался ему на пути, мало того, я боюсь, что он ему изменяет с Дугласом, а тому, как обычно, насрать на институт брака. Дугласу, вообще, на всё насрать, кроме собственного удовлетворения.

Принимаю душ и ложусь в постель. Со всеми этими событиями я забыл о том, что пора подать заявление в университет, как и начать готовиться к экзаменам. Они уже на носу, а я… всё просрал.

Кое-как отправляю заявку на прохождение экзаменов, открываю лекции, скачанные с пиратских сайтов, и примерные вопросы, слитые в интернет в прошлом году.

Я честно пытаюсь заниматься, но не могу запомнить ни слова. Просто ничего не лезет в голову. До моего слуха доносятся шаги, и я замираю. Поворачиваю голову к приоткрытой двери и вижу, как она медленно распахивается.

Молча смотрю на Дугласа, одетого в тот же костюм, что и несколько часов назад. Он без слов подходит к моей постели, снимая на ходу туфли. Вопросительно выгибаю бровь, а он без каких-либо объяснений, забирается в мою постель. Толкает меня головой, сдвигая с ног ноутбук, который я вовремя ловлю, и укладывается рядом. От него веет прохладой, улицей, и он весь холодный. Берёт мою руку и тащит на свою голову.

Я ничего не понимаю, но осторожно провожу ладонью по его волосам и в ответ слышу тяжёлый вздох. В скудном свете лампы, стоящей на тумбочке, замечаю, что костяшки его правой руки покраснели. Чёрт.

– С кем дрался, Дуглас? – сухо спрашиваю его.

– Молчи, – едва слышно говорит.

Поджимаю губы, не зная, стоит ли поднимать вновь вопрос о его отношениях с Мартином или же лучше, действительно, сделать вид, словно ничего не было. Но тот факт, что Дуглас пришёл, нет… он своими действиями, поведением и позой показывает, что нуждается во мне больше, чем в ком-то другом. Именно это снова разжигает костёр в моём сердце и согревает его.

Опускаю ноутбук на пол. Дуглас крепко хватается за моё бедро, словно боится, что я его оттолкну, а мне просто было неудобно держать одной рукой компьютер.

– Не уходи.

– Я и не собирался. Убрал ноутбук, всё равно заниматься не могу. Да и я здесь ещё работаю.

Ладонью провожу по голове Дугласа и отклоняюсь назад, прикрывая глаза. Понятия не имею, что сейчас говорить. Вроде бы и так всё ясно…

– Только по этой причине ты здесь?

Слабо улыбаюсь от вопроса Дугласа.

– Нет. Из-за тебя тоже. Но всему приходит конец, я это знаю. Поэтому ты прав, лучше помолчать.

– Я дрался.

Полностью открываю глаза. Дуглас переворачивается и ложится спиной на кровать и затылком на мои ноги.

– Я это понял. С кем?

– С Мартином.

Шумно вздыхаю и качаю головой.

– Дуглас. Зачем?

Бросает на меня взгляд словно спрашивая: «Ты тупой?». Да, я тупой, потому что хочу услышать причины.

– Он обидел тебя, поэтому получил в морду. Из-за него ты ушёл и бросил меня – получил снова в морду. И третий раз получил в живот за то, что сказал тебе про лишнего…

– Боже. Зачем же бить его? Неужели, нельзя иначе решить проблему и всё обсудить, Дуглас? Ты…

– Я бью, Тьяго. Всегда бью, если кто-то трогает моё. Я убить могу и ненавижу, когда ты не улыбаешься.

– Так дела не решаются. И непонимание всё же остаётся, Дуглас. У вас ещё есть чувства друг к другу. Это видно. Да, ты отрицаешь это, но я вижу всё именно так. А третьим я никогда не буду. И по отношению к Найджелу это нечестно. Вы трахаетесь у него за спиной. Так нельзя, Дуглас. Не знаю, что там было у вас в прошлом, но… ты разрушаешь своими прихотями не только себя, но и Найджела, а он кажется очень приятным мужчиной и не заслужил такого отношения. Нельзя…

Дуглас резко хватает меня за футболку и тянет на себя. Успеваю опереться о его грудь, чтобы не влететь своим лицом в его. Хотя он бы и не позволил. Его ладонь уверенно скользит по моей шее. Губами впивается в мои. Жестоко кусает нижнюю губу и тянет на себя, выбивая из моих лёгких воздух.

– Ты делаешь мне больно, – шепчу.

– Знаю. Потому что хрень несёшь, тигрёнок. Ты ревнивый мудак, вот что я скажу. И меня это заводит, – отвечает, уже нежнее целуя меня в губы.

– Сам ты… мудак.

– Ты прав. Я, охренеть какой, неадекватный мудак, поэтому оставь эту роль для меня. А ты… – Толкает меня в грудь. Падаю на кровать. Дуглас уже нависает сверху.

– Ты возвращай меня в нормальное состояние. Я не трахаюсь с Мартином уже девять лет, Тьяго. И не собираюсь трахать его или же позволять ему трахать меня. Теперь я трахаю всех, а остальное в прошлом. Доброй. – Хлопнув меня по щеке, Дуглас спрыгивает с кровати и направляется к двери.

– Ты уходишь?

Оборачиваясь, приподнимает уголок губ, насмехаясь над моим вопросом. Внутри становится ещё хуже. От его слов. От его «роли». От его восприятия самого себя и меня одновременно.

– Есть два варианта завершения этого дня. Первый, я отымею тебя прямо сейчас. Я чертовски возбуждён. Второй, выпью и засну, а твоя задница останется целой. Я выбрал второй вариант, потому что обещал тебе никакой физической боли и давления. Так что не изводи меня своими грёбаными глазами и сбившимся дыханием, Тьяго.

Дуглас закрывает за собой дверь, оставляя меня в одиночестве и абсолютно подавленного. Вроде бы, он сделал всё правильно, а осадок гадкий. Я понимаю, что ему нужен от меня секс, и только. Ни о чём большем мечтать здесь нельзя.

Выключаю прикроватную лампу, закрываю ноутбук и отодвигаю его. Ложусь в постель, дотрагиваясь до губы, ещё саднящей от укуса Дугласа.

Теперь я обдумываю всё, сказанное им и мной. Анализирую и соглашаюсь с тем, что мне одиноко без Дугласа. Пусть это будет только секс, но свой кусок счастья я получу. Если честно, то я до сих пор в недоумении, почему так тянется к нему моё сердце?

Заснуть мне не удаётся вовсе. На часах уже три часа, а я смотрю в темноту. Дуглас ушёл к себе около двух, и стало тихо. Он лёг спать, и я завидую ему, что так легко может расслабиться и уснуть, когда я мучаюсь. Мало того, нахожусь в странном возбуждённом состоянии, которое меня изводит. Машинально глажу рукой свой член сквозь ткань спортивных штанов, подавляя стон удовольствия. Мой разум полностью сосредотачивается на воспоминаниях. Я вижу, как мой член оказывается во рту Дугласа. Пальцами сжимаю его и вожу сильнее, в такт движения его губ. Вижу, как наяву, что Дуглас поднимает на меня свой взгляд, полный похоти и силы. Тихо стону, спуская штаны вниз, и обхватываю ладонью член, размазывая предэякулят. Дыхание сбивается. Облизываю губы, вспоминая, какой член у Дугласа. Боже, вот это член. Я хочу его прямо сейчас…

Замираю, услышав, как дверь моей спальни открывается. Жмурюсь, притворяясь спящим. Пальцами сжимаю свой член, штаны спущены, и всё прикрыто одеялом. Слава Богу!

Дуглас…

Аромат его геля для душа доносится до меня. Подавляю ещё один стон. Чёрт, я могу прямо сейчас кончить. Чувствую жар в члене. Он опаляет мою кровь и сводит меня с ума.

Кровать прогибается под весом Дугласа. Чёрт бы его подрал. Только бы не трогал одеяло. Хотя, интересно, что он будет делать дальше. Разжимаю пальцы и отпускаю свой член, надеясь, что смогу как-то надеть обратно штаны.

– Я знаю, что ты не спишь, Тьяго. Стены здесь не такие толстые, как тебе бы хотелось. Я помогу.

Слышу дьявольский соблазнительный шёпот. Мой лоб покрывается потом, когда Дуглас отбрасывает одеяло в сторону, а прохладный воздух касается моего тела.

Его ладонь скользит по моей талии. Сцепляю зубы, не желая никак реагировать. Конечно, мой член крепнет. Всё тело поддаётся ласке, а здравый смысл напрочь вылетает из головы.

– Никакого стыда со мной, Тьяго. Если ты хочешь кончить, то кончаешь при мне, где бы я ни был. Понял? Я хочу видеть это. Тебя видеть хочу. – Дуглас целует мою шею, точно оставляя на ней засосы. Так он помечает и клеймит своё.

– Я не слышу. Ты меня понял? – рычит он, хватая мой член и до боли сжимая его в своей ладони.

– Да, – пищу, выгибаясь и распахивая рот в безмолвном крике.

Дуглас нежнее двигает ладонью, смоченной, как я предполагаю, его слюной. Он скользит по всей длине, осторожно поглаживая головку.

– Блять, ты заставляешь меня хотеть чувствовать его во рту, Тьяго. Постоянно, – цедит сквозь зубы, быстрее двигая рукой.

– Дуглас…

– Повернись ко мне. Посмотри на меня, Тьяго. Посмотри, мать твою, на меня. Запомни, что это я.

Дуглас толкает меня на спину, и едва я успеваю повернуть голову, как он впивается в мой рот своим. Раздвигает языком губы и врывается внутрь. Обхватываю его язык губами, цепляюсь за плечи, двигая бёдрами навстречу его ладони. Меня прошибает пот снова и снова. Кровь усиливает жар в паху. Всё внутри каменеет от похоти. Ногтями царапаю кожу головы Дугласа, не отпускающего мои губы из плена.

Чёрт… удовольствие пронзает меня. Стону в его рот, дёргаясь от оргазма. Кончаю прямо ему на руку. Он гладит меня, позволяя отдать всю сперму.

Открывая глаза, дышу поверхностно, рвано, словно умирающий. Рядом никого нет. Я лежу на спине, до сих пор ощущая аромат Дугласа и не понимая, когда он ушёл. Моя сперма блестит на животе и спокойно лежащем на бедре члене. Я весь мокрый и потный, а ещё брошенный теперь.

Какого чёрта?