23

При слове «судьба» у меня случился очередной приступ. Точнее, не совсем приступ. Перед глазами словно разорвался огненный шар, а затем мир преобразился. Я смотрела на своего нового знакомого и видела нить, что тянулась из его груди в мою. Тоненькая, как паутинка, отдающая рыжиной. Зажмурилась, заново открыла глаза – бесполезно. Нить никуда не делась. Провела по ней рукой – без изменений. Аккуратно слезла с кушетки – нить двигалась вслед за мной. Понимаю, что в этот момент наверняка выглядела, по меньшей мере, странно, но происходили не менее странные вещи.

– Все в порядке, герцогиня?

 Замерла и уставилась на мужчину:

– Я не представлялась.

– Вы герцогиня де Ген. Вас представил Альберт.

 Перехватила честный-пречестный взгляд старичка, подтвердившего алиби моего нового знакомого. Интересное дело. А вот я почему-то не слышала, чтобы Альберт меня представлял.

 Пригляделась к лорду Тени. Этот взгляд…

 «Смотри на меня, Присцилла».

 Щеки отчего-то защекотало смущение. Смущение? Бесовщина какая-то. Кому-то срочно требуется успокоиться.

 Так, Присцилла. Ты здесь по другой причине, Бери себя в руки. Ты шла к целителю? Вот он, перед тобой. Допрашивай.

– Скажите, господин Хаксли, вы не знаете, кто выжег мою память?

– Извините, ваша светлость.

– А кто попросил исцелить меня после нападения лорда Беверли?

– После чего? – тон лорда Тени был таким, что можно заморозить горящий костер. Мгновенно.

– Лорд Беверли напал на меня вчера. А господин Хаксли исцелил, – пояснила незнакомцу, хотя вовсе была не обязана.

– Простите, герцогиня, но ничем не могу помочь, – старичок поспешил занять место за столом и нацепил небольшие очки с круглыми стеклами.

– И на вас этот мерзавец поставил печать?

 А то как же. Наверняка поставил. И как мне узнать правду, когда куда ни сунься – везде тупик? Я верила лорду Сазерленду лишь наполовину. В том, что таинственный лорд Беверли подлец – сомнений не возникало, но в том, как все было на самом деле – возникали и серьезные. Водник не похож на самоотверженного джентльмена, который рискнет собой ради девушки. Он даже деньгами своими рискнуть не готов, и за обед пришлось платить мне. Вспоминать отвратительно.

– Мерзавец значит?

– Иного определения у меня нет. А вы, лорд, достойный господин?

– На что вы намекаете, герцогиня?

– Готовы искупить свою вину? За то, что чуть не убили меня?

 Мужчина как-то странно на меня смотрел. С необъяснимой теплотой и улыбкой, которую всеми силами пытался скрыть. В душе шевельнулось то самое чувство, что раздирало ее с утра. Чувство боли, утраты, необъяснимой тоски. Только сейчас оно будто бы махнуло на прощанье крылом.

 «Смотри на меня, Присцилла.»

 Да смотрю я, смотрю. Вот только понять не могу на кого именно.

– Чем я могу вам помочь?

 Постаралась поймать ускользающую нить разговора и не пялиться на нового знакомого слишком пристально.

– Мне нужен один из королевских залов в аренду для свадьбы лорда Коллинза. Через два дня, – добавила для весомости, но мужчина и бровью не повел.

– Уже выбрали какой именно?

 От ответа я четвертый раз за день открыла рот. Совершенно точно, этот день войдет в историю Присциллы де Ген как самый ротооткрывательный. Если уж наглеть, то в крайней степени.

– Выбрала. Кварцевый.

 Аренда этого уникального зала была расписана на многие месяцы вперед. За нее невесты разве что глотки друг другу не грызли, а все из-за уникального сочетания в интерьере нежных розового и голубого льдистых кварца. Полупрозрачные стены, в которые вмонтированы светящиеся огненные кристаллы, захватывали дух и покоряли даже самых взыскательных особ. Не говоря уже о том, что в этом сложном для обработки материале были выбиты удивительные картины цветущих садов. Когда активировалась подсветка огненных кристаллов, то стены оживали, и зал превращался в магическую оранжерею. Словами не передать, как красиво, Я видела это лишь однажды и до сих пор под впечатлением.

 Стало интересно, как мой новый непрошибаемый знакомый станет оправдываться, но тот лишь протянул руку и произнес:

– Идемте.

 Посмотрела на протянутую ладонь, на невозмутимое лицо и переспросила:

– Куда?

– Вам, кажется, был нужен зал?

– Через два дня, – уточнила, авторитетно задрав брови.

– Хорошо.

– На весь вечер, – для надежности. Ну, вдруг он не понял, что я имею в виду.

 Но лорд лишь улыбнулся и ответил:

– Хоть на целый день. Но, если вы не поторопитесь, я вряд ли смогу вам помочь, потому что сейчас должен быть в другом месте.

 Отчего-то вспомнилась дама с пером в огромной шляпе. Или огромным пером в шляпе? Неважно. Но это воспоминание перед приступом мне не понравилось. Не раздумывая больше, вложила свою ладошку в горячую руку незнакомца и покорно пошла следом, попрощавшись с целителем.

 Мы шли по коридорам замка, вот так, не под руку, а держась за руки. Было в этом жесте что-то отдаленно знакомое и такое приятное, что никак не удавалось сдержать улыбку. Я сжимала горячую мужскую ладонь и чувствовала себя защищенной. Странные ассоциации от простого прикосновения.

 Прохожие отводили взгляды и меняли направление движения, когда видели, кто важно вышагивает им навстречу.

– Похоже, вас здесь не очень-то любят.

– Скорее боятся, – он чуть крепче сжал мою ладошку, и по телу прокатилась горячая волна, свернувшаяся клубочком в области сердца. Я испугалась, что снова орган зашалил, но это было что-то иное. Что-то необъяснимое. Не могла оторвать взгляд от задумчивого лица, плотно сомкнутых и будто таких знакомых губ, над которыми небольшой шрам.

– Мы не могли встречаться прежде?

– Не думаю, – ответил слишком резко, и любое желание задавать дальнейшие вопросы отпало.

 Грубиян. Впрочем, я могу простить ему грубость, если удастся решить вопрос с залом. Мы стремительно пересекли центральный холл, поднялись по лестнице, прошли вдоль галереи и остановились перед неприметной дверью с заветной табличкой: «распорядитель королевской недвижимостью». Уверенный стук и лорд вошел внутрь, увлекая меня за собой.

 Тот самый распорядитель с таблички сидел за столом и, завидев нас, поспешил подняться. Во всяком случае, постарался поспешить, но слишком внушительные размеры не позволили сделать это грациозно:

– Лорд Бе…

– Нам нужен кварцевый зал, – перебил мужчина, игнорируя суетливость распорядителя, что пытался собрать разлетевшиеся перья. – Через два дня. Договор заключишь на имя герцогини де Ген.

 Он указал на меня, а распорядитель изменился в лице:

– Но… простите, но аренда забита на полгода вперед…

– Зал отдашь бесплатно. И доступ в любое время, чтобы герцогиня имела возможность подготовиться к мероприятию.

– Так ведь зал занят…

– Мне оформить королевским приказом? – угрожающе спросил лорд. – Или рассмотреть новые кандидатуры на твою должность?

– Н-нет. Нет, не стоит. Я сделаю. Да, все сделаю.

– Проверю лично, – разве что огонь в глазах не полыхнул. Затем повернулся ко мне и, взяв в руки мою ладошку, медленно поцеловал: – прошу прощения, ваша светлость, за доставленные неудобства.

 Провел пальцами по моим и, то ли забылся, то ли нарочно, поцеловал снова. Впрочем, я ничуть не возражала и против третьего поцелуя:

– Пожалуй, после такого вы можете звать меня по имени.

– С превеликим удовольствием.8c847c

 А затем лорд Тень исчез в огне, оставив после себя запах костра с мандариновой ноткой. Невозможно знакомый и такой родной запах, что в груди снова потеплело, а затем болезненно сжалось. Распорядитель расслабился и плюхнулся обратно в кресло. Достал из кармана видавший виды платок и стер со лба испарину:

– С ним всегда так. Где лорд Беверли, там огромные проблемы, Подождите минутку, достану договор.

– Как вы сказали? – обомлела я. – Лорд Беверли?

– Вы же вроде бы знакомы, – удивился распорядитель. – Он никогда прежде не ходатайствовал ни за кого. Тем более именем короля, Должно быть, вы очень хорошо знакомы. Вот, заполните, пожалуйста. Что же мне теперь делать с графом Бишепом и баронессой Лейцвиг? Они же меня с потрохами съедят.

 Мужчина причитал, но я уже не слушала. Смотрела сквозь бланк договора, лежавшего на столе, и не могла связать все, что знаю, воедино. То, каким лорд Сазерленд описал лорда Беверли, никак не вязалось с действительностью. Тот мерзавец, желавший меня убить, помогать не стал бы.

– Это был лорд Беверли? – на всякий случай, уточнила еще раз.

 Распорядитель оторвался от большого журнала и посмотрел на меня как на ненормальную. Но я именно такой себя и чувствовала. Неужели Присциллу де Ген так просто провести? В отношении высших мой дар не работает, а интуиция путается. Логику же вообще можно не подключать, поскольку лорды умеют выставить ситуацию в нужном свете и манипулировать фактами. А факты таковы, что, в отличие от лорда Сазерленда, лорд Беверли, что якобы пытался меня убить, не только мне жизнь спас, но и с залом помог. Хотя мог просто позволить мне скончаться под копытами аккасинцев. Стоп. А ведь на обочину меня выкинул не он. Он из кареты вышел. Кто же тогда?

– Герцогиня, – распорядитель вывел меня из раздумий. – Если вам правда нужен этот зал, заполняйте, пожалуйста, договор. Мне еще нужно решить, что теперь делать с другими арендаторами.

– Выплатите им неустойку и предложите свадьбу в королевском саду в шатрах за счет короны. Поверьте, баронесса Лейцвиг это оценит, а граф Бишеп сделает все, что хочет его будущая супруга, поскольку души в ней не чает.

– Откуда вы… – удивился мужчина.

– Я сводница, – обворожительно улыбнулась. – Это моя профессия – все обо всех знать.

– Думаете, они согласятся? В шатрах-то?

– Если это будет подарок короля, они не посмеют отказаться.

 Воодушевившись, распорядитель тяжело поднялся с кресла и, пока я заполняла договор, возился с бумагами в другом конце кабинета, пару раз чихнув от поднятого им же столба пыли. Видимо сад нечасто сдается в аренду. А зря, Сама я бы предпочла праздновать в окружении живых цветов, а не бездушного ажура мрамора и металла…

 Признаться, я и сама была в восторге от того, как играючи удалось выбить аренду зала во дворце, да еще не абы какого зала, а кварцевого. Вот и Марго, с удовольствием угощаясь блюдами из ресторана «Дворец вкуса» смотрела на меня, словно на воплощение духа ветра.

– Один вопрос – как? Ты что, угрожала ему?

– Мне помог лорд Беверли, – я прищурилась, наблюдая за реакцией подруги, и медленно положила в рот кусочек красной рыбы. Кстати, в списке лекаря написано, что семга – первое блюдо при больном сердце.

 Судя по застывшей на лице Марго грустной улыбке, я коснулась вопроса, на который распространяется печать.

– Я знаю, что это он выжег мою память. Мне лорд Сазерленд рассказал.

 Улыбка исчезла. Ага. О лорде Сазерленде, значит, тоже нельзя. Интересно…

– Лорд Сазерленд вообще много чего рассказал. В частности, этим зданием мы ему обязаны. Ни за чтобы не подумала, что он не только трубы портить горазд. Говорит, что мы с ним влюблены друг в друга, вот только я совершенно ничего не помню. Ты и представить не можешь, как это тяжело – знать, что у тебя украли жизнь. День, два – какая разница? От этого не проще. У меня душа ноет, словно за эти дни случилось что-то настолько важное, что разделило мою жизнь на «до» и «после». И страшно представить, если чем-то важным явился этот мерзкий водник. Он мне отвратителен.

 Вот такая исповедь, после которой совершенно не ожидала услышать резкое замечание подруги:

– Я заставлю Андреаса снять с меня печать.

– Думаешь, он это сделает?

– Я ему выбора не оставлю, – припечатала она. Должно быть, в моей памяти сокрыто что-то по-настоящему важное. Иначе она не стала бы рисковать отношениями…