Глава 34

Дэн

Сжираю ее эмоции и веду носом по манящей коже, вбиваю в себя неповторимый аромат и с маниакальной зависимостью всматриваюсь в каждую реакцию своей джевочки. в то, как пульсирует жилка от давления языком, как бегут мурашки по коже от прикосновений к груди.

Я поехал крышей слишком давно, чтобы пытаться сейчас сделать хоть что-то адекватное. Не могу. Пятерней погружаюсь в распущенные волосы и притягиваю к себе малышку. Сдавленно дышу, пока она задыхается, рвано хватая воздух возле моих губ.

—Денис, постой. Я так не могу, —просит и почти невесомо касается пальчиками лица. Сразу прошибает током. Черт, ты трогай меня, и тут, и ниже и вообще везде, чтобы я не сдох в агонии.

Смотрит в самую душу из-под полуопущенных ресниц. Эти глаза сводят с ума так давно, что смотреть в них кажется невозможно задачей, а сейчас еще одной пыткой, на которую я бегу, соглашаясь на все круги ада.

Лишь бы с ней.

Вот так вот. Упираюсь лбом в ее взмокшую кожу и прикрываю от восторга глаза. По телу агоние проносится желание. Овладеть, сжать, чтобы точно моей была сейчас и навсегда, чтобы до сорванного голоса и до состояния приклеенной ко мне плоти.

Чтобы пахла мною, а я ею.

Чтобы только вдвоем и никто не мешал.

Во мне зиждется безумие вместе с острым желанием обладать, что никак не утолить ни с поцелуями, ни с диким животным сексом. Вообще никак не заглушить, ведь с каждой секундой я хочу ее сильнее.

Мне мало. Мало. Мало.

Веду пятерней по плоскому животику и накрываю грудь, сжимаю и растворяюсь в этом.

Горячая волна ударяет мне в пах, пока Аня извивается в моих руках и проезжается по члену, заставляя меня желать большего.

—Как так? — шепчу в манящие губы и всматриваюсь в дрожащие ресницы.

Аня делает рваный вздох и открывает глаза, наполняя меня туманной реальность, в которой я теряюсь.

Мажу по ней внимательным взглядом и кладу руки на поясницу, прогибая ее в наиболее удачной позиции, чтобы окунуться в мягкость налитой груди.

Красивая.

Моя.

Нежная.

Ласковая.

Поддеваю топ и стягиваю его ниже к узкой талии, освобождая возбуждённую грудь.

Глаза примагничиваются к ярким пополам и крупной горошине, розовым пятном прорисовывающимся на белой мягкой коже.

Грудь идеально ложится мне в руку, отчего я чувствую очередной прилив возбуждения. Кровь спустилась в член и больше не даёт мне расслабиться. Воспламеняя изнутри, испепеляя э каждую клеточку тела. Сжигая все вокруг дотла.

Облизываюсь и наклоняюсь, накрывая сосок сначал языком, а затем и всасывая пульсирующую горошинку в рот.

Моментально ловлю хриплые стоны своей девочки и чувствую руки на плечах, что сжимают меня с ощутимой силой.

Блять. Причмокивая, массирую вторую грудь пальцами.

Как не сдохнуть в процессе?

Слегка покусываю и слышу очередной стон, от которого член до боли упирается в бедра малышки. Мне бы снять их все, что нам мешает, с нее и с меня, но Аня сидит сверху и быть беде…

Быть беде…

Быть громкой беде, потому что я не буду терпелив. Даже если потом буду ломать себе за это руки и ноги.

Мне так пиздецкииприятно в моменте ее трогать и целовать, как одновременно и херово, потому что я не в ней. Не внутри…

Зализываю сосок и переключаюсь на вторую грудь, массирую одновременно ягодицы, пробираясь под ткань пижамных шорт.

Нахуй шорты. Нахуй нижнее.

Обвожу языком ореолу и выдыхаю резко, отчего грудь покрывается мурашками, а я как конченный псих смотрю на это и впитываю в себя не моргая.

Мне важно получить все.

Она будет спать со мной исключительно голая, даже если у нас не будет секса.

Аня рвано дышит и хватается двумя руками за меня, пытаюсь удержаться. Бёдрами двигается на месте.

А я предательски близко толкаю к себе, чтобы максимально полно ощутить ее в наиболее приятной для себя позиции.

Если так продолжится, я срюпущу все в штаны, и это будет для меня новый опыт, с тех пор, как я дрочил на порнушку в тринадцать лет во время сперматоксикоза.

—Ты такая податливая, — шепчу, отрываясь от груди. Это сложно, черт побери. Но я делаю, чтобы не слететь с катушек окончательно.

Аня сидит передо мной почти полностью голая, расслабленная и в то же время максимально возбуждённая.

Спускаюсь пальцами ниже и наркыаю лобок. Это следующий уровень, к которому она пока не готова, но чертовски сильно готов я.

Малышка резко открывает глаза, стоит моим пальцам пробраться под ткань белья. Смотрит на меня с паникой. Ну вот.

Влажная…

Но это ведь может было и не проверять. Протест рождается. Попытка сдвинуть ноги заканчивается ничем.

—Никогда так больше не делай. Тебе совершенно нечего бояться или стесняться. Я больно не сделаю, только приятно.

Рычу ей в губы и впиваюсь в них, вдыхая в себя всю малышку без остатка.

Моя.

Языком ныряю внутрь и встречаю ответ, он совершенно точно не такой, к которому я привык, но я возбуждаюсь так, что вот-вот кончу от одного поцелуя и простых касаний к телу.

Пиздец.

Аня проводит языком по моим губам. Вау. Инициатива.

Бёдрами толкаюсь в бедра Ани и частую первый прострел.

В голове ядерный взрыв, а в трусах все спущено без остатка.

Стыдоба.

Нет.

Похеру.

Перехватываю руку Ани и накрываю ею бугор. Пусть чувствует, как она меня доводит.