Глава 15. Никас

Ева сбежала, и больше всего мне хотелось рвануть за ней. Остаться на месте и не поддаться порыву было невероятно сложно. Но я понимал, что сейчас ей нужно побыть одной.

Осознать.

Принять.

Обдумать.

Я и сам до сих пор был в шоке от открывшихся фактов. Однако я бы солгал, если бы сказал, что не рад этому.

Рад. Просто обалдеть, как рад. Потому что это упрощало все.

Но вместе с тем осложняло.

Мне даже в голову не могло прийти, что Ева решит, будто ее поэтому и выкинули за борт. Сейчас я понимал — отец догадался о моих метаниях и просто дал ей время вырасти, а мне — излечиться.

Не вышло. Но это уже безнадежно. Слишком сильно я был пропитан своими чувствами к ней, рыжей принцессе.

Почему отец в принципе отправил Еву за границу? Теперь, после его смерти, у меня были кое-какие догадки. Может, потому что она была так похожа на Лауру, а может… Может, все-таки дело в бизнесе. И этому было достаточно доказательств, которые, к сожалению, вскрылись слишком поздно. Нет, отец любил Еву. Это я знал точно. Видел своими глазами. Сейчас ей больно, и она не так все понимает, но я уверен — он считал ее дочерью всегда. С самого рождения.

А эмоции… Они улягутся, и мы снова поговорим. Пока же придется ей посидеть под замком. Для ее же блага. А мне нужно решить другую проблему.

Теперь, когда вскрылась правда, которая могла сэкономить всем нам нервы, ни о какой свадьбе и речи быть не могло. Ни у меня, ни у Евы.

И обозначить это нужно как можно скорее. Словно почувствовав мой настрой, на пороге кабинета появилась Катя.

— Все в порядке? — осторожно спросила она, едва встретившись со мной взглядом.

— Заходи, — кивнул я. — Надо поговорить.

— Ева опять что-то учудила?

— Почему ты так решила?

— Видела, как она пронеслась по лестнице. Опять устроила скандал из-за своего каприза?

Ее тон неприятно царапнул, хотя если подумать, она и раньше говорила именно так. Но я словно не замечал этого под грузом вины за то, что не мог контролировать. Сейчас же это стало бросаться в глаза.

— Что? — спросила она, заметив мое недовольное выражение лица. — Ники, ты слишком многое ей позволяешь. Впрочем, теперь Алан будет отвечать за ее настроение.

Очередное напоминание о Бестужеве неприятно царапнуло слух.

Нет уж, друг мою девочку не получит. Хрен ему!

— Я позвал тебя поговорить о наших отношениях, Катя. Проходи.

Очевидно, она что-то такое почувствовала, раз сразу сменила тактику — спрятала усмешку, мягкой походкой подобралась поближе и уже вот-вот готова была повиснуть на мне.

И, наверное, впервые за все это время я понял — не хочу. Не хочу ее прикосновений, ее улыбок и поцелуев.

Потому что это — не она. Не Ева. И если раньше я был согласен жрать суррогат, то теперь — нет. Теперь у меня была цель, и пусть после всего мне будет очень сложно вернуть расположение сестры, я справлюсь.

Добьюсь.

Поэтому мягко, но настойчиво отстранил от себя пока еще невесту.

— Кать, не стоит.

Все-таки она хорошо чувствовала меня всегда. Вот и сейчас — во взгляде промелькнуло понимание еще до того, как я озвучил свое решение.

— Я хочу закончить наши отношения, — твердо произнес я.

Вельская ответила не сразу. Взяла паузу и только после все же спросила:

— Почему?

— Потому что я не люблю тебя, — честно ответил я.

— И?

— Что и? Это причина, по которой я решил, что дальше продолжать нет смысла.

— Раньше тебя это не смущало, — возразила она. Я как-то даже не сразу понял, что она имела в виду. — Что ты так смотришь? Думаешь, я не догадывалась?

— Тогда зачем?

— Что зачем, Ники? — Не удержался и поморщился от этого прозвища.

— Не называй меня так.

Катя криво усмехнулась и уселась прямо на стол, наигранно положила ногу на ногу, словно была уверена, что это уж точно может меня переубедить.

— Зачем ты заговорила про свадьбу? Про любовь?

— А разве неясно? Мне достаточно лет, чтобы создавать семью, рожать детей. Любовь… Это все слова, Ник. Ты надежный партнер. С тобой удобно строить отношения — ты достоин уважения. Как и я.

— Вот так просто?

Признаться, я был немного ошарашен. Я-то считал, что Катя действительно любила меня. Ну, или хотя бы была увлечена. Может, не с самого начала — она все-таки девушка довольно практичная. Но уж потом-то точно.

— А к чему усложнять? Мы одинаково смотрим на многие вещи, отлично пониманием друг друга в бизнесе, нам хорошо в постели. Идеальный союз.

Меня очень коробило то, как легко Катерина обесценивала по сути то, что я испытывал, хоть и не к ней. Почему я раньше не замечал этого в ней? Почему был так уверен, что она влюблена?

— Может, потому что мне этого недостаточно?

Катя многозначительно хмыкнула и чуть подалась вперед, выгодно выставляя свое декольте.

— У тебя появилась другая?

— Если ты спрашиваешь, изменял ли я тебе, то нет. Не изменял.

Вельская вздернула бровь и холодно усмехнулась.

— Вы, мужчины, не умеете хранить верность. Но это ожидаемо. Поэтому твои измены меня не волнуют. Так что, Ники, у тебя появилась другая? Ты поэтому вдруг решил дать заднюю? Я ведь уже разослала пригласительные…

— Какие, на хрен, пригласительные? — раздраженно спросил я. — Когда успела? Мы только обсудили это. К чему это давление? Или ты правда думаешь, что я из-за этих картонок передумаю?

— Очевидно, что нет, — скривилась она. — Что ж, если это твое окончательное решение…

— Вполне, Катя. Я всегда был с тобой честен. И мне жаль, что все вышло так, но… Но так будет лучше.

Она ничего не ответила. Легко слезла со стола и с гордо поднятой головой вышла из кабинета. Я знал, что когда вернусь сегодня домой, ее здесь уже не будет. Катя не из тех, кто станет унижаться. Я и так удивлен, что она попыталась меня переубедить.

Но в любом случае теперь отношения с ней не имели смысла. И мне оставалось еще одно важное дело. Достав мобильный, набрал номер Алана.

Друг ответил быстро — был в офисе, как я и предполагал. Так что договориться насчет встречи не составило труда. И уже через час я входил к нему в кабинет.

— Привет. Что-то случилось? — спросил Бес, поднимаясь навстречу, чтобы пожать руку.

— Да, есть кое-что. Свадьба с Евой отменяется.

Алан удивленно вскинул брови.

— С ней все хорошо? — первое, что он спросил.

— Вполне, — сдержанно ответил я. Он бросил растерянный взгляд на телефон, словно надеялся увидеть там пояснения.

— Тогда в чем дело? Она передумала?

— Можно и так сказать.

— Черт, Ник, а можно как-то попроще и без этого таинственного выражения на лице? Что стряслось?

— Это не имеет значения. Просто свадьбы не будет. Спасибо, что согласился помочь и принял мое предложение, но оно аннулируется.

Бестужев прищурился и, убрав руки в карманы, ухмыльнулся.

— И это все?

— А чего ты еще хочешь? Затраты я, естественно, компенсирую. Просто назови сумму.

— Надо же, ты и правда серьезно, — как-то удивленно произнес он. — То есть, по-твоему, можно вот так играть в людей? Захотел — поставил в пару, захотел — передумал.

— Я понимаю, ты, возможно, раздражен тем, что планы изменились…

— Раздражен?! — перебил Алан. — Да я, черт подери, зол! Какого хрена, Ник? Ты врываешься и ломаешь наши планы. Да-да, наши. Не твои, друг мой. Твоя сестра и я пришли к общему решению. Мы сами. Мы сделали выбор. И пока Ева не скажет мне сама то же самое — хрен я разорву помолвку. Ясно?

Я слегка прибалдел от его эмоционального выступления. Уж от кого-кого, но не от Алана я бы такое ожидал. Он же всегда уравновешенный и довольно спокойный. Он и про свадьбу эту говорил так, с юмором и довольно легким отношением. Так неужели я не заметил, что Ева ему понравилось по-настоящему? Иначе с чего бы так кипятился?

— Так тебя бесит, что тебе твои планы поломали или…

— Что или, Ник? — насмешливо спросил он. — Ну, продолжай.

— Или дело в моей сестре?

— А даже если так?

— Ты говорил про фиктивный брак, — напомнил я, цепенея от того, что наклевывалось.

— И что? Разве я говорил, что так будет всегда? У нас с Евой отношения наладились. Нам хорошо и интересно вместе. Так какого черта я должен что-то менять только потому, что ты что-то там передумал?

— Алан, я серьезно, не надо. Остынь. Поверь, причина более чем серьезная. И Ева, она… Да она же это просто назло мне сделала!

— Знаешь, а мне плевать, ради чего она согласилась. Потому что она — хорошая девочка. И жена и из нее выйдет отличная.

Я думал, что самым сложным будет разговор с Катей. Я был уверен, что Бес отнесется с пониманием и, просто кивнув, отойдет в сторону.

Я не был готов к такому повороту. И просто не знал, как теперь решить ситуацию. Ведь Ева после всего могла просто встать в позу и уже назло мне пойти и расписаться с Аланом. И я ничего не смогу с этим сделать…

Одна только мысль, что он протянет к ней руки, будет целовать, трогать… Меня коротило. Напрочь. Наглухо. Так, что вышибало контроль подчистую.

Она — моя! Моя, и точка! Мне просто нужно время, чтобы донести до нее все, рассказать, признаться.

— Нет. Я уже сказал — свадьбы не будет, — хрипло повторил, понимая, что вот-вот просто потеряю друга. Впрочем, о чем тут речь? Похоже, мы оба хотели одну и ту же девушку. И если Бестужев только увлекся, то я… Я сходил с ума от нее уже не первый год.

— Можешь говорить, что угодно, — спокойно парировал тот. — Мы взрослые люди. И если надумаешь ставить палки в колеса… Я заберу свою невесту, а ты можешь и дальше играть в бога.

— Ты не понимаешь… Я не отпущу ее! Не теперь!

— Да мне плевать, ясно? Думаешь, мне так нужны твои бабки? Считаешь, я ради бизнеса согласился? Мне просто стало интересно. А когда выяснилось, что Ева и правда стоит того, чтобы согласиться на эту аферу, я всего лишь не стал давать заднюю. Так что теперь поздно кричать и грозить мне. Ева — моя девушка. И станет моей женой. А твое благословение ни ей, ни мне не нужно. Ты упустил время, чтобы быть ей близким человеком. Теперь не лезь.

— Она моя… — прохрипел я. — Моя!

— Сестра, — напомнил он, ударил словом, будто хлыстом.

Ведь так и было. В глазах окружающих мы с ней были братом и сестрой. Семьей. И мои чувства к ней смотрелись грязно и мерзко.

Но ведь… Ведь все было не так! Вот только со стороны-то выглядело все нелицеприятно. И сейчас я, возможно, только усугублял все своими эмоциями.

— Ты думаешь, я не понимаю, что происходит? — довольно спокойно добавил Алан. — Твоя одержимость ей — ненормальна. Как и твоя ревность. — Я едва не подавился воздухом, услышав эти слова. — Думал, я не вижу? Ник, я знаю тебя достаточно, чтобы заметить, как ты смотришь на Еву, когда тебя вроде как никто не видит. И то, как ты сейчас бесишься, только очередное доказательство того, что я прав. Но она — твоя сестра. Это… низко. И гадко.

— Ты ничего не знаешь… Все не так…

Бес поморщился.

— Я тоже не святой. И не собираюсь тебя осуждать. Жизнь — штука непростая. Всякое бывает. Но Ева не подозревает о твоих…хм… чувствах. Если ты правда любишь ее, не лезь. Не мешай ей уйти от тебя и жить своей жизнью.

— С тобой?

— Хотя бы и да.

— Она не любит тебя! — выплюнул последний аргумент.

— Я знаю. Пока — нет. Но я смогу сделать ее счастливой. Смогу дать ей надежное плечо и уверенность в завтрашнем дне. А ты? Что дашь ей ты?

— Семью.

Алан покачал головой.

— Ты уже отнял это у нее. За борьбой с собственными демонами ты упустил, что твоя сестра — потерянная девочка, на которую всем наплевать. Ей не нужны твои деньги или власть. Ей нужно было просто внимание и забота. Она как брошенный котенок, которого никто не хочет подобрать.

— А ты, значит, решит выступить ее спасителем? — не удержался я.

— Не без этого. Но она правда мне нравится, Ник. Мы сможем быть счастливыми. Просто не мешай.

Мне нечего было на это ответить. Потому что по многим пунктам мой друг был прав. А я, идиот такой, и правда многое просто не замечал. Смотрел сквозь пальцы, стараясь закрыться от нее, оградить от своей ненормальной любви, тогда как обязан был думать о Еве. Должен был наступить на горло своим чувствам, задушить и быть рядом, когда ей это было нужно по-настоящему.

Вот только, несмотря на такой хреновый расклад, я все равно не собирался отступать. Спорить сейчас с Аланом бесполезно. Он не отойдет, если Ева сама не захочет.

— Я тебя услышал, — бросил напоследок и вышел из кабинета друга. Точнее, уже бывшего друга. Я не сомневался, что после того, как их помолвка будет расторгнута, а в этом я не сомневался, наша дружба вряд ли еще будет жива.

Да и черт с ним. Главное сейчас — это Ева. Остальное пусть идет лесом. Больше я не ошибусь с приоритетами.