Глава 16

Мы вчетвером сидели за столом на кухне, молча стуча ложками по тарелкам. Мама всё же смилостивилась и решила нас сначала накормить, а уже потом вести допросы.

Настроение было мрачным. И, хвала небесам, что Николай Владимирович задерживался на работе этим вечером, а поэтому не увидит позорной сцены выяснения отношений. Сейчас мы либо будем безбожно врать до последнего, либо грязная правда всё же вылезет наружу.

И от этих мыслей у меня невольно дрожали руки, которые я сцепила в замок и спрятала под стол.

Аппетита не было. Я просто уткнулась носом в собственную тарелку и не поднимала глаз, морально готовясь к самому худшему. К тому, что я не только останусь без работы, как только мама обо всём узнает, но и буду посажена под домашний арест. Минимум на неделю. И только после того, как мама остынет, я смогу лишь попытаться попробовать договориться с ней.

- Итак, - спустя некоторое время начала мама, а у меня сердце пропустило удар. – Что за шум-гам вы втроём устроили? Что не поделили?

Я невольно подняла взгляд, ибо прятать его в тарелке и дальше было верхом трусости. Нужно взрослеть. Брать себя в руки и принимать последствия своих опрометчивых решений, гордо смотря страхам в лицо.

Но я себя переоценила.

Стоило только встретиться взглядом с мамой, а после уловить прожигающую темноту карих глаз Яна, как моя решимость дала брешь. Я поёжилась. Заметив это, Алекс, который сидел рядом, положил свою руку поверх моей. Ободряюще сжал её.

И это после того, что он узнал!

Я слишком резко повернула голову вбок, чтобы посмотреть на грустно улыбающегося парня. Что не укрылось ни от мамы, ни от Соколова. И если мама просто хмыкнула себе под нос, то Ян помрачнел, сцепил зубы, и крепко сжал стакан в руке. Так, что на тыльной стороне его ладони выделилась каждая костяшка. Глаза брюнета горели злым огнём решимости и мести.

- Так и будем молчать, партизаны?

Несмотря на видимую строгость, глаза мамы, которая ещё пока не знала ничего, не знала правды, светились теплотой. И я бы многое отдала за то, чтобы эта теплота оставалась в них и дальше.

Уловив едва заметное телодвижение Яна в мамину сторону, я вскинулась. Впилась в него взглядом, умоляя. Умоляя не говорить, потому что он едва сдерживался. Я прочла его дикое желание рассказать всё по напряженной позе, в которой он сидел. По нетерпеливому постукиванию пальцем по столу. По тому, как тяжело вздымалась его грудная клетка во время каждого вдоха.

Улучив момент, когда мама отвлеклась на Соколова, я осторожно покачала головой из стороны в сторону.

«Умоляю, молчи!» - кричали мои глаза.

«Ты выбрала Алекса.» - отвечали мне темные омуты. – «Сделка есть сделка. Я дал тебе выбор, ты его сделала.»

Готовая разреветься на месте, я крепко зажмурилась, чувствуя, как запершило в носу. В груди болезненно сжалось. И даже теплая рука Александра, которая всё ещё лежала поверх моей, не помогала. Я ощущала себя разбитой и потерянной. Стоящей в тупике и не имеющей возможности выбраться из него.

Зачем я только привела Алекса домой… Почему решила, что из этого выйдет что-то путнее? Где были мои мозги, когда я принимала это решение? Желание мести, желание задеть Соколова не привело меня ни к чему хорошему… Довыпендривалась…

- Ян? Тебе есть что сказать? – подтолкнула его мама, начиная раздражаться от нашей игры в молчанку.

- Да. Есть. – криво усмехнулся брюнет, смотря на меня в упор. Упиваясь моей беспомощностью.

А меня разрывало два диких желания – удавить Соколова собственноручно и потом спрятаться в самый темный угол, чтобы вдоволь нареветься.

- Ольга Геннадьевна, простите нас с Яном за этот конфликт, – внезапно вмешался Алекс. – Мы с Соколовым знакомы и… имеем некие разногласия, из-за которых сложись довольно-таки натянутые отношения между нами. Мы не должны были выносить личные претензии друг к другу на всеобщее обозрение.

- Извинения приняты. – черты лица мамы окончательно разгладились, сделав её максимально благодушной и расположенной к разговору. – Надеюсь, такого больше не повторится.

Я же неотрывно смотрела на Яна. Ждала, что вот сейчас он скажет, что дело не только в этом. Что вчера я чуть было не…

Но Соколов молчал.

Напряжение в моей голове достигло предела. Я была, как натянутая струна, готовая вот-вот лопнуть. Мне не верилось, что всё решится вот так вот легко и просто. Это не в характере Яна – уступать.

- Да, согласен с Фридманом, наши разногласия должны остаться за пределами этого дома. Было глупо выяснять отношения при всех.

- Рада, что вы это осознаёте, молодые люди. – улыбнулась мама. - Помните, что все конфликты можно решить мирно.

- Учтём на будущее. – улыбнулся одним уголком рта Александр.

Я переводила взгляд с одного на другого, на маму. Но больше ничего не происходило.

Фридман убрал свою руку с моей, и принялся, как ни в чём не бывало уплетать мамину стряпню. Заметив это, Ян немного расслабился и откинулся на спинку стула. Мама так вообще выглядела таинственно, периодически с намеком стреляя глазами в меня и Алекса.

И… это всё?

Я не могла поверить своим глазам. Ян уступил? Промолчал? Но почему?

Но, когда домой вошёл Николай Владимирович с букетом в руках и сияющей на лице широкой улыбкой, пазл в голове сложился. Братец просто не хотел портить вечер. Всё ещё впереди.

Вряд ли он оставит это просто так. Вряд ли спустит мне с рук то, что я не рассталась с Алексом, а ещё и привела его домой. На территорию, которую Ян считает своей. Для него это было как объявление войны, которая из холодной перешла в открытую.

Мама поднялась с места, встречая мужа и радостно воркуя. Отчим отвечал ей тем же. Из коридора доносились фразы, вроде: «Припозднился с подарками, у меня уже появился поклонник», счастливый смех и интерес со стороны Николая Владимировича, который заприметил дома гостей.

Следующие пятнадцать минут прошли в приветствиях и официальном знакомстве Алекса с отчимом. Затем был краткий рассказ о причине вечернего визита и умалчивание о нашем небольшом конфликте, который застала мама.

Поболтав на тему погоды и обсудив нововведения в университете, мы начали подниматься из-за стола, оправдывая скорый уход тем, что нам ещё заниматься высшей математикой. И, под одобрительный взгляд отчима, мы всё же удалились обратно ко мне в комнату.

Но от нас всех не укрылся предупредительный «выстрел» мамы, которая пригрозила нам пальцем за спиной Николая Владимировича.

- Иди за мной, ведьма. – догнав меня на лестнице, прошипел на ухо Ян.

Александр, который шёл позади, хотел было ринуться в защиту, но я жестом остановила его.

- Алекс, подожди меня в комнате. Я подойду через пять минут.

- Ты уверена?

Я кивнула, понимая, что на самом деле ни в чем не уверена. Особенно в своём сводном брате. Он как ураган, - слишком непредсказуем. Никогда не угадаешь, что учинит в следующий момент.

Идя следом за Яном, смотрела на его напряженную спину, и тихонько вздыхала, потому что от волнения не хватало воздуха.

Сейчас он вновь поставит мне какое-нибудь бредовое условие, или начнёт шантажировать…

Как только я вошла в комнату Соколова вслед за ним, он развернулся и захлопнул дверь, отрезая мне все пути к отступлению.

- Ты же понимаешь, что я промолчал не потому, что решил прикрыть твою аппетитную задницу? – опершись спиной о дверь, он скрестил руки на груди.

- Кто бы сомневался.

- Что у тебя аппетитная задница, или что я так сделаю? – мрачно ухмыльнулся брюнет.

- И то и другое. – посмотрела на него исподлобья. – Говори уже, зачем позвал, не тяни кота за хвост.

- Завтра родители поедут выбирать зал, в котором будут проводить торжество бракосочетания. – пафосно произнёс Ян вполголоса. – Отец попросил нас поехать с ними.

- Точно, - я хлопнула себя по лбу. – Мама же говорила на прошлой неделе, что будет выбирать платье в ателье…

Как я могла забыть о таком важном событии? Совсем уже погрязла в своих проблемах…

- Вот-вот. Ты прямо таки дочь года. – попал в цель Ян, отчего мне стало ещё хуже.

Я судорожно вздохнула, утопив ладонь в волосах. Спорить или препираться с ним не было ни сил, ни желания. И уж тем более идти и готовиться к вышмату…

Хотелось лишь воткнуть наушники в уши, включить музыку на полную громкость и ни о чем не думать, отрешиться от всех проблем. Просто заснуть, лишь бы на мгновение убежать из реальности.

- И что теперь? – поникшим голос поинтересовалась у парня. – Ты ей всё расскажешь?

Ян сразу понял, о чём речь. Помолчал около минуты. После чего отлепился от двери и подошёл ко мне в упор. Близко-близко. Поднял указательным пальцем мой подбородок так, чтобы я смотрела на него.

- У тебя всё ещё есть шанс выполнить условия нашего договора. И тогда наши родители спокойно продолжат готовиться к свадебному мероприятию. Выбор за тобой, ведьмочка. Я не требую от тебя ничего сверхъестественного. – он сделал паузу, давая мне осмыслить сказанное. А потом добавил. – Но за то, что я столь снисходителен к твоей демонстративной выходке, ты будешь должна мне желание.

Черт! Черт! Черт!

Внутренний голос выл от безысходности. Хватался за голову и хотел на стену лезть от того, что я сама себя загнала в угол. Мне не оставалось ничего другого, как принять условия его игры.

Расстраивать маму – самое подлое, что я могла бы сделать накануне такого долгожданного и счастливого мероприятия. Все её мысли будут только о том, что её дочь чуть было не изнасиловали. Она будет озабочена больше моей безопасностью, чем собственным счастьем.

А если ещё всплывут наши отнюдь не «братско-сестринские» отношения с Яном, то это будет полный фэйл… До свадьбы дело точно не дойдет.

- Хорошо, - едва слышно пошевелила губами.

Я будто вся потухла. Во мне не осталось сил бороться. Да и это было заведомо бесполезно. Я проиграла в самом начале, когда позволила себе испытывать к Яну симпатию. Это семечко уже давно пустило корни, и теперь я пожинаю плоды…

Ян расплылся в улыбке победителя. Смакуя момент, он прикрыл глаза и провёл большим пальцем по моей нижней губе.

- Тогда выпроваживай своего псевдобойфренда, и приходи ко мне, я сам помогу тебе с математикой. У меня был самый высший балл среди сокурсников.

- Был. – буркнула я, дергая головой, чтобы избавиться от обжигающего прикосновения парня.

- Тебя интересуют занятия с этим занудой? – нахмурился Ян, не выпуская меня из плена своих черных глаз.

- А что если да? Какое это теперь имеет значение? – зло выпалила я. – Ты добился того, чего хотел.

- Это имеет огромное значение. И нет, я еще не добился того, чего хочу, - ловя волну моего настроения, Соколов раздраженно дернул щекой.

Я попыталась отойти от него на пару шагов назад, но была поймана сильными жилистыми руками за талию. Сократив расстояние между нами обратно до пары миллиметров, он изучающим взглядом прошёлся по моему лицу.

- Ян, прекрати лапать меня тогда, когда тебе вздумается. – отчаянно прошипела я, упираясь руками в его грудь.

Но это мало помогало. Казалось, он, наоборот, получал извращенное удовольствие от моих прикосновений. Любых.

Кадык на его шее дернулся пару раз. Взгляд затуманился, а черные омуты пожирали мои губы.

- Не вздумай! – беспомощно прошептала я.

Сердце бешено колотилось, а его личный запах только усугублял ситуацию. Мне безумно хотелось перестать сопротивляться. Но это было бы верхом предательства по отношению к Алексу, который находился буквально за стеной от происходящего.

И только эта мысль отрезвляла. Давала сил сопротивляться.

- Ты же сама этого хочешь, - тихий, гортанный шепот пробирал до мурашек.

Наши лица были в паре миллиметров друг от друга. Запах дождя дурманил. Сводил с ума. Заставлял думать о том, что бы могло быть, если бы Ян не ненавидел меня.

Были бы мои чувства взаимны или же он поиграл бы со мной, а после избавился, как от всех тех девушек, что у него были до меня? Может, оно и к лучшему, что Соколов так отчаянно пытается очернить меня в своих глазах?

Взгляд брюнета изменился. Не знаю, что парень разглядел в моих глазах, но он в одно мгновение выпустил меня из захвата и отошел на приличное расстояние.

- Иди.

Не веря своей удаче, я пулей вылетела из комнаты сводного брата. Расстояние до своей комнаты преодолела за пару секунд. Влетев внутрь, я закрыла дверь за собой. Забыв обо всём на свете, оперлась о деревянную поверхность, и облегченно выдохнула.

Поэтому голос Алекса, внезапно раздавшийся посреди царящей тишины, заставил меня подпрыгнуть.

- Что происходит между вами двумя, Ева?

В этом весь Фридман. Он не будет ходить вокруг да около. Спросит в лоб. Сам честный и прямолинейный, и требует этого же от других. Справедливо, но…

Я устало плюхнулась на стул, стоящий возле рабочего стола. Алекс сидел в кресле у окна. Склонив голову набок, он ждал, когда я соберусь с духом ответить.

Решив разом избавиться от всей каши, что я заварила, выпалила:

- Мне… Мне нравится Ян. – и покраснела до кончиков ушей.

Мои слова поразили не только парня, сидевшего напротив. Они поразили меня саму. Не то, чтобы я не знала о симпатии к брюнету, которая была мне неподвластна, но и признаться самой себе, что я влюбилась в Яна, было трудно.

Но сказанного не воротишь.

Маска хладнокровия, что всегда царила на лице Фридмана, раскололась. Разлетелась на осколки. Он с силой сжал подлокотники кресла и зажмурился.

- Почему я узнаю об этом сейчас? Зачем ты соглашалась на отношения, если у тебя чувства к другому?

Он говорил негромко. Не повышал голос. Но у меня от страха органы прилипли к позвоночнику и не желали отлепляться. Светлый парень, которого я знала всегда, исчез. Уступил место новому, «темному» Алексу, о котором я и не подозревала до этого момента.

- Нет, Алекс, я… - заламывая руки, я поднялась с места, желая подойти к парню, взять его за руки, объясниться. Но было уже поздно.

- Не надо, Ева, - предостерег меня низким тоном, вскинув одну руку перед собой. – Я лишь хочу знать, что двигало тобой.

Замерев, отвела взгляд, не выдержав шторма, который царил в голубых глазах. Сердце сжималось. Я держалась изо всех сил, чтобы мой голос не дрогнул.

Будь проклят Ян с его чертовыми условиями! С его играми! Алекс не заслужил этого!

- Поверишь ли ты, если скажу, что не использовала тебя? – бесцветно спросила у парня, смотря себе под ноги.

- Поверю, Ева. Не думаю, что ты могла притворяться столько времени и играть моими чувствами. Но ты так и не ответила, зачем? Зачем это всё было? Для чего?

- Ян, он… С ним тяжело. Я понимала, что у нас нет будущего. Я хотела…

- Попробовать отношения с хорошим парнем, - перебил Алекс, горько ухмыльнувшись. – Хотела перебить мной интерес к Соколову.

Я промолчала. Зачем ещё что-то говорить, если он и без меня всё понял? Даже раньше, чем я, осознал, для чего я решилась на эти отношения. Для чего дала согласие на прошлой неделе, когда Ян пропал.

Правда очень горькая. Но лучше так, чем я буду и дальше морочить голову Алексу.

- Не получилось? – внезапно прервал наше обоюдное молчание.

- Что? – не сразу поняла, о чём он.

- Не получилось переплюнуть Яна? – выражение его лица было болезненным. На губах играла горькая усмешка.

- Дело не в этом.

- Так объясни мне в чём? Чего я не понимаю? – тон его голоса был ядовитым. И непривычным. Но я понимала, почему так. Всё понимала и принимала.

- Я не могу сопротивляться влечению к нему. И не хочу больше тебя обманывать. Ты не заслуживаешь этого. – покачала головой, закусывая губу.

- Если ты понимаешь, что с ним ничего хорошего не выйдет, что он только играет чувствами других, пока ему интересно, тогда почему?

Я молчала. И отводила взгляд. Обхватив себя за плечи, желала лишь одного – чтобы этот неприятный разговор скорее закончился. Чтобы я осталась одна.

- Он тебя шантажирует? - я резко вскинула голову, не ожидая, что Фридман так быстро раскусит причину моего поведения. Чем и выдала себя с потрохами. – Понятно. – мрачно поджал губы парень. – Похоже, я понемногу начинаю видеть картину целиком.

- Алекс, пожалуйста… Просто уйди. Я пойму, если ты прекратишь наше общение. Но сейчас тебе правда нужно уйти.

Поднявшись с кресла, Фридман подошел ко мне и, с трудом отцепив мои пальцы, которые впились в плечи, начал их массировать. Я бы и не заметила, что руки стали ледяными, если бы не прикосновения его обжигающих ладоней.

- Ева, ты можешь мне всё рассказать, - мягко заметил Алекс. – Прости, что разозлился. Ты… - он замолчал, после чего резко выдохнул и произнес. - Я не могу быть спокоен и равнодушен по отношению ко всему, что касается тебя.

Улыбка, кривая, но отдаленно похожая на привычную улыбку «солнечного» Александра, немного разрядила атмосферу, повисшую между нами. И я бы улыбнулась в ответ, если бы остались силы.

- Всё слишком сложно…

- А может всё проще, чем кажется? – выпустив мои руки из своих ладоней, он заглянул мне в глаза. – В любом случае, ты знаешь, где меня найти. Приходи, когда будешь готова поговорить.

- Я провожу тебя.

На самом деле в горле застряли совсем другие слова, которые я хотела сказать. Что он мне дорог. Что я ценю его дружбу. Что я виновата, потому что использовала его, чтобы подавить чувства к Яну. И что мне не хотелось врать ему, единственному человеку, который поддерживал меня с самой первой секунды, как мы встретились.

Я проводила Александра до ворот, кусая губы, чтобы не сказать ничего лишнего. То, что происходит между мной и Яном, должно касаться только нас двоих. И, клянусь, пока я не разберусь с братцем, больше никогда не буду втягивать в это третьих лиц!

Но когда Фридман подошел к машине и открыл водительскую дверь, на мгновение задержавшись, я не выдержала. Подошла к нему, обвила руки вокруг его талии и, прижавшись щекой к груди, прошептала:

- Прости меня, Алекс. Прости. Я бы никогда…

- Я всё ещё твой друг. – погладил меня по голове, неуверенно приобнимая второй рукой. Словно бы боялся спугнуть.

На глаза навернулись слёзы. Отчего я лишь сильнее уткнулась в его одежду лицом. Прячась от парня и пряча от него свои эмоции.

- Спасибо. Ты не представляешь, как для меня было важно услышать эти слова. - тихонько произнесла я, боясь, что собственный голос выдаст, как мне на самом деле тяжело сейчас от всего того, что валилось на мою голову.

И от того, что вынуждена отказаться от Алекса из-за Яна. Не потому, что Соколов мне настолько нравится, что я готова была пожертвовать ради него всем. А потому, что я готова была пожертвовать всем, ради благополучия мамы.

– Пока. – бросила ему.

И, не оборачиваясь, буквально вбежала обратно во двор особняка Соколовых.

Поэтому я не видела того, как Фридман покачал головой, улыбаясь. Не слышала того, как он произнёс самому себе, словно давая обещание:

- Я ещё не сдался, Ева. Зря ты считаешь, что Соколов смог победить, используя излюбленные грязные методы. Но для начала ты сама должна во всём разобраться. И, в первую очередь – в своих собственных чувствах.