Глава 19

Глава 19

— Морозов! Ну какая же ты сволочь! Эгоистичное животное! — раздается из-за двери.

— Как скажешь, малыш, — кивает Демьян.

Он стоит, прислонившись спиной к стене и скрестив руки на груди. За деревянной преградой вот уже полчаса торчит Талия. Она, разумеется, ругается, угрожает и ворчит. В такой ситуации, Демьян уже знает, главное — со всем соглашаться с этой женщиной.

— Не подходи ко мне, понял?!

— Как скажешь, родная, — отвечает Морозов, а сам тише добавляет: — Это вряд ли получится.

— Я серьезно, — выкрикивает Талия.

— Я тоже, — смеется Демьян и уже громче, — тебе помочь?

— Сама справлюсь! — категорично и с обидой в голосе. — Помог уже! Так помог, что мне теперь мучиться!

Демьян терпеливо ждет, а, спустя несколько минут, Талия выходит из ванной комнаты.

— Доволен, да? Испортил мне весь праздник!

Девчонка ворчит, но настроение у Демьяна ни капли не ухудшается. Скорее, наоборот, хочется с победным криком «Ура!» схватить Талию и громко смеяться. Но Демьян знает, что прямо сейчас лучше вести себя спокойнее.

— Скажешь тоже, — вздыхает Морозов, — это все еще самый лучший день в нашей жизни. Разве нет?

Талия бросает на него такой убийственный взгляд, будто хочет задушить его голыми руками.

— Я не могу отойти от сортира дальше, чем на два метра, Морозов! — обвинительно тычет пальцем Демьяну в грудь. — Я позеленела! Меня постоянно тошнит! И постоянно хочется есть какую-то хрень! Вот скажи, кто в здравом уме станет есть соленые огурцы с шоколадным кремом?!

— Хочешь? Уверен, на кухне они наверняка есть, — предлагает Демьян.

Талия поджимает губы. Вздыхает. Опускает плечи потерянно и кивает.

— Хочу.

— Тогда пойдем, принцесса моя, — тянет девушку Демьян, перехватив за руку.

Нужно всего лишь спуститься в лифте на несколько этажей ниже, из гостиничного номера в ресторан, где проходит празднование, посвященное бракосочетанию Демьяна Морозова и Талии Кошмар.

Демьян не шутит, когда говорит, что сегодня — самый лучший день. Сегодня их с Талией свадьба. И именно сегодня Талия станет Морозовой, будет носить его фамилию, как носит и его малыша под сердцем.

Животик не заметен, но Демьян уже шалеет от всех изменений, что происходят в теле любимой. Утренняя тошнота, странные вкусовые предпочтения и резкие перепады в настроении ничуть не смущают Демьяна. Есть в интересном положении Талии и плюсы. Причем такие, которые с лихвой перечеркивают некоторые неудобства.

Демьян смотрит на невесту в белоснежном наряде. Очень красивом наряде, шитом на заказ, от известного кутюрье, ценой в целое состояние. Еще бы! Дочка банкира Кошмара выходит замуж. Правда, пришлось эту самую дочку переубеждать, ведь упрямая невеста собралась идти под венец в джинсах.

Демьяну, на самом деле, было плевать. Пусть хоть голая, главное, что Талия станет его женой.

Хотя, нет. Голую ее никто не увидит. Уж он позаботится об этом.

Морозов понимает, что расплывается в широченной абсолютно идиотской улыбке, глядя на любимую. Как она расправляет складки на платье. Как проверяет макияж, смотрясь в зеркальную стену кабинки.

— Чего? Размазалась помада? Нет, вроде бы, — ворчит девчонка, а Демьян лишь шире улыбается, а потом кивает.

— Угу, вот здесь, — тянет руку Демьян и обводит контур губ кончиком пальца, — сейчас появится.

— Эй, нет, Морозов! — торопливо отступает Талия, но Демьян уже наступает, точно хищник на свою добычу, загоняя в угол. — Не вздумай! Мне через минуту выходить к гостям! Хочешь, чтобы Лиза меня пристукнула за неподобающий внешний вид?!

— Брось, мама тебя обожает, — фырчит Демьян.

Ему удается аккуратно сжать Талию в объятиях, зафиксировать ладонью затылок, умудриться даже не испортить прическу.

И выдохнуть прямо в губы:

— Послать бы всех к черту, да?

— Папа огорчится, — сглатывает Талия, но так сладко поддается вперед, что Демьян зависает в шаге от того, чтобы именно так и поступить: послать всех к черту и уехать в деревню.

— Верно, — бормочет Морозов, скользит ртом по нежным и податливым губам.

— А, хотя, знаешь, — шепчет Талия, — нас уже зарегистрировали. И мы никому ничего не должны. И потом, мы ведь половины гостей даже и не знаем, да?

Демьяну нравится направление, куда убегают мысли Талии. И отказать ей он, конечно же, не может.

— Да, — улыбается и кивает Морозов. — Сбежим?

Талия выуживает из замысловатой прически заколки вместе с белоснежной фатой.

— Подвязку снимай, — командует девчонка и кокетливо приподнимает подол платья.

Лифт в эту самую секунду останавливается, двери кабинки распахиваются.

Демьяну приходится нажать кнопку, чтобы вернуть двери на место. А потом ныряет руками под ворох юбок. Ловкими пальцами скользит по стройным ножкам, безошибочно отыскивает тот самый ненужный, но важный предмет гардероба невесты.

Словно невзначай задевает тонкое кружево белья.

— Черт! — бормочет мужчина, потому что ему хватает секунды, чтобы завестись.

— Согласна, — выдыхает Талия и дразнит его, ведет бедрами, понукая скользнуть глубже. Приподнимает стройную ножку, кончено же, случайно. — Кажется, мы не успеем добраться домой.

— Вернемся в номер, — решительно кивает Демьян, однако Талия, закусив губу, трясет головой. — Нет?

— Здесь…, — требует малышка.

Ну и как ей отказать?

Морозов блокирует двери лифта. Чертовы юбки мешают, но требовательный стон заставляет Демьяна действовать активнее.

—Быстрее! — приказной тон малышки превращается в хныканье. Мужчина и сам уже на пределе. Рывком спускает брюки, безжалостно сминает пышные юбки. — О-о-о….да-а-а…

Каждая близость с этой невероятной женщиной сводит Демьяна с ума. Он совершенно не помнит, что было до нее. Да и было ли? Словно стирается прошлое. Талия — его единственная женщина, его девушка, любимая малышка.

Яркая и безупречная, вся его.

Демьян смотрит на приоткрытые губы, в осоловевшие глаза, кайфует от того, как плотно Талия обхватывает его собой, как дрожит, стонет, прогибается навстречу его толчкам.

Черт! Он не сдерживается. Теряет себя с ней. Достигает пика прежде, чем успевает сообразить, что они, мать его, в лифте!

Под камерами!

— Я тебя убью, Морозов! — грозится малышка, обессиленно льнет к нему, роняет голову на его плечо, сладко вздыхает.

— Можешь делать все, что угодно, — разрешает Демьян, целуя влажный висок.

Лениво тянется к телефону в кармане пиджака и набирает номер друга.

Ну а кто еще поможет? Не отца ведь просить? У него до сих пор пунктик на тему интимной связи Морозова и Талии. Пусть и принял Тадеуш отношения дочери и пасынка, а все равно скрипит зубами всякий раз, когда Демьян демонстрирует свои чувства к Талии при свидетелях.

— Хайдар, тут такое дело…, — начинает Демьян.

— Да ясно все, — ворчит друг, — вас слышно на весь этаж. Пришлось разгонять особо любопытных.

— Разберись с камерами, а? — просит Морозов.

— Будет сделано, — смеется Вахидов.

Демьян прячет телефон в карман.

— Ну вот, девочка моя, все уладили, — хвастается Демьян.

— Господи, какой стыд, — вздыхает Талия. — Подвязку хоть снял?

— Так точно, — Морозов поднимает руку, демонстрирует на запястье аксессуар, — как думаешь, если мы все это добро отдадим Хайдару, он оценит?

— Лучше Авроре, — смеется Талия.

Когда Морозовы выбираются их лифта, в коридоре их уже ждут свидетель жениха и подружка невесты. Удивительно, но эта парочка опять о чем-то спорит. Не на повышенных тонах, и на том спасибо.

— Вот, ребята, как говорится, совет, да любовь! — смеется Талия и вручает Авроре Щукиной фату, подвязку, а Демьян, точно фокусник, вынимает букетик из-за спины.

— Примялся слегка, но другого, простите, нет, — подмигивает Демьян.

— Вы вообще нормальные?! — возмущается Аврора, Хайдар молча держит все богатства, что перепали от молодоженов. — Вы куда?!

— Дальше без нас, — подмигивает Морозов, и под звонкий и счастливый смех Талии утаскивает невесту через служебный коридор прямо к выходу на подземный паркинг.

Лимузин уже ждет. Именно он отвезет новоиспеченных супругов Морозовых в деревенский дом, а уже оттуда, ранним утром, в аэропорт, чтобы первым рейсом отправиться в свадебное путешествие.

По дороге Талия сладко спит, опустив голову на плечо Демьяна. Машина ловко движется по заснеженной трассе. А Морозов вдруг вспоминает, как впервые привез Талию в свой дом.

Наверное, он уже тогда знал, как все будет. Интуитивно чувствовал, что именно Талия — его, принадлежит ему, и пусть порой хочется ее слегка придушить. А все равно ближе и роднее у Демьяна никого нет.

— А давай никуда не поедем? — сонно шепчет малышка. — Будем вечерами торчать у камина. Лепить снеговиков. Я буду печь тебе пироги, пока ты чистишь снег во дворе. Или готовить что-нибудь вкусненькое. Как тебе идея?

— Заманчиво, — улыбается Демьян и переплетает их пальцы, гладит ободок обручального кольца на правой руке жены. — Уверена, что не хочешь на море? Там тепло, солнышко, песочек.

— Угу, обожаю песочек, — ворчит Талия, — особенно вытряхивать его из трусов.

Морозов смеется. Да, уж он уже нафантазировал многое на тему того, как будет активно способствовать попаданию песка в купальник любимой. Много поз нафантазировал, что уж скрывать.

— Мы никуда не поедем при одном условии, малыш, — заговаривает Демьян, — никакого озера и коньков. С меня хватило прошлого раза.

— Скажи еще, что тебе не понравился наш первый раз!

— Мне не понравилось, что твоя жизнь была под угрозой, — серьезно возражает Демьян. — Тогда я едва не сдох. А теперь, когда вас двое… Нет, девочка моя, никаких озер, коньков, прогулок в глухом лесу, и…

— Ну хоть во дворе гулять можно?

— Нужно.

— А к Леону в гости?

— С ума сошла?!

— Ну тогда позовем его к нам.

— Через мой труп! Хочешь, чтобы меня посадили за убийство? — шипит Морозов.

— Ой, не ори мне в ухо, — фырчит Талия, сверкает своими ведьмовскими глазами, — спокойно, Морозов, я пошутила.

— А я нет!

— Деспот и тиран!

— Вот и я говорю, что тебе с мужем крайне сильно повезло.

— Ну и самомнение у тебя! — смеется Талия.

— Я тоже тебя люблю, Кошмарик, — подмигивает Демьян.

Талия улыбается. Смотрит на него так, как может только она. В самую душу. Открыто. Горячо.

— И я, — говорит, наконец, когда Демьян начинает ласково поглаживает щеку, скулу, подбородок.

— Какая же ты у меня красивая, — вздыхает Демьян.

Он видит, что его комплимент приходится по душе любимой. Впрочем, он часто говорит ей об этом. Часто произносит «любимая», или «я тебя люблю». Ему не сложно. Сложнее прожить день и не услышать такие же в ответ от любимой девушки.

Талия устраивается удобнее, опускает пушистые ресницы, улыбается.

— Ты тоже у меня красавчик, Морозов, — кокетливо говорит малышка.

— Как тебе под новой фамилией?

— Упс, а ты не знаешь, да? — хлопает ресницами девчонка.

Морозов напрягается, хмурится.

Да нет! Быть этого не может! Он ведь сам, собственными руками, подписывал заявление. И в графе фамилии четко прописал «Морозова».

— Только не говори, что отец настоял! — рявкает Демьян.

— Господи, я уже оглохла, — вздыхает и кривится Талия. — Успокойся, я пошутила.

— Ну и шуточки у тебя, Морозова! — с обидой в голосе. — Морозова же?

— Да Морозова, Морозова! — отмахивается Талия, — Хотя, признаюсь честно, папа настаивал.

— Ну у него будет шанс передать фамилию, — фырчит Демьян.

— Маловероятно, — чуть громче смеется Талия, а Демьян ведет бровью.

— УЗИ уже показало результат? — догадывается Морозов. — Мама ничего не сказала.

— Потому что ты у нас трепло, а я — кремень, — с гордостью заявляет Талия, — не видать Тадеушу Кошмару наследника. У них с Лизой будет дочка.

Морозов, запрокинув голову, смеется. Талия улыбается. На самом деле, да, отчим хочет сына. Однако, как показали результаты анализов, будет опять девчонка.

— Можно я ему об этом скажу?

— С ума сошел?! Не вздумай!

— Ну ладно, так и быть, буду молчать, — милостиво соглашается Демьян и добавляет, поигрывая бровями, — за вознаграждение.

— Будет тебе вознаграждение, — фырчит Талия и нажимает на кнопку, отвечающую за поднятие перегородки между водителем и пассажирами. — Минет устроит?

Демьян давится смехом, закашливается, даже краснеет.

Ну, чертовка! Вечно она вот так с ним, провоцирует.

— Ну не здесь же! — возмущается Демьян, когда девчонка настойчиво тянет пальчики к его брюкам.

— До деревни еще далеко. Брось, Морозов, я осторожно, — соблазнительно шепчет ведьма, но на щеках играет румянец смущения.

— И как тебе отказать? — он не ведется на провокацию. Провоцирует сам. Понимает, что Талия слишком скромна, чтобы заниматься подобными вещами в салоне автомобиля, пусть и в замкнутом пространстве, но подразнить малышку очень хочется.

— Никак, снимай штаны, — велит его принцесса.

***