Глава 20

Оставшись одна, я обхватила голову. Замечательные вечер и ночь, нечего сказать.

Но мой муж явно не теряет надежды, следовательно, я тоже не должна отчаиваться. И раз уж он определённо хотел сказать мне что-то, стоит отнестись к этому намерению серьёзно.

Я перевела взгляд на чехол в руке. Интересно, интересно…

Мои пальцы аккуратно скользнули внутрь чехла. И почти тотчас же нащупали лист плотной бумаги, сложенный в несколько раз.

Записка от Кейрана!

Моё сердце лихорадочно забилось. Но я не успела достать записку из чехла. Снаружи послышались голоса, на этот раз женские. Я поморщилась. Что, фрейлины возвращаются с ночных свиданий?

Впрочем, неважно. Сюда их не пустят.

В следующее мгновение повелительный женский голос отдал команду, и я похолодела. Я узнала этот голос.

Я быстро спрятала чехол под подушку, но больше не успела сделать ничего.

Из гостиной раздались лёгкие шаги. В следующую секунду в мою спальню вошла королева Валери, гордая и надменная. Её окружали три фрейлины, одетые в прежние пастельные тона, а вслед за ними вошли…

…Камилла, Нора и моя мачеха, одетые куда роскошнее, чем в поместье герцога.

Ну потрясающе.

Когда семь дам расположились вокруг моей кровати, мне захотелось громко выругаться. Да что ж такое! Не спальня, а проходной двор!

– Что вы здесь делаете, ваше величество? – холодно спросила я.

Нора и все три фрейлины королевы изумлённо уставились на меня.

– Королеву не спрашивают, что она здесь делает, – отрезала королева Валери. Поздороваться, я заметила, она не удосужилась. Впрочем, как и я сама. – Или ты хочешь сказать, что я не имею права ходить туда, куда захочу, в собственном дворце?

– М-м… – Я картинно задумалась на пару секунд. – Вообще-то, нет. Это мои покои. Точнее, – я обвела рукой спальню, – наши с герцогом.

Я твёрдым взглядом посмотрела на королеву.

– И я прошу вас удалиться, ваше величество.

Нора и ещё две фрейлины одновременно ахнули.

– О, мы удалимся, – сладким тоном сообщила королева. – Но сначала проверим, что ваш брак, моя дорогая, недействителен. Собственно, за этим мы и здесь.

Я невольно открыла рот.

– Как мне сообщили ваши родственницы, – продолжила её величество, – вы выехали в столицу сразу после свадьбы, а в дороге ночевали в разных спальнях. Не так ли?

– О да, ваше величество, – быстро подхватила Камилла. – Это именно так!

Леди Изабелла кивнула, хотя выглядела кислой. Как-никак герцог щедро её вознаградил, а сейчас мачеха свидетельствовала против него и отлично понимала, чем ей это может аукнуться.

– Вот именно, – кивнула королева Валери. – Сегодняшняя ночь – единственная, которую вы могли бы провести вместе, но ваш муж вернулся поздно и почти тотчас же был арестован.

Ух ты. А её величество неплохо всё продумала. И сейчас она стоит в моей спальне, не моргнув глазом, холодная и уверенная, хотя только что чуть не зарезали её мужа. Возможно, она сама и зарезала. Ничего себе самообладание!

– Поэтому, – королева Валери указала на меня, – властью, данной мне в отсутствие моего мужа, я объявляю ваш брак…

Ну уж нет!

– Мы подтвердили наш брак, – перебила я быстро и громко. – Ваши шпионы наверняка это слышали!

– Это, – поморщилась королева, – меня не волнует.

Я вдруг отчётливо поняла, что ей не нужны доказательства. Даже если я встану с постели и гордо покажу пятно крови на простыне, её фрейлины и мои дорогие родственницы просто посмотрят в другую сторону. Мой брак доживал последние минуты.

«Я хочу увидеть вас в моей постели обнажённой и зовущей, но только когда я буду уверен, что вы хотите этого даже больше, чем я».

«Никогда такого не будет!»

«Не будьте так в этом уверены. Я бываю очень убедителен».

Сейчас у меня не было ни малейшего желания оказываться в чьей-либо постели обнажённой и зовущей. Но это был мой брак. Мой муж. Моя собственность – и речь шла не только о землях.

– Ваше величество, вы не имеете права делать ничего подобного. – Я рывком села в кровати. – Иначе вас обвинят в нарушении права на…

Королева расхохоталась.

– Права? Какие права? Девчонка, посмотри на меня и на тех, кто меня окружает. У тебя нет никаких прав. Если я захочу, тебя объявят сумасшедшей прямо сейчас!

От такой угрозы прежняя Тиса в ужасе забилась бы под кровать – или бросилась бы к ногам королевы. Мне тоже страшновато, но я мгновенно вспомнила, что у меня в рукаве есть козырь.

– А если я захочу, ни одна из лирских шахт не продаст королевскому дворцу ни одной пылинки! – рявкнула я. – Я всё ещё герцогиня, и весь штат герцога, включая управляющих, признаёт только меня!

Королева побелела от ярости. Ох. Кажется, я ударила слишком сильно.

Но показывать страх было нельзя. Я подняла голову выше.

– И что вы тогда будете делать, ваше величество? – поинтересовалась я, стараясь, чтобы мой голос не дрожал. Черт подери, я же угрожаю королеве в присутствии свидетелей! – Попробуете отобрать светильники у горожан? Пожалуйста, если хотите, чтобы по вашему дворцу прошлись сапоги бунтовщиков. И случится это очень быстро, потому что аристократы тоже молчать не будут!

Королева бросила на мою мачеху и Камиллу испепеляющий взгляд. «Как вы смели меня не предупредить, что приютили такую гадюку?» – говорил он.

– Ты тотчас же перестанешь быть герцогиней Дуартской, – произнесла она угрожающе. – И как только твой статус перестанет тебя защищать, а твой муж будет казнён…

Она внезапно осеклась и резко развернулась к дверям. Вслед за ней развернулись и фрейлины.

В следующее мгновение из коридора послышались новые голоса. И вновь женские.

Леди Изабелла, стоящая ближе всех к дверям, первой издала изумлённый возглас.

– Что вы здесь дела… – начала она, но секунду спустя мачеху буквально смели пышные юбки госпожи Форшмит.

– Ваша светлость, спешу сообщить вам, что все вещи доставлены и Аннабель готова выполнять ваши распоряжения, – своим обычным сухим тоном сообщила она. – Добрый вечер, ваше величество, дамы.

Вслед за мадам Форшмит вошли две её ровесницы, одетые куда роскошнее. Похоже, придворные дамы.

А потом послышался шорох юбок в проходе, и моя челюсть отвисла окончательно. Рядом с мадам Форшмит и её спутницами появилась пожилая дама, лицо которой отлично было мне знакомо. Именно эту даму, присутствовавшую на моей свадьбе, Кейран назвал «вашей светлостью» и лучшей подругой их величеств.

– Герцогиня Лонтре, – севшим голосом произнесла я. – Рада вас видеть, ваша светлость.

Герцогиня величественно кивнула, следом одарив королеву крайне холодным, сухим и недовольным кивком.

– Вы знаете, что мой муж только что был арестован по подозрению в покушении на убийство Эдарда? – быстро спросила я.

– Тиса, замолчи! – зашипела моя мачеха.

– Арестован? Неужели? – Герцогиня Лонтре нехорошо прищурилась. – Как интересно.

– Да! – выпалила я. – И…

Но герцогиня покачала головой.

– Понимаю твой гнев, но не будем отвлекаться на это прямо сейчас, милая моя. Мы здесь по другому, не менее важному поводу. Гортензия, продолжай.

– Ваша светлость, – тем же не предполагающим возражений тоном продолжила мадам Форшмит, обращаясь ко мне, – его светлость попросил меня, её светлость герцогиню Лонтре и этих двух дам, бывших фрейлин королевы Инес, засвидетельствовать, что ваш брак подтверждён. – Мадам Форшмит повернулась к леди Изабелле. – Надеюсь, родственницы вашей светлости присоединятся к их вердикту.

Нора испуганно взглянула на свою мать. Леди Изабелла побледнела.

– Это совершенно… – она запнулась, – непредставимо и уж точно совсем не обязательно! Зачем чужим женщинам вникать в наши семейные дела, когда этим можем заняться мы, её родственницы?

– Тогда бы рядом не стояли бы фрейлины Валери, – спокойно парировала герцогиня Лонтре, невозмутимая в своей фамильярности. – Не так ли, моя дорогая Валери? Кстати, как Эдард? Я думала, ты будешь неотлучно находиться у его постели, а не отвлекаться на такие малости, как брачная постель этой милой девочки.

Н-да. Откровенности герцогине точно было не занимать.

Её величество смерила герцогиню Лонтре холодным взглядом, но, к моему удивлению, не стала её осаживать. Похоже, подруга умершей супруги короля Родерика пользовалась немалым влиянием при дворе.

– Я не понимаю, как можно противоречить её величеству! – произнесла Камилла быстро, покосившись на её величество. – Я не слышала ни о чём подобном раньше!

– А я не слышала, чтобы героя войны, вернувшего Родерику престол, обвиняли в попытке убить сына его лучшего друга, – отрезала мадам Форшмит. – Вы уже достаточно опозорили себя, леди Камилла. Встаньте в угол и не бросайте тень на свою сестру-герцогиню. Ей уже достаточно досталось от подобных родственников.

– Ты забываешься, – произнесла леди Изабелла ледяным тоном. – Я не позволю, чтобы мою дочь отчитывала простая служанка!

На щеках её величества появились багровые пятна. Так, надо вмешаться, пока королева не озверела окончательно. Герцогиню-то она не тронет, а вот на мадам Форшмит и её спутницах может и отыграться.

– Разумеется, мадам Форшмит, – произнесла я тихим, но ясным голосом. – Я готова.

По знаку мадам Форшмит вошла Аннабель в аккуратной форме горничной и положила рядом со мной на кровать бархатный халат.

– Прошу вас, ваша светлость.

Почти тотчас же горничная вышла. Я поднялась с постели, набросив халат, и откинула одеяло.

– Кровь, – констатировала мадам Форшмит, указав остальным дамам на пятно крови на простыне. – Думаю, этого достаточно, не так ли?

Фрейлины королевы Валери переглянулись с явным недоумением. Неужели они не ждали такого поворота событий? Или королева уверила их, что никакой брачной ночи не было?

– Всё верно, – произнесла я спокойно, глядя на королеву. – Думаю, шпионы уже донесли вам, какие звуки доносились ночью из нашей спальни. А теперь я попрошу вас уйти, ваше величество.

Одна из двух придворных дам, вошедших со старой герцогиней, закашлялась, пряча улыбку в веер.

– Давно пора, – подтвердила старая герцогиня Лонтре. – Валери, тебе давно пора к мужу: целители хлопочут над ним уже с битый час. Побудь с ним, подержи его за руку, покажи уже себя хорошей женой! А вы все, – она грубо указала пальцем на фрейлин королевы Валери и моих родственниц, – убирайтесь отсюда немедленно.

Её величество скрестила руки на груди.

– Ты забываешься, – произнесла она холодно. – И ваши доказательства меня не устраивают. Если, к примеру, брак был осуществлён насильно, а родственницы юной и неуравновешенной леди Тисы это подтвердят…

Я чуть не взвыла. Да что ж это такое-то!

Ладно, если она пытается взять меня измором, то я тоже не отступлю.

– Жестокое обращение имеет место прямо сейчас, пока мне не дают спать, – жёстко сказала я, плотнее заворачиваясь в халат. – Кстати, проверьте своих людей, ваше величество. У одного из них, возможно, руки по локоть в крови вашего супруга.

Одна из фрейлин королевы громко ахнула. Нора словно бы невзначай отступила к двери, несмотря на грозный взгляд леди Изабеллы. Вот уж кто чувствует, куда и откуда дует ветер, так это моя сестрёнка.

Королева долго смотрела на меня. Долго.

– В конце концов, есть и другие способы, – пробормотала она.

Мои спутницы переглянулись. Мадам Форшмит словно бы невзначай шагнула влево, закрывая меня. Но королева Валери лишь тряхнула длинными чёрными волосами, уложенными в небрежную ночную косу.

– Если я ещё раз услышу что-то о лирских шахтах и нежелании торговать с короной, – холодно произнесла она, – тебе отрубят голову по обвинению в государственной измене. Это понятно?

– Разумеется, ваше величество, – невинным голосом произнесла я. – Правда, повышение цен, увы, от меня не зависит.

Глаза королевы сузились.

– Невозможная наглость, – пробормотала она. – Какой же силой этот солонский эликсир должен был обладать, чтобы так тебя изменить…

Меня вдруг пронзило ледяное предчувствие.

Обратный эликсир был у Эдарда перед покушением. Эдард отобрал эликсир у моего мужа… и достал его, сломав штукатурку в кабинете своего отца. В своём собственном кабинете.

А теперь, когда Эдард лежал при смерти, а королева Валери внезапно оказалась крайне осведомлена о разных эликсирах…

…У кого был обратный эликсир сейчас?

Мне стало очень и очень не по себе.

Тем временем королева Валери сделала знак своим фрейлинам, и те вслед за ней направились к выходу. Я тихо, очень тихо перевела дыхание.

Увы, рано.

– Ах да, – вдруг щёлкнула пальцами её величество. – Леди Тиса сейчас осталась одна, без мужа и опекуна. Если добавить сюда её юность, дерзость и крайне вспыльчивый характер, это вызывает у меня нешуточную тревогу.

Я невольно фыркнула. Королева не повела и бровью.

– Поэтому, – ледяным тоном произнесла она, – я приказываю вам, леди Изабелла, выступить её дуэньей и спутницей. Легальную опеку над леди Тисой установить нельзя, но одну я её не оставлю. Считайте это проявлением особой заботы с моей стороны.

– Я отказываюсь! – мгновенно сказала я.

В следующую секунду я поймала взгляд герцогини Лонтре. Та с сожалением покачала головой.

– Я бы взяла тебя под своё крыло, девочка, – произнесла она. – Но Валери права: твои родственницы имеют больше прав. Ты можешь по-прежнему жить здесь и заниматься своими делами, но леди Изабелла будет следить за твоим поведением и, возможно… – короткая пауза, – ограничивать тебя согласно желаниям двора.

Точнее, согласно желаниям королевы. Я поймала злорадную улыбку Камиллы. Кажется, я попала в нешуточный переплёт.

– Матушка, – пропела Камилла, – как я рада буду помочь вам в этом сложном и утомительном деле! Всё ради нашей семьи, правда?

Леди Изабелла поморщилась, но кивнула. Нора, я заметила, выглядела куда менее обрадованной. Похоже, ссориться со мной и Кейраном ей не хотелось.

– Следите, чтобы ваша подопечная вела себя скромно, – в голосе королевы послышались предупреждающие нотки, сотканные из звенящего льда. – Завтра в полдень заседание Ассамблеи, которое подтвердит моё временное регентство, и мне не нужны сюрпризы.

– Мы прекрасно вас поняли, – низко поклонилась леди Изабелла.

Её величество подарила мне ослепительную улыбку.

– Спите спокойно, леди Тиса. Отдыхай, девочка. О тебе позаботятся самым лучшим образом. Что делать с герцогством и с твоим мужем, я решу позднее.

Что-то холодное промелькнуло в её взгляде, и я вновь вспомнила об обратном эликсире. Если эта дрянь у Валери, мне стоит быть очень, очень осторожной… а я только что угрожала ей всеми возможными способами. Остаётся лишь надеяться, что она не будет тратить эту огромную редкость всего лишь на маленькую меня.

Королева прищурилась.

– Я надеюсь, твоя мачеха удержит тебя от необдуманных поступков, – проворковала она. – От попыток повидаться с мужем или пробиться на заседание Ассамблеи, например. Нет-нет, тебе нужен отдых и покой.

Взгляд в сторону, на мою мачеху.

– Вы поняли, леди Изабелла?

Мачеха торопливо поклонилась.

– Прекрасно вас поняла, ваше величество.

Мне оставалось только скрипнуть зубами. Но не бросить стрелу напоследок я не могла.

– Не празднуйте победу слишком рано, ваше величество, – проронила я. – Мой муж может оказаться опасным противником, даже находясь в каземате. И знаете что? В отличие от вас, он на мелочи не разменивается.

– Да ты… – начала Камилла.

– Молчать, – приказала королева Валери, и моя сестра тут же осеклась.

Королева усмехнулась мне:

– Твой муж арестован, и против меня у него нет шансов. Вообще. Никаких. Впрочем, спасибо, что предупредила: я прикажу, чтобы с ним обращались пожёстче.

Угу. А так, можно подумать, ему предложат горячую ванну и кофе в постель.

…Но если в этом кофе окажется обратный эликсир…

Я невольно сжала кулаки. Но ничего сделать я не могла.

Одарив нас всех презрительным взглядом напоследок, королева Валери вышла, больше не глядя ни на кого. Нора, поколебавшись, выскользнула вслед за её фрейлинами.

Герцогиня Лонтре внезапно оказалась рядом.

– Я тоже пойду, моя дорогая.

– Д-да, конечно, – с трудом выговорила я. – Спасибо вам за помощь, ваша светлость.

Герцогиня сжала мои руки буквально на пару секунд и наклонилась к моему уху.

– Держись, девочка, – прошептала она. – Хорошо, что Гортензия вовремя прибежала ко мне за помощью. Всегда завидовала Кейрану в его умении выбирать людей.

Она кивнула на строгую мадам Форшмит.

– И жену, я полагаю. Что ж, надеюсь, из этой передряги он выберется. – Строгий взгляд на меня. – Или же ты его вытащишь, дорогая. Мои возможности невелики, а герцог Дуартский нужен этому королевству.

Промолчать в ответ я не могла.

– Я не просто вытащу его, – очень-очень тихо, так чтобы слышали только мы двое, сказала я. – Я сделаю так, что Валери королевой не будет.

Улыбка на лице герцогини стала шире. Изящной походкой, словно ей было всего двадцать лет, она проследовала к дверям. Две придворные дамы скользнули вслед за ней.

Мы с мадам Форшмит остались стоять напротив леди Изабеллы и клокочущей от ярости Камиллы. И выгнать мачеху не было никакой возможности.

Мадам Форшмит повернулась ко мне.

– Ваша светлость, – произнесла она по-прежнему чопорно и сухо. – Ваши приказания?

Вышвырнуть отсюда моих дорогих родственниц. Увы, похоже, никак.

Что ж, придётся подождать.

– Пусть никто не тревожит меня до утра, кроме приставленной ко мне леди Изабеллы, – мгновенно произнесла я. – Камиллу никто не приглашал остаться. Пусть уходит.

Леди Изабелла, усмехнувшись, покачала головой.

– Нет, дорогая Тиса. Я отвечаю за твоё поведение перед её величеством, и я желаю, чтобы твоя сестра помогала мне. Так что тебе придётся смириться с тем, что Камилла будет опекать тебя вместе со мной.

И контролировать каждый мой шаг.

– Допустим, – произнесла я сквозь зубы. – Но если Камилла попробует здесь распоряжаться или гулять по комнатам, я желаю, чтобы охрана выбросила её вон.

– Что?! – закричала Камилла.

– Леди Изабелла, – невозмутимо произнесла я, – может устроиться в соседней спальне.

– Я отдам приказания, – поклонилась мадам Форшмит. – Прошу прощения за беспокойство, ваша светлость. До утра вас не потревожат.

Я кивнула. Камилла смерила меня ненавидящим взглядом.

– Кстати, – окликнула я домоправительницу, – это правда было распоряжение герцога? То, что вы появились здесь так быстро и привели герцогиню Лонтре?

Мадам Форшмит едва заметно, так быстро, что я могла бы поклясться, что мне это показалось, улыбнулась. И, вновь надев чопорную маску, поманила Камиллу и мачеху за собой.

– Идёмте, леди, – сухо сообщила она. – Надеюсь, вы дадите её светлости спокойно выспаться. И так скандалов было достаточно.

Камилла с унылым видом поплелась за ней, но мачеха не двинулась с места.

– Я останусь, – сухо бросила леди Изабелла. – Мне нужно сказать пару слов моей падчерице.

Я вздохнула. Потрясающее завершение дня, нечего сказать. Беседа с любимой мачехой.

Но чёрт с ними, с мачехой и с моими дорогими родственницами. Я-то хотя бы на свободе, а вот Кейран…

Что с ним будет?

– Так-так-так, – голос леди Изабеллы вырвал меня из раздумий, едва за Камиллой и домоправительницей закрылась дверь. – Думаю, я решила, что мы будем делать завтра. Пожалуй, прогулка в саду – это то, что тебе нужно, Тиса. Вдали от дворца ты не сможешь никому надерзить.

И уж точно не попаду на заседание Ассамблеи, где будет решаться судьба трона.

– Мне не очень-то хочется гулять… – начала я.

И обречённо вспомнила, что леди Изабелла прекрасно это знает. Её величество велела мачехе приглядывать за мной. И зал Ассамблеи – последнее место, где меня хотят видеть завтра.

Леди Изабелла торжествующе улыбнулась.

– Уверена, мы прекрасно проведём время. Главное, чтобы её величество осталась нами довольна.

Не сомневаюсь. Меня так и подмывало сказать, куда её величество может засунуть своё недовольство, но меньше всего мне хотелось продолжать этот разговор.

Тем временем быстро и неслышно вошли две служанки и сноровисто начали перестилать мою постель. Я невольно поморщилась, увидев, как они торжественно уносят простыню с пятном крови. Наконец девушки исчезли, и я кивнула на дверь.

– Увидимся с вами завтра, леди Изабелла. Мне нужно побыть одной.

Мачеха покачала головой.

– Сначала я хочу увидеть, как ты ложишься спать. И учти, дверь между нашими комнатами будет приоткрыта. Не желаю никаких сюрпризов.

Умная женщина. Но как я тогда прочитаю письмо? Когда свет погаснет, включить лампу снова будет нельзя, иначе мачеха тут же это увидит. А провести часы без сна, ожидая, когда заснёт леди Изабелла и можно будет зажечь свет, я не смогу: и так глаза уже слипаются.

С другой стороны, если я прочитаю письмо Кейрана сейчас, чем мне это поможет? Из спальни этой ночью меня не выпустят в любом случае.

Я вежливо улыбнулась.

– Конечно, леди Изабелла. Именно этим я сейчас и займусь. Лягу спать.

Когда я положила голову на подушку, выключила лампу и дверь за мачехой наконец закрылась, я окончательно выдохнула с облегчением. Хватит с меня визитёров.

Вот только я осталась одна. Совсем одна. Хорошо ещё, горничной Агаты рядом больше нет, но утешение это слабое.

Впрочем, я забыла, что отнюдь не беспомощна.

Я сжала под одеялом замшевый чехол, врученный мне мужем.

Письмо Кейрана. Его совет. Его… тайный план, может быть?

Сейчас я не знаю ничего. А вот следующим утром, когда рассветёт и в спальне, кроме меня, никого не будет…

Я мысленно улыбнулась сама себе. И наконец провалилась в сон.