Глава 5

Едва мы вернулись в дом, я направилась было в сторону гостевых покоев, но тут же остановилась, услышав за спиной знакомый сухой голос.

– Леди Тиса, его светлость желает, чтобы вы прошли со мной.

Госпожа Гортензия Форшмит, домоправительница, стояла в противоположных дверях холла. Увы, за полдня тон её голоса отнюдь не стал менее неприязненным.

– Что случилось? – спросила я.

– Речь идёт о вашем платье. О ваших платьях, – подчеркнула мадам Форшмит. – И я прошу вас поторопиться.

Нора хихикнула.

– Да-да, сестрёнка, поторопись, – едко посоветовала она. – Твои прекрасные платья ждут. Надо же тебе решить, что надеть за ужином!

Вслед за сестрой Камилла расплылась в злорадной улыбке.

– Мне правда нравится то коричневое со стоячим воротничком, – сладко пропела она. – У тебя столько милых нарядов! Ты ведь порадуешь нас своим хорошим вкусом, Тиса?

О да. Например, если приду в столовую голой.

– Не беспокойтесь, дорогие сёстры, – лучезарно улыбнулась я. – Леди Изабелла как раз такого же роста и сложения, как и я. Уверена, она одолжит мне свои лучшие платья. Ведь она так меня любит!

Мадам Форшмит отвернулась. Мне показалось или она пыталась скрыть улыбку?

Камилла презрительно фыркнула, прошествовав мимо меня. А вот на лице Норы появилось задумчивое выражение. Почти оценивающее. Взгляд, который она бросила на меня на прощание, ясно говорил мне об одном: по меньшей мере одна из моих сестёр считала, что у меня есть шансы стать герцогиней Дуартской. Как интересно.

И я всё ещё не знаю причины, по которой меня отличает герцог.

Спохватившись, я улыбнулась домоправительнице.

– Я следую за вами.

*

Огромная гардеробная была похожа на прачечную и магазин одежды одновременно. Коробы с грязными рубашками, греющиеся утюги, девушки в косынках, складывающие в стопки выглаженные простыни, бесконечные манекены в строгих мужских костюмах… И всё это – под яркими лампами, хотя окна давали неплохой свет.

Лирские шахты не просто приносили герцогству бешеный доход. Герцог мог не экономить ни на горячей воде, ни на ярких светильниках, ни даже на освещении ночных дорог. В свете этого утренний тазик с ледяной водой в руках Роны выглядел особенным издевательством. Похоже, мачехе действительно доставляло удовольствие измываться над Тисой. Потому что у меня было таинственное преимущество перед её дочерьми? Чтобы отомстить за прошлую ночь, когда я чуть не сбежала с принцем? Или она просто злобная мегера?

«И то, и другое, и третье», – решила я.

– Нам в следующий зал. – Мадам Форшмит явно заметила моё удивление и снисходительно улыбнулась. – Здесь приводят в порядок обычное бельё и платье. Ваш заказ особенный, поэтому мы пройдём в отдельную комнату для примерки.

Мой заказ?

Мои брови взлетели в изумлении, но я молча последовала за домоправительницей.

В небольшую, но очень уютную комнату, обитую светлым деревом.

Над столом с выкройками наклонилась женщина средних лет с линейкой в одной руке и розовым мелком в другой. Я отметила, что выкройка выглядела чуть ли не сложнее, чем карты битв на стенах кабинета его светлости. Похоже, герцог любил нанимать на службу полководцев, пусть даже на этой леди и не было мундира.

– Леди Тиса, – ворчливым тоном произнесла она, отвесив мне поклон. – Заставили же вы моих девочек потрудиться!

Она кивнула в угол, на корзину с обрезками ткани. Из корзины виднелся до боли знакомый воротничок.

– Перешить чуть ли не дюжину платьев за два дня и одно – к ужину! – продолжала дама. – Я понимаю, герцог любит, чтобы всё делалось по его указке в мгновение ока, но всему же есть предел!

– Леди Тиса, это мадам Шемон, наша мастерица шитья, – произнесла домоправительница. – Его светлость поручил ей переделать ваши платья. Те, которые она не сочтёт безнадёжными, разумеется.

– Которых оказалось больше половины! – в голосе скромной мастерицы было больше яда, чем у моих сестёр. – Хорошо же леди Изабелла заботится о своей падчерице! Королева Мария в гробу бы перевернулась, увидав, во что наряжают её…

– Довольно, – резко прервала домоправительница. – У нас мало времени.

Я моргнула. Королева Мария? При чём тут она? Герцог же упомянул, что она жила давным-давно.

– Леди Тисе нужно примерить платье, которое она наденет к ужину. – Домоправительница бросила на меня неодобрительный взгляд. – То самое, на которое пошли кружева его светлости.

Я чуть не поперхнулась. Его светлости?

– Кружева его светлости? – произнесла я вслух. – Не знала, что герцог интересуется дамской модой.

– Его светлость приказал приготовить заранее всё, что может понадобиться для туалетов невесты, – соизволила пояснить мадам Шемон. – Кружево, жемчуг для отделки, батист, атлас, шёлк, драгоценные камни на застёжки и… всё, что полагается.

Надо же. Торопится наш герцог, однако. Может, он уже и свадебный наряд собственноручно сшил, осталось лишь подогнать булавками по фигуре?

Наверное, мне стоило чувствовать себя польщённой, что благородный лорд Кейран распаковывает ради меня свои неприкосновенные свадебные запасы, но мне стало неуютно. Словно от меня вообще ничего не зависело.

– Столько лет ждали, пока он женится, – ворчливо произнесла мадам Шемон. – И Родерик его уговаривал, и другие вставляли словечко, а он словно не слышал. Королю в глаза отказать, когда тот тебе подбирает невесту! Виданное ли дело?

Я заморгала. Нет, конечно, лорд Кейран и король Родерик были друзьями и вряд ли следовали дворцовому протоколу, но… послать короля куда подальше, когда он советует тебе жениться? Ничего себе вольность нравов!

– Его светлость провёл все эти годы без супруги? – уточнила я. – Почему?

– Он не делится своими мыслями с нами, – сухо сказала домоправительница. – И вас, леди Тиса, это тем более не касается.

– Касается, если его светлость предлагает мне кружева, предназначенные для своей невесты, – парировала я. – И уж тем более касается, если выйду за него замуж! Вы могли бы хоть немного рассказать мне о лорде Кейране! Почему его заинтересовала бедная сирота вроде меня?

Брови мадам Шемон взлетели.

– Леди Тиса, простите моё изумление, но вы серьёзно об этом спрашиваете?

Домоправительница кашлянула со значением, явно намекая, что эту тему нужно оставить в покое. Мадам Шемон недоумённо подняла брови, но, уловив её взгляд, быстро кивнула. Ясно было, что на этот вопрос мне не ответят.

Но любопытство было сильнее, и останавливаться я не собиралась.

– Я потеряла память. Думаю, это уже известно всему дому, – решительно сказала я. – Я забыла всё, что знала о его светлости, и ни мачеха, ни сёстры не помогут заполнить пробелы, потому что они желают видеть его женатым на Камилле.

Мадам Шемон всплеснула руками и ахнула.

– На этой рыжей прошмандов… – она быстро оборвала себя.

Хм. Меня здесь не любят, но от Камиллы, кажется, тоже не в восторге.

– Это важно, – добавила я тише. – Пожалуйста, мадам Форшмит, мадам Шемон, поделитесь со мной хоть чем-нибудь!

Домоправительница поджала губы.

– Леди Тиса, мы не обсуждаем его светлость.

– Вы можете не рассказывать, разумеется, – согласилась я. – Но если я наберусь лживых сплетен, это ударит в первую очередь по герцогу, а мне не хотелось бы его огорчать. Лорд Кейран не сделал мне ничего плохого.

«Пока», – мысленно добавила я. Слова мачехи про плети никуда не делись, и я до сих пор не знала, верить им или нет.

Дамы переглянулись, и домоправительница неохотно кивнула.

– После окончания войны его светлость проводил всё время в столице, – сухо сказала она. – Король Родерик был слишком неопытен и мягок в государственных делах. По крайней мере, поначалу.

– Как и его сын? – уточнила я.

– Никакого сравнения с Эдардом здесь быть не может! – Домоправительница вспыхнула. – Легкомысленный мальчишка! Король Родерик был величайшим монархом, освободившим страну! Но он не справился бы без его светлости. Поэтому герцог фактически стал регентом в столице. Ему было не до свадеб.

– Понятно. А потом?

– Король Родерик просил своего лучшего друга позаботиться о стране и о сыне, – неохотно произнесла мадам Форшмит. – Его светлость сделал всё возможное, но принц Эдард, став королём, оказался…

– Неблагодарным мальчишкой? – предположила я.

Во взгляде домоправительницы вновь появилась неприязнь.

– Не вам об этом судить, леди Тиса, – с ядом в голосе ответствовала она. – Не только короли отвечают на заботу чёрной неблагодарностью. Порой и невесты не вполне достойны своих будущих мужей. Думаю, вам это известно.

Намёк на то, что я чуть не сбежала с Гиллианом. Ну да, ну да.

Я вздохнула.

– Стало быть, лорда Кейрана лишили доступа к государственным делам, – произнесла я вслух. – И он мог только беспомощно смотреть, как сын его друга раздаёт земли сиенцам.

– Ох, в какой ярости он был, когда узнал, что его величество женится на сиенке! – вполголоса проговорила мадам Шемон. – Говорят, лорд Кейран так кричал на короля, что тот чуть в штаны не наложи…

Она замолчала, поймав взгляд мадам Форшмит.

– Наверное, ему тяжело сейчас, – тихо сказала я. – Видеть, что происходит при дворе, наблюдать, как рушатся труды всей его жизни, и не иметь ни малейшей возможности что-то изменить.

Разве что выбрать себе жену. Но разве судьба страны от этого изменится?

– Теперь его светлость желает вступить в брак и получить наследника в самое ближайшее время, – завершила домоправительница сухо. – Это всё, что я могу вам сказать. Вы удовлетворили своё любопытство, леди Тиса?

– Вполне.

На столике поодаль светлели изящные ряды кружев и вышивок. Я подошла и взяла в руки белое кружево. Очень красивое, кстати. Супруг из герцога выйдет хоть куда, если думать только о платьях и забыть обо всём остальном.

Я задумалась, перебирая кружево в руках. Возможно, я действительно его недооценила и Кейран – куда более сложная и интересная личность, чем мне казалось поначалу. Не только властный и своенравный лорд, но в первую очередь человек, любящий свою страну. Он рисковал жизнью, защищая страну от сиенской оккупации. Отказался от семейных радостей, чтобы помочь Родерику стать истинным монархом. Попал в опалу, пытаясь отговорить сына Родерика от неразумной женитьбы и от раздачи земель. И сейчас, я чувствовала, его светлость готов на всё, лишь бы уменьшить влияние сиенцев при дворе.

Теперь, когда образ Кейрана стал вырисовываться передо мной более чётко, мне становилось всё интереснее, зачем ему в качестве жены понадобилась я. Да, выбор у него невелик, но я чуть не сбежала с принцем, потеряла память и дважды нагрубила ему самому! И после всего этого он всё ещё хочет получить меня в жёны?

Но если я продолжу гадать, у меня голова лопнет. Я повернулась к женщинам.

– Давайте займёмся примеркой, – предложила я. – Не хочется разочаровывать его светлость за ужином.

Примерка оказалась сущим наказанием. В меня не воткнули булавку только чудом. Ткань скалывали, перекалывали и расправляли десяток раз, пока мадам Шемон наконец не кивнула с одобрением.

А я, глядя в зеркало, не узнавала свой наряд. Неужели это простое кремовое платье с кружевными рукавами и вставками, идеально подчёркивающее изгибы фигуры, – это то самое невзрачное и складчатое нечто, которое уныло висело в моём гардеробе?

– Спасибо, – выдохнула я, повернувшись перед зеркалом.

– Зря его светлость уехал осматривать лирские шахты, – промолвила мадам Шанон. Она явно любовалась своим творением. – Жаль будет, если он пропустит такую красоту за ужином.

– Надеюсь, это платье заставит вас задуматься о будущем, леди Тиса, – подчёркнуто произнесла мадам Форшмит. – И о том, что настоящая забота выглядит иначе, чем… разные легкомысленные ухаживания.

Ясно, кого она имела в виду. Но я едва слушала её, совершенно по-девчоночьи любуясь своим первым вечерним платьем.

«Леди Тиса, вы очаровательны, – мысленно произнесла я своему отражению в зеркале. – И какое будущее бы вас ни ждало, я обещаю вам одно. Оно будет очень, очень интересным».