Глава 13

Трагедия, разразившаяся много лет назад, напомнила о себе. И пускай раненые сердца снова заныли, раны были смазаны лечебным бальзамом вести, о которой ни один из присутствующих в тот октябрьский день не мог даже мечтать.

Я ломала себе голову, как верно преподнести новость, а все намного проще. Крикнул, и все услышали! Не сразу до присутствующих дошло, что это правда, а не глупая шутка. Не сразу все смогли поверить. Пришлось долго объяснять, рассказывать. Бумага, подтверждающая генетическое родство Кары с семьей Воренов, переходила из рук в руки. К тому времени и гостей прибавилось, поэтому историю приходилось повторять несколько раз. Но ближе к закату (праздничный ужин пришлось отложить) в доме Варганы остались только хозяйка и ее внуки. Ник с женой, сыном и отцом ушли к родственникам Веркена и забрали с собой Мела, чтобы ребенок не отвлекал взрослых от серьезного семейного разговора. Во дворе кроме меня и Арта больше никого не осталось.

Я дожевывала остывший шашлык и смотрела на небо, постепенно темнеющее и покрывающееся слабосветящимися звездами. Вскоре наступит ночь, и небо изменится, приобретет насыщенную черноту с синим отливом, звезды засияют, как светлячки. Я люблю ночь за ее скрытность и притяжение. Это время суток самое правильное для таких существ, как оборотни, отличающихся своей сутью от обычных людей. Мы можем не прятаться, не бояться показать свое истинное лицо. Ночью никому нет дела до чужих тайн. Я люблю, когда вокруг темно и тихо; люблю, забравшись в какой-нибудь удобный уголок и оставив на время физическую оболочку, отправиться в путешествие через огромные расстояния или через любые физические преграды, чтобы посмотреть воочию на людей, которые мне дороги. Не всех мы можем видеть каждый день, не все остаются в нашей жизни навсегда, часто расстояние становится существенной препоной, но не для таких, как я и Лола. Наша способность — это дар, который я сумела принять и благодарю за него вселенную.

— Как думаешь, они ее сегодня отпустят?

Я обернулась к Артуру, сидящему рядом со мной, он смотрел на дом, где сейчас велся сложный разговор.

— Вряд ли. Варгана так просто не отпустит внучку.

— Тогда мы здесь лишние.

Артур поднялся и выкинул в пакет с мусором бесформенный кусок пластика, который еще недавно был бутылкой из-под минеральной воды. Он все это время, пока сидел со мной на улице, смотрел на дом и прислушивался к едва различаемым голосам, сжимая несчастную бутылку обеими руками.

— Чем она тебе так понравилась?

Арт уже собирался уходить, когда я задала свой вопрос. И он, не оборачиваясь, ответил:

— А чем тебя привлек ее брат?

Легкий вроде вопрос, но ответа не существует. Сердце не имеет глаз, оно слепо выбирает и любит. Наверное, поэтому любовь слепого и глухого человека самая искренняя.

Мы шли по дороге в сторону дома Аренго. Артур задумчиво смотрел вперед, а мне не хотелось соблюдать целибат молчания:

— Ты любишь ее?

Артур ответил, задумавшись всего на доли мгновения, чтобы подобрать слова, ему не надо было думать над ответом: да или нет. Он уже знал его.

— Если то, что я чувствую можно описать одним словом, тогда — да. Я люблю эту девчонку.

— Когда понял?

— Сейчас, — он улыбнулся, но не посмотрел на меня. — А ты когда поняла, что я вляпался по самые волчьи уши?

Я рассмеялась:

— Тоже сейчас.

Мы переглянулись и обменялись полуулыбками.

— Она примет меня?

— Наверняка — да, но если у нее характер, как и у остальных Воренов, тебе придется не сладко.

— Она истинная дочь своего племени, — Артур опять не удержался от улыбки, — но я не сдамся.

До дома осталось пару шагов. Я немного отстала и посмотрела на Арта, когда он не мог видеть моего лица. От его слов почувствовала грусть. За меня никто не боролся и так искренне не любил. Я мысленно желала Артуру счастья, желала, чтобы их с Карой союз не имел терновой дорожки, но радоваться за них от всей души я бы сейчас не смогла. Моему сердцу одиноко, и путь в будущее вел в никуда, если только мир не перевернется и не изменится лично для меня.

На следующее утро, как и через день, вся жизнь обоих семейств сконцентрировалась возле одного существа и в одном доме. Артур смог увидеться с Карой и нормально поговорить лишь к вечеру третьего дня, перед нашим с ним отъездом.

Кара искрилась счастьем, как бенгальский огонь, но во много крат сильнее. Узнав о нашем отъезде, девушка огорчилась и пообещала приехать за нами лично, если мы вскоре не вернемся в резервацию.

Пока я упаковывала наши с Артом вещи, он не отходил от своей пары (я наблюдала за ними из окна гостевого дома), но как только на горизонте показался Алекс, он отодвинулся, чтобы не показывать, как его тянет к младшей сестре альфы. Еще не пришло время. Артур понимал, что должен добиться ответа от самой избранницы, а уже потом идти на разговор с оборотнем, который и так подумывает иногда, как бы ему голову открутить, и без дополнительных на то причин.

Алекс вошел во двор и, скупо поздоровавшись с Артуром, распахнул ворота для выезда машины Лерана. «В город повезет он?» — эта мысль мне не понравилась. Но я вспомнила, что вчера слышала о приезде Катрин. «Так вот зачем ты едешь. Ну конечно. Кто бы мог сомневаться. Приятное с полезным решил совместить: и от меня по-быстрому избавиться и свою волчицу встретить», — а последние слова я злобно прошептала вслух:

— Смышленый. Далеко пойдешь.

Вытянув две сумки из дома, я сердито стукнула ими о деревянные ступени и громко захлопнула дверь, но на замке с ключом отрываться не стала, не хватала еще перед отъездом что-нибудь сломать.

— Рыжая, ты чего буянишь? — Артур уже успел подхватить обе сумки и стоял на ступень ниже меня, выставляя напоказ почти все зубы в довольной улыбке.

— Не выспалась.

— Странно, я не заметил, чтобы ты ночью ворочалась.

— Потому что дрых.

— Не преувеличивай. У меня чуткий сон.

Я протопала мимо него, нарочно стуча каблуками и показывая всем свое недовольство. Может, тогда посоветуют Алексу не везти нас, а то дорога ему длинной покажется. Я игнорировала своего псевдомуженька полностью, еще с того знаменательного дня, когда привезла ему сестренку, как аист малыша в клюве. И сегодня решила не делать исключений. Поцеловав Мела и Мари, я махнула Лерану рукой и прошла мимо Алекса, специально отвернувшись от него. Немного постояв возле машины, решая, где лучше усесться, залезла на заднее сиденье за пассажирским.

«И он еще хотел о чем-то там поговорить. Все разговоры закончились, как только узнал о приезде Катрин?» — ох, как бы я хотела, высказать все ему в лицо и добавить еще много чего, но поступать подобным образом при свидетелях вылезло бы мне боком, а не ему.

Ждать пока Артур сядет рядом со мной, а Алекс займет место за рулем, пришлось не долго. И поездка до Фредериктона прошла на удивление спокойно и быстро, мы даже приехали намного раньше, чем я ожидала. По дороге успели остановиться в Доктауне, где Алекс оставил нас на несколько минут, затем вернулся и, ничего не объясняя, повез дальше. На автовокзале было не очень многолюдно. Машину припарковали почти возле входа. Я собралась выйти, когда Алекс обернулся и попросил Артура оставить нас наедине. Арт колебался несколько секунд, но все-таки вылез из машины. Я проследила за тем, как он забрал сумки из багажника и пошел в сторону здания автовокзала.

— И как это понимать? Снова сговорились?

— Нет, — Алекс сидел на водительском сиденье и смотрел на меня через зеркало заднего вида, словно не хотел разговаривать со мной лицом к лицу.

— А ты не опоздаешь? — я вовремя вспомнила о Катрин.

Алекс обернулся. На его лице четко читалось удивление, словно не понимал, о чем я его спрашиваю.

— Катрин во сколько приезжает?

— Она уже в Доктауне.

«Так он к ней бегал? Мог бы и не везти дальше, сами бы добрались», — моему терпению начинал приходить конец.

— Тогда тем более тебе надо поспешить, а то опять умчится куда-нибудь. О чем хотел поговорить?

— Злишься.

— Что так заметно? — я издевалась.

Алекс отвернулся, но я увидела, как его лоб пересекла хмурая складка. Он открыл дверцу и вышел, а я аж рот от удивления приоткрыла.

— Вот и поговорили, — сказала вслух и добавила мысленно: — «Ненадолго же тебя хватило».

Но размышлять над поведением Алекса долго не пришлось. Противоположная от меня дверца распахнулась, и он залез в машину рядом со мной. Прозвучал щелчок — двери заблокировались. Я, не веря тому, что он сделал, посмотрела на свою дверь и увидела подтверждение, рычажок был автоматически опущен.

— Мы поговорим. Сейчас.

Я села вполоборота к нему и осмотрела наглеца с ног до макушки, словно видела перед собой чужака. Его поведение не укладывалось ни в какие рамки.

— Настолько важно, что перестраховался и запер нас?

— Мне надоело бегать за тобой.

Я рассмеялась.

— Бегать? За мной? Ты не ошибся?

Алекс выглядел злым, и внутри него это чувство разрасталось с каждой секундой все сильнее и сильнее. Он сидел, отодвинувшись от меня, но его глаза, слегка преобразившись в темные хрусталики, не выпускали меня из виду. Хотя куда я могла спрятаться в ограниченном кабиной машины пространстве, если только испариться, жаль, что не умела этого делать. Пришлось идти на контакт или опоздала бы на автобус, и наш разговор тогда бы затянулся на всю ночь.

— Убедил. Бежать не стану. Да и куда тут сбежишь. Говори, — я сложила руки на груди и немного расслабила позу, показывая, что готова внимательно слушать.

Молчание грозило затянуться, чего я и опасалась.

— Время тянешь.

— Что у вас с Артом?

— Общий бизнес, — нет, я его прекрасно поняла, он явно не о работе спрашивал, но решила не отвечать на вопрос, который считала неуместным.

— Вы спите?

— Да. А ты без сна живешь?

— Ты можешь ответить на вопрос нормально?

— Я и так отвечаю НОРМАЛЬНО! Это у тебя вопросы НЕНОРМАЛЬНЫЕ! Если бы я с ним спала, или вообще с кем-либо, ты бы почувствовал.

— Мы можем в машине хоть до утра сидеть. Я не выпущу тебя, пока не поговорим. А вопросы — часть нашего разговора, — Алекс не врал — это стало видно по его серьезному выражению лица.

Я вздохнула и, посмотрев на автовокзал, ответила, но не произнесла короткое «Нет», предчувствуя, что так легко не отделаюсь:

— Мы не спим, не спали, и не будем. Я для Артура, как заменитель сахара. Вместо семьи, которой у него нет. А еще альфа. Доволен?!

— Почему так категорична насчет будущего?

— Он влюблен.

— Вот как? — Алекс неожиданно отвернулся, словно хотел увидеть за окном Арта и услышать подтверждение, но того там не было. — И давно он?

— Нет.

— Насколько это у него серьезно?

— Так ты хотел поговорить о нем? Чего же сразу не сказал? — я улыбнулась, снова издеваясь.

— Он часть твоей жизни, а значит и моей, поэтому хочу расставить все точки и тогда скажу, что именно меня волнует.

— Ясно. У него это серьезно, как у оборотня, если ты понимаешь, о чем я говорю. Но наблюдая за тобой, я начинаю сомневаться, что вы столь преданы, как мне рассказывали.

— Это так и есть. У каждого поступка есть причина.

Я не поняла, о чем он сказал, и не понимала смысла нашего разговора и его вопросов.

— Давай ближе к теме.

— Возвращайся ко мне.

Ближе просто некуда… Я опешила. Алекс умеет сбить с ног, потом месяцами поднимаешься.

— Ты о чем?

— О нашей с тобой семье.

— А разве она у нас была?

— Нет. Но нам под силу ее создать.

— Тааак, — я посмотрела на наручные часики. — Поговорили. Ты с Катрин поругался?

— Нет. И нас с ней ничего не связывает. Могу сказать, как и ты, во всех временах: не связывает и не будет связывать. Только прошлое мне исправить не под силу. Странно, что ты разозлилась на мой вопрос об Арте, а сама до сих пор считаешь, что я сплю с Катрин.

Я пропустила мимо ушей последнее его замечание, уцепившись за предыдущие слова.

— Прошлое. Да, я все еще его помню. Хотела бы забыть, но увы… Напомнить о твоем поступке?

— Помню. Но ты ошибаешься.

— В чем? — я скривила губы в горькой усмешке.

— В тот день, я не спал с ней. Все быстро началось и закончилось сразу, как ты появилась. Больше я ни разу до нее не дотронулся. Мне…

Его слова меня взбесили, я вцепилась пальцами в сиденье, на котором сидела и прорычала:

— Так я вам тогда помешала? Бедненький. Обломала весь кайф. Ну, извини!

— Я хотел тебя защитить и знал, что ты пойдешь за мной. Единственным шансом, который уберег бы тебя от вмешательства в дела стаи — возвращение в Сочи. Насильно тебя туда никто бы не смог отправить, и по собственному желанию ты не согласилась бы. Я не прав?

Я не ответила, мне было все равно, я его слов почти не слышала. В тканевое покрытие с мягким наполнителем уже впивались не просто мои пальцы, а когти зверя, я зарычала, показывая клыки и предупреждая, если он не остановится и не выпустит меня, придется иметь дело с разъяренным полуоборотнем. Вот только альфу этим не напугаешь.

— Мне пришлось сыграть на твоих чувствах, вызвать в тебе настолько сильную обиду, чтобы ты хотела меня уничтожить. Но ты этого не смогла бы сделать, а значит, должна была сбежать. И ты сбежала. Но я ошибся. Уехала ты не так далеко, как я планировал, и вскоре снова полезла в наши разборки. Я признал поражение. Тебя сложно удержать взаперти, если на кону жизни дорогих тебе людей. В этом мы с тобой похожи, как близнецы. Я не учел того, что ты будешь руководствоваться инстинктами альфы и защищать стаю до конца. Леран прав — ты так и осталась негласным вожаком для многих.

Слова Алекса начали приобретать для меня смысл, он упрямо стучал в забаррикадированную дверь. Я успокоилась, хотя все еще выглядела, как свихнувшийся получеловек — полузверь.

— Я потерял тебя, потерял на время и себя. Мне сложно жить обычной жизнью, не чувствуя твоего тепла. Но иногда твои поступки выходили за рамки, которые мы установили. Я засомневался и решил рискнуть. Хуже уже не будет.

— Рискнуть? — мой голос все еще звучал искаженно, с хрипом и рычанием.

Алекс не ответил, прекратив убеждать словами, наверное, пришел к выводу, что сказал все, что должен. Следующим шагом стал поцелуй. Он притянул меня к себе, все еще злую и непохожую на обычного человека, но не ему бояться когтей и клыков более слабого оборотня. Алекс не позволил даже пошевелиться, сжав пальцами меня чуть выше локтей, не позволяя применить против себя когти. Эмоции с неимоверно огромной силой полились внутрь меня вместе с его поцелуем, раздирая на части, уничтожая злость и обиду. Я сжала кулаки, впившись когтями себе в ладони, но и это не сильно помогло. Зверь утихомиривался во мне, готовый забыть о боевом волке и замурлыкать, как кошка. Еще несколько секунд, а лучше минут, и я бы позабыла о боли, причиненной мне этим существом. Я любила его до безумия и хотела, чтобы мои чувства нашли отклик в его душе, поэтому поцелуй был столь сладок, поэтому я сдавала свои баррикады одну за другой, но он решил по-иному. Алекс отодвинулся и приоткрыл за моей спиной дверцу.

— Езжай в Тимминс. Все хорошо взвесь и подумай над моими словами. Я жду тебя к следующей полной луне. Если не приедешь, будем считать — твоим отказом.

Схватив свою сумочку, я выскочила наружу и, не оглядываясь, побежала к автовокзалу.

«Что это было? Я ошиблась?» — остановившись возле входа, я смотрела перед собой, прислушиваясь к собственному сердцу, оно стучало как-то по другому, или мне казалось. Стеклянные дверцы распахнулись, на улицу вышла пара, и я машинально обернулась назад, провожая их взглядом. Машина все еще стояла на месте, и Алекс, прислонившись спиной к боку автомобиля и спрятав руки в карманы брюк, смотрел на меня. «Вернуться? Я хочу вернуться? Хочу…» — и я бы вернулась, бросила бы Арта с вещами и умчалась с сероглазым оборотнем на край мира, туда, где нет ни души и никто нас не разлучит. Я даже шагнула вперед, но в этот момент Артур вернулся за мной и удержал от поспешного решения. А дальше поездка в автобусе и перед глазами картина, как со стоянки отъезжает синий Nissan.