Глава 15. Скрытая община и тайны прошлого

Нас вытолкнуло к массивным воротам, покрытым железными прутьями с шипами. Еще чуть-чуть – и мы бы точно наткнулись на них. Благо, я успела вовремя разглядеть смертельную преграду в тусклом свете магического светляка, появившегося немедленно и закружившего рядом. Поэтому направила все свои силы на то, чтобы остановиться после мощного выброса. Кожей ладони ощутила, как артефакт похолодел, больше не обжигая, и в этот же миг за спиной закрылся портал – я этого не видела, но почувствовала, как мощный поток энергии прекратился.

Крепче прижала к себе соскальзывающую вниз по моему телу Треенльду и наконец осмотрелась. Высокая каменная ограда окольцовывала небольшое поселение: десятки одноэтажных домов за ровненькими заборами; тонкие протоптанные дорожки петляют между ними. Вокруг ни звука, лишь умеренный ветер шелестел кронами одиноко стоящих деревьев. Кое-где в зашторенных окнах горел свет, но его было недостаточно, чтобы разглядеть, насколько глубоко в темноту уходили деревянные постройки.

«Интересно, куда же нас занесло?» – мысленно спросила себя и заметила, как из нескольких домов выскочили фигуры и рванули к нам с бешеной скоростью.

Невольно попятилась, напряглась и принялась молиться, чтобы они не оказались очередными врагами.

Секунда… Вторая.

И нас окружили четверо женщин, облаченных в плащи-накидки, из-под которых выглядывали подолы ночных рубах, и двое мужчин. Видимо, гостей здесь не ждали, и… По-моему, нам не рады – это я поняла по оружию в их руках.

В этот момент меня накрыло знакомое необъяснимое чувство, и воздух, казалось, стал морозным, наполняя легкие приятной свежестью. Такое же ощущение было, когда в камеру вошел Иворг. Странное, окрыляющее состояние длилось лишь миг.

Высокая брюнетка с глазами цвета меда первой опустила пламенный меч и приказала стоящей сбоку кучерявой даме:

– Собери совет. – Потом кивнула на нас и командным тоном гавкнула остальным: – Отведите их в допросную.

Двое женщин тут же забрали Треенльду, а меня крепко схватили за руки, заломив их за спиной, и потащили вслед за главнокомандующей.

Испугавшись, что нас и здесь, возможно, ждут пытки, крикнула:

– Мы от Иворга! Это он нас сюда порталом перенес. Помог бежать от отверженных и попросил вам передать, что он жив!

Женщины переглянулись с мужчинами и устремили удивленные взгляды на шагающую впереди брюнетку. Та, видимо, не поверив ни единому моему слову, кинула через плечо:

– Вот и проверим.

Эх, ну что ж за напасть-то! Я почти уже отчаялась, но все же взяла себя в руки и попыталась успокоиться. Все будет нормально, они не похожи на отверженных. Да и ощущение, что я их всех каким-то непонятным образом уже знаю, хоть и первый раз вижу, не пропало – сидело где-то глубоко-глубоко внутри, на самом дне моей души, и отдаленным эхом отзывалось в сознании. Поистине необъяснимое чувство.

Тропинка привела нас к дому на окраине. Эта постройка, в отличие от остальных, не была окружена забором. Вместо него на траве засветились символы, стоило предводительнице приблизиться к крыльцу. Дверь распахнулась, внутри зажегся свет.

Помещение оказалось просторным, с высоким потолком, под которым будто в задорном танце плясали магические светляки. Пахло сыростью, пылью. В углах крохотных окон заметила паутину. Видимо, давненько сюда никого не приводили. От этой мысли мне почему-то стало легче на душе.

Нас усадили на массивные стулья, что располагались в середине комнаты и были окружены дюжиной скамеек. На миг почудилось, что нас сейчас привяжут железными цепями для перестраховки – дескать, мало ли что – и напоют какой-нибудь сывороткой правды. А сами рассядутся на лавочках и начнут смотреть «представление».

Миновало уже несколько минут, но ничего не происходило. Неприветливые незнакомцы молчали, и их внимательные взгляды буравили меня и все еще пребывающую без сознания Треенльду. Это немного напрягало, но интуиция подсказывала – все обойдется. На сердце становилось все спокойнее. Страх постепенно рассеивался, адреналин растворялся в крови, и я медленно, но верно, приходила в себя.

Однако вместе с разрядкой организма с меня сходило и онемение, возвращая обратно все мои чувства. Ступни ныли от пульсирующей боли. Я боялась взглянуть на них, поэтому попробовала пошевелить пальцами ног и тут же пожалела – мои движения отозвались острой болью. Сильно прикусила губу, сдерживая порыв застонать. Побегали по лесу, называется.

Кучерявая блондинка заметила мои страдания и на ее лице отразилось сочувствие. Она мельком взглянула на мои ноги, сглотнула и сжала кулаки. Ее чистые, синие глаза вспыхнули. Женщина подошла к главной и что-то шепнула ей. Лицо брюнетки исказила недовольная гримаса, и она злобно взглянула на свою подчиненную.

Скорее всего за меня заступились, но сентиментальный порыв был обрублен на корню этой тиранкой. Поникшая девушка вновь сочувственно на меня посмотрела и отвернулась к окну.

Не знаю, сколько времени прошло, но я успела свыкнуться с болью и дикой усталостью. Было уже наплевать на то, что мы с Треенльдой пленницы, да и пытать нас еще не начинали. Единственное, чего безумно хотелось, так это спать. В голове всплывали воспоминания об огромной кровати в моей временной спальне, о калачиком свернувшемся на покрывале Пушке…

Меня было начало клонить в сон, но тут дверь распахнулась и в помещение ураганом ворвались несколько меливидов. В таких же плащах, однако – что удивило – без оружия. Два высоких брюнета, похожих друг на дружку, как две капли воды; крохотная круглолицая девушка с копной рыжих шикарных волос, убранных в высокий конский хвост; и еще одна женщина, которую я сразу не разглядела. Однако когда она вышла вперед, я ее… узнала.

Передо мной стояла та самая медиум, которая превратилась в монстра-осьминога… Стоп-стоп. Что она тут вообще делает?!

Наверное, я все же не сдержала удивления, потому что на красивом лице Мериды появилась довольная улыбка.

– Никакой ритуал не нужен. Отпустите бедняжек, они и так через многое прошли, – знакомым, ласковым голосом пропела медиум и подмигнула мне.

Все присутствующие встрепенулись и уставились на загадочную женщину. А я ломала голову: кто она такая?! И разве не должна она быть сейчас на Земле?

– Чего стоите?! – в ее голосе зазвучали жесткие нотки. – Перед вами феникс. Одна из перерожденных Айландирис. Разве так принято встречать высшую?

Меч со звоном выпал из рук главнокомандующей. Она, как и все остальные, перевела взгляд с говорящей на меня.

Да что происходит-то?! Мне кто-нибудь может объяснить все это?

После ее слов один из мужчин взял Треенльду на руки, а меня окружили женщины, помогая встать со стула. Но когда сообразили, что я с трудом передвигаюсь, передали белокурому юноше. Тот подхватил меня словно пушинку и понес куда-то.

Сопротивляться было ни к чему. Не часто меня как новоиспеченную женушку носили на крепких, мускулистых руках, что, сознаться, смущало, но я понимала – так нужно.

Вскоре всей гурьбой мы ворвались в дом Мериды, как я поняла из шумных разговоров на улице. Женщина не переставала давать указания, а все суетливо кружили вокруг нее, напрочь позабыв о главнокомандующей. Брюнетка тем временем застыла в дверном проеме, наблюдая за своими подчиненными, которые сейчас выполняли вовсе не ее распоряжения, и обреченно вздыхала, машинально накручивая темную прядь волос на палец.

Спустя несколько минут мужчины покинули дом, а женщины принялись помогать мне переодеваться в чистую одежду и обрабатывать раны специфически пахнущими мазями. Потом мне всучили приятный, теплый отвар, который принесла стройная девчушка с большими голубыми глазами. С ее миловидного, еще совсем девичьего личика не сходила обаятельная улыбка. Среди обостряющегося вокруг нас хаоса эта хрупкая девочка показалась мне единственным здесь безмятежным созданием. Она молча стояла возле кровати, наблюдая за тем, как я попивала живительный напиток из пузатой деревянной кружки. Ее присутствие вселяло спокойствие, даже какую-то легкую умиротворенность. Подумалось, что пока в доме находится это юное создание с ангельской внешностью, ни мне, ни спящей в соседней комнате Треенльде ничто не угрожает. Не будут же они при ребенке заниматься кровопролитием?

Хотя, если честно, мысли о мучительных пытках почти уже улетучились из головы. Царящая вокруг атмосфера совсем не походила на враждебную, а наоборот – чувствовалось, что нам хотят помочь. Может, это мне причудилось, что неудивительно, после тонны пережитого стресса, но все равно – в это хотелось верить всем сердцем. Да, знаю, глупо рассчитывать на искреннюю помощь меливидов, которых впервые вижу и которые налетели на нас, как на врагов всего народа, стоило нам выйти из портала. В тот момент они показались опасными. Возможно, этим их действиям есть логическое объяснение.

Когда все указания Мериды были выполнены, нас с ней наконец-то оставили наедине.

– Как ты себя чувствуешь? – спросила она своим мелодичным голоском и присела на край кровати.

В карих глазах этой женщины-загадки, пахнущей ароматной сиренью, промелькнуло волнение. Хотелось признаться, что хуже, чем сейчас, я себя в жизни не чувствовала, но думаю, она и так понимает, что мне не сладко.

– Уже лучше. Спасибо вам всем, – ответила и натянула одеяло до подбородка, пытаясь получше согреться, чтобы прогнать неприятный озноб.

– Я рада. Представляю, сколько вопросов у тебя накопилось. Однако тебе и твоей подруге нужен крепкий сон, чтобы восстановить силы. Что такое? Разве ты не устала?

– Очень устала, но мне срочно нужно связаться с моим женихом и сказать, что со мной и Треенльдой все в порядке. А еще поведать ему об отверженных и той темнице, где нас держали. Наверняка в ней томятся остальные схваченные меливиды, и я уверена, они сейчас не валяются в уютной кровати, как я. Возможно, у Ива получится их вызволить. И, скорее всего, чем раньше мы об этом сообщим, тем больше жизней ему удастся спасти. Прошу, помогите мне выйти с ним на связь!

– Х-м-м… – она тихо вздохнула и замолчала на миг. Потом вновь ожила, расправила хрупкие плечи и вскинула подбородок. – Насчет жениха согласна, ему действительно стоит послать весточку о тебе, ведь наверняка твой любимый места себе не находит.

– Эм… ну, он не мой любимый, – замялась я, чувствуя, как горят щеки. – У нас договорной брак.

На красивом лице Мериды отразилось удивление. Секунда, вторая… И женщина быстро взяла себя в руки, приняв прежний вид. Мне показалось, или она не поверила? Иначе не объяснить, почему уголки ее губ неожиданно дрогнули и растянулись в легкой, умиляющей улыбке.

– Для верности я пошлю личного гонца, – спокойно произнесла она и взмахнула кистью руки, в которой в следующее мгновение появились листок бумаги и перо.

Я быстро написала письмо, изложив все вкратце, и передала его своей спасительнице. После чего та еще раз повторила, что мне необходим отдых, и покинула комнату, плотно закрыв за собой дверь. Светлячок, все это время летающий под потолком, погас, и помещение поглотила чернильная темнота. Мои глаза незаметно закрылись, и сознание уволокло в долгожданный, целительный сон.

Пробуждение оказалось мягким: чьи-то тонкие пальцы ласково поглаживали по волосам. Будто сейчас было воскресное утро и ко мне в квартирку на Второй Советской приехала мама. У нее всегда были свои ключи, и она даже не звонила в звонок, а обычно сразу открывала дверь, потому что знала – ее доченька спит до полудня. Бесшумно заходила в мою спальню, присаживалась на краешек кровати и будила меня ласковыми прикосновениями к волосам.

Подняв отяжелевшие веки, я не сразу сообразила, что передо мной не мамочка, а совсем другая женщина. Мерида.

– Доброе утро, выспалась? – ласково спросила та.

Я промычала ей в ответ и вновь закрыла глаза. Почему-то захотелось, чтобы все, что произошло за последние дни, оказалось лишь сказочным сном, а сейчас рядышком со мной была моя мама…

Женские пальцы прекратили поглаживания, и я почувствовала, как Мерида встала с кровати.

– Скоро состоится праздничный завтрак. Всем не терпится с тобой познакомиться, – сказала она. До моего слуха донесся шорох одежды. – Я приготовила один из своих нарядов. Надеюсь, он подойдет тебе по размеру.

С этими словами хозяйка дома вновь оставила меня одну.

Я, укрывшись одеялом с головой, лежала и размышляла. О Мериде. Ведь с нее все и началось. Ссора с Наташкой, потом и мое похищение. Может, это она сказала Иву, где я находилась?..

Эх, похоже, впереди меня ждет очень насыщенный день. Я не отстану от этой женщины, пока не получу все ответы.

Недолго понежилась в кровати, составляя в голове список волнующих меня вопросов, а потом все же встала. Моему удивлению не было предела: ноги, на которые еще недавно боялась взглянуть, сейчас были в полном порядке, а тело – полностью отдохнувшим и переполненным жизненной силой. Вот это мази, вот это отвары! Наши земные лекарства и в подметки не годятся чудесной медицине этого мира.

Я быстро привела себя в подобающий вид и, прежде чем выйти на улицу, решила проверить состояние Треенльды. Однако девушки в отведенной ей комнате не оказалось, и минуту спустя стало понятно почему – она вместе с Меридой ожидала меня снаружи.

Огненная чародейка выглядела неузнаваемо: кожа налилась жизнью, даже щечки порозовели; волосы заплетены в аккуратную косу; длинное платье из плотной ткани идеально село по ее стройной фигуре. Можно сказать, за одну ночь она из ходячего трупика превратилась в обворожительную красотку.

Увидев меня, волшебница прервала беседу с медиумом и подошла. Ее теплые пальцы осторожно обхватили мои ладони.

– Таисия, спасибо, что спасла мне жизнь.

Серебристые женские глаза горели детской признательностью. В них не было ни гордыни, ни насмешки, а самая обычная благодарность… И все.

Я почувствовала укол совести.

При первой встрече с Треенльдой она показалась мне очень заносчивой особой, и я сразу сделала о ней такие выводы, даже не задумавшись о том, что первое впечатление может быть обманчивым. В который раз уже повторяю эту ошибку? Не пересчитать.

По-моему, пришла пора менять свои взгляды на мир, иначе так и останусь потерянной, вспыльчивой девчонкой, которая не желает видеть вещи такими, какие они есть, а вешает на них свои фирменные бирки. И, пожалуй, начну прямо сейчас.

Я мягко улыбнулась, легонько сжала ее пальцы и сказала:

– Ты бы сделала для меня то же самое.

Треенльда недоуменно похлопала пышными ресницами и принялась рассматривать мое лицо, будто пыталась в нем что-то найти. Но спустя несколько секунд ее растерянность прошла, и нежно-розовые губы чародейки растянулись в доброжелательной улыбке.

– Пойдем, тебя уже все заждались, – произнесла она и отпустила мои ладони.

– Только меня?

– После завтрака агахи тебе все объяснит, – чародейка кивнула в сторону терпеливо ожидавшей нас Мериды и сдвинулась с места.

«Могла бы хоть вкратце пояснить», – подумала я и последовала за ней.

По пути к месту собрания медиум сообщила, что буквально четверть часа назад ее личный гонец сумел добраться до поместья Ивелифаса, однако дальше ворот он не прошел. Оказалось, что дом и окруженная им территория находятся под действием сильных защитных чар, и магия не распознала слепок ауры гонца. Он предположил, что в поместье никого нет, иначе бы его уже давно встретили. Поэтому ему остается только ждать.

– Разве Таисия не может связаться с эдером по ментальной связи? Они ведь истинные, – поинтересовалась огненная чародейка у Мериды, когда мы подходили к цветущей поляне с широким шатром.

Медиум помахала заметившим нас меливидам, расположившимся в тени за длинным праздничным столом, и быстро проговорила:

– Конечно-конечно, как только мы снимем с вас маскировочные руны. Вы, наверное, не заметили знаков на ваших шеях сзади. Нет? Я так и подумала. А ты, Треенльда, сама понимаешь, процесс избавления от рун очень энергозатратный и сложный, поэтому мы и отложили его ненадолго. Сил вы уже поднабрались благодаря крепкому сну, так что осталось вас накормить, и можно будет приступать к процедуре.

Мы к этому моменту уже добрались до поляны, и все до единого меливиды поднялись со своих мест и почтительно склонили головы.

М-да… Вчера допрашивать собирались, а сегодня кланяются. Ну, я не возражаю, уж лучше так, чем быть их пленницей. Мерида представила меня, назвав одной из перерожденных Айландирис. Значение ее слов оставалось для меня загадкой, которую непременно хотелось разгадать, но я настолько проголодалась, что решила отложить все расспросы на чуть-чуть попозже.

Медиум расположилась во главе стола, а мне отвели местечко рядом с ней. Все приступили к трапезе. А у меня разбежались глаза – каких только угощений здесь не было: ароматная свежая выпечка, горкой уместившаяся в плетеных корзинках; румяные блины, стопкой возвышающиеся на белоснежном блюде с орнаментом, чем-то похожим на гжель; ягодные джемы в хрустальных розетках; и много-много других на вид аппетитных яств.

Поначалу я ощущала неловкость, скорее всего, из-за непонимания ситуации: «Зачем им всем устраивать роскошный пир в мою честь? За какие такие заслуги?» Но потом постепенно свыклась с мыслью, что, по-видимому, мое появление – это знаменательное для них событие.

В общем, мероприятие проходило в довольно дружелюбной атмосфере, да и обстановка была умиротворяющей: открытая поляна, голубое небо без единого облачка, яркое, жаркое солнце, и мы, спрятавшиеся в тени царского шатра, шелковыми занавесками которого игрался прохладный ветерок.

– Сэйва, не хотите еще чаю? – спустя какое-то время обратилась ко мне сидевшая рядом кучерявая блондинка, когда наполняла свою кружку душистым напитком.

Ее я сразу узнала, как только увидела. Эта девушка заступилась за нас с Треенльдой, когда мы были в допросной.

– Можешь звать меня Таисией. А какое твое имя?

Я пододвинула ей свою полупустую кружку.

– Вилена. Для меня это большая честь – познакомиться с высшим меливидом. – Девушка плеснула мне чаю, опустила пузатый чайник на стол и, придвинувшись, шепотом спросила: – Вы говорили, что Иворг помог бежать вам от отверженных. Как он там?

В ее синих глазах плескалось трепетное волнение.

Я посмотрела на девичьи руки – обручального кольца нет. Хотя, может, здесь вообще нет такой традиции. Знаю одно – есть какие-то метки, но ни как они выглядят, ни где их ставят – не в курсе. Лучше спросить напрямую.

– Он твой жених?

Вилена робко кивнула и залилась румянцем. Стала нервно сплетать и расплетать пальцы своих рук.

– Он не явился на церемонию. Был большой скандал. Родители, сестры, да и все вокруг твердили, что он сбежал. В итоге, община признала его изменником. Но я знала, они все ошибаются. Иворг любил меня и никогда бы не сбежал с церемонии. Должно было случиться что-то ужасное. И все эти годы я пыталась найти тому объяснение, но так и не смогла… до вашего появления. Теперь все встало на свои места… Он перешел на сторону отверженных.

Последние слова девушке дались с трудом. Она уставилась в тарелку перед собой, и казалось, что вот-вот заплачет.

– Возможно, ты ошибаешься, – предположила я. – Стал бы он рисковать своей жизнью, спасая меня и Треенльду?

Вилена подняла голову и удивленно воззрилась на меня. В ее ясных, синих глазах было столько надежды, что я поняла – эта девушка ни на миг не засомневалась в своем женихе. Вот это любовь!

Блондинка откинула назад непослушный локон, упавший ей на лицо, и спросила:

– Вы думаете, он стал отверженным, чтобы шпионить? Но для кого? Нам он ничего не докладывает.

– Не знаю, – призналась я. – Но если верить моим снам, то мужчина, который убил Айландирис, является отверженным. И он, как мне показалось, главарь всей этой банды. Возможно, Иворг решил отомстить.

Шумные разговорчики неожиданно стихли, и все присутствующие устремили на нас ошеломленные взгляды.

Чего они уставились? Неужели я что-то несусветное ляпнула?

Неуютную тишину нарушил мелодичный голос Мериды:

– В своих снах ты видишь события из прошлого?

– Это лишь предположение.

Она вздохнула и, задумавшись, замолчала. Между тем пир продолжился, и меня больше ни о чем не спрашивали. Возобновились шумные беседы, зазвенела посуда, а я погрузилась в размышления. Пыталась сопоставить события из снов с историей этого мира. Ничего путного не вышло, все еще больше смешалось в голове.

Упорядочить мысли мне помогла Мерида. После трапезы она пригласила меня на прогулку, и мы незаметно ретировались. Ей, как и мне, не терпелось во всем разобраться.

– Как много тебе удалось узнать об этом мире и о себе? – первое, что спросила медиум, стоило нам отойти на достаточно далекое от поляны расстояние.

Я поведала ей обо всем, что со мной приключилось с момента «похищения», а потом и о своих снах. Мерида внимательно выслушала и затем начала свой рассказ.

Оказывается, среди меливидов есть высшие. Их звериные сущности отличаются от остальных тем, что являются божественными эмиссарами. И во всех известных случаях высшие рождались и рождаются байндарами. Это объясняется нашей уникальной способностью впитывать чужую энергию в себя. По-другому редкого зверя не обеспечить достаточной силой. Ведь все меливиды зависят от своего магического потенциала, в то время как у нас он безграничен – и это первое, о чем умалчивают книги.

Все, что знает народ, это то, что якобы байндары привязывают себя к одному существу и на протяжении всей своей жизни потихоньку опустошают его, тем самым «кормят» себя. Даже Ив думал, что без него я отброшу коньки, но все абсолютно не так.

Легенды гласят, что у божественных посланников есть цели, а какие именно, смогут понять лишь они сами. Некоторые эмиссары не раскрывают свое истинное я, а кто-то наоборот – показывает себя миру. К последним относилась королева Айландирис. Ко всему прочему она отыскала себе посредников-меливидов, не только разделяющих ее взгляды на мир, но тех, с кем чувствовала крепкую связь, и дала им название – «агахи».

– Когда королеву убили, я ощутила это всем своим телом и душой, – сказала Мерида, прижимая ладонь к груди, и женские пальцы смяли хлопковую ткань платья. – Это была ее последняя жизнь.

– У нее их было несколько?! – вырвалось само собой. Уж больно это удивило.

– Семь, – разъяснила медиум и сделала короткую паузу. В ее карих глазах отражалось столько боли, что мне стало неловко из-за того, что я подняла столь неприятную для нее тему, вороша далекое прошлое. Однако женщина все же взяла себя в руки и продолжила: – Многие правители не поддерживали планов Айландирис. Она стала королевой, потому что так хотел народ. Но не политики. И все шесть раз ее убивали именно они. Кровожадные монстры, жаждущие тотальной власти! – Женские пальцы хрустнули, крепко сжавшись в кулак. – В день ее смерти мне показалось, что мы подвели самих богов, что не смогли выполнить данную нам миссию. В итоге к власти вернулись сторонники прежнего режима, Битсельлион пал, виновницей всего этого переполоха «назначили» Айландирис. Убитую королеву не только объявили врагом всего народа, но даже уличили ее в том, что та подчинила себе драконов. Да откуда ж у нас такая сила? Хотя было б совсем уж и неплохо – будь оно так; возможно, у нас появился бы шанс противостоять своим недоброжелателям. Ведь потом стали уничтожать байндар, обвинив их в обладании страшной силой, и драконов. Никто даже и не подозревал, что все было совсем иначе на самом деле.

Из груди женщины вырвался печальный вздох.

– Ты хочешь сказать, что тот, кто стоит за уничтожением байндар, знал, что божественные эмиссары рождаются только среди них, и решил истребить всех до единой, чтобы, не дай бог, на свет не появилась еще одна и не продолжила выполнение миссии королевы? – задала я назревший вопрос.

В голове наконец стало все постепенно проясняться.

– Да. Нам с Иворгом пришлось очень непросто, когда создавали эту общину. Каждый раз, спасая очередную байндару, а иногда приходилось чуть ли не выдирать бедняжек из лап властей, мы рисковали своими жизнями. Со временем даже страх перед смертью исчез. Уж слишком этой самой смерти было много вокруг; иногда мне казалось, что кровавый хаос никогда не закончится. Но однажды, проснувшись утром, мы узнали, что власти публично объявили о полном уничтожении байндар и прекратили открытую охоту на них. Тогда в империи был организован настоящий праздник.

Ничего себе! Поубивали ни в чем неповинных существ, причем своей же крови, а потом торжественно отмечали их полное уничтожение. Вот так мир! Вот так порядки в нем! Жестокие, да… И это еще мягко сказано…

Мерида пояснила, что об общине байндар никто не знает, этого места нет ни на одной карте. Чтобы выжить, им приходится скрываться…

Не жизнь, а жалкое существование! Свои мысли я вслух не высказала, осознавая, что, если б не эта женщина и не Иворг, меня бы, возможно, уже не было ни в этом мире, ни в своем родном.

– А кто такие отверженные? И почему мне снятся странные сны с их главарем и королевой Айландирис? Думаешь, это все как-то взаимосвязано?

– А ты довольно сообразительная, – с улыбкой на лице произнесла Мерида.

Я лишь пожала плечами – совсем обычная, по-моему. Школу вообще еле закончила. Никогда не нравилось учиться. А мама не отчитывала. Времени на дочку у нее было катастрофически мало: регулярные гастроли, фотосессии, короче – одна работа. Поэтому, когда мы воссоединялись, разговоров об отметках не заводили.

Мама всегда знала, что я найду свое призвание, и не ошиблась. Моя первая выставка состоялась, еще когда я училась в старших классах. Тогда и был заключен первый контракт с рекламной фирмой, на которую работала несколько лет, пока не осознала, что больше не хочу рисовать на заказ. Хочу полную свободу для воображения. И я стала свободным художником.

Это было лучшее время в моей жизни. Рисовала от души. Экспериментировала. Но больше всего любила выводить силуэт огня. Каких только не было картин: цветы, тлеющие в алом пламени, горящие в грозовом небе гигантские птицы и темные всадники с огненными мечами… Теперь, кажется, понимаю причину своей огненной одержимости – непроснувшийся магический дар, видимо, уже тогда исподволь взывал к своей хозяйке.

Воспоминания вихрем пронеслись в голове, всколыхнув в сердце тоску по тем временам. Однако эта странная меланхолия улетучилась так же быстро, как и нахлынула на меня. Все внимание обратила на вновь заговорившую Мериду.

Женщина решила начать с момента, когда к ней за помощью обратилась молодая пара с новорожденной девочкой. Ею была я. Может, еще месяц назад меня бы сильно потрясла такая новость, но не теперь. Я уже успела смириться с фактом, что и в этом мире у меня есть родители, поэтому не перебивая слушала агахи.

Моя настоящая мама еще на первых месяцах беременности знала, что я особенная. Ей снились сны о жизни Айландирис, как мне сейчас. И из них родительнице удалось понять, что ее дочь на самом деле – божественный эмиссар. Тогда они с отцом обратились обратились в общину, попросили спрятать свое дитя, но не здесь, а в другом мире. Мерида при первом взгляде на меня почувствовала присутствие духа бывшей королевы и решила сопроводить меня в мир людей. Так и осталась там, чтобы присматривать, оберегать. Мои земные родители о магии ничегошеньки не знали.

Все хотели отсрочить пробуждение моей силы, надеялись, что ситуация в родном мире изменится, но здесь становилось все хуже и хуже. Появились отверженные – меливиды, отказавшиеся от своей звериной сущности, променявшие ее на силу.

Я, как никто другой, понимала смысл сказанного, и звучало все это очень-очень жутко. Совсем недавно стала ощущать в груди приятное, согревающее тепло. Оно всегда было частью меня, которую я раньше просто не замечала. Игнорировала. Но теперь чувствую. Чувствую остро. Как с каждым новым рассветом крохотная искорка внутри меня растет. Крепнет, увеличивается. А вместе с ней постепенно меняюсь и я.

Даже не могу представить, как кто-то может убить это трепещущее, солнечное тепло, чтобы обрести сгусток силы. Ведь вместо искры будет огромная дыра в душе. Черная, бездонная, беспросветная.

Мое сердце судорожно сжалось.

Тело обдало леденящим, противным холодом. На мгновение я представила, как одиноко тем, кто однажды решился на столь омерзительный обмен. Это все равно что у человека вырвать кусок души, если бы она существовала физически. Да мы же и чувствовать по нормальному перестанем. Превратимся в роботов, не иначе.

– А как стать отверженным? Требуется какой-то ритуал или заклинание? – перебила я Мериду.

– Нет. Нужны байндара и желание меливида умереть.

Я прочистила горло и притихла, переваривая сказанное. В сознании нарисовался образ монстра-громилы из темницы, потом его же, только из сна, где тот обернулся зверем. Получается, теперь этот тип не может перекидываться в саблезубого? Ужас.

Я еще ни разу не обретала свою звериную форму, не прочувствовала ее, но даже сейчас понимаю, что и под прицелом пистолета меня не заставят лишиться ее. Тем более в обмен на какую-то задрипанную силу. Лучше уж умереть.

Потом мне припомнился Иворг и его история, рассказанная бывшей возлюбленной юноши. Если сопоставить события, то причина его побега и факт служения отверженным наводят на удручающие мысли. Я озвучила свое предположение:

– Иворг был признан предателем, потому что с его помощью отверженные пополняли свои ряды, а не из-за того, что сбежал со свадьбы…

Мерида не ответила. Молча стояла, уставившись на высокое дерево, шелестевшее листвой. Ветер свистел между домов, подымал пыль с тропинок, гонял по земле сухие листья, трепал наши волосы и одежду. Где-то рядом трещали птицы. Мы же молчали, погрузившись каждая в свои размышления.

Я не понимала мотивов Иворга. Он – сын Айландирис. Отверженный. Спас меня и Треенльду. Зачем?

Не состыковывается. Где-то что-то я упустила.

Вдруг земля под ногами задрожала. Воздух стал сгущаться.

– Они уже тут, – прокомментировала Мерида.

Не успела я спросить, о ком идет речь, как увидела: там, впереди, через несколько домов, образовался портал возле огромных ворот. Из черноты вышел мужчина. Мне хватило одного мгновения, чтобы узнать во вновь прибывшем Чешуйчатого. Он тоже сразу отыскал меня взглядом. И помчался навстречу.

Секунда…

Вторая…

И большие мужские руки крепко обнимают меня. Теплые ладони поглаживают спину. Твердые пальцы нежно перебирают волосы на моем затылке. Я уткнулась носом в его шею, ноздрями втянула знакомый запах и закрыла глаза.

– Как же я рад… – прошептали возле моего уха, прижали к горячему телу сильнее.

Успевший стать родным голос с хрипотцой был наполнен трепетным волнением и счастьем одновременно. Мое сердце забилось часто-часто. Я обвила руками широкую шею и тихо произнесла:

– Я скучала.