Глава 8. Мне захотелось взять кисти в руки
Ко мне черепашьим шагом направлялся заспанный купидон.
– Привет! Кофе ищу. Не знаешь, где оно тут запрятано? – спросила я, разглядывая всклокоченные завитки на голове юноши. Локоны забавно отпружинивали от его плеч на каждом шаге.
Молодой человек, облаченный в помятую рубаху, подошел к высокому, узкому стеллажу, потер сонные глаза и принялся шарить на верхних полках.
– Где-то здесь. А что значит «привет»?
Странно, что мое умение разговаривать на их языке не донесло до собеседника смысл такого простого слова. Видимо, у них нет его в обиходе.
– Это я так здороваюсь. А ты чего не спишь? – поинтересовалась, подходя к кирпичной помпейской печи.
Протянула руки к приоткрытой металлической дверце, откуда исходило едва уловимое тепло. Наверное, на ночь очаг тушат, вот и остыла печка. Хотя, правда, чуть-чуть да согревает.
– Я и не ложился. Только закончили с эдейвой. Эх, и перепугал же нас твой икати! Ты поосторожней с ним, а то энергетическое истощение – это не шутка, да и разновидность этих животных не отличается доверчивостью к людям. Сама понимаешь почему, – ответил купидон, передернув плечами, и достал наполовину заполненную кофейными зернами стеклянную банку.
Повернул крышку, приподнял ее и сунул свой курносый нос в емкость. Шумно вдохнул и, блаженно прикрыв глаза, протянул долгое «А-а-ах!».
Ощутив дотянувшийся до меня приятный кофейный аромат от содержимого склянки, я вернула на плечо сползшую рубашку и решила разузнать об икати побольше. По милому виду кото-ежика и не скажешь, что он опасный зверь. Хотя вот девушка-сирена не хило пострадала от него, а она, по-видимому, тоже маг, как и все здесь. Интересно, что сталось бы со мной, окажись я на ее месте… Прогнав запоздалую тревогу, произнесла:
– Странно. Пушок пока что не проявлял по отношению ко мне никакой агрессии. Не верится, что эти милахи действительно опасны. Может, он пытался меня защитить? Как никак сире-е-е… то есть Треенльда ворвалась в комнату, где мы сладко спали, и начала верещать как ужаленная. Еще и эти ее огненные руки. Любой бы испугался.
– Ну, может, может… – Юноша открыл нижний шкаф и вытащил оттуда металлический кофейник с деревянной ручкой. – Просто в роли домашних питомцев этих животных я еще не видел.
– Значит, я буду первой, кто приручит одного из них! – подытожила я.
Выгонять из дому кото-ежика уж точно не собираюсь. С ранних лет очень трепетно отношусь к животным. После того, как случайно по телевизору увидела, какой жизнью «довольствуются» коровки и курицы, выращенные чтобы идти в пищу людям, по сей день кусок мяса в горло не лезет. Жа-а-алко зверье… В памяти всплыла картинка из далекого детства, когда родители, заручившись поддержкой бабушек и дедушек, собрались всей гурьбой в летней беседке на даче и попытались «вправить» мне мозги длиннющей лекцией. А остановились лишь потому, что нас чуть ли не до смерти закусали комары.
– Давай-давай, если получится, откроем фирму услуг по дрессировке икати. Хорошую копеечку сможем заработать! – деловито молвил юноша и, предварительно отсоединив друг от друга верхнюю и нижнюю часть кофейника, поднес последнюю под тонкий изогнутый кран.
Вода автоматически побежала. Ну, прямо как у нас, где установлены сенсорные датчики. Только не думаю, что здесь развита наша современная технология, в этом мире она ни к чему. Наверняка магия это.
– Да не-е-е. Меня это не интересует, – ответила честно.
– А жаль! Я давно думаю над тем, чтоб завести собственное дело. Ты не подумай чего плохого, моя работа мне нравится. Но хочется иметь что-то свое… Стать богатым и знаменитым! – мечтательно произнес юноша.
Его серые глаза загорелись, как у мальчишки, страдающего от первой, безответной любви.
Неплохая мечта. А мне бы хотелось вернуться домой. Но для начала надо выяснить, что у меня за сила такая сидит внутри и не опасна ли она для моих близких. Интересоваться насчет этого у купидона не стану, чем меньше людей… точнее, меливидов знают о моем положении, тем лучше. Однако кое о чем я все же могу его расспросить.
– Фрей, а что ты знаешь о перемещениях по другим мирам?
Юноша насыпал горстку зерен в металлическую воронку, поднес свою ладонь, сделал несколько пассов ею, и зернышки мгновенно превратились в перемолотую кофейную массу.
– Только то, что в учебниках написано, не больше. А что именно тебя интересует?
– Длительность времени в этом мире и человеческом разная или такая же?
– Ты имеешь в виду временной разрыв между нашим миром и твоим? – спросил он, прикрутил верхнюю часть кофеварки к нижней, а потом вопросительно взглянул на меня.
Я неуверенно кивнула. Мой паж приоткрыл дверцу печи и поставил кофейник туда, после чего беспечно махнул рукой и сказал:
– Да мелочи, всего то пара дней разницы!
– То есть, если здесь сегодня, то у нас позавчера? – уточнила я, пытаясь разобраться с неизвестным мне явлением.
– Наоборот.
– Что наоборот? – вмешался в наш разговор кто-то третий. Я узнала этот голос с хрипотцой, от которого по моему позвоночнику снизу-вверх пробежали приятные мурашки.
Мы с купидоном одновременно повернули головы к входной двери.
К нам с ясным взором безгрешного отрока, движимого абсолютно невинным любопытством, направлялся хозяин поместья. Идеально выглаженные темные брюки, просторная светлая хлопковая рубашка. Ее тонкий материал немного просвечивал, заставляя меня смущенно отводить взгляд. И снова на нем этот черный длинный плащ, ощущение приятного тепла которого все еще помнила моя кожа.
Из странного ступора меня выудил кудрявый.
– Отрицательная разница в два дня между нашим миром и человеческим, – отчеканил тот, будто командиру докладывал, еще и вытянулся весь по струнке.
М-да… Нашел главнокомандующего.
– Ну, верно. А чего это вы о физ-магии разговариваете с утра пораньше? – удивленно спросил чешуйчатый и, подойдя вплотную, воззрился на меня с высоты своего роста. В его глазах плескалась, ну, просто младенческая радость.
Пожала плечами, не в силах отвести взгляд от чудища. Какой-то странный гипноз повелевал мною.
– Это я хотела узнать о перемещении из этого мира в человеческий, – протянула медленно, как в трансе.
– Домой собралась?
Он подцепил прядь моих волос, пропуская их через пальцы. Я понаблюдала за его неспешными движениями, а потом неуверенно кивнула.
– Не отпущу, – произнес он спокойным, как озерная гладь, голосом. Прикоснулся пальцами к моей щеке, провел ими вниз до подбородка, слегка приподнял его и добавил все тем же умиротворенным тоном: – По крайней мере, одну.
От чешуйчатого исходила мощная энергетика. Она будоражила мое нутро. Сносила крышу. И я, попадая под ее прямое воздействие, ощущала, как впитываю ее. Пропускаю через каждую свою клеточку. А в груди что-то тихонечко вспыхивает, разливая по телу сладостное тепло.
Его слова достигли моего сознания не сразу. Но им все же удалось пробиться сквозь гущу загадочных ощущений, в которых я тонула, и смысл сказанного наконец дошел до меня.
Встряхнула руками, пытаясь сбросить с себя странное оцепенение, и нахмурила брови.
– Ага, тебя еще не спросила. Ты мне не отец, так что сама разберусь, куда мне отправиться и, тем более, с кем. Я не твоя собственность, чтобы ты мною распоряжался и за меня решал, – жестко ответила, сверля его взглядом, и уточнила: – Тебе ясно?
Ив большим пальцем провел под моей нижней губой. Вся напускная ребячливость вмиг слетела с него. Зрачки резко сузились в тонкую вертикальную линию. Он еще недолго изучающе смотрел на меня, будто пытался понять по моему лицу, с кем именно имеет дело, потом опустил руку.
– Птенчик, я твой жених, и имею право на все выше тобой перечисленное. Поэтому прошу по-хорошему: будь умницей и не перегибай палку.
Вот наглец! Решил, что раз украл меня из родного мира и притащил сюда, то я стану соблюдать здешние порядки? Разбежался!
– А если перегну, то что? – процедила сквозь зубы.
Купидон, все это время молча стоявший в сторонке как вкопанный, громко икнул. Мы с Ивом мимолетно на него взглянули, от чего тот прикрыл рот обеими ладонями, а потом наши зрачки вновь вперились друг в друга.
– И шагу не ступишь из этого поместья, – сохраняя железную выдержку, произнес полу-ящер.
Кучерявый юноша, буквально впечатавшийся спиной в печь, снова икнул. В этот раз мы с чешуйчатым не обратили на впечатлительного пажа никакого внимания.
И шагу не ступлю, значит?! Внутри меня закипала дикая ярость, я старалась держать это чувство в узде, чтобы не потерять контроль над собой. Нельзя. Я ведь, и правда, в западне. Ни денег, ни документов, ни сведений об устройстве этого мира.
Попала, так попала, называется.
Медленно выдохнула, остужая свой пыл. На холодную голову думать лучше. Так что надо успокоиться, позавтракать и потом уже изобрести способ, как выпутаться из непростой ситуации и не оказаться насильно под венцом. А чтобы у меня появился хоть малейший шанс для осуществления этой цели, придется научиться быть хитрее противника.
– Я проголодалась, давайте поедим! – бодро произнесла и криво улыбнулась Его Чешуйчеству.
Руки чесались отомстить этому наглецу за его дерзкие слова. Но всему свое время.
Купидон радостно подпрыгнул на месте и закивал, а потом сунул руку в отверстие открытой печи и достал оттуда бурлившую кофеварку.
– Кофе готов!
Я перевела взгляд на ставшего невольным свидетелем нашей перебранки юношу и по-доброму улыбнулась ему. Бедняжка, наверное, готов был под землю провалиться.
– Спасибо, Фрей. Мне просто черный, – попросила молодого человека и исподлобья посмотрела на свое чудище. – А тебе?
– Мне тоже, – спокойно ответил тот, будто мы и не спорили несколько секунд назад.
Хозяин поместья скинул с себя плащ, повесил его на спинку высокого стула и обратился ко мне:
– Чего хочется на завтрак, птенчик? Я приготовлю.
– А ты умеешь? – съехидничала я.
Мужские губы, окаймленные темной щетиной, растянулись в ухмылке. Он сощурился и произнес в тон мне, с издевкой в голосе:
– Не отравишься.
Я хмыкнула и скрестила руки на груди.
– Тогда что угодно, только без мяса. Я его не ем.
Бровь чешуйчатого взмыла вверх. Купидон грохнул кофеваркой о столешницу и тоже удивленно взглянул на меня.
М-да… Похоже, они вегетарианцев еще не встречали. Думаю, нет смысла посвящать их в детали моих кулинарных пристрастий.
– Аллергия у меня, что тут непонятного? – слукавила я и развела руками.
Выражение лиц мужчин тут же переменилось – на меня больше не смотрели, как на «чудную девчонку».
В изящную фарфоровую чашечку мне налили кофе. Ароматный. Горячий. Точно, как я люблю. Хватило пары глотков, чтобы настроение немедленно улучшилось. «Как мало, оказывается, нужно для счастья», – отметила про себя.
Удобно уместившись на высоком стуле, я наслаждалась горячим, терпким напитком и с интересом наблюдала за своими добровольными поварами, крутящимися в кухонном уголке.
Кучерявый поваренок открыл двустворчатые дверцы большого деревянного шкафа, широкие полки которого были набиты различными овощами, очень похожими на те, что растут в человеческом мире. Я бы и не подумала туда заглянуть, искала бы холодильник. Паренек выудил несколько мясистых помидоров, пару морковок и листья шпината, плотно закрыл шкаф и, достав деревянную дощечку и нож, принялся кромсать овощи, закидывая их на чугунную сковороду.
Тем временем чешуйчатый шеф-повар откинул металлическую дверцу печи и привычным взмахом кисти разжег очаг. Огоньки пламени подсвечивали мужской силуэт, очерчивая в меру острые черты лица, аккуратную щетину на скулах и волевом подбородке. Черные, как адская бездна, волосы, убранные в хвост, полностью открывали крепкую шею с выдающимся вперед кадыком.
Я сначала машинально рассматривала могучую мужскую фигуру, красиво расправленные, широкие плечи, большие, крепкие руки, которые ловко справлялись с жаркой яиц, очень по виду похожих на наши куриные. А потом, не отдавая себе в этом отчета, стала всматриваться в мелкие детали его внешности. Отметила родинку в уголке глаза, слегка оттопыренные, аккуратные уши, а потом и мелкий, закрученный спиралью символ, вытатуированный сбоку на шее.
Появилось желание взять в руки кисть и на белом полотне плавными движениями вывести контур его силуэта. Короткими мазками обозначить детали, цветом передать настроение… Короче, мне безумно захотелось нарисовать его.
М-да… Противоречу сама себе. Еще пару минут назад злилась на чешуйчатого наглеца, а сейчас любуюсь этим чудесным чудищем и глаз отвести не могу.
«Эх, Тая… – Из моей груди вырвался тяжкий вздох. – Что-то неладное с тобой творится с тех пор, как ты попала в этот чужой, навязываемый тебе, тем не менее, как родной мир, в когтистые лапы загадочного полу-ящера…»
Залпом допила оставшийся кофе и отодвинула кружку. Думала, может, хоть резкий вброс в организм кофеина освободит меня от странных мыслей, но ошиблась. Меня почему-то тянуло к этому мужчине, а сердце начинало биться быстрее при одном взгляде на него. Он что, заколдовал меня что ли? Не-не, приворожил. Точно, приворожил! Ну, ничего, я от этих чар избавлюсь со временем. Всему свой срок.
Снова вздохнула и уронила голову на руки, лежащие на поверхности стола. Спрятала глаза, чтобы не поддаваться колдовству чешуйчатого, а то и так проблем по горло, еще не хватало и в самой себе запутаться.
Вскоре завтрак был готов. Аппетитные запахи распространились по всей кухне. Дождалась, пока мужчины составят мне компанию за столом, и наполнила свою тарелку поджаренными овощами и глазуньей. Ели мы в тишине. По задумчивым взглядам своих сотрапезников поняла, что им тоже было о чем поразмышлять.
Когда наши тарелки опустели, я поблагодарила своих поваров за вкусный завтрак. Думала, чешуйчатый ответит очередной ехидной шуточкой, но тот молчал, занятый мытьем посуды. Подошла ближе, чтобы получше рассмотреть удивительную картинку, как сам хозяин поместья, подобно заправской судомойке, щеточкой чистит тарелку.
– А почему магию не используешь? – поинтересовалась я.
– Да так быстрее. К тому же бытовые заклинания довольно энергозатратные, а мне разбрасываться своей энергией уже нельзя. Теперь-то нас двое, надо, чтоб на обоих хватило, если что, – пояснило мое чудище, ополаскивая посудину.
Не совсем понимая, что он имеет в виду, уточнила:
– Ты хочешь сказать, что я теперь твоей силой пользуюсь?
– Нет-нет. Не силой. А моим энергетическим запасом.
– Это как? Ты ведь сказал, что я меливид. Байндара какая-то… Зачем мне тогда твой запас? У меня что – своего нет?
Чешуйчатый ополоснул последнюю кружку, положил ее на полотенце рядом с остальной вымытой посудой и закрутил кран. Стряхнул с рук воду и с улыбкой произнес:
– Давай прогуляемся, я тебе все поясню.
– Ну, ла-а-адно… – неуверенно протянула я.
Не очень-то хотелось оставаться с ним наедине. Нет, не так. Наоборот, хотелось, но было боязно за себя. Он ведь наверняка снова использует на мне свое колдовство. И в то же время, может, свежий воздух это как раз то, что мне сейчас нужно, – освежусь, проветрю голову…
– Фрейнер, остальное на тебе, мы с птичкой идем на прогулку, – бросил хозяин поместья своему пажу. Тот учтиво поклонился и перекинул светлое полотенце через плечо.
Ив посмотрел на меня и протянул свою ладонь.
Его обворожительная улыбка, красивые ямочки на щеках, игривый взгляд красных глаз, сверкающих под лучами утреннего солнца, что пробивалось через большое окно в кухню, – все это пленило меня, и я уже было вложила свою ладонь в его, но, опомнившись, тряхнула головой и забрала назад руку.
– Просто покажи, куда идти, – отчеканила недовольным голосом.
– Как скажешь, – на удивление покладисто ответил мужчина.
А я отметила, как загорелись его глаза, словно он понял, что его чары начали работать…
Я недоверчиво прищурила глаза и сжала губы в тонкую нитку. Ив, не обращая внимания на мою реакцию, подхватил со стула свой плащ и накинул мне на плечи.
– Утро. Может быть прохладно, – прошептал он, невесомо коснувшись губами моего уха, и бережно похлопал по спине, подталкивая в сторону узкой стеклянной двери в дальней стене. – Нам туда.
Я замельтешила ногами, поспевая вслед за широко шагающим полу-ящером. Подойдя к выходу, мой спутник предусмотрительно открыл передо мной дверь, пропуская, так сказать, даму вперед. Умеет же этот жених-самозванец своей наигранной галантностью злить меня! Гордо вскинула подбородок, проходя мимо липового кавалера, и ступила на маленькое крылечко. Доски под ногами были холодными и мокрыми, а выглядывающее из-за верхушек деревьев солнце светило в глаза, заставляя щуриться.
– Ну, так… Что ты там говорил про то, что нас двое, а ты один? – спросила я, спускаясь по ступеням на влажную от росы траву.
Земля под ней была стылой, пришлось поплотнее укутаться в мужской плащ, чтобы стало хоть немного теплее. Обоняние уловило приторный запах меда и дорогого вина. Его запах.
Такой приятный…
Эй, Тая! Возьми себя в руки сейчас же! Хватит смаковать эти опасные и совершенно неуместные ощущения!
Встряхнула головой, избавляясь от – наверняка ведь! – навеянных посторонней волей мыслей, и устремила взгляд на узкую цветущую аллею, к которой мы как раз подходили. Повсюду летали разноцветные бабочки, тихо гудели пчелы.
Чешуйчатый, пристроившийся сбоку, отвел в сторону веточку с маленькими красными цветами, источавшими сладкий аромат, и начал свой рассказ:
– Байндары привязывают себя к другим магическим существам с большим потенциалом энергии и черпают эту энергию из них. Таким образом выживают до тех пор, пока не познают искусство полного перевоплощения.
– То есть я сейчас живу за счет твоей энергии?
– Ага.
Офигеть… Получается, что я самая настоящая пиявка.
– Раз я настолько беспомощна, что не могу выжить без другого магического существа, то почему ты решил, что за моей силой будут охотиться? Что это за сила такая, которая должна все время подпитываться чужой энергией? Как по мне, думается, я скорее абсолютно бессильна!
Мы свернули в сторону пышногривых деревьев на тоненьких стволах, что тянулись вдоль журчащего ручейка. Их мелкие продолговатые листики шелестели на слабом ветерке.
– Пташка, наоборот – ты очень сильная. Потенциал меливида ограничен его энергетическим запасом, а твой потенциал бесконечен. Да и не за твоим умением снабжать себя силой другого меливида будут охотиться, а за твоей способностью пробуждать в нас нашу звериную часть.
– Ты говорил, что после полного перевоплощения меливид познает смысл своего существования.
– Говорил.
– Хорошо, а помимо всего прочего есть еще какие-то плюсы от этого нашего зверя?
Я встала в тень, развернулась к собеседнику лицом и вопросительно взглянула на него, ожидая дальнейших разъяснений. Тот однако молчал, погрузившись в свои мысли, и только забавно щурился от яркого солнца, светившего ему в глаза поверх крон деревьев.
Постояв так немного, подставляя лицо солнечному свету, мужчина шагнул в тень, оказавшись очень близко от меня, и продолжил:
– Мы становимся сильнее.
– Всего-то? – Я пожала плечами.
– Многие политики жаждут неограниченной власти. И если в их руках окажется такое оружие, как ты, умеющее активировать силу меливида, то кто знает, что может произойти.
– Ясно. Всегда и везде найдутся те, кому мало того, что они имеют… Да, кстати! А откуда, скажи на милость, мне знать, что ты не один из этих коварных политиков, кому попросту нужна моя сила?
Ив ухмыльнулся.
Ну и что смешного я сказала?! Как всегда, мое чудище в своем репертуаре! Недовольно хмыкнула и скрестила руки на груди. Однако чешуйчатого мой грозный вид ни капельки не взволновал. Этот тип все так же игриво улыбался.
– Твои родители и я, наверное, единственные, кто не причинит тебе вреда.
Бред сивой кобылы. Про родителей понятно, и то странновато это все: избавились от дочурки, забросив в человеческий мир, – проблему решили, называется! Но Его Чешуйчеству какой прок от меня? Сомнений нет, хочет на мне жениться, чтобы потом пользоваться моей силой!
– Ответь, на кой черт я тебе сдалась? Только давай без шуточек.
– А я не говорил? – удивилось чудище.
У него что – склероз? Или снова издевается? Я нахмурила брови. И на этот раз полу-ящер удосужился заметить смену моего настроения. Его взгляд стал серьезным. Скулы напряглись.
– Без тебя я не смогу жить.
У меня от неожиданности слегка отвисла челюсть. Даже внезапно стало жарко, и пришлось распахнуть плащ.
– Ерунда какая-то! Мы знаем друг друга всего несколько дней! Ты совсем ку-ку? – покрутила пальцем возле своего виска.
Выразился-то как по-старомодному! В наше время так не изъясняются даже подростки в пылу своей первой влюбленности.
Мужчина промолчал. В его глазах промелькнула горесть.
Однако уже в следующий миг он встрепенулся, расстегнул верхнюю пуговицу рубашки и беззаботно улыбнулся. А потом внезапно предложил, окидывая всю меня внимательным взглядом – от донельзя экстравагантного наряда, выглядывающего из-под плаща, до босых ног, мокрых от росы:
– Давай съездим в город, купим тебе одежду?
Я ощутила странный укол в сердце. Всего секунду назад показалось, что мои насмешливые слова в ответ на откровенное признание не на шутку ранили его… Видно, это был обман зрения…
Уж и не знаю, почему вдруг стало горько от этого. Подавила приступ разочарования, широко улыбнулась и согласно кивнула. Как бы то ни было, но одежда мне и вправду нужна.