Глава 9. Ты наденешь ошейник сама

Кайден

Магия внутри меня пульсирует, концентрируясь где-то в груди. Тоже самое было, когда встретил кровомеску в том борделе год назад.

Странное ощущение. Будто сила утекает сквозь пальцы.

Встряхиваю головой, отгоняя неприятное ощущение. Оно связано с истинностью, уверен.

Я стою на окраине леса, где уже началось посвящение. Здесь почти никого не осталось, только несколько третьекурсников и две пятикурсницы. Они так и не решились начать охоту, потому что не уверены в своих силах.

Молли Эмбер остановилась рядом со мной и теперь с гордостью демонстрирует магическую сферу, на которой едва заметно мерцают десятки маленьких точек.

– Первогодки… – хмыкает она с долей превосходства. – Мне удалось даже кровомесов заставить участвовать. Пришлось повозиться, даже подкупить кое кого на кухне, чтобы подсунуть им зачарованные кексы, но получилось же!

Молли заглядывает мне в глаза, пытаясь отыскать одобрение своим действиям.

Я ничего не говорю, просто перевожу взгляд на медленно двигающиеся точки, светящиеся в полутьме. Одна из них кровомеска Деви.

Интересно, она сможет пройти хотя бы половину пути, прежде чем Ксандр её поймает? Всё будет зависеть от того, позволит ли он.

– Все уже приступили к охоте, но, я уверена, тебе не составит труда нагнать, Кай. Ты пришёл потому что хочешь себе раба? – спрашивает Молли, а затем добавляет, не сумев скрыть ревности: – Или рабыню?

Кажется, у нас с Эмбер что-то было на втором или третьем курсе. Одна или две ночи. Сейчас уже сложно вспомнить.

– Рабыню, – против воли на губах появляется предвкушающая ухмылка.

Представляю, как надеваю на наглую суку ошейник собственными руками, и внутри поднимает голову нечто тёмное. Оно обволакивает, заполняет, растекается по венам будоражащим ощущением. С каждой секундой это нечто становится всё сильнее, требовательнее.

Противоестественное желание обладать девчонкой во всех смыслах не отпускает.

Но я не забываю, что она лишь зверушка, не более. Обычная шлюха из злачного борделя, чудом попавшая в академию.

Но это должна бытьмоязверушка. Чем больше я думаю о том, что кузен дотронется до неё, тем яростнее вибрирует в груди.

– Зачем тебе рабыня? Там одни слабачки! Можно взять кого-то из первокурсников-дракорианцев. Ты играючи поймал бы любого, – голос Молли слегка надтреснутый, она продолжает уже немного бодрее: – Посоветовать тебе кого-нибудь? Могу выбрать с сильной магией, будет интересно.

– Мне нет дела до самой охоты, – мой взгляд скользит по вершинам деревьев. – Я поймаю ту девчонку, которую подселили ко мне.

– Подселили к тебе? – ошарашенно шепчет Молли. – Ты живёшь с какой-то первокурсницей?

– Со старостой кровомесов.

– Что за нелепость? Она же ничтожество!

Я не обращаю внимания на возгласы Молли. Лишь перевожу на неё ледяной взгляд и спрашиваю:

– Где сейчас Деви Морр?

– Этоеёподселили к тебе? – Эмбер вся пылает от негодования. – Быть того не может! Кай, ты ведь можешь просто сказать ректору, чтобы…

– Замолчи, – я морщусь, потому что от её воплей начинает гудеть голова. – Я спросил: где кровомеска, которая мне нужна?

Молли расстроено поджимает губы, но сразу же отвечает, указывая на сферу:

– Вот она… о… я думала, она должна быть неподалёку. А кровомеска уже перешла мост и реку со змеями. Как так вышло?!

Значит, у моста.

Делаю пару шагов в сторону, крылья вырываются из меня резко, с влажным треском, будто рвётся плоть. Одно чёрное, отдающее теневой магией, а другое огненное, они расправляются за спиной, и воздух дрожит от жара.

В отличие от моих предков, во мне поровну от обоих Легенд, так уж распорядилась судьба.

– Кай, послушай, хотела кое-что спросить… – Молли пытается удержать меня.

– Не сейчас, я занят.

Размах – и я уже в небе. Ветер ударяет в лицо, резкий, хлёсткий, но я лишь сильнее сжимаю челюсти, набирая высоту. Внизу мелькает лес, лысые верхушки сосен тянутся к небу, как острые когти.

Ищу глазами реку, внутренне всё больше предвкушая, что сделаю с кровомеской.

Деви.

Глупое, человеческое имя. Но я пробую его на вкус, смакую, чувствуя, как оно пульсирует внутри меня раздирающим нутро возбуждением.

Гроза разыгралась всерьёз – дождь хлещет по крыльям, молнии разрывают небо, освещая лес и горы мертвенно-белым светом. Одежда намокает, липнет к телу, но я не обращаю внимания.

Где кровомеска может быть? Слишком много мест, где добыча могла бы затеряться. Но у меня есть преимущество.

Я знаю, что Ксандр никогда не упустит своего, а мы с ним связаны кровью по мужской линии. Младший брат моего отца был женат на матери Ксандра и Зейла. Общая кровь – общее наследие. И эта связь делает его эмоции для меня почти осязаемыми. Если сильно захотеть.

Я сосредотачиваюсь, закрываю глаза на миг. Сквозь дождь и рев стихии пытаюсь уловить вибрацию аркана, что тянется ко мне как к будущему императору, уже принявшему на себя то бремя, что когда-то носили Легенды.

И нахожу её – густую, тёмную, липкую волну, насыщенную азартом хищника.

Ксандр.

Резко распахиваю глаза и устремляюсь туда.

Проходит пару минут, и я вижу скалистый уступ у подножия горы. На нём тонкая крошечная фигурка девчонки. Мокрая, дрожащая, но она всё ещё держится. Даже забавно.

Как она вообще сюда добралась без магии и без крыльев?

Внутри растёт подозрение, что Ксандр просто дал ей это сделать.

Я складываю крылья и пикирую вниз. Камни вздрагивают под моими ногами, когда я приземляюсь, воздух дрожит от жара.

Деви смотрит прямо на меня расширенными от ужаса зрачками. Провожу взглядом по стройной фигурке, подмечая насколько сильно мокрая одежда облепила её тело.

Член в штанах болезненно дёргается, а я сжимаю зубы. От одного её взгляда уже почти стояк, что за дерьмо?

Снова опускаю взгляд на её соски, проступившие через мокрую ткань. Наверняка розовые, хочется проверить чтобы убедиться.

Она такая нежная, хрупкая.

Всё эти дикие мысли проносятся в голове за несколько секунд. Ловлю себя на них и злость вспыхивает, обжигая внутренности.

Нужно показать бордельной шлюхе её место. Тогда наваждение пройдёт.

– Я решил тоже поучаствовать, брат, – произношу я, переводя на Ксандра немигающий взгляд.

Он поворачивает голову, нисколько не удивлённый тому, что видит меня. Голубые глаза Ксандар холодны, как сама смерть.

– Это моя добыча, – оскаливается он.

Деви

Я надрывно дышу, глядя, как Кай пристально смотрит на своего брата. Он будто не чувствует угрозы, которая исходит от Ксандра.

Я так долго бежала, что ноги уже не держат. Приваливаюсь к мокрому камню скалы и просто отупело наблюдаю за происходящим. Сил бороться уже почти не осталось. Ксандр гнал меня, как дичь. И сейчас уже собирался добраться до меня.

Если бы не появление Кая…

Но что он вообще здесь делает?!

Кайден небрежно усмехается. Он медленно достаёт из внутреннего кармана сигарету. Щёлк – вспышка огня в его ладони, и тлеющий кончик озаряет резкие черты его лица. Он делает глубокую затяжку, и воздух наполняется терпким горьким запахом вишни.

Я судорожно втягиваю воздух, этот запах мгновенно ассоциируется с ним. С Каем.

Он смотрит прямо на меня. Выпускает дым медленно, лениво, словно у него нет ни малейшего повода спешить. Затем переводит взгляд на брата.

– Она моя, – говорит он наконец.

Ксандр медлит с ответом, облизывает губы, почти скалясь.

– Так забери, – роняет он. – Останови меня.

Я моргаю, и в этот момент, Кай срывается с места.

– Этого ты добивался? – рычит он, ударяя Ксандра в грудь.

Они сталкиваются, как два монстра, выбравшихся из бездны.

Удар Кая выбивает из Ксандра хриплый выдох, тот тут же отвечает – хлыст взмывает в воздух и с треском бьёт в миллиметре от лица Кая, оставляя глубокую рваную борозду на стволе дерева позади.

Их удары усиливаются магией: вспышки пламени, разрывы воздуха, тёмные всполохи, от которых дрожит земля. Камни осыпаются с уступа, дождь превращается в пар при столкновении с раскалёнными потоками.

Я стою, глядя на происходящее с ужасом. Просто пячусь в сторону, пытаясь понять, как мне скорее смыться отсюда, но, как назло, единственный проход с уступа загораживают два дракорианца.

Ксандр снова заносит хлыст, и в следующее мгновение он почти обвивается вокруг горла Кая. Я рвано выдыхаю.

Но Кай поднимает руку и пальцами перехватывает хлыст. Тот врезается в его ладонь, оставляя рваную рану.

Кровь течёт по руке парня. Ему должно быть жутко больно.Но лицо Кая спокойно. Спокойно и яростно одновременно. Огонь в его глазах пугает меня до дрожи.

Я не могу отвести взгляд.

Они не люди.

И самое жуткое, что именно в этот момент я понимаю, что и я такая же. Во мне гораздо больше от дракорианки, чем я всю жизнь считала. Этот день изменил многое.

Хотела бы я призвать свои крылья, но у меня слишком мало опыта. Я выдохлась. Тянусь к силе, но она непокорно встаёт на дыбы, не даваясь мне.

В следующее мгновение Ксандр отпускает хлыст и резко толкает Кая, пользуясь тем, что тот потерял на мгновение равновесие.

Кай с грохотом врезается в скалу – прямо рядом со мной. Я взвизгиваю и отскакиваю в сторону, прижимаясь к мокрому камню, сердце готово вырваться из груди.

Не понимаю, как они ещё не вышибли друг из друга жизнь?

И тогда я вижу крылья Ксандра. Он выпускает их наружу одномоментно. Они не теневые и не огненные, как у других. Голубые – холодные и ледяные.

От них исходит морозный пар, влага на земле моментально кристаллизуется. Я застываю в ужасе: магия Ледяного Легенды исчезла столетия назад… как у него могут быть такие крылья?

Они венчаются острыми шипами, и Ксандр вонзает их в скалу по обе стороны от головы Кая, будто прибивая его к месту.

Я слежу за ними, как завороженная.

– Раньше ты мог уложить меня за минуту, – скалится Ксандр зверем. – Метка делает тебя слабым, брат. Тебе нужно завершить её.

Он наклоняется ближе, голос становится тише, но даже сквозь шум дождя я слышу каждое слово:

– Иначе твою слабость заметит кто-то ещё. Кроме меня. И этой кровомески.

Меня прошибает осознанием – у Кая есть метка истинности. Я узнала то, что хотела.

Но что значит завершить? И почему он слабый из-за метки? Разве что…

Я не хочу знать откуда мои внезапно проснувшиеся невероятные силы. В глазах копятся слёзы.

Нет. Это невозможно.

Должно быть другое объяснение.

Кайдену не нравятся слова брата. Его почти всегда безэмоциональное лицо становится угрожающим.

– Заткнись, – его рука, сильная и безжалостная, хватает Ксандра за горло. Одним рывком он опрокидывает его на землю так, что камни под ними с грохотом разлетаются в стороны.

Они едва не попадают в меня.

Крылья Кая распахиваются и яростным ударом вдавливают тело Ксандра в землю. Морозный пар сталкивается с пламенем, воздух между ними трещит.

Его крылья такие же, как и мои. Теневое и огненное. Я уже понимаю, что это значит. Просто принимаю действительность.

Наша с Кайденом связь дала мне силы.

Кай опускается сверху и начинает бить Ксандра. Его кулаки обрушиваются на лицо брата снова и снова, с каждым ударом его ярость становится всё ощутимее. Кровь стекает по разбитому лицу Ксандра, капает на камни, смешиваясь с дождём.

Он убьёт его?

Монстр убьёт монстра.

Сейчас я могу сбежать, пока они заняты. Проход с уступа свободен. Но…

– Хватит! – кричу я, и голос срывается на хрип. – Остановитесь! Что с вами такое?! Вы больные психи!

Кай застывает. Он тяжело дышит, плечи вздымаются в такт, он поднимает голову, глядя прямо на меня. Его глаза горят диким огнём. Но он медленно выпрямляется. Я слышу глухой булькающий смех Ксандра. Его нос разбит, бровь рассечена. Кровь залила половину лица дракорианца.

Несколько секунд Кай просто стоит и смотрит на меня.

Мурашки горячим потоком ползут по рукам, плечам, груди, животу и даже ногам. Мне тяжело дышать от его пристального удушающего внимания.

А потом, к моему ужасу и изумлению, Кай протягивает лежащему на земле брату руку.

Тот кашляет, кровь течёт из разбитого носа, но руку принимает и с видимым усилием поднимается.

– Зверушка не убежала, – усмехается Ксандр, слизывая с нижней губы кровь. – Какая смелая. Ей стало меня жалко, Кай, представляешь?

– Закрой рот, – обрывает его Кайден. – Вали отсюда. Ты добился того, чего хотел.

Ксандр усмехается, хотя видно, что это причиняет ему боль, а затем поднимает с земли свой хлыст и взмывает в небо на своих ледяных крыльях.

Мы остаёмся вдвоём с Каем.

Я бросаю затравленный взгляд за спину Кайдена, коря себя за то, что не убежала.

– Всё равно бы не вышло, – он угадывает мои мысли с ходу.

– Знаю, – бурчу я раздражённо.

Замечаю, что у Кая тоже рассечена бровь. Это у дракорианцев нормальное положение вещей? Драка вместо разговора? Так им легче понимать друг с друга?

Против воли взгляд опускается на ворот рубашки Кайдена. Где-то там есть метка истинности. Поняв куда я смотрю, Кай неосознанно проводит рукой по ключице. Его движение отдаёт дрожью во всём теле.

Я уверена, что мы связаны. Но как хорошо, что он пока этого не понял.

Что мне делать? Как быть? Я не понимаю, мне страшно.

Возможно, он убьёт меня, если узнает. Так ему будет проще.

Кайден делает пару медленных шагов вперёд, и каждый его шаг отзывается ударом в солнечное сплетение. Я жадно глотаю ртом воздух.

Невольно подаюсь в сторону. Мы обходим друг друга по кругу – охотник и добыча, всё как было задумано посвящением.

Он смотрит на меня неотрывно, с лёгкой усмешкой. Понимаю – ему нравится наблюдать за мной.

Потом вдруг в два широких шага Кай преодолевает расстояние, за которое я боролась. Сантиметр за сантиметром отвоевывала, но всё зря.

Мужской огромный силуэт закрывает свет, Кай нависает надо мной, и я вынуждена прижаться к холодному стволу полусухого дерева, которое оказывается позади.

Дождь почти стих, но вдали всё ещё гремит гром, и в этом грохоте есть что-то зловещее.

– Зачем тебе это? – мой голос дрожит, но я всё же задаю вопрос. – Зачем тебе я?

В глазах Флейма пляшут огненные искры.

– Просто потому что хочу, – произносит он с ленивой уверенностью. – Я всегда получаю то, что хочу.

Взгляд Кая скользит по мне. Мне кажется, что я физически чувствую прикосновение к своей коже.

Он достаёт из внутреннего кармана что-то тёмное. Я узнаю ошейник. Он простой на вид, но по его контуру мерцает тонкая, едва заметная магическая вязь.

– Нет, – яростно цежу я.

Кай протягивает его мне, его голос звучит жёстко, без права на возражение:

– Хочу, чтобы ты надела сама.

Меня бросает в дрожь. Кровь стынет в жилах, дыхание сбивается. Внутри всё горит в агонии. Почему именно он? За что мне всё это?

С самого начала у меня не было даже шанса. Самый жестокий хищник выбрал меня.

– Я никогда не сделаю это, Кайден.

В его глазах что-то вспыхивает, едва я произношу его имя. Флейм втягивает носом воздух, склоняясь ко мне ближе.

– Ты вся мокрая, зверушка.

Меня бросает в дрожь от похабного тона, которым он это произносит, и от двусмысленности фразы.

Кай замечает, усмехается ещё шире. На такую реакцию он и рассчитывал.

– Дождь же идёт. Замёрзла? – заканчивает он.

В его голосе откровенный тяжёлый интерес.

– Не трогай меня, – торопливо предупреждаю я, хотя он даже не пытается.

На красивом жестоком лице мелькает отвращение.

– К такой я бы никогда не притронулся.

Ага. Зато пялится на мою грудь ему это не мешает. Я прекрасно вижу, куда Кай смотрит.

До чего же жутко.

– Ты наденешь ошейник сама, – повторяет он с уверенностью, глядя на меня в упор.

– С чего бы? – фыркаю я нарочито небрежно.

Пытаюсь показать, что не боюсь, но Кай не верит.

Он поигрывает ошейником в руке, глядя на меня сверху вниз. До чего же он огромный и высокий.

– Ты в курсе, что охотник может поймать сколько угодно дичи?

Я обхватываю себя за плечи. Адреналин постепенно сходит на нет. Мне становится холодно.

– Не в курсе, – бурчу я.

– Я дам тебе выбор, кровомеска. Я могу не просто отпустить тебя, а даже подкинуть до самого верха – к Пику. Ты пройдёшь посвящение.

– И в чём подвох?

– Умная зверушка, – уголки губ монстра едва заметно ползут вверх. – Как только я подкину тебя до Пика, я вернусь и найду каждого кровомеса в этом лесу. Мне плевать поймал его кто-то или нет. Я заберу их всех. И заставлю страдать.

Я уверена, что Кайден не шутит.

– Ты сумасшедший? Они же живые существа, ты вообще это понимаешь? Тебе знакомо сострадание? – в порыве злости я толкаю Кая в грудь, но он будто и не замечает.

Наши лица настолько близко, что запах горькой вишни вползает в нос. Заполняет меня саму. Каждую клетку тела.

– Есть второй вариант, – понижает голос Кай. – Ты наденешь ошейник и будешь послушной. Тогда никто не пострадает.

Ему просто интересно, как я поступлю. Он изучает меня. Я для монстра словно живая игрушка.

– Так что выберет примерная староста? Себя или тех, за кого она в ответе, а?