Глава 6 · Осознание масштаба бедствия

Глава 6. Осознание масштаба бедствия

Ехали мы недолго. Лорд Максимилиан фон дер Штерн-Кроненберг не произнес ни единого слова за всю дорогу. Он сидел угрюмый, сцепив руки в замок, и смотрел в окно так, будто за ним проносились не пейзажи, а его личные враги, которых он мысленно четвертовал. Каждую секунду его породистый нос брезгливо морщился, стоило карете подпрыгнуть на кочке. Он явно изо всех сил пытался сохранить величественную мину, но по тому, как ходили желваки на его идеальных скулах, было ясно: внутри благородного лорда сейчас бушевала тихая, но очень ядовитая буря.

К моему удивлению, горничные, которые чистили его магией, тоже сели к нам в экипаж. Они устроились напротив, тесно прижавшись друг к другу строгими серыми юбками. Они то и дело косились на мои джинсы и каблуки, демонстративно поджимая губы и перешептываясь. В их глазах читались плохо скрываемая зависть и раздражение. Будто я у них любимую игрушку отобрала, а не грязного мужика из канавы вытащила.

А я… а я сидела, откинувшись на мягкую спинку сиденья, и только сейчас начала осознавать, что попала… в смысле, реально попала, как в тех дурацких книжках, которые читала на досуге.

То, что это другой мир, я заподозрила, когда увидела карету и разодетого, хоть и грязного, лорда. Но вот когда он заговорил о магии и, самое главное, когда его глаза засветились… тут пропали все мои сомнения. Физику и биологию я знала неплохо, и синее пламя в глазах человека не вписывалось ни в одну из известных мне теорий.

Паника подкатила к горлу внезапно, липкая и удушливая. «Ооох, бли-и-ин, — пронеслось в голове, а сердце забарабанило по ребрам, — я в полной зад… то есть в жо… ну, в общем, приехали».

Я прикрыла глаза, прикидывая, что же теперь делать. Накатила такая беспомощность, что закружилась голова. Я черт знает где, без дома, еды, денег и вообще. У меня здесь ничего нет, только пара бамбуковых спиц в сумочке. А как же мой показ? Мои платья из ангоры и шелка, в которые я всю душу вложила? Адриано Висконти, моя привычная, выстроенная по кирпичику жизнь? Все это осталось там, за гранью, а я сижу в деревянной коробке на колесах рядом с напыщенным колдуном.

На глаза навернулись жгучие слезы отчаяния, в груди все сжалось, но я тут же смахнула их со всей злостью, на какую была способна. Не хватало еще расплакаться при этом фон дере и его змеиной свите. Он только и ждет моей слабости.

Я глубоко вздохнула, возвращая себе лицо кирпичом, и открыла глаза. Максимилиан как раз смотрел на меня. В его льдисто-голубом взгляде промелькнуло сытое, торжествующее удовлетворение, когда он заметил мою бледность. Кажется, этот индюк понял, что я наконец-то осознала масштаб своей «удачи».

Губы лорда растянулись в безупречной, леденящей душу светской улыбке. Со всей доступной ему аристократической вежливостью, от которой веяло арктическим холодом, он слегка наклонил голову.

— Мы приехали, — сухо объявил он, и этот тон не предвещал мне ничего хорошего.

Экипаж остановился. Я выглянула в окно и ахнула.