Глава 7 · Золотая клетка Штерн-Кроненбергов

Глава 7.

Экипаж замер, и я, выглянув в окно, забыла, как дышать. Слово «дворец» здесь казалось слишком скромным, серым и пресным.

Это монументальное произведение искусства являлось чистейшим воплощением имперского пафоса. Огромное здание из молочно-белого камня возвышалось над идеально подстриженными садами, словно застывшее грозовое облако. Высокие шпили пронзали небо, а на их вершинах горели магические огни, отражаясь в сотнях панорамных окон. Фасад был украшен такой тончайшей резьбой, что казалось, будто местные каменщики соревновались с кружевницами, высекая из гранита гирлянды роз и мифических существ. Центральный вход венчала двойная мраморная лестница, по краям которой застыли монументальные каменные львы с огромными глазами из чистейших сапфиров.

— Выходите, — сухо бросил Максимилиан, первым спрыгивая на гравий дорожки.

Руки мне, разумеется, никто не подал. Белоснежные перчатки лорда явно были созданы для великих дел, а не для того, чтобы помогать попаданкам. Я кое-как вывалилась из кареты сама. Мои шпильки тут же предательски увязли в безупречном дворцовом гравии. Ковыляя за этим гордым блондином, я мысленно пообещала себе, что если выживу, первым же делом изобрету здесь кроссовки.

Внутри всё оказалось еще масштабнее. Мы вошли в холл, где потолки были настолько высокими, что там, казалось, формировалась собственная погода, и могли идти дожди. Пол выложен мозаикой из редких пород камня, изображающей подробную карту Астральгии. Огромная хрустальная люстра, размером с мою московскую двухкомнатную квартиру, парила в воздухе без всяких цепей — чистая, неприкрытая магия. Стены были обтянуты тяжелым шелком цвета пыльной розы, а вдоль них стояли рыцарские доспехи, сверкающие так, будто их только что натерли волшебным воском.

«Красиво, дорого, чужой мир», — набатом стучало в висках. Восторженность мгновенно сменялась липким страхом. Я здесь никто. Экскурсант без обратного билета.

Лорд фон дер Штерн резко обернулся к капитану Райану:

— Капитан, выделите ей комнату в гостевом крыле. На время. Я должен заняться делами.

И всё. С этими словами он исчез за массивными дубовыми дверями, даже не обернувшись на прощание. На секунду в груди больно кольнула обида. Ну спасибо, спасённый ты мой! Хоть бы «до свидания» ради приличия буркнул, индюк напыщенный.

Капитан Райан вежливо кивнул и жестом пригласил меня следовать за ним. Мы шли бесконечными коридорами, которые больше напоминали галереи Эрмитажа. Под ногами стелились ковры такой толщины, что мои исстрадавшиеся каблуки полностью в них утопали, а шаги становились абсолютно бесшумными. На стенах висели подлинники картин — я видела рельефные мазки кисти, чувствовала едва уловимый запах старого краски. Каждые десять метров стояли огромные вазы с живыми цветами, аромат которых приятно кружил голову.

Наконец мы остановились перед дверью из светлого резного дерева.

— Побудьте пока здесь, мисс?.. — капитан вопросительно приподнял бровь.

Я замялась лишь на долю секунды, лихорадочно соображая. Логика подсказывала, что моё простое домашнее имя тут не прокатит.

— Ли…мм… Элизабет, — представилась я, расправив плечи.

На самом деле по паспорту я, конечно, Елизавета Петровна Курочкина, но в этом мире «Элизабет» звучало куда весомее и благороднее. Если уж играть в аристократию перед местными, то по полной программе.

— Мисс Элизабет, — капитан открыл дверь и пропустил меня внутрь. — Лорд фон дер Штерн сегодня подготовит для вас подарок, а завтра соберет прием, на котором и объявит о нем. По закону, выплата долга за спасение жизни должна быть подтверждена прилюдно. Все должны видеть, что Лорд — благородный человек и всегда держит свое слово.

Он поклонился — безупречно, по-военному чётко — и вышел, прикрыв за собой тяжелую дверь.

Раздался тихий щелчок замка, и меня словно накрыло глухой стеной одиночества. Всё. Я одна в чужом мире, запертая в золотой клетке.

Я медленно огляделась. Моя «временная» комната оказалась верхом изящества, от которого веяло неподъёмной роскошью. Огромная, поистине королевская кровать под балдахином из невесомого полупрозрачного тюля, туалетный столик с резным зеркалом в тяжелой серебряной раме, изящная кушетка у окна. Я подошла к окну и посмотрела вниз — отсюда открывался умопомрачительный вид на каскад фонтанов и замысловатый лабиринт из живой изгороди. Настоящий Версаль, чтоб его.

Ноги уже не держали, шпильки безжалостно давили на пальцы. На неслушающихся ногах я подошла к постели и буквально рухнула на край кровати. Матрас оказался таким пуховым и мягким, что я едва не утонула в нём по самые уши. После жесткой земли и грязной канавы это должно было показаться раем, но у меня внутри всё сжалось от подспудного беспокойства.

— Ну что ж, Элизабет, — прошептала я сама себе в звенящую пустоту комнаты, нервно потирая замерзшие плечи. — Пока всё выглядит подозрительно сказочно. Даже слишком сказочно для того напыщенного «поросёнка», который ещё полчаса назад едва не придушил тебя на дороге. Бесплатный сыр бывает только в мышеловках. А уж от этого мага вежливости точно ждать не стоит.

Пытаясь нащупать хоть какую-то опору в этой новой безумной реальности, я судорожно прижала к себе свою сумочку и запустила внутрь руку. Пальцы наткнулись на знакомый гладкий предмет. Пара бамбуковых спиц были на месте.

Я вытащила их, сжала в кулаке, и по телу наконец-то разлилось слабое тепло. Это немного успокаивало. В мире, где всё решали чужая магия, титулы и вычурные камзолы, у меня оставалось моё собственное ремесло. Мой талант, который у меня никто не отберёт. Даже этот «грязный» Лорд.