Глава 22

– Наш архив находится на подземном уровне. Он, конечно, не такой большой, как центральный, но и в нем легко потеряться. Кассандра послушно кивала в такт моим словам, прижимала к себе сумку и старалась ни на шаг от меня не отставать. Оно и правильно, наш департамент тот еще муравейник с собственным лабиринтом переходов, дверей, лестниц. – Вот. Вам сюда, – я указала Касс на тяжелые двери, но сама застыла перед ними, не решаясь войти. – А вы? Вы не поможете? Я нахмурилась. Помочь бы, конечно, стоило. Архив действительно огромный. Но вот сводить Даррена с женщинами как-то не хотелось, пусть устраивает свою личную жизнь без моего участия. Я же без него справилась. – Пойдемте, – согласие далось мне тяжело. Несмотря на абсурдность ситуации, Кассандра не вызывала никаких отрицательных эмоций, вела себя тихо как самая настоящая серая мышка. Если наверху нам еще встречались по пути сотрудники департамента, то тут было тихо как в склепе. Вдаль уходили ряды с полками, они же подпирали потолок. От бумажной пыли зачесался нос, Кассандра и вовсе не выдержала, чихнула. – У меня гости? – шум привлек Даррена, находившегося неподалеку. Он выглянул из-за одного из стеллажей, а рассмотрев нашу достопочтенную компанию, тут же поменялся в лице. – Я вас оставлю. У меня еще много дел, – не хватало мне еще с ложки Эмерсона кормить. А чем еще тут мне заниматься я не представляла. Даррен провел меня растерянным взглядом. А я, пользуясь тем, что Кассандра полностью отвлекла его внимание, юркнула за крайний стеллаж. Не думала, действовала на эмоциях. И сама не могла понять то ли хочу услышать, о чем они будут разговаривать, то ли не хочу слышать наоборот. Кассандра, успев растерять по дороге весь свой запал храбрости, всучила Даррену пакет с контейнерами и быстро ретировалась на выход. Они перебросились ничего не значащими фразами, так и не утолив мою любопытство. Неужели успел очаровать за сутки соседку? На ум приходили только песьи особи мужского пола… Касс прошла мимо, не заметив меня лишь каким-то чудом. – Выходи, партизан, – донесся шепот прямо за моей спиной, отчего я резко обернулась. Даррен стоял за стеллажом, смотрел на меня поверх папок. Я могла видеть только глаза, но и без того понимала, что он улыбается. – Обязательно. Как только найду нужное мне дело… Ага, вот оно, – схватила первую подшивку, до которой рука дотянулась. – Не думал же ты, что я буду спускаться в эти катакомбы просто так? – Ну что ты, нет, конечно, – подозрительно быстро согласился Эмерсон. – А ты как? Твои старания увенчались успехом? – надменно вздернула носик, уж я-то была уверена в его провале. Департамент работает как часы, и я привыкла доверять своим коллегам. – Успехом? – переспросил Даррен. – Хмм, ну можно и так сказать. Он пошел к столу, за которым успел за день обосноваться, а я за ним следом. На металлической столешнице были разбросаны бумаги, несколько папок были сложены аккуратной стопкой. Он тут, похоже, зря времени не терял. – Что касается япи, доказательств у меня пока нет, но вот несостыковок я нашел немало. Мор гнили живет только на поверхности, инфекция не переносит холод и без света не размножается. Лешковецкие япи же только вышли из спячки, они не переносят жару, переживая лето в глубоких норах. Как они могли оказаться в эпицентре мора? Да еще и с такими серьезными поражениями магических узлов? – Значит стоит провести расследование и найти источник, – тут же предложила вариант решения этой проблемы. – Судя по бумагам, такое расследование уже было. Больше никто не пострадал. – Но если япи не заразились от какого-то другого вида… – То их инфицировали намеренно, – продолжил за меня Даррен. – Зачем?! – Вот тут и я теряюсь в догадках. Мех у япи не ценный, а уж после спячки и вовсе. Обычно браконьеры не интересуются этим видом от слова совсем, потому и обман заподозрить очень тяжело. Картина пока не складывалась. Причин для намеренного уничтожения япи я пока не могла найти. – А это что за папки? – указала на стопку на столе. – Здесь тоже несостыковки? Даррен кивнул. – Как ты смог столько найти? – нахмурилась, выглядело подозрительно. – Я знал, где искать. Это дела по Святой роще: усыпления, перевозка, приказы по регулированию численности отдельных особей. Все бумаги выглядят безукоризненно, отчеты составлены так, что комар носа не подточит. – Ну и что же тогда тебя в них не устраивает? – То, что в этих отчетах ложь, например. – Ты-то откуда знаешь? Ах, ну да, – сама спросила, и сама тут же ответила. Смотрителю заповедника ли не знать о настоящем положении дел в Святой роще. – Ты же не думаешь, что кто-то в департаменте целенаправленно уничтожает магических животных? Это может просто халатность, невнимательность. Тщательная проверка все расставит по своим местам. – Это еще не все, – Эмерсон запустил ладонь в волосы. Видя его нервозность, я и сама почувствовала себя неважно. – Помнишь клятву интуитов? – Все интуиты при выпуске клянутся работать на благо государства. И что? Вполне логичная перестраховка от государства. – Не спорю, как и закон, предписывающий каждому государственному департаменту иметь на службе минимум одного интуита. Я согласно кивнула. Да, это имело место быть. И еще отлично помогало в предотвращении коррупции и разного рода махинаций. – Я покопался в личных делах сотрудников, – продолжил Даррен. – Это конфиденциальная информация, – попыталась было возмутиться, но Эмерсон помахал у меня перед носом пропуском с моей личной подписью и печатью. – Ты единственный интуит на весь департамент окружающей среды и магического экофонда. Он выжидательно на меня посмотрел, ждал реакции. – У меня нет дара, и ты это знаешь. – А по бумагам есть, – поверх остальных бумаг Даррен положил мое личное дело. “Мина Краус – золотой диплом Брестольской высшей академии, зоомагический факультет, интуит.” Верить ли после этого в простую халатность? Или все же имел место быть преступный сговор? Я привыкла доверять коллегам, зарекомендовавшим себя приличным послужным списком, но Даррену… ему я доверяла больше. Что если он прав, и я нахожусь здесь только потому, что потеряла свой дар. Я интуит, которого легко обвести вокруг пальца.