Глава девятая, в которой я понимаю, что категорически не хочу замуж

Самым сложным оказалось проснуться. Открыть глаза и принять тот факт, что я всё ещё невеста де Бурга. Более того, понятия не имею, где странная семейка прячет гримуар и что за жуть так напугала меня вчера возле склепа. Не могло же привидеться? Да не могло! Я не сумасшедшая, не брежу и готова поклясться, что слышала голоса и здесь, в доме, и там. Духов? Демонов? Им известно моё настоящее имя, и они ждут меня. Честно, не имею ни малейшего желания выяснять, для чего именно. Чай вместе выпить? Пожалуй, откажусь, спасибо. Не хватало для полноты сюрреалистической картины моей жизни душевного чаепития с призраками.

Надо поговорить с Эдди.

Надо поговорить с Валентайном.

Нужно уезжать отсюда как можно скорее, а не испытывать судьбу и не рисковать жизнью! Эта работа должна была стать последней — долгожданным ключиком на свободу, а не к покойникам. Не люблю проигрывать, не в моих привычках сдаваться, но и напрасно геройствовать тоже не собираюсь.

В этот раз не справилась.

Что ж, бывает.

Быстро собравшись, побежала вниз. План был простой: добраться до конюшни, чтобы уже традиционно украсть Джалину. Мне кажется, за последние ночи она привязалась ко мне сильнее, чем к своей законной хозяйке. Поеду в Голденвиль! Верну мальчишке то, что осталось от артефакта, и потребую устроить мне встречу с Валентайном. Сегодня же!

Увы, в холле меня перехватила Эмберлинн. «Мама» выглядела отдохнувшей, довольной жизнью и состоявшейся помолвкой. Меня встретила вполне искренней улыбкой и, подхватив под локоток, потащила в столовую.

— Ах, какой чудесный вышел праздник! Гости не переставали благодарить и восхищаться тобой, дорогая. Все в унисон твердили, какая ты у нас красавица!

Дорогая. Красавица...

Она что, пьяная?

— Жаль, по традиции де Бургов свадьбы проходят в тесном семейном кругу, иначе бы я такое здесь устроила...

Я остановилась, вынуждая и её остановиться.

— Благодарю за старания, Эмберлинн. И за комплименты отдельное спасибо. Я бы хотела прогуляться. Такая чудесная погода и...

— На голодный желудок? — недоумённо захлопала глазами вдруг ставшая радушной хозяйка.

— Я не голодна.

Эмберлинн ещё сильнее сжала мой локоть своей рукою.

— Ещё гости говорили, что ты слишком худа. И они правы! Тебе нужны силы, чтобы подарить Джулиану сына. Много сыновей! Поэтому ничего не желаю слушать. Сначала завтрак, потом прогулки!

Она уже даже про сыновей думает?

Точно наклюкалась.

Несмотря на ранний час, всё семейство было в сборе. Всегда невозмутимый Болдрик, чем-то недовольная Майра, апатичная Алара, незаметная Фрэнсин и милующиеся Лиона с Максом. Джулиан тоже уже проснулся, хоть выглядел сонным и, беря пример с бабки, хмуро намазывал булочку маслом.

Стоило мне войти, как он оторвал от сдобы взгляд. Улыбнулся. Выйдя из-за стола, приблизился, чтобы поцеловать в щёку, после чего мягко обнял.

— Доброе утро, несравненная моя. Надеюсь, спала чудесно. — Подавшись ещё ближе, жарко прошептал на ухо: — Я, честно говоря, не очень. Не хватало тебя рядом. Ну ничего, скоро мы это исправим. Две недели пролетят незаметно, а потом ещё столько же я не буду выпускать тебя из своих объятий.

Точно. Он же собирался жениться уже к концу месяца.

Демоны!

Я с усилием улыбнулась. Отстранилась мягко и, заверив, что ночь прошла прекрасно (вовсе я не дрожала от страха в кровати), устроилась за столом рядом с женихом. Аппетита не было, и тем не менее заставила себя проглотить половинку булочки, а потом ещё кусочек лимонного кекса. Кекс, к слову, был волшебный! Сладкий, ароматный, нежный. Я бы с удовольствием продолжила с ним знакомиться, если бы не появление дворецкого, Кэмрона.

— Ваша светлость, — обратился тот к читающему газету герцогу. Поклонился и тихим, невозмутимым голосом продолжил: — Прибыл комиссар. Просит его принять.

— Опять? — Болдрик слегка нахмурился. — Если это по поводу смерти Моны, то...

— Не смерти, а убийства, — громко заявил появившийся следом за дворецким законник, Джервис Томсон собственной персоной. Видимо, посчитал себя выше того, чтобы смиренно дожидаться приглашения, и решил действовать. — Как оказалось, не последнего. Доброе утро, ваша светлость. Леди Эмберлинн...

Покивав и поморщившись от боли, Томсон приблизился к столу. Видимо, спина продолжала его предавать. Он тяжело опирался на трость, и было видно, что каждый шаг даётся ему с трудом. Комиссара сопровождали полицейские. Молчаливая парочка встала поодаль, подобно служанкам, что во время трапез подпирали стены безмолвными статуями.

— Не последнего? — ровным голосом, лишённым каких-либо эмоций, переспросил Болдрик.

Томсон кивнул:

— Одна из ваших вчерашних гостий. Леди Кроун.

Хорошо, что к тому моменту я уже успела проглотить кусочек кекса, иначе бы точно подавилась.

— Джорджия?! — ахнула Эмберлинн. — Убита?!

— Её тело было найдено ранним утром. Неподалёку от гостиницы, в которой леди остановилась.

Напряжённое молчание затягивалось.

— На бедняжку напали? Ограбили? — первой отмерла и продолжила допытываться недогерцогиня. Прижала ко рту ладонь, а потом, всхлипнув, дрожащим голосом добавила: — Бедная девочка... А ведь это я её пригласила. Кто бы мог подумать, что в Голденвиле водятся преступники!

— Скорее, чудовища, — мрачно обронил глава местной полиции. — Ридикюль баронессы не пострадал, остался при ней. А вот сама баронесса... Скажу вам, зрелище не для впечатлительных. В Шомонде я многое повидал, но... — Он запнулся на миг и тихо завершил: — Такое увидел впервые. Теперь забыть бы...

Он замолчал, и в столовой снова повисла тишина. Джорджия убита... Растерзана! Чудовищем, но... Не волком. Не Итоном! Оборотни обращаются только в полную луну, а до полнолуния ещё полмесяца. И тень, что я вчера видела... Это была тень кого угодно, но только не желтоглазого хищника. Но кое в чём Джервис прав: на баронессу напало чудовище.

— Чего вы от нас хотите? — наконец нарушил затянувшееся молчание герцог.

Вопрос прозвучал резко. Комиссар явно не ожидал такого приёма. Выглядел растерянным, недоумённо смотрел на Болдрика.

— Подумал, вам будет интересно узнать, что стало с вашей гостьей. Насколько мне известно, ваша милость, — обратился он к Джулиану, — в своё время вы были близки. Лэсси Вейн, вы знали об этом?

Смотрит так, словно это я потенциальную соперницу задрала. Нет, Джорджия меня, конечно, немного подбешивала, но даже будь я ревнивой невестой, не допустила бы и мысли об убийстве. А я не ревнивая невеста и отнюдь не чудовище. Я — лэсси, мечтающая сбежать отсюда, пока не пополнила список жертв.

— Мы с Джорджией уже давно не общались, — хмуро бросил виконт, а потом, скосив на мать взгляд, нехотя добавил: — Я был удивлён не меньше Аманды, когда увидел её среди приглашённых.

— А до этого не встречались? В Голденвиле, например? — продолжал нападать комиссар. Только непонятно, на него или на меня. — Вас видели вместе.

— Мы с Мэнди случайно столкнулись с леди Кроун за ужином. Это не преступление — ужинать в ресторане.

— Не преступление, — эхом отозвался Томсон, после чего задумчиво протянул: — Но одно другому не мешает.

— Вы в чём-то обвиняете моего сына, комиссар? — резко поинтересовался Болдрик.

— Пока никаких обвинений, — в примиряющем жесте поднял свободную от трости руку Джервис. — Только версии.

— Полагаю, что размышлять над версиями вам будет удобнее в управлении. В своём кабинете, — не очень вежливо указал на двери глава дома. — Не смеем задерживать и отнимать ваше бесценное время.

Судя по выражению лица комиссара он ожидал чего угодно, но только не такого обращения со своей важной персоной. Подбоченился, нахмурился, бросил холодно:

— Что-то мне подсказывает, что с некоторыми из вас мы обязательно встретимся снова. В управлении, в которое вы, герцог, так настойчиво меня отправляете. Не буду более отвлекать вас от завтрака. Всего доброго!

Явно превозмогая боль, он быстро зашагал к выходу. Полицейские ринулись за ним, словно стража за своим повелителем. В столовой снова повисло молчание, которое спустя какое-то время нарушила Майра:

— А где вчерашний торт? Неужели гости весь сожрали? Пираньи!

***

Словами не передать, каких трудов мне стоило досидеть до конца завтрака, а не убраться из Буази следом за комиссаром. Да что там! Я бы даже не роптала, если бы меня вдруг арестовали! Всё лучше, чем находиться в доме, полном тайн, и, судя по всему, тайн чудовищных.

В самом прямом смысле этого слова.

Улучив момент, когда Джулиана позвал отец, бледную Лиону увели Макс с Эмберлинн, а Фрэнсин, как дрессированная собачка, стала выполнять приказы Майры, я незаметно покинула столовую.

Если Джалина и удивилась, что гостья де Бургов решила воспользоваться её услугами с утра пораньше, то виду не подала. Послушно позволила набросить себе на спину седло и не возмущалась, пока я затягивала подпругу дрожащими, непослушными пальцами.

Проклятье! Я охотник, а не жертва! Аманда Вейн приехала сюда за добычей, но в любой момент сама может превратиться добычу. Я! И тогда брат уже точно останется с Валентайном. Просто не сможет вырваться из железной хватки мерзавца.

Пока ехала в Голденвиль, не переставала думать о Джорджии и Моне. Сначала служанка, теперь баронесса... Что общего между ними? Или тварь, что бы из себя ни представляла, не ищет ни сходств, ни различий? Кроун просто не повезло? Так же, как Моне? И какое отношение ко всему этому имею я? Неспроста ведь слышу голоса! А теперь ещё тень на кладбище...

Пусть в склепе де Бургов хранится хоть сотня гримуаров, я на кладбище больше ни шагу!

Именно об этом я и хотела сказать Эдди. Чтобы как можно скорее связал меня с Валентайном. Глава самой крупной шомондской банды предпочитал не вмешиваться в дела своих наёмников. Все контакты происходили через пешек вроде Эдди. Всё же, как бы ни было страшно, сначала о своём фиаско я должна рассказать ненавистному начальнику.

Связной, если так можно выразиться, обнаружился в небольшой съёмной комнатушке, а скорее, каморке на окраине города. Находилась комната на первом этаже жалко покосившегося, ветшающего дома. Постучав в дребезжащее оконце, услышала, как заскрипела не то кровать, не то кресло, а в следующее мгновение на крыльце показался Эдди.

— Нашла? — это вместо приветствия. — Наконец-то! Валентайн сказал, заказчик теряет терпение и...

Схватив паренька за рукав, затащила в узкий коридорчик, пропитанный такими запахами, от одной мысли о которых Эмберлинн наверняка стало бы плохо. Толкнув парня в комнату, закрыла дверь, нетерпеливо шикнула:

— Передай Валентайну, что я хочу с ним встретиться. Сегодня же! Мне нужно уезжать, и как можно скорее. Нам обоим!

— Выходит, не нашла гримуар... — Эдди тяжело плюхнулся на кровать. Пожевал нижнюю губу, нахмурился, после чего посмотрел на меня с таким видом, словно я стала самым большим разочарованием его жизни.

— Ну и что ты так разнервничалась? Опять Честер шантажирует? Так, может, его... того? Чтобы больше не доставлял тебе хлопот.

Идиот.

— Итон здесь ни при чём, — рявкнула, разозлившись на болтуна. — Я больше не собираюсь искать гримуар. Ещё одно убийство, Эдди! Не хочу быть следующей.

Я рассказала о визите комиссара и о том, что произошло на кладбище. Про голоса тоже не стала молчать. Валентайн знает, что нервы у меня крепкие. Не стала бы истерить на пустом месте.

— Вот всё, что осталось от «отмычки». — С этими словами я вручила пареньку покорёженный кусочек меди.

Повертев монету перед глазами или, скорее, то, что от неё осталось, Эдди тихонько присвистнул. Сунул жалкое подобие артефакта в карман, пробормотал:

— С Валентайном я свяжусь — не переживай. Но ты же знаешь его... Хотя тебя можно понять. Я ж тут не целыми днями штаны на койке протираю. Город изучил, с местными покалякал. Не только твой Честер, оказывается, проклятый.

— Он не мой.

— Ну вы же...

— Не отвлекайся.

Я опустилась на стул возле письменно-обеденного стола, который, судя по всему, в последний раз протирали пару лет назад, а Эдди, вздохнув, продолжил:

— Горожане уверены, что на де Бургах висит проклятие, связанное... ну... со свадьбами. Точнее, не совсем со свадьбами, а до этого.

— В смысле: до этого?

— Ну... — парень сосредоточенно почесал затылок. — У отца Болдрика, лорда Эйдриана, незадолго до свадьбы умерла невеста, а потом и у Болдрика тоже. Прямо в день свадьбы с жизнью попрощалась. Вот так вот. Он потом, конечно, снова рискнул жениться и, как сама понимаешь, успешнее, чем Честер... Но две девицы у них точно померли. Сами или с чьей-то помощью — болтают всякое. Я так и не разобрался.

Может, к демонам разговоры с Валентайном? Придумаю, как его задобрить. Живой это однозначно будет сделать проще, чем мёртвой.

— Но ведь Лиона пережила свадьбу с Максимилианом, — заметила я, и мысль эта немного отогрела моё заледеневшее от страхасердце.

Живая. Здоровая.

Никем не разодранная.

— И теперь весь Голденвиль задаётся вопросом, переживёт ли свадьбу очаровательная Аманда.

Спасибо, демон вас всех подери, за участие.

— Они там, случайно, не делают ставки?

— Если бы делали, я бы поучаствовал! — расцвёл в улыбке Эдди. Даже ладонями прихлопнул, словно уже прикидывал, сколько на мне мог бы заработать.

Правда, при взгляде на меня опомнился и пробубнил еле слышно:

— Поставил бы на то, что выживешь, а не на то, что подумала... Не паникуй! Я поговорю с Валентайном, всё объясню. А ты пока возвращайся в Буази и ищи! Ты точно хорошо всё осмотрела? Вдруг что-то упустила? Подумай!

Подумай...

Я себе всю голову сломала, гадая, где может быть спрятана старая книга. Если не в склепе, тогде где ещё? Вроде же всё обыскала, в том числе и кабинет герцога, и библиотеку.

Разве что хозяйская спальня... На днях заглядывала туда, но меня спугнули служанки.

Значит, не судьба. Значит, так было нужно. Пусть таинственный заказчик сам становится невестой Джулиана и откапывает все скелеты этой «замечательной» семейки. Лучше я для Валентайна ещё несколько заданий сделаю, задержусь в рабынях на год — два, чем сама стану скелетом.

По совету Эдди я отправилась обратно. Вот только мысли об убийстве баронессы не давали покоя. Не давала покоя тень на стене склепа и... тревога о Честере.

Или чувство вины сожрёт этого несвятого мученика, или он наделает глупостей. Завтра в поместье графа состоится званый ужин, но завтра меня уже, скорее всего, здесь не будет. И по-хорошему, мне о нём не то что не переживать... мне о нём не стоит даже думать! Но уже давно стало ясно, что не думать не получается, а не переживать...

Видимо, сегодня день признаний. Итон должен узнать о чудовище, с которым как-то связаны его соседи. Должен понять, что не имеет никакого отношения к нападениям!

***

Дорогу до поместья Честеров я хорошо помнила. Пару раз мы с Джулианом проезжали мимо горделиво возвышающегося белокаменного дома, и оба раза я отмечала, как не похож он на Буази. Не только внешне, но и по атмосфере. От владений де Бургов за милю веяло древней мрачностью, какой-то гнетущей силой, в то время как при взгляде на дом Итона сразу вырисовывалась идиллическая картина: милейшее чаепитие на пледе под цветущей яблоней или приятная прогулка по зелёному саду.

Под ручку с графом.

Последний образ заставил сильнее сжать поводья и мысленно на себя прикрикнуть. Я туда и обратно! Поговорю с Честером, хоть он и не заслужил моего доброго отношения. Но так уж и быть... Он помог мне, когда Джалина понесла, я помогу ему угомонить не в меру разговорчивую совесть. Пусть замолкнет наконец и больше не ропщет. Заодно попрощаемся.

Очень надеюсь, что этот разговор действительно станет прощальным.

Кованые ворота оказались радушно раскрыты, а широкая дорога привела меня прямиком к изгибающейся подковой лестнице. Попросив садовника, по счастливой случайности крутившегося рядом, присмотреть за лошадью, я быстро поднялась по ступеням и от души стукнула дверным молотком по тяжёлой створке.

И чуть от радости не подпрыгнула, когда открыл мне граф собственной угрюмой персоной.

— Кати... Аманда? — быстро поправился Честер. — Что ты здесь делаешь?

Он явно не ожидал увидеть меня на пороге своего дома. Я тоже, честно говоря, плохо себя здесь представляла, но не поворачивать же обратно.

— У дворецкого выходной? — коротко улыбнулась вместо ответа и взглядом поинтересовалась, когда в его сиятельстве включится гостеприимный хозяин.

Встрепенувшись, Итон посторонился.

— Могу предложить тебе чаю?

— Я ненадолго. Где можно поговорить, чтобы нас не слышали?

— Пойдём в кабинет.

Развернувшись, он из холла направился в коридор. Я шла следом, с облегчением думая о том, как всё замечательно складывается: Итон дома и сейчас благодаря мне будет вне себя от счастья. Ладно, этот мужчина вне себя в принципе никогда не бывает (за исключением особых ночей, когда в буквальном смысле становится другим существом), да и смерть баронессы — так себе повод для радости. Но говорят же, что везде нужно искать положительные стороны.

Получается, что и в убийствах тоже.

— Что-то случилось? — спросил Честер, не успели мы переступить порог кабинета.

Закрыв за мной дверь, жестом предложил устраиваться в кресле. Но я осталась стоять и, не теряя время, произнесла:

— Утром заезжал комиссар. Погибла Джорджия Кроун. С ней произошло то же самое, что и с Моной.

В ответ — тишина. Итон молчал, не спешил отвечать, и по его лицу было сложно сказать, что почувствовал, о чём сейчас думает. Удивился, испытал облегчение, посочувствовал баронессе... Должно быть, всё вместе.

— Думала, тебе стоило узнать об этом как можно скорее. Пока в голову не пришла очередная глупая идея взять на себя вину за то, в чём ты — теперь это уже очевидно — не виновен.

— Спасибо, — наконец тихо произнёс он, а потом едва заметно усмехнулся: — Не ожидал, что именно ты принесёшь мне эту новость. Думал, ты меня избегаешь. Особенно после вчерашнего.

— Нам действительно лучше не встречаться, но всё же... Помня о твоём вчерашнем порыве... Это я про утренний визит к Томсону! — уточнила зачем-то нервно и тут же, взяв себя в руки, добавила: — В общем, я решила перестраховаться. Ну и... попрощаться.

— Нашла, что искала? — усмехнулся Честер мрачно. А может, грустно.

Или же мне, глупой, просто так хотелось думать.

— Нет, и больше искать не стану. Не знаю, что не так с твоими соседями, но предпочитаю держаться от них подальше.

Итон вскинул бровь, но вместо того чтобы допытываться, чем же мне не угодили де Бурги, спросил:

— Джулиан в курсе?

— Будет ему сюрприз. Не люблю долгих прощаний.

— Но со мной всё же решила попрощаться.

Он не сводил с меня взгляда, и я, будто пойманная в ловушку тёмных глаз, смотрела не отрываясь. Как в той истории про мотылька и опасное пламя... И ведь однажды уже ошиблась, обожглась. Клеймо на теле будет напоминать мне об этом всегда.

Мысль о метке заставила собраться, перестать думать о глазах, губах графа и прочих таящихся в нём опасностях.

— Скорее, успокоить твою совесть. И выразить желание больше никогда не встречаться с вашим сиятельством. Всего доброго...

Я запнулась, когда в дверь неожиданно постучали, и на пороге показалась тётя Итона. Позади миниатюрной Глории маячило шесть футов стати, красоты и мужского обаяния.

— Итон, к тебе приехал Джулиан. Он... — Женщина перевела взгляд на меня и осеклась, а потом удивлённо выдохнула: — Катарина?

В тот момент мои нервы можно было сравнить с канатами какого-нибудь ветхого судёнышка. Очередной шторм не за горами, и сейчас от них едва ли что останется: ветер и удары волн растреплют последние уцелевшие волокна.

— Катарина? — переспросил де Бург удивлённо.

Но прежде чем леди Деверё успела ответить, на помощь мне пришёл Честер:

— Тётя перепутала. Аманда похожа на лэсси, которую Глория и я когда-то знали. Если помнишь, в нашу первую встречу я тоже обознался.

Недоверчиво кивнув, Джулиан продолжил впиваться в меня взглядом:

— Но что ты здесь делаешь? Исчезла из дома, никому ничего не сказав, а теперь я нахожу тебя здесь, в компании своего друга? Между прочим, я тебя искал. Переживал. Как ты могла заметить, Мэнди, в окрестностях сейчас небезопасно.

Меня так и подмывало ответить: мне будет спокойно где угодно, но только не в твоём доме. Сдержалась. Промолчала. Снова позволила Итону вмешаться.

— Аманде стало плохо. К счастью, она как раз проезжала мимо и решила отдохнуть, пока силы не вернутся.

— Не стоило выезжать на прогулку без шляпки, — улыбнулась я с большой, очень большой натяжкой. — Солнце начало печь, закружилась голова... Из-за этой ужасной новости о смерти баронессы я сама не своя. Хотела проветриться, а в итоге чуть с лошади не упала. Так мне вдруг стало плохо.

— Если плохо, лучше присядь. — Джулиан продолжал смотреть недоверчиво и хмуро, всем своим видом показывая, что не торопится верить моим словам.

— Уже посидела. Сейчас мне гораздо лучше.

Поймав взгляд Глории, я опустила глаза.

— Итон не предложил вам чаю? — тихо поинтересовалась она.

— Я отказалась. Всё уже прошло. Не переживайте.

— Тогда поедем домой. — Виконт шагнул в сторону, тем самым давая понять, что ждёт, когда я увеличу расстояние между собой и графом.

— Ты собирался поговорить со мной, — напомнил ему Итон, не торопясь меня пропускать.

— Хотел рассказать, о чём ты и так уже знаешь. Благодаря Аманде.

— Что-то случилось? — обеспокоенно поинтересовалась Глория.

Младшая сестра матери Итона — она была ненамного старше самого графа. Так и не вышла в своё время замуж, а теперь уже поздно. Глория посвятила свою жизнь и отдала всю свою любовь Итону и Бонни, его младшей сестрёнке. Они с Айвором почти ровесники и, если бы познакомились, наверняка бы подружились.

Но они никогда не познакомятся. Бонни Честер — знатная леди, растущая в любви и достатке. Айвор Эверли — уличный мальчишка с тяжёлым прошлым и неясным будущим.

— Моя знакомая погибла. В Голденвиле, — ответил Джулиан и протянул мне руку. — Пойдём, Аманда. Не хотелось бы опоздать на обед.

Ещё одна семейная трапеза в серпентарии...

— Лэсси Деверё, Итон... — кивнул он на прощание. — Увидимся завтра за ужином.

Бросив на Честера последний взгляд, я последовала за женихом в холл.

***

Джулиан шёл так быстро, словно за ним гналось то самое чудовище, что убило Джорджию и Мону. Я не отставала, хотя, признаться, с удовольствием где-нибудь потерялась бы. Но ведь не скажешь же: с тобой не поеду! Не признаешься, что боюсь его чокнутую семейку.

— Что с вашими зеркалами?

И сама не поняла, почему об этом спросила. Вопрос сорвался с губ прежде, чем успела осмыслить.

Жених резко остановился. Развернувшись, впился в меня взглядом. Ещё более хищным, колючим, неприятным.

— Ты вообще о чём? Какие, к демонам, зеркала?!

— В твоём доме я не увидела ни одного нормального зеркала.

Он криво усмехнулся:

— Это так ты пытаешься отвлечь моё внимание от того факта, что не отлипаешь от нашего графа?

Я было открыла рот, собираясь возразить, но де Бург стал наступать ещё агрессивнее:

— Думаешь, я глухой, слепой и вообще идиот? Я на дурака похож?!

— Скорее, на того, кто любит устраивать сцены.

— А ты на ш... — Он поморщился, с явным трудом пытаясь сдержать оскорбительное для меня слово. — Ходят слухи, что между тобой и Честером что-то есть!

— А пошли они, осмелюсь предположить, от твоей бывшей любовницы? Нынешней покойницы! — прошипела я в лицо виконта.

Лицо, которое в одно мгновение стало напоминать девственно-чистый холст. Ни одной эмоции. Ничего.

— Ты меня в чём-то обвиняешь, Аманда? — бросил он бесстрастно. — Считаешь, это я убил сначала служанку, а потом свою старую знакомую? Для чего? Как? Мону растерзал дикий зверь — ты сама видела, во что она превратилась. Я не животное. Я человек! И кажется, всё-таки дурак! Да, точно дурак... Раз готов закрывать глаза на всё подряд. Лишь бы тебя не потерять, — закончил чуть слышно и отвернулся.

Быстро пересёк холл, толкнул дверь с таким остервенением, словно пытался наказать за мои несуществующие отношения с Честером. За то, чего и в прошлом-то не было.

А сейчас нет и подавно.

Больше до Буази Джулиан не проронил ни слова, и я тоже молчала. Продолжать допытываться, что не так с его семьёй? Зачем? Ну его! Сейчас главное дождаться встречи с Валентайном, и можно будет убираться. Зеркала, убийства, голоса... К демонам весь этот кошмар! Если повезёт, уже завтра я буду в Шомонде. Далеко-далеко от виконта и его родственничков.

Очередная семейная трапеза стала пыткой, которую я сносила молча, мысленно считая секунды до того момента, когда смогу подняться к себе на послеобеденный отдых. Наконец, сославшись на усталость и желание вздремнуть, отправилась наверх. Запершись в спальне, какое-то время действительно лежала, ожидая появление Валентайна. Не самого шефа, конечно же, а лишь его магической проекции. Встречи подобного рода обходились дорого, в буквальном смысле слова, поэтому прибегала я к ним нечасто. Точнее, до сегодняшнего дня лишь однажды. Тогда моя жизнь тоже была в опасности, и Валентайн прислал помощников. Сейчас же мне нужна не помощь, а разрешение убраться из проклятого дома.

— Ну же, приди... Эдди ведь пообещал... Уже должен был с тобой связаться!

Но Валентайн, как назло, не появлялся.

Постепенно солнце начало сползать за деревья, и спальню заполнили пока ещё редкие сумерки. Стало неуютно, и даже полыхнувший в лампе фитиль не сумел прогнать это гадостное ощущение беспокойства. Решив, что лучше провести время до ужина в библиотеке, я покинула комнату. Быстро зашагала по коридору к лестнице, но на полпути остановилась, вспомнив о покоях, оставшихся без моего внимания.

Я ведь так толком и не осмотрела хозяйскую спальню... Всё остальное облазила вдоль и поперёк, но вот покои герцога обыскать как следует не вышло. Вечно что-то мешало, и я откладывала. Но как говорится, чем демон не шутит? Вдруг именно там произойдёт чудо, и я смогу вернуться домой с победой, а не постыдно опустив голову. Не придётся дожидаться разрешения Валентайна убраться из этого кошмара. Мы с Айвором наконец станет свободны. Не надо будет извиняться, каяться, брать новое задание.

Стоит попытаться!

Бросив по сторонам взгляд, на цыпочках поспешила к спальне герцога. Быстро-быстро, почти не дыша от волнения, а добравшись до двери, прислушалась.

Тихо.

Ни единого звука.

Скорее всего, Болдрик сейчас в своём кабинете, а Эмберлинн пьёт чай в гостиной. У меня будет время всё тщательно осмотреть. А то зациклилась на склепе, словно больше нигде нет места для древней книженции. Мне же всегда везло! И в этот раз тоже должно повезти. Должно!

Мысль о везении канула в реку забвения, когда я толкнула дверь и увидела склонившуюся над кроватью служанку. Дверные петли протяжно заскрипели, выдавая моё вторжение; девушка обернулась. В полумраке свет единственного тлеющего на столе огарка коснулся её лица, и я... Я чуть не умерла.

Когда поняла, что лицо это две недели назад было изуродовано когтями животного. Здесь мог быть кто угодно, но только не Мона.

И тем не менее у кровати стояла покойница.

Рваный вздох, оглушительный удар сердца... Она вскинула руки, словно пытаясь до меня дотянуться. Шевельнулись губы, еле слышно произнося моё имя, и в уголке рта Моны проступила тёмная капля крови. Порез на щеке, рваная рана на шее... Девичье тело будто полосовало незримыми когтями. Раны одна глубже другой зияли сквозь ошмётки одежды, но на лице не было ни страха, ни гримасы боли.

Ни одной эмоции.

Я стояла и смотрела, не способная пошевелиться. Закричать, позвать на помощь или хотя бы зажмуриться. В идеале — упасть в обморок, чтобы очнуться где-нибудь за океаном. Там, куда уже целую вечность мечтала сбежать вместе с братом.

— Тебя здесь нет. Ты умерла... — с трудом удалось выронить отчаянные слова.

Мона сделала ко мне шаг, продолжая тянуть изломанные руки. Со светлой ленты, обмотанной вокруг запястий служанки, срывались кровавые капли.

— Мы ждём тебя, Клер, — сказала она и... улыбнулась.

Ничего страшнее мне видеть не приходилось. Тень зверя на кладбище и то так не пугала, как нежная улыбка на изуродованном ранами лице погибшей служанки.

Развернувшись, я побежала обратно. Не оборачиваясь, не дыша. Лишь безмолвно скуля от страха. Казалось, вот сейчас она нагонит, схватит. Задушит в своих кровавых объятиях, и я никогда, больше никогда не увижу брата.

Не знаю, почему не бросилась вниз, прочь из проклятого дома, а побежала к себе в комнату. В демонову спальню со столетними зеркалами! Жуткую, мрачную! Захлопнула дверь, словно та могла защитить от призрака. Прижалась к стене и чуть не завопила от ужаса, когда, соскользнув с плотно задёрнутых штор, мне навстречу поплыла тень. Догоравшее в камине пламя коснулось лица потустороннего гостя, и я не сдержала облегчённого вздоха.

— Валентайн... Знал бы ты, как сильно меня напугал!

Полупрозрачная фигура моего «рабовладельца» приблизилась бесшумно, словно туман, проплывающий над болотными топями.

— А ты меня разочаровала, — холодно ответил мужчина. Поморщился, словно собирался в меня плюнуть, и продолжил так резко, будто я разрушила всю его преступную империю: — Заказчика заверили, что в Буази отправился один из лучших моих людей. Я лично обещал, что не пройдёт и недели, как реликвия будет у него. Но что мы имеем, Клер? Ты здесь торчишь почти месяц. Месяц! Маешься от безделья! Конные прогулки, званые вечера, романтические ужины...

— И ещё более «романтические» прогулки по ночному кладбищу, — мрачно заметила я.

— Безрезультатные, — бессердечно выцедил негодяй.

— Смею тебе напомнить, артефакт не сработал!

— И в ожидании нового ты просто решила ничего не делать.

— Я не...

— Я не закончил. — Когда хотел, Валентайн мог быть и грозным, и устрашающим. И в принципе бил по нервам так, что волей-неволей начнёшь сомневаться: а так уж ли было плохо в компании Моны.

Он скользнул по мне ледяным взглядом:

— Я многое тебе дал, Клер. Тебе и твоему брату.

— Вот только не надо приплетать сюда Айвора!

Валентайн раздражённо вскинул руку:

— Ещё раз меня перебьёшь, и в Шомонд можешь не возвращаться. Я найду способ забрать у де Бургов артефакт, но ты больше не увидишь брата. Айвор смышлёный мальчишка, и мог бы многому научиться. — На полупрозрачном лице преступника появилась премерзкая улыбка. — Для таких, как он, у меня всегда найдётся работа. Кто знает, может, он превзойдёт даже нашу умницу и красавицу Клер Эверли! А может, если не повезёт, где-нибудь сгниёт!

Последнее слово он прошипел не хуже змеи. С такой злостью, почти ненавистью, что мороз побежал по коже.

— Айвор ребёнок. Для тебя вообще нет ничего святого? Шантажировать меня жизнью брата... Это низко даже для тебя, Валентайн!

Мои слова едва ли могли коснуться его сердца. Просто потому, что сердца у мерзавца не было. Я это знала, всё прекрасно понимала. Но злость, копившаяся на протяжении долгих лет, искала выход. Будь это чудовище сейчас здесь, во плоти, убила бы! С ненавистью, что сейчас бурлила внутри, сил бы хватило отправить его к демонам.

— Найди артефакт, — вернулся к единственному, что его интересовало, гад. — И как можно скорее. Заказчик теряет терпение. Я его уже давно потерял! Не зли меня ещё больше, Клер. Ты и так ходишь по краю. Так легко будет сорваться...

Теперь и мне угрожает. Мало было Айвора, решил добавить.

Демонов мерзавец.

— Твой заказчик в курсе, что здесь обитает зло? И я не драматизирую, Валентайн. Что, если всё случившееся связано с гримуаром? Не боится, что и сам пострадает? Передай ему...

— Я не посыльный, не мальчик на побегушках. Тебе дали задание — будь добра, выполни. И не веди себя как трусливая девчонка! Когда тебя пугали убийства? Что с тобой происходит? Не позорь меня!

Он всё-таки сплюнул себе под ноги, после чего, одарив меня презрительным взглядом, растворился в полумраке. Лишь голос негодяя ещё какое-то время звучал в закромах жуткой спальни:

— Найди гримуар, Клер, иначе пострадает Айвор. Ты меня знаешь: я слов на ветер не бросаю. Книга в обмен на жизнь брата. Будь разумной девочкой и выбери правильно.