Глава 8

– Ваше высочество! Ноэль! – сквозь паутину сновидений доносится смутно знакомый голос.

Разлепляю тяжелые веки и удивленно хмурюсь. В первые секунды не могу понять, где нахожусь. Онемевшая шея ноет, и ягодицы тоже. А крепкая мужская рука на талии заставляет испуганно забиться сердце. Лишь спустя несколько мгновения воспоминания прорываются в сознание и накатывают удушающей волной.

Нападение… оборотни… Бут…

Судорожный вздох срывается с губ.

– Ноэль… вы проснулись? – снова слышу голос Маркуса Вейланда.

– Да… – хрипло отвечаю и облизываю пересохшие губы.

После сна ужасно хочется пить. Да и другие потребности напоминают о себе. Интересно, насколько долго я спала.

– Мы сейчас ненадолго остановимся… – объясняет дракон. – Нужно отдохнуть и перекусить. Вы, верно, проголодались.

От мыслей о еде подкатывает тошнота. Отрицательно мотаю головой.

– Нет… Только пить хочется…

Лошадь понемногу замедляется и сворачивает к небольшому перелеску. За ним простирается уже густой лес, но углубляться в чащу из-за недолгой стоянки не имеет смысла.

Спешившись, Маркус снимает меня с лошади, и я, густо покраснев, тут же трусцой устремляюсь к кустикам. А когда появляюсь на поляне, вижу, что дракон уже расседлал и стреножил коня, а на морду ему нацепил мешок с чем-то, чем обычно так аппетитно хрупают лошадки.

– Нам тоже не мешает перекусить, ваше высочество, – распоряжается Маркус, уловив мой заинтересованный взгляд, направленный на коня.

Рассеянно пожимаю плечами, все еще ощущая легкую тошноту. Отказываюсь от предложенного хлеба с ветчиной и сыром. Но с благодарностью принимаю флягу с водой. Несколько глотков холодной освежающей жидкости творят чудеса. И остатки сонного тумана, царящего в голове, бесследно рассеиваются. Теперь можно и осмотреться и подумать о главном, то бишь, как сыграть достоверно роль принцессы. Страх, что мою маленькую тайну раскроют, по-прежнему сжимает сердце ледяной рукой.

– Нет, ваше высочество, так дело не пойдет, – недовольно ворчит Маркус. – Вам нужно поесть. Следующая остановка нескоро, а верхом употреблять пищу я бы не советовал, тем более, таким “умелым” наездникам, как вы.

– Я не голодна, – упрямо вздергиваю подбородок. – И полагаю, если меня в дороге стошнит, это тоже вам не понравится.

Дракон недовольно поджимает губы, но больше настаивать не пытается.

Еще чуть-чуть побродив по окрестностям и размяв онемевшие от долгого сидения ноги, снова оказываюсь на коне. Спина и ягодицы протестующе начинают ныть. Жесткое седло это тебе не мягкие диванчики в карете. Хотя и там за день поездки чувствовался дискомфорт во всем теле. А тут и говорить нечего. После остановки только хуже становится.

В этот раз уже не корчу из себя горделивую мадемуазель, а ерзаю во всю, удобно устраиваясь. Позвоночник лишь жалобно хрустит в ответ на мои шевеления.

Погода к вечеру основательно портится. Холодный ветер нещадно бьет в лицо, осыпая мелкими каплями осеннего дождя. Зубы начинаю выбивать чечетку. Одежда у меня хоть и теплая, но явно не предназначена для поездки верхом. Рассчитывалось-то на комфортное путешествие в теплой карете, где всегда есть нагретые кирпичи для ног и небольшая жаровня для обогрева.

Чуть замедлив ход, Маркус достает примотанное к седлу одеяло и заворачивает меня в него как куклу.

– Потерпите немного. Скоро уже покажется Теоют. Это небольшая деревушка в тридцати милях от Атара. Там мы заночуем, и на рассвете двинемся в путь.

Глубоко вздыхаю. Одеяло действительно согревает, а мысли о скором отдыхе добавляют оптимизма.

– Там есть гостиница? – на всякий случай уточняю.

А то размечтаюсь о теплой постели, а ее и в помине не будет. Слова о маленькой деревушке как-то не вяжутся у меня с приличным заведением. Отчего-то сразу вспоминаю обилие блох и бельевых клещей в средневековых палатах. Практика даже такая была – ставить ножки кровати в емкости с водой, дабы паразиты не беспокоили спящих.

– Есть трактир. Небольшой, но уютный, – отвечает Маркус.

– Без блох и клопов, надеюсь, – тихо ворчу и невольно передергиваю плечами.

– Заведение держит мой хороший друг, и за качество я ручаюсь, – недовольно рычит Маркус.

Я тихо хмыкаю. Это совершенно еще ничего не значит. То, что норма для средневековья, истинный ужас для современного человека. Вернее, для человека с Земли. Раньше я была уверена во всех постоялых дворах – мадам Кану просто не позволила бы себе ночевать в сомнительном заведении. Но чего ждать от мужчины, привыкшего в военной службе и ночевкам на голой земле. И кстати, не в логово ли убийц он меня тащит.

Снова оживают забытые страхи, и недоверие поднимается в душе. Но от моих возмущений все же есть некоторый плюс, уверена, с перепугу я сейчас веду себя как самая настоящая избалованная принцесса.

Темнота наступает внезапно, словно куполом накрывает окружающий мир, и я с удивлением замечаю, как над головой лошади повисает небольшой огненный шарик, способный осветить дорогу на несколько метров вперед.

Наверное, круто вот так владеть волшебством. Щелкнул пальцами, и вуаля – уже фонарь… жаль, что у меня такого нет. Тогда, возможно, я б не позволила с собой так обращаться. Смогла бы категорически отказаться от предложения ханарцев. Сбежать из-под стражи. Найти дорогу домой. А так приходится надеяться на других, изворачиваться и прогибаться под обстоятельства. Чувствую себя такой беспомощной, такой слабой.

Еще пару часов в темноте, и, наконец, перед нами возникают очертания маленьких сельских домишек. Они гостеприимно мигают желтыми оконцами. Слышится далекий лай собак. А в воздухе явственно ощущается запах дыма, и слабые ароматы свежеприготовленной домашней пищи.

В животе урчит. Проголодалась я не на шутку.

– Почти на месте, – подает голос Маркус.

Я тихо вздыхаю, уже мечтая о теплом очаге и горячем ужине.

Процокав копытами по пыльной, крепко утрамбованной дороге, лошадь минует символические ворота. Я еще глубже закутываюсь в теплое одеяло, выставив наружу только кончик носа. Местные шавки, учуяв дракона, затихают, лишь пушистые хвосты бьют по земле.

– Вот мы и приехали, – сообщает Маркус и  сворачивает к огромному одноэтажному зданию из бревен.

Даже сквозь закрытые окна на улицу доносятся громкие мужские голоса и звуки незнакомой мелодии.

Маркус ловко спрыгивает с коня и снимает меня, как есть, укутанную в одеяло.

Без теплого мужского тела становится холоднее. Трясусь, как в ознобе, даже кутаясь в теплую шерстяную ткань. Ноги подкашиваются от долгого сидения в неудобной позе. Их словно прошивают тысячи маленьких иголочек. С губ срывается тихий стон.

Не долго думая, дракон внезапно подхватывает меня на руки и заносит в нагретое помещение.

Разговоры стихают, как по мановению волшебной палочки. Лишь протяжная мелодия незнакомого струнного инструмента продолжает негромко звучать.

– Маркус! Поверить не могу! Какими судьбами? – слышится зычный мужской голос.

Любопытство побеждает, и я слегка поворачиваю голову, чтоб рассмотреть говорящего. Им оказывается невысокий пухленький мужчина с шикарной курчавой бородой. Будь он хотя бы на полметра ниже, я бы с легкостью приняла его за гнома. А так, обычный человек...

– Здравствуй, Вилдэр! Государственными, – хмыкает дракон. – Не найдется ли у тебя уютной комнаты.

Хозяин гостиницы выразительно поднимает брови.

– Для леди, – уточняет Маркус. – Я могу и в общем зале переночевать.

– Ну что ты, дорогой друг. Для тебя всегда найдется местечко. И для дамы твоей. И порция самой вкусной похлебки, которую готовит моя Аин, – заверяет “гном”.

Я еще успеваю мельком рассмотреть огромный зал с массивными дубовыми столами и стульями, ужинающих посетителей, как местных завсегдатаев, так и заглянувших на огонек путников, девушек, споро разносящих подносы с тарелками и кружками. А затем Маркус поворачивает вслед за гостеприимным Вилдэром к ступеням, ведущим на второй этаж, и передо мной открывается широкий светлый коридор.

Комната, в которую нас приводит хозяин гостиницы, оказывается весьма милой и уютной. Запах древесины и полироли для мебели заставляет глубоко вдохнуть приятные запахи.

– Маркус, отпустите меня, – смущенно произношу.

Чувствую, щеки начинают пылать, как в огне. Кто его знает, что подумал о нас его друг. И хоть мнение незнакомого человека не должно было меня волновать, а все же волнует. И заставляет чувствовать себя неловко.

Дракон осторожно усаживает меня на кровать и отступает на шаг. Быстро выпутываюсь из одеяльного кокона. В комнате достаточно тепло, и больше я не нуждаюсь в дополнительной защите от холода.

– Здравствуйте, – улыбаюсь “гному”.

Он неловко переминается с ноги на ногу и с любопытством поглядывает на меня. А раз уж Маркус даже ему не сказал, что я принцесса, то так и продолжим. В принципе, это в целях безопасности вполне оправдано. Зачем кому-то знать, что тут наследница Ханара.

– Добрый вечер, леди… – краснеет он.

– Вилдэр, прикажи нам принести сюда ужин. Слишком уж утомительной была дорога. Ноэль едва на ногах держится.

Снова смущаюсь оттого, что обо мне так в третьем лице говорят, словно о ребенке. И немного злюсь. Но помалкиваю. Не ругаться же с драконом при его друге. Этот Вилдэр поди точно знает, что Маркус брат короля, и ему абы кто перечить не будет, особенно бледная маленькая девчонка.

Мужчина кивает и исчезает за дверью.

– Ваше высочество, – дракон, наконец, обращается ко мне. – Сейчас мы поужинаем вместе. А ночевать я буду в смежной комнате.

Киваю. То, что Маркус будет настолько близко, за тонкой стеной, отчего-то успокаивает. Картина страшной бойни у кареты до сих пор вызывает дрожь и тошноту. И хоть помню слова Кану о возможной причастности драконов к нападению, но в глубине души, интуитивно, верю, что Маркус непричастен. И будет меня защищать.

Глаза уже закрываются сами по себе. И если б я не была так голодна, то уже завалилась бы спать. А так организм требует калорий.

Хваленая похлебка от загадочной Аин оказывается воистину потрясающей. Я с удовольствием съедаю целую миску, и не прочь бы взять добавки, да только нет ее. Зато есть пышный белых хлеб с нежными желтыми ломтиками сыра, ароматная ветчина и горячий отвар из местных трав.

После плотного ужина, глаза уже не просто слипаются, кажется, что я и так держу их закрытыми. Даже не помню, как ложусь спать. По правде сказать, вполне вероятно, что я и вовсе за столом уснула.

А на рассвете Маркус безжалостно меня будит. Легкий неплотный завтрак одолеваю в полусне, и почти все три часа, что мы двигаемся в направлении столицы, дремлю. Время от времени, конечно, просыпаюсь, чтобы окинуть мутным взором окрестности, а дальше снова ныряю в сон. После вчерашнего дня утомленному организму явно не хватило тех нескольких часов в кровати.

Окончательно удается освободиться от объятий Морфея, когда до королевского дворца остаются считанные метры. Я себе раньше слабо представляла, как будет выглядеть драконий замок, но уж точно не ожидала увидеть величественное и мрачное строение из темного, почти черного камня. Острые шпили, словно клинки, пронзают небо, а узкие высокие окна больше напоминают бойницы. Сразу видно – крепость выдержит любую осаду. И тем не менее сам замок прекрасен. Он напоминает мне обоюдоострый меч, опасный и надежный.

Звон подков по каменной брусчатке звучит громко и немного зловеще. По коже снова пробегает мороз. До моего сознания доходит, что я теперь совсем одна, одна среди драконов. В самом настоящем драконьем логове.

Нервно сглатываю и окидываю взглядом выступивших на крыльцо встречающих. Они приветственно орут, радуются, и мне становится еще более жутко. Все лица словно сливаются в одно сплошное пятно.

Кусаю в волнении губы, прислушиваясь к тому, как часто-часто в тревоге бьется сердце. Но что-то на задворках сознания будто вырывает меня из этого душного наполненного страхом тумана. Что-то заставляет вскинуть взгляд наверх, пробежаться глазами по блестящим в лучах утреннего солнца окнам, и остановится на одном, словно погруженным во мрак. В этом окне я ясно различаю замершую мужскую фигуру. И хоть не могу видеть черты лица стоящего, но сердце все равно пускается вскачь, и почему-то совсем нет сомнения, кто так пристально смотрит на меня.