Глава 38

Женя

Даже если своим появлением в «Бессоннице» у меня и не получилось застать Кирилла врасплох, то сейчас моему признанию удалось это сделать, хоть он и старался внешне выглядеть невозмутимо. В уголках его глаз выскочили морщинки, взгляд из распиливающего превратился в цепкий, внимательный, словно всё, что я сказала ему, — глобальное открытие, но это не так!

Я не прятала от него живых и настоящих эмоций, по крайней мере не тогда, когда сама себе в них призналась. И ему мне тоже не сложно признаться! Говорить о своих чувствах и желаниях мне не сложно! Всё, что я сказала — голая правда. Обнаженная, чистая! Мне хватило пяти дней, чтобы ее отыскать и принять. Я здесь из-за него, я здесь, потому что разобралась с ответом, который так и не успела озвучить, когда его пальцы побывали под резинкой моих шорт.

Он спросил — «что я готова ему предложить» …

Свои чувства!

Я готова предложить свою влюбленность, даже всего на одну ночь или неделю, месяц… Я не желала этой влюбленности и не просила её. Если бы у меня был выбор, я бы ни за что не вручила свои чувства этому мерзавцу, но у сердца другое мнение, и даже сейчас, когда от злости мне хотелось запустить в него чем-нибудь тяжелым, желание им любоваться проживало отдельной от мозгов жизнью.

Он бессовестно сексуальный! В черном костюме, с небрежно и безумно соблазнительно болтающейся на шее черной лентой. Высокий, подтянутый! Под расстёгнутым строгим пиджаком угадывалось крепкое рельефное тело, и я жадно и беззастенчиво шарила по нему глазами.

На его лице больше ни капли прежней ярости, сейчас на нем задумчивость, словно прямо в эту секунду он что-то решал, тени от преступно длинных ресниц и легкая щетина, о которую мои глаза «царапалась», игнорируя прямой жесткий взгляд.

Шумно втянув в себя воздух, Кирилл опустил напряженный подбородок. Теперь его взгляд был направлен на пальцы, которыми он постукивал по кромке стола. Ровно секунду, спустя которую он сгреб в карман пиджака телефон и ключи от машины и уничтожил расстояние между нами. Как и мою способность дышать, когда моя ладонь оказалась в его горячей ладони.

Дернув на себя дверь, Кирилл вывел нас в затемнённый коридор. Посторонние звуки, голоса, шум, всё утонуло в ощущениях «кожа к коже»! Ощущениях цельности! Я была оглушена видом наших сцепленных рук, гулом своего разогнавшегося сердцебиения и своим собственным внутренним криком оттого, как головокружительно, идеально наши ладони совпадали и как большой палец Кирилла пусть даже неосознанно поглаживал мой.

Я наслаждалась эстетикой, глядя на переплетения наших пальцев, мужское запястье, украшенное браслетом часов и тонкой полоской манжеты, пока Кирилл тянул меня за руку, не давая никаких подсказок — это его капитуляция или желание вытряхнуть меня из клуба, но для последнего «рука в руке» слишком интимный контакт.

Прохладный воздух ударил по моим пылающим щекам, ветер подхватил волосы и перекинул их на одно плечо. Возможно, на улице по-ночному прохладно, но жар ладони Кирилла и мое разогнавшееся сердцебиение отобрали способность это понять.

Я все еще концентрировалась на наших руках, стараясь «сфотографировать» их глазами и найти для этого снимка особое место в памяти, хотя больше всего я хотела, чтобы такой контакт у нас обоих вошел в привычку.

Мои предплечья в мурашках. Их стало больше, когда очередной ветреный порыв забрался под воротник и подол пиджака.

Машина Кирилла была припаркована практически у самого входа.

Звук сигнализации и щелчок.

Открыв для меня переднюю пассажирскую дверь, Кирилл отпустил мою руку, и на контрасте ощущений давление его ладони на мое плечо показалось резким и грубым. Он запихнул меня в салон, и это почти обидно.

Может, мне стоит уйти?

Меня снова взболтнуло, подняв на поверхность осадок ярости, который на время улегся на дно.

Кирилл обошел капот.

Выражение его лица сосредоточенное. Все еще задумчивое. В небольшом пространстве салона я видела это особенно ясно.

Опершись левым локтем о руль, Кирилл повернулся ко мне. Его глаза казались глубоко черными и наблюдали за мной. Не знаю, что он видел на моем лице, но я старалась не смотреть на его губы.

— Прямо сейчас я могу отвезти тебя домой, — хрипло произнес он. — Или к себе. У тебя есть выбор.

Он не мог знать, что пальцы на моих ногах поджались, зато мог видеть вспышки на коже лица и шеи и как от прилива жара внизу живота я соединила колени.

— Если я выберу второе, мы займемся сексом? — задала я идиотский вопрос, но мне до дрожи в пальцах хотелось получить ответ на него.

— Повторяю: у тебя есть выбор, — в глазах Кирилла серебристый блеск, а в моих, судя по всему, злой, потому что я ненавидела, когда он так отвечал. Так неопределённо! Вопросом на вопрос или вынуждая чувствовать себя идиоткой!

— Это значит — да?

— Женя…

— Ответь! — я повысила голос.

Кирилл снова шумно выдохнул. Провел ладонью по волосам.

— Да. Ты же этого хочешь?

— Да. А ты?

Губы Кирилла плотно сомкнуты. Он завел двигатель, очевидно не собираясь отвечать на вопрос, но я успела заметить, как он поправил брюки и шире развёл бедра под рулем.

Десять минут, в течение которых мы ехали, у меня ушли на то, чтобы держать себя в руках и не елозить по сиденью. К тому моменту, как Кирилл остановился у круглосуточной аптеки, мое нервное возбуждение от понимания куда и зачем мы едем достигло такого уровня, что я чувствовала покалывание по всему телу. И за те три минуты, пока я ждала Кирилла в машине, я не успела остыть, а разгорелась сильнее, когда, забравшись в салон, он бросил в подстаканник пачку презервативов.

Я постаралась бесшумно выдохнуть, глядя на нее.

— Ты всё ещё можешь передумать, — произнёс Кирилл, включив левый поворотник.

Демонстрируя мне свой профиль, Кирилл смотрел прямо перед собой.

— Я не передумаю.

Он оторвал внимание от дороги и повернул голову ко мне. Его взгляд «укусил» мои губы, а потом вернулся к глазам.

— Ты же не девственница?

Мои щеки вспыхнули.

— А ты хотел бы стать моим первым?

Кирилл вздохнул.

— Я не девственница, — отозвалась я. — Теперь ты найдешь моих бывших и убьешь их? — я закусила губу, чувствуя щекотку, прокатившуюся от потяжелевшей груди вниз живота.

Уголок губ Кирилла дернулся.

— Их у тебя было много? — он выгнул брови. В его голосе послышалась ирония, и это взбесило.

— Да, я пользовалась популярностью у мужчин, — огрызнулась я.

У меня был один бывший, и тот сексуальный опыт, который он оставил мне, когда бросил, годился только курам на смех.

Заинтересованным, но не менее насмешливым взглядом Кирилл сделал круг по моему лицу.

— Значит, у тебя есть предпочтения? Что допустимо, что нет… — его голос стал глубже и ниже, а напряжение в моих бедрах острее!

Не елозить в кресле уже не получалось, как и скрывать реакции своего тела, которые, казалось, Кирилл считывал как чертов детектор!

Мои предпочтения… Господи, я не знала, но хотела узнать. С ним!

— Что ты хочешь, Женя? — надавил он, не переставая взглядом терзать мои губы.

Облизнув их, я призналась:

— Всё.

Я хотела с ним всё.