Глава 39

Женя

Я обернулась, когда за спиной щелкнула сигналка.

— Может быть, я хотел побыть джентльменом… — глядя мне в глаза, сообщил Кирилл, неторопливо обходя капот.

Он о том, что я выскочила из машины, не дождавшись, когда подадут руку?

— Сегодня мне это не нужно, не утруждайся, — мой подбородок поднимался прямо пропорционально приближающимся шагам Кирилла.

Остановившись в метре от меня, он едва заметно приподнял уголок губ в ответ на мой двусмысленный комментарий.

Голова закружилась. Я сделала глубокий вдох.

Мне сложно держать равновесие, хоть я и старалась демонстрировать ему легкость, но под кожей меня болтало от волнения. От предвкушения, неизвестности, в которую собиралась прыгнуть, от странности происходящего, его правильности и одновременно неправильности. Это будоражащая смесь. Шипящая аскорбинкой в крови!

В отличие от меня внешне Кирилл выглядел невозмутимо, и только его глаза служили транслятором законсервированных эмоции, которые я научилась расшифровывать по цвету и блеску. По их полутонам, теням, по тому, как менялся оттенок, когда он меня провоцировал. Или когда его провоцировала я — как сейчас, заявив, что не хочу его джентльменства.

Я сошла с ума. Мне страшно от своего безрассудства и одновременно восхитительно. То, что я творила, — и страшно, и восхитительно!

— Ты излишне самонадеянна, — взгляд Кирилла далек от приличного, в нем джентльменства ноль, когда, царапнув мои губы, сполз по шее и утонул в воротнике пиджака. Эта дорожка на коже покрылась мурашками.

— А ты боишься облажаться? — с вызовом произнесла я.

Его губы приоткрылись в ленивой улыбке, глаза «вернулись» к моему лицу.

— Может быть… — произнес он, — у тебя же богатый опыт.

Мой богатый сексуальный опыт… Мы оба знали, что его нет.

Я стиснула губы, чтобы не позволить улыбке испортить мои попытки выглядеть самоуверенно.

Я знаю, что Кирилл не верил в мою браваду. Он видел меня насквозь, тем не менее поддерживал эту игру.

Ответ о моих предпочтениях так и остался висеть в воздухе. Без понятия из каких соображений Кирилл позволил мне соскочить с темы, возможно, это чертово джентльменство?

— Тогда тебе придется постараться, чтобы меня удивить, — я закусила губу.

Это безумие какое-то!

Мы находились на уже знакомой подземной парковке в Пойме и дразнили друг друга как два соперника перед боем при том, что оба знали, кто в предстоящей битве слабее. Оттого, что Кирилл позволял мне считать себя на уровне, возбуждало не меньше, чем его присутствие рядом.

На мою провокацию Кирилл ответил той самой ленивой ухмылкой.

Мне не приходится гадать в каком направлении двигаться. Я здесь ориентировалась и теперь всю концентрацию могла направить в то, о чем мечтала весь путь сюда.

Я втолкнула свою ладонь в ладонь Кирилла. Нагло, бесцеремонно, смело! Сегодня я собиралась ни в чем себе не отказывать, ведь у меня не было иллюзий насчет того, что эта ночь не станет единственной.

Кирилл повернул ко мне голову. Я чувствовала, как в течение секунды он изучал мой профиль, и не смотрела на него.

В ответ на его тихую усмешку я завизжала внутри себя, почувствовав, как Кирилл переплел наши пальцы.

— Довольна? — усмехнулся он.

Я быстро-быстро закивала и ткнула по кнопке вызова лифта.

— Завяжешь мне глаза? — спросила, как только вошли в кабину. Вопрос без подвоха, ведь в последний раз в этом лифте на моих глазах была черная повязка.

— Не сейчас, — низко отозвался Кирилл и нажал на «двадцать два».

От многообещающе прозвучавшего «не сейчас» меня ударило током, и я рефлекторно сжала ладонь. Сглотнула образовавшуюся во рту слюну.

Кирилл бросил взгляд на наши руки.

— Теперь я знаю, где ты живешь, — перевела его внимание на себя. — Мне стоит опасаться? — подняла к нему глаза и запуталась в его длинных пушистых ресницах.

— Скорее наоборот, — во взгляде Кирилла мерцало веселье, — это мне стоит опасаться.

Я прищурилась. Сердце ударилось о ребра.

— Намекаешь, что теперь я буду тебя преследовать? — слегка обиженно фыркнула я. — Не волнуйся, я не собираюсь быть твоим сталкером, — сообщила вспыльчиво. — Может, ещё скажешь, что я тебя принуждаю?

— К чему? — Кирилл изогнул брови, продолжая забавляться.

Его большой палец, поглаживая, снова порхал по моему.

Я отвернулась.

Цифра этажей стремительно увеличивались.

Я чувствовала на себе пронзительный взгляд. А еще аромат парфюма — густые, смолистые аккорды. Не просто запах, а отражение Кирилла.

— Женя… — надавил он, требуя ответа.

Я посмотрела на него.

— К чему ты меня принуждаешь? — хрипло спросил он, и внизу моего живота сладко заныло. — Скажи это, — Кирилл резко потянул меня за руку на себя, и я врезалась в него, обнаружив его твёрдым везде. Везде, твою мать! — Я похож на мученика или того, кого можно заставить что-либо сделать? — он толкнулся в меня бедрами, и в небольшом пространстве кабины мой шумный выдох показался оглушающим.

Двери лифта распахнулись.

Как только мы вышли, я обрела возможность сделать глубокий вдох и сфокусировала внимание на дыхании, глядя в затылок Кирилла.

Щелчок открывшейся двери мигом приземлил, и внезапно моя напускная смелость начала сыпаться как старая, облупившаяся краска.

В прошлый раз у меня не было выбора, сейчас Кирилл предоставлял его мне, предлагая самостоятельно и без давления войти в квартиру. Она утопала в темноте, но как только я перешагнула порог, свет ударил по глазам.

Кирилл вошел следом и закрыл за нами дверь, отрезая от сомнений. Я сама пришла. Это мое решение, я здесь, потому что хотела и знала, что мы оба этого хотим. Как взрослые люди. Я хотела этого с мужчиной, в которого влюблена. Хотела, даже зная, что мои чувства не взаимны, но мне достаточно его глаз на моем теле: везде, на каждом его участке, пока я нерешительно топталась на одном месте.

Мое сердце скакало, а ноги, наоборот, приросли к полу, по которому окончательно рассыпалась моя смелость.

Не отпуская моего взгляда, Кирилл отправил ключи от машины и телефон на тумбочку. Со своей микроскопической сумочкой я проделала то же самое.

И? Что дальше? Как это будет? Мы… м-мм… поговорим или м-м-м… сразу? Здесь? Или в его комнате, или… «моей»?

Твою мать. В «моей» комнате… Кажется, сотня лет прошла с тех пор.

— Много света… — не выдержав этого напряжения, я подняла голову к потолку и сощурилась. — Любишь, когда светло? — поинтересовалась.

Спрятав ладони в карманах брюк, Кирилл наблюдал за мной молча.

Он слегка наклонил голову, прежде чем отозвался ровно:

— Не люблю, когда темно, — выражение его лица тоже не выдавало никак эмоций, но в глазах мне померещился новый оттенок блеска. Незнакомый.

— Боишься темноты? — спросила я тихо.

Глаза Кирилла очертили овал моего лица.

Поняв, что ответа не получу, призналась:

— Я… тоже всегда сплю со светом.

Сказав это, я заткнулась и сжала кулаки.

Кирилл наблюдал за мной, не давая никаких подсказок, что нужно делать. Что говорить?! Проявить мне инициативу или ждать от него?!

С моим бывшим парнем все было гораздо проще. В миллион раз проще! Он приводил меня домой, когда его родителей не было, и у нас имелся примерно час на то, чтобы он успел кончить, помыться и спросить о моих планах на завтра.

— Можно мне в ванную… — это не вопрос, это причина побега, с которой, не дожидаясь разрешения, я сорвалась с места.

Я сделала воду прохладной. Остужающей мое пылающее лицо. Ополоснула руки и посмотрела на себя в зеркало. Мои щеки горели.

Взбив волосы, я заправила их за уши, а потом все вернула как было — оставила болтаться по контуру лица.

Расстегнула пиджак и сняла его, повесив тот на крючок. На коже груди и шеи расцвели красные круги. Это реакция на колошматящее меня изнутри волнение с примесью возбуждения.

То, что Кирилл в своей спальне, подсказал сочащийся по полу тусклый свет.

Он стоял спиной ко мне у окна, когда я осторожно вошла в его комнату. Темный мужской силуэт подсвечивался потолочной мягкой желтоватой подсветкой.

В этой комнате я тоже безошибочно ориентировалась, но сейчас желание освежить память начисто вышибло.

Кирилл обернулся.

Прочертив по моему телу ровную прямую линию с макушки до пальцев ног, он одним резким движением сорвал с шеи черную ленту и, сделав шаг ко мне, потребовал:

— Вытяни вперед руки.