Глава № 26 Лиза

Реальность или сон? Или фантазия больной головы? Я не понимала. Только чувствовала — крепкие, надежные объятия, а которых я так нуждалась. Эти дни прошли, как в кошмаре. И я медленно сходила с ума от страха и бессонницы.

— Поехали? — тихо спросил Соколов.

— Куда? — прохрипела я.

— Ко мне. Там ты будешь в безопасности.

Я снова напряглась. В его доме в безопасности? Чтобы сойти с ума не от страха, а от чувств, терзающих меня?

— А потом мы решим, что делать дальше, — добавил он, видя мою нерешительность.

— Почему я должна верить тебе?

Я отклонила голову и посмотрела в грустные глаза.

— Не должна. — Он мягко провел по моему лицу ладонью, убирая прилипшие волосы. — Но разве может быть что-то хуже этого?

Может, он прав. Хуже быть уже не может. Я прошла все круги ада, нуждалась в сне и отдыхе. Медленно поднялась на затекшие ноги, держась за спинку кровати.

— Надень что-то с капюшоном, чтобы тебя не заметили, если во дворе есть слежка.

Я послушно прошла к шкафу, почти не глядя вытащила вещи. Соколов наблюдал за мной, как за редким насекомым. Не торопился выйти или хотя бы отвернуться, пока я буду переодеваться. Говорить ему об этом я не решилась, и ушла в ванную.

Не стала смотреть в зеркало, представляя, как выгляжу, и умылась холодной водой. У меня было время передумать и отказаться от странной затеи ехать к Соколову домой. Но я не боялась его. Возможно, напрасно, только думать об этом не хотелось.

Мы молча спустились к машине и поехали под тихий рев двигателя. Управляя одной рукой, Соколов второй звонил по телефону.

— Федор Николаевич, добрый вечер. Это Соколов, — сказал он и замолчал. — Да, все в порядке. У меня просьба к вам будет. Дружеская.

Он снова замолчал и покивал головой.

— Мою хорошую знакомую травят дома. Запугивают, машину испортили. Можете найти и наказать хулиганов?

Я с удивлением уставилась на Соколова. Связи в полиции? Хотя, о чем это я. У бизнесменов всегда есть связи.

— Да, адрес скину в сообщении. Спасибо, Федор Николаевич, буду должен.

Он кивнул с легкой улыбкой и отклонил вызов.

— Посмотрят камеры, найдут тех, кто ходит к тебе. Припугнут, и они отстанут. Но нужно время.

Я не понимала, зачем он это делает, но принимала заботу. Так ждала от него проявления хоть каких-то чувств и вот, дождалась в тот момент, когда почти сломалась. Оказалась на краю пропасти, а он протянул руку.

От мерного гудения двигателя и легкой качки я засыпала. Меня медленно уносило туда, где не страшно и не больно. Там не терзают мысли и прошлое, а проблемы больше не имеют значения. И я не сопротивлялась. Откинула голову на спинку и позволила сну захватить себя.

Я проснулась от легкого прикосновения к руке. Резко дернулась, влетев плечом в окно машины и открыла глаза. Сквозь туман увидела взволнованный взгляд Соколова.

— Приехали, — сказал он и отщелкнул мой ремень безопасности.

Потирая глаза, я вышла из машины, ожидая увидеть огромный, новый красивый дом. Но оказалась во дворе обычной девятиэтажки. Ничего особенного — лавочки, урны, цветник у подъезда. Чисто, но не богато.

Мы поднялись на шестой этаж, Соколов открыл дверь и тут же раздалось грозное:

— Гав!

Я отшатнулась, запуталась в ногах и едва не грохнулась на лестницу. Соколов успел подхватить меня за руку и удержать на ногах.

— Не бойся, — сказал он и завел в квартиру.

На пороге сидела большая рыжая собака с высунутым языком. Она снова гавкнула, и я попыталась уйти, но позади меня раздалось строгое:

— Успокойся! Сидеть!

Собака послушно села и почти успокоилась. Точнее, успокоилась вся верхняя часть, а хвост словно шел отдельно. Он елозил по полу, поднимая в воздух шерстинки и пыль.

Я не боялась собак. Это было… неожиданно. Сколько всего я не знала о Соколове. Всегда чистый, опрятный, он держал в доме большую собаку?

Осмелев, я сделала шаг к собаке и протянула к морде раскрытую ладонь, давая обнюхать себя. Пес шумно задышал, вынюхивая чужой запах, а потом лизнул. Я погладила его по лохматой голове, услышала позади себя тихое:

— Это ты зря.

И сразу поняла смысл. Собака вскочила на лапы, шумно задышала и ткнулась в мои ноги мордой. Закрутилась вокруг себя, толкая меня бедрами и явно выпрашивая ласку. Когда она снесла меня к стене, я засмеялась и потрепала пса по спине.

— Ну всё. Больше он не отстанет, — вздохнул Соколов и отогнал пса от меня. — Иди, Рич!

Собака отошла на метр и снова вернулась, готова к очередной порции нежности. Соколов загородил меня и провел на кухню, отсекая нас от настырного Рича дверью. Пес остался в коридоре, издав совершенно человеческий вздох со стоном.

Я огляделась вокруг себя с удивлением. Обычная квартира. Не как у богачей, все довольно просто и чисто. Серый кухонный гарнитур, бежевые обои и белый стеклянный стол. Уютно. По-домашнему.

Я присела на стул и наблюдала, как Соколов достает из холодильника мясо и кидает его на раскаленную сковороду. Он ещё и готовит? Сам? Он и правда человек. И смотреть на то, как серьезный бизнесмен в белой рубашке переворачивает шипящее мясо, мне нравилось.

— Как Марьяна? — осторожно спросила я.

— Лучше, — ответил он, не оборачиваясь. — Но донора ещё не нашли.

— А другие дети?

Соколов накрыл крышкой сковородку и повернулся ко мне.

— Илюха вчера сам пошел, — с гордостью и улыбкой сказал он. — Неуверенно ещё, думаю пару недель и побежит. Диана прошла последний курс химии. Надеемся, что уйдет в ремиссию. Женьку готовимся выписать через пару недель.

— А после выписки они куда?

Он сел напротив меня, вытирая руки полотенцем.

— Обычно возвращаем в тот детдом, откуда забирали. Но сейчас хочу оставить в местном. Чтобы следить за ними.

Я слушала шипение мяса и тихий голос, впервые за последнее время чувствуя странное спокойствие. Будто я дома. Не там, с матерью и не там, где я одна. А в настоящем доме.

— Я видела на твоем компьютере вкладку как открыть детдом, — нерешительно сказала я.

— Да, это в планах. Но бюрократия, будь она неладна. Подал заявку, жду решения. — Соколов сложил полотенце на столе и повернулся к плите. — Деньги нужны, новые контракты. А я без помощницы остался, и не успеваю ничего.

Он говорил со мной, как со старой знакомой. Словно не было того месяца ненависти.

— Сергей, а что дальше? Ты привел меня к себе и?

— И мы поужинаем. — Он поставил передо мной тарелку с ароматным мясом, от запаха которого свело желудок. — Потом ты пойдешь спать. А завтра, когда я вернусь с работы, мы решим.

Я отрезала кусочек мяса, запихнула в рот и не сдержала стон удовольствия. Божественно. И почему он не женат?

— Слушай, Лиз, я думал над всей этой ситуацией. — Вилка Соколова застыла над тарелкой. — Нас специально столкнули лбами.

— Что? — я перестала жевать, чтобы не прослушать его.

— До твоего появления мне пришло анонимное письмо. Меня предупредили о твоем появлении.

Я выпрямилась на стуле и перевела взгляд на окно. На улице вечерело, и солнце уже пряталось за горизонтом.

— Юра говорил, что за компромат на тебя кто-то заплатил. Твоя мысль не лишена смысла. Но разве у нас может быть общий враг?

— Я не знаю. Надо перебирать тех, с кем ты работала. Но это завтра. Сегодня ешь и не забивай голову.

Сергей поставил передо мной стакан с водой, и вернулся к своей тарелке.

После вкусного ужина глаза слипались ещё сильнее, и я почти заснула за столом. Соколов проводил меня до комнаты, показал, где ванная, и я столкнулась с первой проблемой.

— Я не взяла вещи, — выдохнула я.

— Могу дать футболку, — сказал Сергей, и я кивнула.

После душа, в большой футболке, пахнущей им, я завалилась на кровать под одеяло. Все происходящее казалось дурацким сном, где я оказалась в квартире Соколова, в его вещах и его кровати. Только сам он ушел на диван в гостинную, уступив мне свою комнату. И принять это было крайне сложно.

Я закрыла глаза, чтобы быстрее заснуть и утром понять — это сон или нет, но из дремоты меня вырвал телефонный звонок.

— Малышка, ты как? — заголосила Лика, вырывая меня из сна.

— Хочешь спросить пришел ли Соколов, открыл ли дверь ключами, которые ты у меня стырила? Так вот ответ да на оба вопроса.

— Ой, — брякнула Лика. — Детка, ты только не дуйся, я просто хотела…

— Он привел меня к себе домой. Накормил, уложить спать в своей комнате. А ещё у него классный пес, — произнесла я с улыбкой.

— Ого! — совершенно искренне восклинула Анжела. — А ещё?

— Завтра. Я сплю уже.

— Поняла. Завтра позвоню. Нет, лучше ты сама. Целую, милая. — Она, как обычно, расцеловала телефон.

— Спасибо, Лик. За всё.

Она буркнула признание в любви, и я убрала телефон. Закрыла глаза, вдыхая запах — чужой и родной одновременно. Вцепилась руками в одеяло и с надеждой, что теперь все будет по-другому, заснула.