Глава 17

Сижу слушаю отца и не понимаю: то ди лыжи не едут то ли я…

Нет, на самом деле я доволен, как слон. Уйти в свободное плавание и делать, по сути, что душа пожелает в моем случае дорогого стоит. Но вот отца на пару с государем я никак понять не могу. Мало того, что принять малолетнего пацана на службу, так ещё и отправить к черту на кулички во главе отряда — это, как по мне, клиника, иначе и не назовёшь.

Отец, рассказав о принятом решении, как-то внимательно на меня посмотрел и неожиданно произнес:

— Тебе для подготовки к будущей войне нужно было тихое место, где нет лишних глаз? Теперь оно у тебя есть. Деньги у тебя для реализации твоих планов, я думаю, тоже будут, знаю я что ты продолжаешь заниматься своими казино. Если от меня нужна ещё какая-нибудь помощь скажи, и я помогу, если, конечно, смогу.

Вот это нифига себе папа выдал, я в первое мгновение даже растерялся, потом задумался, а уже через пару мгновений просто встал, подошёл к нему, обнял и пробормотал:

— Спасибо, папа.

Когда отстранился, с удивлением заметил у него в глазах блеснувшую слезу. Естественно, виду не подал, что я это увидел и про себя подумал: «ни хрена я не разбираюсь в людях. Все время думал, что отец как кусок бесчувственного железа, а оно вон как, оказывается… »

Понятно, что я в этот момент находился в полном раздрае чувств или, говоря проще, был как пыльным мешком прибит, но все же смог сообразить, что нужно воспользоваться моментом. Только вот как это сделать, чтобы со старта не спугнуть отца, хрен его знает, всё-таки нельзя предугадать, как он отнесется к возможному сотрудничеству со староверами, да и фиг знает, как к этому отнесутся власть имущие.

Мысли у меня в голове метались со страшной скоростью, да так, что даже голова начала побаливать, всё-таки прям перенапрягся, да оно и не мудрено от таких-то раскладов. В итоге всё-таки решился и начал говорить.

— За предложение помощи спасибо огромное, и она мне и правда понадобится в паре дел. Только очень прошу, прежде чем принимать решение, нужно ли мне помогать, выслушайте меня от начала до конца, не перебивая.

Отец с интересом на меня посмотрел и ответил:

— Говори, обещаю, что выслушаю все и только тогда приму решение, как поступить.

Ну я и выложил все свои задумки о Калифорнии, сотрудничестве со староверами и о будущем княжестве тоже (естественно, в составе России). Объяснил, что помощь мне нужна только в том, чтобы при первой встрече отец обозначил староверам, что именно я буду в дальнейшем вести все дела с ними.

Отец, как и обещал, внимательно все выслушал, глядя на меня странным взглядом, а потом спокойно и размеренно начал вещать:

— Даже спрашивать не стану, почему ты решил обратиться именно к староверам. Не самый хороший вариант, очень уж они упрямые, и с ними трудно найти общий язык. Но это ладно, сейчас иметь с ними дела не так опасно, как было ещё совсем недавно, поэтому особой проблемы выполнить твою просьбу я не вижу, но только в части присутствия на первых переговорах. Что касается собственного княжества, без одобрения государя даже заикаться об этом не смей. Не можем мы по некоторым причинам, о которых ты узнаешь со временем, быть владетельными князьями без царского на то одобрения. Поэтому дела со староверами веди, но о княжестве пока забудь… И ты обмолвился о помощи в нескольких делах, чем ещё могу помочь?

«Ну забудь так забудь, мне и обещанного за глаза, пока можно с ними поработать и в России, у меня куча идей, как заинтересовать этих людей. Хотя и идею, связанную с освоением Калифорнии, тоже откладывать не вариант. Думать надо, как и что делать, благо хоть время на это есть».

Это все мелькнуло в голове со страшной скоростью, поэтому я ответил отцу практически мгновенно.

— Ещё такое дело. Есть у нас на службе люди, которые не подходят для этого дела, да и нужны они будут для другого. Им нужно будет сопровождать обозы, которых туда придётся отправлять немало. А вот в качестве воинского подразделения лучше бы подошли обычные солдаты, желательно молодые. И ещё: можно ли решить вопрос с тем, чтобы положенное довольствие выдали деньгами, чтобы я мог сам закупить все необходимое, а не получал от интендантов? Просто у меня немного другой взгляд на потребности в таком походе, отличающийся от принятого в армии.

Отец кивнул и задумчиво произнес:

— Думаю, с этим проблем не будет, поговорю с государем, вряд ли он не откажет. Что-нибудь ещё?

— Нет, этого вполне достаточно, лишь бы теперь государь не передумал, — с улыбкой попытался пошутить я, но отец не отреагировал. Вместо этого только и сказал, что в таком случае он отправится по своим делам, а мне посоветовал не терять время и начинать готовиться к походу.

Надо ли говорить, что после разговора с отцом я напрочь потерял покой. Нет, горячиться я не стал. Вместо этого тупо забил на все свои дела и принялся с листом бумаги и карандашом думать, что мне со всем этим делать и как жить дальше. Самое поганое, что я в прошлой жизни так и не побывал на Кольском полуострове, соответственно, мало что знаю об этом крае. Даже представить не могу, чем богата эта местность. Нет, что рыбы там немерено, это понятно, но меня-то интересуют полезные ископаемые, а с этим затык. Поэтому с собой надо сразу везти пару-тройку человек, которых здесь называют рудознатцами.

Хотя в принципе, наверное, можно обойтись и без этого, ведь там рядом скандинавские страны, где можно купить все необходимое. Но тогда, чтобы наладить торговлю, нужен корабль и, наверное, не один. Соответственно, нужны и люди, понимающие в этом деле. И это ещё не все. Если уж пробовать воспользоваться новыми возможностями на все сто, то мне там вообще понадобится тьма народа, начиная от мастера, способного наладить выпуск кирпича, и заканчивая всякими литейщиками и оружейниками.

Немного подумав, я понял, что нихрена я подобным образом не надумаю. Здесь нужен какой-то другой подход. Сложно все продумать в деле, о котором не имеешь представления. Как я могу!что-либо планировать в той же металлургии, если я в этом деле дуб дерево. Нет, не совсем тёмный и поневоле из уймы прочитанных книг нахватался всякого разного. Но одно дело — что-то там когда-то слышать, а другое — заниматься этим на практике, это две ну очень большие разницы. Поэтому надо прекращать маяться дурью и вместо этого заниматься поиском людей, понимающих в том или ином деле от А до Я. Мастеров нужно искать, и пусть они думают, что нужно, чтобы получить результат, который я им обозначу. Но это ладно, все это так или иначе решу, а вот куда идти на этом полуострове, где организовывать поселение и как это вообще делать — это вопросы вопросов.

Так-то понятно, что от добра добра не ищут, и Мурманск наверняка знающие люди основывали, поэтому будет разумно строить поселение именно там, где он появится со временем, только вот в каком именно месте он находился, фиг его знает. У меня нет карт той местности, да и воспоминаний о расположении города тоже нет. Поэтому, как ни крути, а хорошо бы мне ещё до начала похода найти человека, знающего те края, а то ещё приведу своих людей вместо Кольского полуострова в какую-нибудь Скандинавию, и оправдывайся потом перед царем, что не там поселение основал. Шучу, конечно, так заблудиться — это постараться надо, но в каждой шутке, как известно, присутствует частичка правды.

В общем, если говорить честно, потерялся я слегка в ворохе мыслей, раздумьях и попытках чего-нибудь толкового напланировать. Поэтому в какой-то момент притормозил и решил, что будет разумно есть слона по кусочкам. Или, говоря другими словами, подойти к решению вопроса иначе. Для начала определиться, что мне нужно на выходе, потом разбить на этапы путь к этому результату, и только после этого начинать планировать, как реализовать каждый этап по отдельности. Можно, конечно, поступить по-другому. Сначала добраться на место, там обжиться, вникнув в местные расклады, и только потом что-то планировать. Так, может, даже было бы правильней, но, наверное, сложнее, всё-таки, пока я в столице, можно многое успеть сделать из того, что потом потребует моего непосредственного участия. Поэтому буду, наверное, начинать работать по первому варианту, а там куда кривая вывезет. А значит, начинать надо с понимания, что я хочу получить в итоге.

Главное — подготовиться к отражению нападения Наполеона. Чтобы обломать ему рога ещё на границе, нужно кучу всего нового. Первое — это нарезное стрелковое оружие, чтобы можно было бить противника на расстоянии, с которого он не сможет ответить тем же. Второе — раз Наполеона называют гениальным артиллеристом, нужно каким-то образом лишить его артиллерии, вернее найти что-то такое, что не позволит ему оперировать этим родом войск как ему захочется. Говоря проще, выбивать эту самую его артиллерию быстро и качественно, где бы она не появилась. Благодаря тому, что пушки сейчас достаточно примитивные и далеко не стреляют, здесь для решения проблемы сгодятся минометы. Как говорится, дёшево и сердито, относительно, конечно, и предполагаю, что легко не будет, но, думаю, все реально.

Следующий момент подготовки — это те же подобия монок. Тут и в обороне можно будет крови попить, и для засады, чтобы крошить противника на марше, лучше не придумать.

Собственно, уже этого достаточно, чтобы обеспечить себе серьёзное преимущество перед противником. Разве что ещё ручным гранатами обеспечить войска ну и стоит подумать над изобретением шрапнели, если она ещё не придумана. А если придумана, то усовершенствовать, благо есть понимание какое-никакое, как это должно работать.

В итоге мне в моём будущем поселении нужна собственная металлургия в полном понимании этого слова и оружейные заводы, способные производить весь перечисленный ассортимент продукции в значительных объёмах. На первый взгляд организовать все это в диком краю с абсолютного нуля нереально, да что там, и на второй взгляд тоже. Но если прикинуть, сколько у меня времени на все про все, то всё-таки есть надежда, что все может получиться. Здесь все по большей части зависит от наличия денег и людей. Если с этим проблем не будет, то при определённых условиях все может срастись.

Но это ведь ещё не все. Как по мне, сидеть возле родника и не напиться будет глупостью, да и для войны нужно не только оружие. А там море, в котором водится уйма рыбы, а для её вылова нужны свои корабли и не только. Никто не мешает заняться переработкой этой рыбы в консервы, чего сейчас никто не делает. Да и не одной рыбой богато море, там ведь плавает уйма кораблей, которые только и ждут, чтобы напасть на нас, беззащитных. Значит необходимо озаботиться и строительством военных кораблей тоже. А какие военные корабли без пушек? Правильно, никакие, значит и пушки тоже придётся изготавливать, взять-то их нам больше будет негде…

В итоге остановился я, когда начал думать, что неплохо было бы установить на наши корабли паровые двигатели.

Сам себя стукнул по лбу, когда понял, что стратег из меня тот ещё, и вместо планирования начал действовать. Первое, что сделал, — это написал письма. Одно — в наше смоленское имение с просьбой подготовить и отправить в столицу обоз с зерном из расчёта, чтобы хватило на питание полутысячи человек в течение года. Второе письмо ушло в Москву Константину Александровичу. Его я попросил ускорить переговорный процесс со староверами и по возможности постараться привезти их представителей в столицу как можно быстрее.

Следующее, что я сделал, — это уговорил деда Вахтанга отправиться в Тулу, где он должен заказать две сотни карабинов и четыреста пистолетов по образу и подобию тех, что были у моих пацанов. Притом он должен не просто все это заказать, но и проконтролировать процесс изготовления, чтобы калибр оружия был строго одинаков.

Из-за этого мне пришлось выдергивать значительные средства из нашего игорного бизнеса, которые мы планировали потратить на его расширение. Благо к этому времени казино в столице заработало, и кое-какой капитал успел накопиться.

В принципе эта экспроприация не сильно нарушает эти самые планы. Скоро, буквально в ближайшее время, должны доставить деньги с Кавказа и из Москвы, поэтому, по идее, все в этом плане у нас должно быть нормально. Да и не случится ничего страшного, если мы это самое расширение немного притормозим. Гораздо важнее сейчас подготовка к походу, поэтому я решил, что помощь Сасуна Давидовича будет совершенно не лишней. Он уже маленько пообтерся в столице, так что в некоторых вопросах помочь сможет. Так, я скинул на него поиск необходимых мне специалистов: будущих промышленников, кораблестроителей и моряков.

Сам же тоже не сидел без дела и носился по городу, раздавая многочисленные заказы на изготовление кучи разных вещей и оборудования. Заказал ещё сразу четыре полевые кухни по образцу моей. Потом, после основательных размышлений и обсуждений с отцом, сразу в несколько мастерских сделал заказ на сотню саней, но не таких, как здесь принято, а похожих на фургоны, с расчётом, чтобы внутри можно было поставить печки-буржуйки которые тоже пришлось заказывать. И, да, именно отец посоветовал не ждать весны, а выдвигаться по снегу во второй половине зимы. Как это ни странно прозвучит, в этом есть смысл сразу по нескольким причинам. Во-первых, времени на дорогу уйдёт меньше из-за более длинных переходов зимой. Лошадям сани тащить гораздо легче, чем телеги. Во-вторых, груза можно увезти несравнимо больше. И в-третьих, прибыв на место весной, мы получим в свое распоряжение целое лето, чтобы найти подходящее для поселения место и обустроить его как можно лучше. Конечно, при таком раскладе времени на подготовку к походу у меня будет меньше, но я надеялся все успеть.

Понимая, что там для нас дефицитом будет все, чего не коснись, я старался предусмотреть все и затариться по максимуму. Разошёлся так, что местные мастера начали от меня шарахаться, как черт от ладана. Утрирую, конечно, но не сильно. Они просто не успевали выполнять все мои заказы, да и не понимали, например, нафига мне нужны чуть не пятьсот металлических лопат или сотня двуручных пил, про огромное количество овчинных полушубков и валенок (благо нашлись мастера, которые умели их валять) я и вовсе молчу.

В общем, деньги текли рекой, а конца и края этой подготовке к отъезду в принципе не просматривалось. Особенно стало грустно, когда начали подтягиваться мастера, готовые сменить место жительства. Вот где началось веселье. Они зачастую нанимались либо со своими подмастерьями, либо вообще артелями, и их количество росло какими-то сумасшедшими темпами. И почему-то зачастую соглашались на переезд весьма своеобразные кадры.

У меня другой раз складывалось впечатление, что я поневоле беру в свою компанию каких-то хомяков необузданных. Все эти мастера, как только к ним приходило понимание, что здесь для них готовы приобретать все, чего бы они ни попросили, будто сходили с ума и гребли для своих будущих мастерских все, на что только хватало их фантазии. Как итог, после подсчёта транспорта, необходимого для перевозки всего купленного и изготовленного, я реально охренел. Даже по самым мягким расчетам, обоз получается никак не меньше трехсот саней. А это ведь ни много ни мало, а шесть сотен лошадей и триста одних только возчиков.

В общем, я понял, если я не умерю аппетит, то останусь не только без денег, но и просто не смогу дать ладу всему этому столпотворению. И так уже нахапал чуть ли не больше, чем смогу переварить. Одних моряков без малого полсотни, притом из них два десятка, если можно так выразиться, из среднего командного звена. И только двое, способных выполнять обязанности капитанов. Кораблестроителей мы привлекли сразу две артели общим числом сорок три человека. Кузнецов, литейщиков, рудознатцев, медников и даже чеканщиков со всяким подмастерьями набралось чуть больше тридцати человек. Больше всего было людей, способных изготавливать кирпич, и строителей — их набежало около семидесяти человек. А вот с оружейниками беда. Я имею в виду специалистов, которые конкретно занимались именно изготовлением огнестрельного оружия. Такой мастер нашёлся только один, да и тот обрусевший немец, зато с ним было сразу четыре подмастерья, но это, как по мне, вообще ни о чем. Учитывая мои планы, этих людей и близко не хватит. Но об этом я буду думать позже, сейчас и так размахнулся — дай бог вывезти.

Эта толпа народа хоть и напоминала цыганский табор, особенно когда они собрались все вместе, (а я постарался притащить всех в усадьбу, как можно раньше), но зато восприняла меня если не командиром, то господином, к словам которого надо прислушиваться.

А вот выделенные мне солдаты, которых надергали из разных частей в общей сложности сто пятьдесят человек, вызывали вопросы. Их, похоже, отдавали по принципу «на тебе, боже, что нам не гоже». Нет, все они были более-менее молодые и здоровые, как лоси, но вот с дисциплиной у них беда.

По крайней мере, когда я подошёл и велел построиться, они на меня посмотрели, как на заговорившую вошь, и просто проигнорировали приказ.

Нет, я и сам закосячил, потому что был в гражданской одежде, но я все равно разозлился не по-детски и звонко произнес:

— Либо вы, ребята, сейчас построитесь и внимательно выслушаете, что я вам скажу, либо вас все равно построят, но уже при помощи нагаек, и вы все равно услышите, что я хочу вам сказать.

Часть этого сброда, а солдатами их язык не поворачивался назвать, начали вразвалочку, очень не торопясь, строиться, а другая часть так и продолжала о чем-то разговаривать, не обращая на меня внимания, а я неожиданно успокоился. Повернулся к своим казакам и негромко произнес:

— Поднимайте сотню и ведите сюда, будем уму-разуму учить.

Нет, может, если бы эти горе-солдаты были вооружены, я и не стал бы так поступать, но раз они безоружны, я решил сразу показать, кто в доме хозяин.

Сотня охранников, среди которых в основном были горцы, подскочила верхами уже минут через десять и, похоже, казаки успели рассказать народу для чего они мне понадобились, потому что стоило мне произнести «постройте этот сброд, только никого не покалечьте», как они справились с задачей мухой, будто всегда только этим и занимались. Даже нагайки использовали не очень часто. Да и до солдат, похоже, что-то дошло, поэтому большая часть успела встать в строй до того, как их начали хлестать всадники. Когда они построились, я обратился сначала к всадникам по-простому:

— Ребята, проследите, чтобы все эти дятлы услышали, что я им буду говорить, если увидите, что кто-то из них слушает невнимательно, выдерните его из строя и всыпьте десяток плетей.

Солдаты напряглась и почему-то и правда слушали мою речь очень внимательно. Да я, собственно, и не стал особо разглагольствовать и ввёл их в курс коротко.

— Если вы ещё не поняли, я ваш новый командир, и в дальнейшем только от вас самих будет зависеть, как вы будете жить и служить. Честно сказать, мне абсолютно все равно, нравится вам все происходящее или нет. Скажу раз и повторяться не буду: у вас всего два варианта. Либо вы станете образцовыми солдатами, выполняющими мои приказы без раздумий, или сдохнете. Мне без разницы. В крайнем случае, если вы всё-таки решите дружно умереть, пришлют других. Собственно, на этом все. Через десять минут вас ждёт небольшая пробежка с детьми, и вы сами поймёте, насколько вы ущербные. А чтобы у вас во время бега не возникло желания отдохнуть, ребята за вами присмотрят, — с этими словами я кивнул на всадников и добавил, уже обращаясь к охранникам — Присмотрите же?

Те только заухмылялись, а один из казаков по примеру моих ребят ответил:

— Присмотрим, командир, не сомневайся.

Собственно, вот такое вот неоднозначное получилось у меня знакомство с подчиненными. Первую пробежку я им устроил длиной километров в пять, и выдержали они её с трудом, растянувшись при этом чуть не на километр. До этих солдат очень быстро дошло, что просто не будет, да и смотрели они на бег моих ребят, которые двигались дружным строем, очень уж удивлённо. Но сами виноваты. Зверствовать и издеваться над солдатами я не собирался, но вот научить субординации и объяснить, что такое дисциплина, мне пришлось, и учёба затянулась чуть не на месяц.

Я просто устроил им что-то вроде курса молодого бойца, дав такую нагрузку, что ни о думать, кроме как упасть и поспать, чтобы хоть немного отдохнуть, они в принципе не могли. При этом сопровождавшие их везде и всюду охранники по моей просьбе внушали солдатам одну простую мысль: тот, кого я считаю своим человеком, живёт припеваючи, хоть и трудится немало, а вот остальные, наоборот, хоть и живут, но недолго и очень плохо.

Забегая вперёд, скажу, что со временем мы нашли с солдатами общий язык, более того, они действительно стали именно моими людьми и не потому, что боялись наказания или по другой подобной причине, нет. Зауважали, потому что я, гоняя их как сидоровых коз, сам при этом делал все то же, чем грузил их, и они это оценили. Да и разговоры с моими ребятами помогли, вариться ведь всем пришлось в одном котле.