Глава 9

Всё-таки везёт мне в этом времени на хороших людей.

С тётей Тамарой мы поговорили прямо в подвале, не сходя с места. На её вопрос «О чем говорить-то?» я ответил конкретно, с пояснениями.

— Я знаю, как правильно изготавливать коньяк. Вы ведь слышали об этом напитке?

Дождавшись, когда тетя кивнет в ответ, я продолжил:

— А ещё знаю, как сделать хорошую водку из винограда, которая будет ничуть не хуже коньяка. Учитывая, что здесь много виноградников, а мои напитки в той же столице будут стоить очень дорого, через несколько лет можно стать по-настоящему обеспеченными людьми. Я помню, что мне запрещено заниматься какими-либо делами, но вам ведь этого никто не запрещал, верно?

— Ишь, как все хитро вывернул, не зря тебя отец хочет оградить от купеческих дел. Настоящий змей-искуситель, — задумчиво ответила тётка. Странно, что ещё не спросила, откуда мне знать, как делать напитки. Но комментировать-то её слова как-то стило, и у меня было что сказать.

— Скажите, тётя Тамара, а кому будет плохо от того, что я к моменту моего взросления стану богатым, обеспеченным всем необходимым человеком?

— Отец хочет, чтобы ты стал военным.

— И как это мешает тому, чтобы быть ещё и богатым? Неужели будет лучше, если я буду сидеть на голодном пайке, героически преодолевая трудности и лишения? Да и кто, стесняюсь спросить, решил, что иметь деньги — это плохо?

Тётка, слушая меня, параллельно о чем-то размышляла. Вообще у меня сложилось впечатление, что она последние сказанные мной слова если не пропустила мимо ушей, то слушала невнимательно, а когда я закончил говорить, встряхнула головой и произнесла:

— Без одобрения дяди Вахтанга даже говорить об этом не хочу.

Чуть не выматерился в ответ, но сдержался и ответил спокойно:

— Значит пойдем разговаривать с дедом.

Деда застали за беседой с оружейником, который привёз на продажу мои пистолеты. Эти двое о чем-то разговаривали на грузинском языке, причем очень экспрессивно. Правда, при нашем появлении чуть сбавили накал, но не особо-то сильно и беседу прекращать или переходить на русский язык даже не подумали. Собственно, к этому моменту я уже мог улавливать тему беседы. Не все понимал, но многое. А спорили они о заказанном мной стволе для винтовки, вернее о калибре этого ствола. Дед убеждал мастера, что делать такой мелкий калибр — это баловство. Мастер же в свою очередь говорил, что ему вообще все равно, какой ствол изготавливать, но для ребёнка нормальный калибр не подойдёт, так что и смысла его делать сейчас нет.

Странные они, эти двое. Дед странный потому, что не спросив меня начал вносить изменения в сделанный заказ. Мастер в свою очередь странный что отказывается от этого самого заказа, хотя казалось бы какая разница за, что ему получать деньги. В общем, просто сюр. Понятно, что я не постеснялся спросить:

— Дед Вахтанг, а ничего, что это мне надо ружье, и я уже определился с калибром ствола?

— Ай, только деньги зазря хочешь потратить. Какой толк от такого мелкого калибра? Только мышей пугать.

— Ну хоть я научусь стрелять и попадать, — заметил я с улыбкой. Дед даже секунды не думал и сказал:

— Вот теперь понятно, что ты задумал. Научиться стрелять надо, и я не против подходящего оружия. Но тогда почему ты заказываешь только ствол?

— Потому что мне не нравятся обычные ружья. Поэтому сначала мастер изготовит ствол, а потом уже мы обговорим с ним, как будет выглядеть само ружье.

Тут уже оба собеседника посмотрели на меня с недоумением, а дед ещё и прокомментировал:

— Интересно будет посмотреть, что ты задумал.

Собственно, на этом разговор с оружейником закончился. Дед рассчитался за покупку, передал мне деревянную, красиво оформленную шкатулку с пистолетами, в которой я помимо самих пистолетов обнаружил ещё и пулелейку с небольшой пороховницей. Приятный бонус, но пулелейку придётся переделывать. Не сейчас, понятно, позже, но придётся. После этого мы проводили мастера, и у нас с тётей Тамарой наконец появилась возможность завести разговор с дедом о моей идее производить качественное спиртное.

Как и следовало ожидать, поначалу дед даже слышать не хотел слышать ни о чем, что не было бы связано с военной подготовкой. Но на вопрос «Для себя-то можно изготовить?», подумав, ответил:

— Для себя можно. Даже интересно будет попробовать, что ты там придумал.

Я тут же с гаденькой улыбкой спросил:

— А отцу в подарок тоже, наверное, можно отправить?

Дед, с подозрением на меня взглянув, снова кивнул, а я продолжил:

— Тогда, наверное, и для друзей отца можно изготовить, он ведь наверняка захочет их угостить. А вдруг вообще захочет царю подарить? Вот где будет афронт, когда и придворные захотят попробовать, а предложить им будет нечего. Так ведь можно и врагов нажить на ровном месте.

Тётка Тамара после этого моего спича реально начала ржать как лошадь перепуганная, а дед только сплюнул с досады и сказал как отрезал:

— Денег не дам.

Сам хотел уточнить, но тётка Тамара опередила:

— Денег не дашь, а без денег ему… — тут она ткнула в меня пальцем, — можно озаботиться изготовлением?

— И ты туда же, Тамара, — даже сплюнул дед. — Ладно, рассказывайте, что вы там задумали, заговорщики.

Тётка, взглядом как будто подбадривая, кивнула в сторону деда, дескать, давай, рассказывай. Я и начал.

— Давайте договоримся сразу, на берегу. Я все расскажу, помогу наладить и даже научу, как потом правильно все продать, чтобы была наибольшая выгода. Сам я, понятное дело, этим заниматься не смогу, поэтому вам придётся все делать без моего участия. Запрет отца никто не отменял, а подводить я вас не хочу, — на этих моих словах дед одобрительно кивнул. — Но просто так я делиться своими знаниями не намерен. Хочу, чтобы мне принадлежало не меньше половины будущего предприятия

Прежде чем дед успел что-то сказать, я выставил ладошку в его сторону, и он только крякнул, услышав такое условие.

— Это первое. И второе. Раз вам не позволено давать мне деньги, я хочу, чтобы у моих сопровождающих всегда была с собой приличная сумма, которую они могли бы тратить на то, что мне захочется приобрести. Думаю, рублей сто хватит для начала, а там посмотрим.

Тут уже тётка, не удержавшись, заметила:

— Ну и запросы у тебя, совсем не детские.

Дед тут же добавил:

— Морда не треснет от счастья? Половину ему отдавай, — секунду поглядел на меня пристально и добавил: — Нам, значит, деньгами своими рисковать и работать, а он будет только прибыль подсчитывать.

— Дед Вахтанг, давайте посмотрим на это по-другому. Допустим, я вам расскажу, как изготовить коньяк, и на этом все. Что из этого получится?

— Что? — спросил дед, не удержавшись.

— А ничего не получится. Вы изготовите, может, даже много, и будет он у вас годами стоять в подвале. Или вы продадите его по цене самогона и будете проклинать меня на все лады, что я втравил вас в убыточное дело. Хуже того, вскоре здесь все будут делать такой коньяк, и вы останетесь у разбитого корыта не понимая, что делать со своими запасами. Согласившись же на мои условия, вы гарантировано станете богатыми людьми. Есть разница?

— Разница есть, — задумчиво произнесла тётя Тамара. — А сколько денег понадобится?

— Фиг его знает, считать надо, но сначала стоит понять, насколько серьёзно мы хотим в это все лезть. Если совсем серьёзно, то денег надо будет много, потому, что придётся строить целый завод. Да и купца толкового надо будет привлечь в нашу компанию, сами-то торговать не сможем.

В общем, в этот раз мы ни до чего не договорились. К деду Вахтангу кто-то там пришёл, и ему пришлось нас покинуть, но он успел напоследок сказать, обращаясь ко мне:

— Ты бы, Ваня, посчитал, во что это все обойдётся, тогда и думать будем.

— Посчитаю, но мне нужна помощь знающего местные расценки человека, самому узнавать долго.

— Я помогу, ведь я здесь знаю все и всех, — тут же вызвалась тётя Тамара.

— На этом и порешим, — подвёл итог разговора дед Вахтанг.

Следующую неделю мы с тётей Тамарой пахали как лошади загнанные. Посетили кучу мест, где узнавали, смогут ли для нас изготовить то или иное оборудование, и прикидывали, во что это все обойдётся. Встречались с людьми, способными быстро и качественно построить нужные нам здания и сооружения. Выясняли, сколько здесь растет винограда подходящих сортов, из которого можно будет изготовить коньяк. С этим здесь оказалось не все гладко. Поэтому пришлось узнавать ещё и насчет земли, подходящей для выращивания винограда. В общем, перелопатили гигантский объем работы и пришли к однозначному выводу. Все реально, но не очень быстро, и начинать придётся не с коньяка, а с чачи. При этом больших денег на старте нам не нужно. Самое дорогостоящее, во что придется вложиться уже сейчас, это покупка земли и доставка сюда саженцев винограда, на который мы будем делать упор. Опять же, земли нужно не то чтобы много, только для того, чтобы иметь запас, позволяющий быть независимыми от внешних факторов. Говоря проще, мы решили в основном заключить договора с местными землевладельцами, которые будут выращивать для нас необходимые сорта винограда и продавать его нам по строго фиксированной цене. А вот чтобы избежать давления со стороны этих землевладельцев, если они захотят нарушить договорённости, и нужна своя земля с виноградниками.

В итоге для начала нашей деятельности понадобится в общей сложности примерно пять тысяч рублей на серебро, но это если не заморачиваться на старте строительством подвалов и обойтись только подобием цеха, где мы будем готовить брагу и перерабатывать её в самогон, а потом и в чачу.

Сумма, кстати сказать, получилась немаленькая, но и не сказать, что запредельная, но, как выяснилось, таких денег у моих компаньонов не водилось. Всего у них на двоих нашлось около трех тысяч рублей. Поэтому сразу встал вопрос привлечения в нашу компанию стороннего человека, способного не просто внести необходимые средства, но и возглавить задуманное, выполняя роль своеобразного управляющего. И да, дед Вахтанг с тётей Тамарой на мои условия согласились, но с оговоркой, что раз я хочу половину, значит и денег должен внести именно половину. При этом их не интересовало, где я их возьму, и не смущал тот факт, что все это придумал я. Либо так, либо никак. Правда, я смог выторговать себе разрешение до поступления в гарнизонную школу заниматься здесь чем угодно, невзирая на запреты отца, но не в ущерб занятиям с учителями.

Дед Вахтанг согласился, но с оговоркой, что отправит отцу письмо, в котором расскажет, что мы тут делаем, и в случае, если тот запретит, мы немедленно прекратим, невзирая на потерю денег. Пришлось мне и на это соглашаться, деваться ведь некуда. Правда, была у меня надежда, что пока письмо дойдёт до адресата и сюда будет доставлен ответ, мы успеем все запустить и наладить так, чтобы это работало и без нашего участия. Поэтому сильно я не переживал.

В целом меня все устроило ещё и потому, что в гарнизонную школу принимают только с семи лет, так что у меня появилась уйма свободного времени. Осталась сущая мелочь — придумать, как за относительно короткое время, имея мизерный стартовый капитал, заработать приличные деньги.

Так-то на первый взгляд ничего сложного. Покупай здесь товары, которые мой купец у нас продаст за хорошие деньги, и дело в шляпе. Моих денег, о которых никто не знает, вполне для этого хватит. Но все упирается в ограничение по времени, поэтому надо думать, как можно прокрутить мой стартовый капитал здесь и быстро.

Понимая, что если и можно найти решение этого вопроса, то на местном базаре, я решил ещё раз погулять там и подумать, что я могу предложить местным такого интересного, что позволит мне быстро достичь желаемого результата.

Когда я озвучил решение отправиться на базар, в попутчики мне неожиданно напросились тётя Тамара и муж. Кстати сказать, дядя Рафик, её муж, был азербайжанцем, неизвестно каким ветром занесенным в эти края, и формально он был главой семьи. На самом же деле, как по мне, он был самым что ни на есть обычным разгильдяем, который не расставался с кальяном и до дрожи в коленях боялся свою супругу. Все у них в семье решала тётя Тамара, и дядя Рафик только важно кивал, соглашаясь с её мнением и не заморачивался над тем, что она исполняет его обязанности. На самом деле, учитывая местный менталитет, странные у них отношения, но это их дела, и вмешиваться в них я не буду ни при каких раскладах.

Из-за них мне пришлось добираться до базара на странного вида пролетке, полу-арбе, полукарете. Никогда раньше такой не видел. Но оно ехало, поэтому я не стал особо вникать и разбираться, что это на самом деле. По дороге тетя Тамара рассказывала, кому какой особняк принадлежит, и неожиданно бросила фразу, которая меня заинтересовала и натолкнула на мысль, как поднять денег не только сейчас, но и в перспективе тоже. А сказала она, что очередная усадьба на нашем пути принадлежит какому-то купцу и что он её превратил в своеобразное игорное заведение, где собираются все знатные люди города. Сказала это все со смешком, что, типа, мне в моём возрасте дорога туда заказана. Я же расплылся в довольной улыбке, подумав про себя: «интересно, а местные знают что-нибудь о рулетке?»

Понятно, что я сразу же начал расспрашивать, как в этом особняке все устроено. И если тётя Тамара ничего внятного сказать об этом не смогла, то дядя Рафик под изумленным взглядом жены очень толково поведал, что там и как. Надо отдать должное тёте Тамаре, она хоть и была удивлена, но вопросы мужу задавать не стала. Молодец, что ещё скажешь, умная женщина. Но это так, отметил мимоходом и плотно задумался.

Если организовать в городе что-то похожее на казино, то, учитывая, что относительно богатых людей здесь немало, можно очень даже быстро увеличить свои капиталы. Но если уж лезть в подобное дело, то делать это нужно по-взрослому. Слишком мелко для меня ограничиться одним городом, ведь казино — это не только деньги, но и средство определенного влияния, и это даже если не считать возможность потрогать за мягкие места уйму нужных людей, при помощи которых можно будет решать дела на порядок проще, чем без них.

В общем, мне нужно подойти к этому делу со всей серьезностью, и главное — каким-то образом замутить все так, чтобы об этом не узнал дед Вахтанг и тем более отец. Эти двое точно не одобрят эту историю. А вот тётя Тамара? Тут надо подумать, вроде она очень даже здравомыслящая женщина и умеет слушать, а главное — слышать чужие аргументы. Если грамотно преподнести и обосновать ей моё желание развить такое дело, может, она и захочет помочь, а без помощи мне при всем желании не обойтись.

Обдумав возможность провернуть все втихаря, я уже на базаре, улучив момент, шепнул тётке, что нам с ней хорошо бы поговорить тет-а-тет, на что она отреагировала сразу и вполне нормально. Тут же заявила, что ей хочется побаловать ребёнка сладостями, нагрузила дядю Рафика уймой заданий, сопровождению из грузинов с казаками дала денег и велела покушать в соседнем с местом, где мы сели, духане и таким образом обеспечила относительно приемлемые условия для нашего разговора.

Честно скажу, убедить женщину помочь мне с моими задумками подобного рода было непросто. Смог я в итоге, только рассказав ей о помощи предков, которые предупредили меня о грядущей большой войне, в которой погибнет даже мой отец, если я не смогу изменить предначертанное, всерьёз вмешавшись в ход событий. Вот услышав о гибели Багратиона, она и сломалась. Но все равно до мельчайших подробностей расспросила меня, что, как и почему я собираюсь делать.

Пришлось мне сдаваться ей, чуть не полностью рассказав об организациях из будущего, способных собирать нужную информацию, работать с проигравшимися чиновниками и прочее другое. Пытала меня тётя Тамара не хуже матерого следователя и только головой качала, слушая мои рассуждения о тех или других вещах.

В итоге мы с ней всё-таки договорились и стали своеобразным заговорщиками. Уже в конце она, как бы закрепляя наши соглашения, сказала:

— Узнает твой отец, он меня точно прибьет.

— Не узнает и не прибьет. Мы ведь никому не расскажем?

Тётя Тамара взъерошила мне волосы на голове, по-доброму улыбнулась и ответила:

— Не расскажем, но будет непросто.

Уже закончив со сладостями и дожидаясь возвращения дяди Рафика, я спросил:

— Тётя Тамара, а нет ли у вас случаем знакомого купца не из последних в этом городе, что у него было шило в непотребном месте и чтобы он умел себя вести в приличном обществе?

Как ни странно, тётка не задумываясь ответила:

— Есть такой. Он из армян, очень не глуп, не трус, хорошо образован и, как ты говоришь, с шилом в непотребном месте. Из-за этого шила он сейчас в не самом хорошем положении. Потерял два каравана подряд и только чудом не угодил в долговую яму. А зачем тебе такой человек?

— Тёть Тамара, ну не мне же заниматься будущим игорными домами!

Тётка хмыкнула и произнесла:

— Этот точно подойдёт. Только познакомлю я вас через пару дней, сначала сама с ним поговорю, — она немного подумала и добавила: — Должен он мне. Жизнь должен.

Вот так вот, жизнь и не меньше. Посмотрим на этого купца, но для этого края подобный долг — это серьёзно, очень серьёзно.

Пока мы с тётей Тамарой носились по городу, составляли бизнес-план будущего производства спиртных напитков и занимались другими не менее важными делами, дед Вахтанг тоже не сидел без дела. Как я уже сказал ранее, он попытался пристроить меня в гарнизонную школу, а когда это не получилось из-за возраста, не успокоился и предпринял другие, очень нетривиальные шаги, чтобы занять меня в свободное от учёбы время.

Так у нас в усадьбе в какой-то момент появился сначала один грузинчик лет семи, а потом и ещё парочка.

На вопрос деду, нафига мне нужны эти дети, тот безапеляционным тоном заявил:

— Тебе, Ваня, надо общаться со своими сверстниками, искать друзей, а эти дети из очень хороших семей, может, вы и подружитесь.

Подумав над его словами я понял, что он прав во всех отношениях, и дело тут не в общении, а в том, что мне по любому придётся формировать себе команду, так почему не заморочиться этим уже сейчас. Вырастить её так сказать с пыленок и это будет гораздо лучше чем потом подбирать в себе уже сформировавшихся молодых людей. Собственно поэтому и спорить не стал, вместо этого, предложил деду немного расширить его начинания. Подобрать не трех детей, а десяток или полтора и не только из грузинских отпрысков. Но при этом пославил ему условие, если уж мне предстоит с ними возиться, значит и учиться они должны вместе со мной, а ещё, все они будут находиться рядом со мной только в том случае если у меня получится найти с ними общий язык. В противном случае прогонять буду без всякой жалости.

Дед с моими условиями согласился, и вот так совпало, что по возвращении с базара меня в усадьбе ожидала целая толпа малолетних разбойников. Дед не стал мелочиться и собрал здесь сразу два десятка детей и сейчас пытался меня с ними познакомить. Так, как он сам путался кто из них чей сын, то получалось это у него не очень.

Глядя на этот цирк, я только и подумал про себя, «просто не будет ещё и потому, что очень уж пестрая эта толпа ребят разных национальностей» похоже дед Вахтанг подошёл к решению проблемы со всей серьезностью и услышал мои слова в полной мере, а вот, что из этой затеи получится, покажет только время. Сейчас же, глядя с улыбкой на это столпотворение я громко спросил

— Что ребят, может пойдём из пистолетов постреляем?

Дед только и сделал, что прикрыл лицо ладонью, стоящие рядом казаки заулыбались, а тётя Тамара наоборот нахмурилась и спросила

— Ваня может пока без стрельбы обойдетесь?

На что я глядя как загорелись глаза ребят ответил

— Нет Тёть Тамара, слово сказано, да и давно пора проверить в деле мои пистолеты.

Стрельбы решили организовать здесь же в усадьбе, на её окраине, возле глухого глиняного забора. И ведь, что характерно, никто и не подумал в тот момент, что устраивать стрельбу чуть не в центре города может быть плохой идеей.

Поначалу все шло замечательно. Отставные солдаты, которые пожелали поехать со мной и как-то органично вписались в компанию с охраняющими меня казаками и грузинами, в коротком споре отстояли себе право перезаряжать пистолеты, и мы начали палить куда попало в сторону забора. Честно сказать, было непросто, и я сам чуть не уронил пистолет после выстрела, хоть и держал его двумя руками. Мои же будущие товарищи постоянно роняли оружие. Зато ребята постарше, а среди нас чуть не половина были девяти-десятилетние подростки, стреляли вполне уверенно.

Так вот, все было замечательно и весело. Мы даже успели познакомиться друг с другом, всё-таки перезарядка требовала немалого времени. А потом через забор к нам полезли солдаты.