Глава 6

— Интересно ты гостей встречаешь, — медленно растягивая слова, произнес Славик.

— А я ночью всегда радушная.

Все. Чтобы он там не говорил, чтобы не делал просто возьми и захлопни эту чертову дверь. Ну же, Лен, давай! Захлопни ее, а не стой и пялься на мокрую облипшую рубашку и взъерошенный вид мажора, которого так и хочется прижать к себе и не выпускать до самого утра.

— Я на такси, — зачем-то поясняет он, стряхивает капли с лица.

— Ладно проходи, — сторонюсь, ругая мысленно себя, на фига я это вообще сказала.

Замечаю краем глаза, как он ухмыльнулся но, увидев, что я прищурилась, пытаясь понять его мотивы, делает жалкий обвиняющий вид.

— Ванная там, — указываю на дверь слева. — Умеешь стиралкой пользоваться?

— Умею, — деловито произносит, удаляясь в ванную комнату.

— Охотно верю.

Хотя ни хрена я не верю.

Иду сначала на кухню, оставляю кастрюлю там, потом семеню в зал, беру сумку в руки и роюсь в поиске пачки сигарет. Ну и где она? Блин, забыла у Ольги дома. Та самая заначка с холодильника.

— Черт! — бухчу под нос, как можно тише, чтобы не в меру наглые ночные гости не услышали.

— Что там у тебя? — лениво доносится из ванной. Вот у него слух!

— Сигареты забыла у подруги.

— Подожди я сейчас. — Жду. — Одна сухая осталась. Лен штанов никаких нет?

— Могу платье предложить, если хочешь, — хихикаю, представляя мажора в моем сиреневом коротком платье и без трусов. Яичница на вынос, называется.

— Тогда я выхожу… голый, — пугает меня мальчик елейным голоском.

— Не надо! — срываюсь на крик. Не хватало мне еще голого его увидеть. Тогда точно сорвусь. — Я тебе полотенце сейчас принесу.

Несу. С закрытыми глазами несу, чтобы не видеть его омлет. Ориентируюсь руками. Захожу в ванную, спрашиваю:

— Ты где?

— Ближе чем ты думаешь, — доносится сбоку.

Закрытые глаза, обостренные чувства. Бросило в жар от теплого дыхания рядом. От свежего теплого дыхания. Точно! Он даже не пил в клубе. По крайне мере не при мне. Я этого не видела. Тогда спрашивается, какого хрена на такси приперлися?! Будет еще один повод наведаться на балкон, машину-то я его видела.

— Держи, — напоминаю про полотенце, протягиваю его в сторону, где находится Славка.

— Спасибо, — берет, невзначай касается моей руки. Хотя какой там невзначай, специально провоцирует.

Отдергиваю быстро руку, отворачиваюсь, все так же не смотрю, никуда блин не смотрю и поэтому врезаюсь лбом в косяк.

— Твою мать! — жалобно пищу.

— Спасибо, что напомнила, — пренебрежительно фыркает тот, из-за которого теперь у меня на лбу будет рог, — я же обещал матери позвонить.

— Что жесткий контроль? — потираю шишку.

— Нет, — недовольно произносит, — по одному очень важному делу. Дай посмотреть, — разворачивает меня. — Лен открой глаза, я не такой уж и страшный, он тоже не страшный, не укусит, не переживай¸— смеется этот наглый тип.

А я с замирание сердца открываю глаза, смотря почему-то на полотенце вокруг его бедер. Блин, надо же быть таким сексуальным ходячим мажором! Щеки опаливает румянец. Я поднимаю голову и натыкаюсь на блуждающую полуулыбку.

А затем эта полуулыбка непонятная на лице произносит:

— Тебе нужно лед приложить.

Обходит меня, виляя своим задом. Хорошо, он не виляет, он же не девчонка, но походка ммм, так и хочется подбежать сорвать полотенце и шлепнуть по его сочной попе.

Мажорик нашел кухню, включил свет, это хорошо видно по темному коридору, и, кажется, парень орудует в моем холодильнике или морозилке.

Натыкаюсь взглядом на мокрую пачку сигарет и на одну сухую, рядом лежащую сигаретку. Беру в руку, в зале подбираю с дивана зажигалку, иду на балкон. Не успеваю прикурить, у меня самым наглым образом забирают все, протягивают лед, обмотанный в кухонное полотенце. А он, оказывается, хорошо ориентируется в чужом доме, знает, где полотенца лежат. И ведь они вовсе не на видном месте — в шкафчике сбоку от кухонной мебели салатового цвета.

Одним словом — мажорик, который не знает элементарных правил гостеприимства. Ведет себя словно он тут хозяин, как и везде впрочем. Вон покурить не дал.

Морщусь, смотря на парня, прикладываю лед ко лбу. Неприятное ощущение.

— Давно куришь? — беспечно интересуется Слава и прикуривает, глядя на меня.

— Года два, — пожимаю плечами.

— Значит еще не поздно, — он сильно затягивается, подходит ближе ко мне.

Я теряюсь. Я! Да у меня от одного его вида печень в организме дрожит, а сердце трясется: «Ну, давай, попробуй этого мальчика. Ты многое потеряешь, если не трахнешь его прямо сейчас».

Сердце, слышишь сердце, заткнись со своими ненужными советами!

А чего это мажорик удумал, нависая над моим метр с дынькой?! Потом вспоминаю его последние слова, про то, что не поздно.

Про что это он интересно?

— Что не поздно, — затравленно интересуюсь, потому, как нас разделяет всего каких-то пару сантиметров.

— Не поздно бросить.

Снов затягивается, а в следующую секунду, наклоняется, хватая мой подбородок, и выдыхает дым в приоткрывшиеся от удивления губы. И пока не опомнилась опять затяжка, и теперь поцелуй вперемежку с дымом.

«Давай, сорви с него полотенце, сними с себя майку и трусы! Ну же!»

«Сердце, иди на хрен, не мешай!»

Выброшенная сигарета и тихое:

— Эта была последняя. С сегодняшней ночи больше не курим.

— Совсем, — округляю глаза.

— Совсем.

Ну у него и замашки!

А потом он подхватил меня на руки и понес на диван. Аккуратно опустил, осторожно стянул с меня майку, отобрал полотенце со льдом, проведя нежно по лбу пальцами, улыбаясь несмело. Он и не смело? Я бы даже сказала робко.

И глядя прямо в мои глаза в полумраке и тишине комнаты, произнес хрипло:

— Что в платье, что без него ты выглядишь сексуально.

Мои мозги уплыли окончательно, глаза заворожено наблюдали, как белое полотенце медленно сползает с его бедер, открывая маленькую полоску темных волосков, а дальше….

Я такого никогда еще прежде не видела. Нет, я видела, конечно, но не в таких больших масштабах.

Он меня порвет! Точно. И чего то мне боязно стало за себя любимую и здоровье в целом. А он… Он ухмыльнулся, заползая на меня, давя сверху идеальным телом и прижимаясь возбужденным членом к сведенным вместе ногам, к кружевным трусам. Хоть какая-то защита. И пристально глядя в мои глаза, холодно произносит:

— Да брось, — поморщился, наклонив голову. — Я же не монстр какой. — Все будет нежно и трепетно.

И он поцеловал, нежно и трепетно, как и обещал. Губы его трепыхали словно крылья бабочек, так поначалу все было легко. Руки изучали тело, не спеша двигались по шее, захватывая мой третий размер в свои ладони, и ведь они у него умещались. Гладили живот, перемещаясь ближе к резинке трусиков. И вот когда он забрался пальцами под резинку поглаживая умело лобок, я не выдержала и застонала в голос на всю квартиру.

Крепко обхватила его бедра ногами, сдавила их и, несмотря на его внушительную фигуру заставила лечь на спину и все это в процессе умопомрачительного поцелуя. Мажор был не против, а я, разорвав наши губы, наконец, смогла оторваться от него, на долю секунды заглянуть в потемневшие от возбуждения синие глаза, обвести свои губы язычком и соскользнуть вниз, устроившись удобно в его ногах.

«Да, детка!» — воскликнуло сердце.

«Испарись, ты не вовремя!» — это уже я. Я, которая наклонилась к его бедрам. Запах мужчины дурманил голову. Я даже носом провела по возбужденному паху, за что получила блаженный прерывистый стон. Но не успела я взять то, что хотела, как была приподнята горячими руками и уложена снова на диван.

Уложена и захвачена в его страстные сети. Слава склонился надо мной, ведя носом по груди, смакуя поочередно соски, переплетая свои пальцы с моими, когда я стала невнятно произносить его имя и сладко вздрагивать.

Он вошел в меня медленно, давая привыкнуть к его размеру, ловя губами мой отчаянный от страсти стон. Давая привыкнуть, не двигаясь, сжимая мое тело в сладких объятиях, заставляя трепетать каждый раз, когда его губы накрывали шею, когда его сбивчивое дыхание щекотало кожу.

А потом он стал медленно двигаться, увеличивая темп. Я вцепилась в его руки у себя над головой, и таяла от прожигающего насквозь взгляда. Маленькая я и такой большой он. И не важно, что сейчас руководил процессом Слава — мне все нравилось.

И как бы мне хорошо не было, одна навязчивая мысль все же была — презервативы, чтоб их черт побрал. Я всегда настороженно относилась к случайному сексу. А сейчас…. Да пошло все куда подальше! Я хотела именно такого секса с ним, пусть он даже и кончит в меня, главное ощущать эту умопомрачительность, единение наших тел и знать, что хотя бы сегодня в эту лунную ночь мы принадлежим друг другу.

Вот так я поняла, что влюбилась в его тело, в его движения, в его действия. Влюбилась на одну ночь, не хотела отпускать и, засыпая лежа на боку, чувствуя его горячее тело рядом, призналась себе, что хотела бы встретить с ним утро, а может и провести день вместе.