12 Глава

– Сегодня мы немного погуляем и познакомимся с дядей Андреем, – говорю сыну, надевая на него белую футболку с изображением мультяшного рыжего льва. – Его не стоит бояться, он хороший…

Боже, кому я вру? Себе или ребенку? Андрея Смолова стоит бояться. Мне так точно. Но я надеюсь он сегодня немного остыл и будет пребывать в здравом уме, и не вздумает пугать нашего сына. Все же именно он хочет установить с ним связь и наладить общение. Это похвально.

Переспав с этой мыслью, я с ней смирилась. Пусть общаются. Пытаются. Главное чтобы Смолов не вздумал у меня отобрать моего ребенка. А общению с отцом у меня на глазах я препятствовать не буду.

– Неть… – качает головой Павлик.

– Не хочешь гулять с незнакомым дядей?

Я не слишком часто знакомлю сына с чужими людьми. Только с Денисом, вот недавно, а до этого его круг общения был довольно узким. Городецкие, детишки на площадке, мои родители, когда те приезжают, но нам приходиться каждый раз заново устанавливать с ними связь, потому что сын успевает забыть своих “ба” и “де”.

Поэтому мне так волнительно, как все пройдет с Андреем. Будет ли Пашка быстро идти на контакт? Почувствует, что он его папа? Или… Или все будет совсем иначе?

Павлик молчит, насупив брови. Сердце сжимается. Этот взгляд так делает его особенно похожим на отца.

С ума сойти.

Когда Смолов вновь появился, меня это сходство начало с новой силой преследовать, хотя до этого будто померкло немного. Наверное, потому что образ Андрея остался только в памяти. Все совместные фотографии с ним я давно удалила, в сети информацию не искала о бывшем. Может зря? Тогда бы точно знала и о его разводе, и об отказе от политической карьеры, и о том, что у него бизнес-интересы в моем городе.

– Мы совсем немножко с ним погуляем, познакомимся, мороженное покушаем и пойдем с Давидиком в парк на машинках кататься. Как тебе такой план? Получше?

– Бибика.

– Именно, на бибиках и покатаемся! – хлопаю в ладоши и сын, подхватывая мою игру, тоже начинает хлопать и радостно смеяться.

Мы немного играем в ладушки, потом я зацеловываю сладкие пухлые щечки своего карапуза и надеваю на него коричневые шортики. Носки Павлик сам выбирает с желтой машинкой.

Оставив сына немного поиграть на ковре, бегу собирать перекус на прогулку. Банан, вода, печеньки. И валерьянка, но это уже для меня и лучше выпить сейчас. Она мне точно не помешает.

Через десять минут я вывожу из подъезда коляску, держа Пашку на руках.

Во дворе пустынно и никого нет. Никто нас не ждет. Хотя время, указанное в сообщение Андрея, уже настало.

Может Смолов не придет? Забыл о нас? Или нашел более важное дело, чем знакомство с его собственным сыном?

Щурясь от солнца, опускаю со лба защитные очки, которые настолько не нравятся Пашке, что он начинает их с меня стаскивать, пачкая линзы.

– Эй, воришка, а ну-ка отдай, – улыбаюсь пытаясь высвободить свои очки из пухлых пальчиков сына.

Сын задорно хохочет, поднимая добычу в своем кулачке повыше. Я смеюсь вместе с ним, кружась с ним, отчего Пашка смеется еще громче, заливисто так! Юбка вокруг моих колен порхает, ветер щекочет колени, а солнце играет яркими бликами во дворе.

Стараюсь запомнить этот счастливый момент, прижимаю к себе смеющегося сына сильнее, растворяясь в огромной переполняющей мое сердце материнской любви. И именно в эту секунду понимаю, что на нас кто-то смотрит.

Осторожно оглядываясь, переставая улыбаться. Около дома еще никогда раньше не было этого чувства, будто за нами кто-то наблюдает. В основном всегда в парке, один раз в торговом центре, куда мы как-то приехали с Катей и нашими сыновьями в детскую комнату.

Я не замечаю никого подозрительного и даже успеваю расслабиться, но зря, потому что в следующий миг замечаю Андрея.

Он стоит около высокой черной машины, прислонившись к пассажирской двери, одетый в синие джинсы, белую футболку, и кроссовки. Странно видеть его в чем-то кроме костюмов. Я уже отвыкла, что он тоже обычный человек и может одеваться в таком вот неформальном стиле.

Это он за нами наблюдал?

Смолов идет прямо к нам. Выражение лица у него нечитаемое. Смотрит исключительно на Пашку на моих руках. Жадно смотрит, не отрываясь. Словно хочет запомнить его лицо и никогда не забывать. Мое сердце частит.

– Привет, опоздал из-за пробок, – будто оправдываясь произносит Андрей.

– Привет. Мог написать, что опаздываешь, мы бы вышли позже. Обычно мы выходим наоборот раньше, чтобы успеть нагуляться и успеть вернуться до дневного сна, – произношу быстро, стараясь скрыть свое волнение.

Пашка вцепившись в мои волосы одной рукой, второй продолжает держать в заложниках мои очки, опасливо и с интересом косится на Андрея.

– Скинь мне его расписание дня. И фото и видео, я хочу видеть, что я пропустил.

Его слова, отзываются болезненным уколом в сердце.

– Хорошо. Скину.

Вот у нас даже выходит выстраивать нормальный диалог, а не кидаться в друг друга угрозами об адвокатах и судах. Может все удастся уладить полюбовно?

Пашка выкручивается на моих руках, видимо ему надоело сидеть без дела и он хочет побегать. Опускаю его на асфальт рядом с собой.

Андрей присаживается на корточки и, склонив голову, улыбается, продолжая разглядывать сына. Протягивает руку, касаясь пальцем ладошки Пашки. Тот прячет ее за спину, хмурится. Андрей показывает на футболку сына и жмякает по носу рыжего нарисованного льва. Павлик, хмурится сильнее, цепляясь пальчиками за мою юбку.

Андрей опять пытается его потрогать:

– Привет, львенок. Давай знакомится? Я…

– Андрей, дай ему привыкнуть к тебе, не напирай.

– Спасибо за подсказку, Женя, – спокойным тоном произносит Смолов, но я чувствую в нем угрозу. – Я не идиот. И знаю, как обращаться с детьми.

– Да и откуда? У тебя есть еще парочка карапузов от любовниц?

– Не перегибай палку и не устраивай истерик при сыне. С тобой мы еще поговорим. А сейчас я приехал увидеть его. Только его, – говорит Андрей выпрямляясь.

Я одной рукой держу Павлика за головку, а другой вцепилась в ручку на коляске. Нервничаю.

– И что ты предлагаешь? Чтобы я оставила своего сына с незнакомым ему человеком и ушла делать свои дела?

– Я его отец.

– Он тебя не знает.

– Не знаешь, кому нужно сказать спасибо за это?

Мы смотрим друг на друга посылая взгляды-молнии.

Ненавижу его. Как же я сейчас его ненавижу. Но он отец моего ребенка… И Пашке нужно с ним познакомиться. Только эта мысль меня удерживает от того, чтобы не схватить сына в охапку и не бросится к подъезду.

Смолов видимо что-то считывает в моем взгляде. Чему-то кивает. Будто тоже сам с собой до чего-то договорился у себя в голове. И вновь опускается на корточки, на один уровень с сыном.

– Так на чем мы остановить, пацанчик? Львят любишь? Или машинки тоже? Или предпочитаешь солнечные очки? – веселым голосом спрашивает Андрей у сына, показывая то на его футболку, то на его носки, то на зажатые в ручке мои очки.

Как я и предполагала, Пашке не нравится, что его трогает чужой дядька. Я чувствую, как мой малыш напрягается. Он хмурится сильнее, выпячивает нижнюю губу… Секунда… Две… Три… И двор оглашает громкий обиженный плач.