14 Глава

Андрей

В гостиничном номере темно, прохладно и оглушительно тихо. Не разуваясь подхожу к мини-бару и достаю оттуда две бутылки пива. Хочется чего-то покрепче. Напиться до отключки и пустой головы, но завтра предстоит много важных встреч и я не могу позволить себе такой простой житейской слабости. Тем более если хочу вновь увидеться с сыном, не могу позволить себе, чтобы от меня несло перегаром.

Мой отец был алкоголиком и все что я помню из собственного детства, это не то как он играл со мной или водил меня на рыбалку, а этот тошнотворный запах от которого резало в глазах и хотелось блевать. У моего сына должны остаться совсем другие воспоминания обо мне. Я создам ему лучше детские воспоминания.

– Мать твою! – ударяю кулаком по стене, раз за разом, пока костяшки пальцев не начинают кровить и болеть.

Только после этого падаю в кресло напротив панорамных окон с видом на ночной город и делаю первый глоток терпкой хмельной жидкости.

Отвратительное пойло.

Где моя жизнь свернула не туда? Почему о том, что стал отцом два с лишним года назад, узнаю только сейчас? Где та точка невозврата после которой все пошло не так?

Нутро подсказывает мне правильный ответ, и сделав еще один глоток, бездумно пялясь в темноту ночи я его перевариваю.

Все пошло не так, когда я будучи сопливым пацаном, без опоры под ногами и нужных связях познакомился с Сергеем Грановским. Бизнесменом, политиком, бандитом и самым опасным человеком в городе.

Он взял меня под свое крыло, после того как в баре, сам того не ведая, я влез в драку и выбил “розочку” из рук одного дегенерата, который тыкал ей в сторону Грановского.

Сначала я таскался у него на мелких побегушках, затем он оплатил мне учебу, на которую у меня никогда не было средств, познакомил со своей дочерью Лизой и устроил на приличную работу в государственную систему. Ему нужен был свой незапятнанный и не мелькающий прежде нигде человек. А я был обязан ему всем, что имел на тот момент и согласился.

Как и согласился на договорной брак с его дочерью, потому что приличном человеву нужна была рядом жена, семья. И семья нужна была для отвода глаз и пускания пыль в глаза общественности, когда пару лет спустя меня попросили войти в партию “Сила” и баллотироваться от нее на пост мэра.

Лиза никогда мне не нравилась. Она была избалованной, резкой, грубой, капризной. Требовала много внимание к своей персоне и вела себя как королева. Совсем не такой, какой я бы хотел видеть рядом с собой женщину, мать моих детей. Лиза играла свою роль рядом только на публике, а в большом частном доме в котором мы жили, мы давно спали в разных комнатах и не пересекались. Я ее не хотел, не любил. И ждал момента, когда договор, который меня давно уже тяготил с ее отцом прекратит свое существованием.

Впервые тему развода я поднял, после того как меня выдвинули на пост мэра. Грановский велел выиграть гонку, отсидеть срок на посту и тогда он бы подумал. Только нихера правды в его словах не было. Я вляпался в каббалу и не знал как из нее выбраться.

А потом я встретил Женьку. Мою Женьку. Светловолосого ангела с пронзительно зелеными глазами, цвета только что скошенной травы. Она была невинной, нежной, смешной и чертовски моей.

Я влюбился впервые в жизни, так что внутри все ходуном ходило и все мысли были только о ней, даже когда она рядом была. А когда она от меня уезжала хотя бы на ночь в свою квартиру или на восемь часов на работу, я сходил с ума и чуть не лез на стенку.

Один раз в детстве мама сказала мне, что когда я встречу своего человека, то пойму это с первого взгляда, с первого вдоха рядом, с первого касания. Так и случилось с Женей. Она была моим человеком. От кончиком аккуратных пальчиков на ногах до корней светлых волос. Она была только моей. И я не хотел втягивать ее в своей грязный и лживый мир. Надеялся, оберегал, жил ей и дышал ей. Говорил себе, что обязательно ей все расскажу. Потом, позже, когда-нибудь. Что она достойна правды и пусть сама бы решила остаться со мной или нет, но я эгоистично не мог отказаться от этой женщины. Не мог даже подумать о том, чтобы расстаться с ней и отпустить ее.

А потом она исчезла… Моя Женька словно растворилась в воздухе и ускользнула от меня. Раз – и не было больше рядом ее звонкого смеха, сияющих восторгом глаз и мягких касаний сладких губ.

Что со мной тогда творилось помню плохо. Я искал ее день и ночь. Я перестал есть, спать и выглядеть, как нормальный человек. Срывал конференции и публичные выступления. Заваливался на них под мухой и творил дичь. Лиза истерила и требовала, чтобы я взял себя в руки, а не убивался из-за какой-то очередной суки. И я послал ее прямо в прямом эфире одно из интервью. Что тогда началось… Грановский такого, конечно, стерпеть не мог. С Лизкой развели быстро, хотя она орала, что не хочет развода, что любит меня и хочет быть вместе. А потом так же громко кричала, что ненавидит и проклинает. Сумасшедшая истеричная баба.

Когда до нее дошло, что я ее никогда не любил и не полюблю, она сказала “фас” прихвостням своего отца.

Меня избили до полусмерти, валялся в больнице около месяца, а потом еще полгода восстанавливался, чтоб нормально и без крови и боли поссать сходить. Тогда–то мне врач и сказал, что я никогда не смогу иметь детей.

Шоком для меня это не было, но в грудине что-то болезнено заныло. И ныло на протяжении двух с половиной лет, а потом разрослось до невероятных размеров и лопнуло, когда я увидел светловолосого мальчишку с курносым носом на руках у моей Женьки. И внутри зародилась призрачная надежда.