15 Глава

Андрей

– Сможешь подъехать в мой офис к 11? Катя в курсе. Сказала, что они с Давидом к тебе приедут, чтобы посидеть с Павликом, – Городецкий, по-традиции, сразу переходит к делу, стоит мне снять трубку следующим утром. – У юриста окно с 11 до 12. Он топовый мужик. Мне его рекомендовали. Учитывая, что тебе срочно, я бы не откладывал в долгий ящик.

– Я… Да… Хорошо, – лепечу я, пытаясь унять сердцебиение, которое выходит на запредельную частоту.

В последнюю встречу Смолов не заикался про суд. Я даже не знаю, есть ли смысл…

– Тогда жду тебя к 10.50, – прерывает сбивчивый хоровод моих мыслей Данил. – Возьми паспорт, чтобы пройти пост охраны. Мой секретарь внесет тебя в список. Давай, Жень. До встречи.

И до того, как я успеваю еще что-то сказать, он отключается. Городецкий занятой бизнесмен, это понятно. И то, что он так быстро нашел мне юриста – очень ценно. Я просто…

Черт. Хочется верить, что мы могли бы со Смоловым решить все полюбовно. А если нет? Что если он снова лжет? Что если он хочет усыпить мою бдительность? Не будет ли лучше действительно проконсультироваться со знающим человеком?..

«Жень, мы в пути. Скоро будем».

Сообщение от Кати приходит, покатая все еще пытаюсь успокоиться. Чета Городецких времени не теряет. Уголки моих губ приподнимаются в подобии улыбки. На самом деле, мне очень повезло, что у меня есть такие друзья.

Павлик приходит в восторг от внезапного визита Давида. С важным видом он начинает показывать ему свои игрушки, а я, пробормотав слова благодарности Кате, выбегаю из дома. Офис Городецкого находится в самом центре. Если встряну в пробку, точно опоздаю. Поэтому, беру время с запасом. Важному юристу и Данилу точно ни к чему ждать меня.

Юрист, Всеволод Ильин, оказывается очень спокойным и рассудительным человеком. Он без лишних эмоций задаёт мне вопросы о Смолове и о наших отношениях, своей прямотой порой ставя меня в тупик. Но я стараюсь, честно стараюсь отвечать как есть, но все же краснею, когда приходится признать, что я была любовницей Андрея, сама не подозревая этого. Единственный раз, когда я спотыкаюсь на вопросе, это когда Ильин спрашивает, чего я хочу.

Я не знаю.

Раньше я просто боялась, что Смолов, учитывая его возможности, попытается отнять у меня сына. И тогда я хотела, чтобы его не было в нашей жизни. Но сейчас, когда я увидела их с Павликом вместе…

Я не хочу лишать его права видеться с сыном. Я хочу, чтобы у Павлика был отец. Я… Я просто хочу, чтобы все каким-то магическим образом исправилось и мы с Андреем смогли бы цивилизованно общаться ради общего ребенка.

– Я только хочу, чтобы сын жил со мной, – произношу тихо. – Я не против его общения с отцом. Я соглашусь на то, чтобы Смолов усыновил его.

– А он выразил такое желание? – юрист вопросительно смотрит на меня поверх продолговатых очков.

– Да. Мы виделись вчера.

Городецкий бросает на меня изумленный взгляд, но молчит.

– Он захотел увидеть Павлика. Я… Я не знала, как ему отказать, – звучит так, будто я оправдываюсь. Ужасно.

– Угу, – Ильин делает пометку в блокноте.

– Кажется, вы говорили, что он хочет отнять ребенка?

– Он говорил мне об этом в нашу первую встречу, – признаюсь я. – Но вчера мне показалось…

– Это ваше дело. Но пока я бы рекомендовал вам соблюдать осторожность в общении, – спокойно говорит юрист. – Я за свою практику видел всякое.

– Я понимаю.

– Если он угрожал вам судом, будет логично сказать ему, что вы готовы встретиться в присутствии адвокатов. Чтобы без лишних эмоций утрясти все. Замечательно, если он передумал решать вопросы силой в правовом поле. Но будет лучше в этом убедиться.

– Спасибо. Я вас услышала.

– Я могу связаться с ним от вашего имени, – предлагает Ильин. – Это нормальная практика.

– Я… Нет… Я подумаю, – бормочу растерянно. – Мне нужно подумать. Возможно, будет лучше мне самой, когда он в следующий раз объявится.

Адвокат скептически приподнимает брови, но мое желание не комментирует. Профессиональная этика, полагаю. К тому же, видно как он уважает Городецкого. А раз тот на моей стороне, у него связаны руки.

Пока Данил провожает Ильина к выходу, я в одиночестве сижу в кабинете, сцепив пальцы так, что побелели костяшки. Чувствую себя паршиво. Ничего плохого не сделала, вроде бы, а ощущаю себя предательницей.

Не люблю я вот так за спиной… Мне всегда проще высказать все в лицо, чем так…

– Что скажешь? – Городецкий появляется в кабинете через пару минут.

Засуну руки в карманы брюк, он подходит к панорамному окну и, повернувшись ко мне, спрашивает:

– Что думаешь?

– Я не знаю. Извини, пожалуйста, я, наверное, неправильно себя вела… – я сокрушенно качаю головой. – Вы с Катей так мне помогли. Организовали все. А я даже не знаю, что хочу делать.

– Слушай, Жень, – Даня поднимает руку, чтобы остановить мой поток сознания. – Ты мне и Кате ничего не должна. Тема деликатная. Если Смолов реально решил вести себя как адекватный мужик, это ему только в плюс. Просто нужно быть готовыми к любому развитию ситуации.

– Я понимаю. Я… Наверное, когда он в следующий раз появится, я поговорю с ним откровенно. Скажу, что не хочу суда, но буду готова, если он вдруг пройдёт на это и…

Меня прерывает настойчивая трель мобильного в сумке. Извинившись перед Данилом, я лезу в кармашек, а когда вижу экран телефона, буквально цепенею.

Этот момент настал куда быстрее, чем я была к нему готова.

Мне звонит Смолов.