26 Глава
Андрей
– Что? – не сразу понимаю о чем тараторит Женечка, зато сердце в груди так болезненно сжимается и интуиция вопит об опасности. – Что происходит? Вы где?
– На площадке. С Катей и ее сыном. Павлика нигде нет! – голос Жени срывается на крик.
Она отводит трубку от рта и зовет нашего сына. Я слышу ее частое дыхание, будто она бежит или идет куда-то быстрым шагом.
Волосы на теле встают дыбом.
Мне передается ее страх. Конечности леденеют и я крепче сжимаю руль, вглядываясь вдаль трассы. Машину ведет, но я успеваю ее выровнять и круто разворачиваюсь через две сплошные.
– Успокойся, любимая. Он где-то спрятался. Играет. Мы его обязательно найдем, – стараюсь звучать спокойно, а у самого зубы начинает скрежетать, так сильно стискиваю челюсти.
– Его нигде нет! Он не просто спрятался это, что-то другое, Андрей! Я знаю, чувствую. За нами кто-то следил! Его украли! Укралиии… Моего сына!
– Кто следил?
– Я видела странного человека пару раз, думала это детектив от тебя или кто-то еще. Он пропал сразу как ты появился, Смолов. Это ты виноват!
У Жени начинается истерика, и я не могу ее винить. Сам на грани паники и чертов страх топит с головы до ног. Но хотя бы один из нас должен сохранять холодную голову.
– Все будет хорошо родная. Я разберусь.
– Тебя здесь нет!
На фоне появляется второй встревоженный запыхавшийся голос и плачь ребенка фоном. Сердце ухает в груди, в надежде, что это Павлик, но надежда тут же разбивается о суровую реальность, когда я слышу в трубке:
– Я обежала дом, там никого нет, в магазине и кофейне тоже никого. Сейчас позвоню Дане…
– Хорошо… А я в полицию. Андрей, я перезвоню… – Женечка охрипла от слез.
Вдавливаю педаль газа в пол и несусь вперед, дорогу не вижу, одно пятно перед глазами.
– Нет, будь на связи. Я назад еду. К вам. Скинь вашу геолокацию. Сейчас перешлю ребятам своим из службы безопасности. Они прошерстят район, найдут камеры, подключат ментов.
Женя сопротивляется, но ее подруга, кажется Катя, убеждает ее сделать как я прошу, а сама звонит в полицию.
Ситуация патовая. Женя тихо всхлипывает и каждый ее всхлип втыкается копьем мне в сердце.
Как могу ее утешаю.
Ставлю вызов на громкую связь.
В двух словах набираю короткое сообщение своей охране и даю указания. Скидываю фотографию сына, прошу поднять на уши весь город, чтобы найти моего ребенка и ту тварь, которая покусилась на самое святое в моей жизни, на безопасность и благополучие моего сына и моей семьи.
Пока мчусь в город молюсь. Молитвы не помню, но взываю к Богу, как никогда в жизни. Чтоб сын мой не пострадал, был цел, жив и здоров, чтобы он нашелся как можно быстрее и был рядом со своей мамой в безопасности. И как только это случиться, я перевезу их к себе, приставлю охрану и их больше никто никогда не обидит.
На подъезде к городу по второй линии проходит звонок.
– Родная, я сейчас отключись на пару секунд и перенаберу тебе снова, – говорю Жене.
– Хорошо, – тихо произносит она.
И только получив ее согласие я отключаю ее вызов и поднимаю трубку от своего безопасника Влада.
– Что там? Говори быстро и по факту.
– Нарыли запись с двух камер около дома. На одной видно детскую площадку, на другой парковку.
– Видно куда ушел Павлик? Или его кто-то забрал? – сжимаю руль сильнее.
– Да. Это женщина. Лица не видно. На голове кепка, волосы длинные черные, по пояс. Одета в синие джинсы и серую футболку. Вообще ничем не примечательна. Никаких примет. Позвала ребенка, видимо приманила игрушкой, взяла на руки и потом мы их засекли на парковке. Сели в серую “хонду”. Номера пробиваем.
– Блять, – рычу ударяя руками по приборной панели. – Посмотри еще раз запись и скинь мне. Вдруг у похитительницы мелькнет татуировка на запястье. Знак бесконечность. Точно ее нет?
– Секунду.
Пока жду ответа время тянется бесконечно, а собственное сердцебиение оглушает. Пазл в голове потихоньку складывается. Врагов женщин у меня не так много. Точнее есть всего один человек. Лиза Грановская. Моя бывшая жена.
– Есть что-то похожее на тату. Как могли улучшили изображение и скинули с записью стоп кадр. Силовиков подключаем или дальше сами копаем? – уточняет Влад.
– Отправь парней к Жене. Пусть они проводят ее в квартиру. Про похищение ничего не говори. Дальше я сам разберусь, – говорю отрывисто и отключаюсь.
И тут же набираю новый номер по которому не звонил порядка трех лет, номер моего бывшего тестя.
Грановский словно резину тянет, поднимает трубку только на последних гудках.
– Чем обязан, Смолов? Соскучился? – грубый голос бьет по нервам, откидывая меня назад в прошлое, туда где я был марионеткой в руках авторитетного дяди и плясал под его дудку лезгинку.
Только теперь все иначе. Я уже не тот пацан о которого можно вытирать ноги и подсовывать под статью своими грязными играми. Я вырос. Изменился. Жизнь научила быть тверже бетонной стены и уметь отстаивать свое.
– Где может быть Лиза? Я знаю ты пасешь свою дочь, как овцу на выгуле и около нее всегда есть люди. Где она? – начинаю без долгой прелюдии.
– Кек. Нахера тебе моя Лиза спустя столько лет, Смолов? Не поздно ли ты собрался восстанавливать мосты какие сжег?
– Да на хер она мне сдалась! Она с катушек слетела и сына моего украла прямо из песочницы! Ему два года. И если с его головы упадет хоть волос, в следующий раз ты свою Лизу увидишь в гробу Грановский.
– Думаешь я поверю пустым словам, Андрей? У Лизы давно есть жених…
– Фото и видео с места похищения уже у тебя на старой почте. Ты должен понимать, что я угрозами просто так не разбрасываюсь, Грановский. И если я звоню тебе и говорю что твоя малолетняя сучка натворила делов у тебя за спиной, тебе лучше в это поверить сразу и отдать мне ее координаты.
В трубке повисает молчание. Я заезжаю в город и плевав на все ограничения скорости и светофоры лечу дальше.
– Мать твою Лиза… – шипит Грановский. – Две минуты, Андрей. Мне нужно две минуты.
– У тебя их нет.
– Я тебя понял. Пообещай, что если я тебе ее сдам, ты ее не тронешь.
– Я не могу этого обещать, Грановский. У нее мой сын, а за него я готов пойти на многое.
Меньше чем через минуту на мой номер падает сообщение с геолокацией движения серой “хонды”. Пристроившись через две сплошные разворачиваюсь в нужное направление.