Глава 18

– Доброе утро, – натянуто улыбаюсь, здороваясь с проходящей мимо регистратуры Алиной Арсеньевной.

Терапевт едва заметно кивает в ответ, потому что обычно она вообще нас с Дашкой игнорирует. И я её обычно тоже игнорирую, но сегодня мне дико хочется задеть эту дамочку.

Даша рассказала, что после нашего с Демидом отъезда Алина себе места не могла найти, явно рассчитывала на продолжение их общения с главным, если её попытки вешаться на моём бывшем муже, вообще можно назвать общением.

Как вспомню все её жеманности, флирт, слащавые улыбки, и тошно становится. Наверное, это ревность, но об этом я пока предпочитаю не думать. Одно ясно: я не могу сдержать распирающую меня радость от своей маленькой победы. Да, глупо, но я чувствую себя победительницей, ведь Демид уехал со мной.

И не только уехал…

Он со мной ещё много чего делал: вспоминаю, и краской покрываюсь, будто это была моя первая в жизни близость.

Мне было очень хорошо, и я действительно не жалею о том, что позволила себе эту слабость. Думала, буду чувствовать себя хуже, но как ни странно, на душе спокойно. Возможно, если бы я уехала домой сразу, не простила бы себя.

Удивительно, но ночь с бывшим мужем придала мне уверенности в себе, я уже и забыла, каково это быть женщиной и чувствовать себя желанной.

Уходя из дома Кравцова я ясно дала понять, что случившийся секс ничего в наших отношениях не меняет. Да, цинично, но по-другому никак.

Демид давит и хочет узнать что-то про Юлю, а сам при этом даже не удосужился извиниться за те слова, что наговорил мне тогда в своём кабинете.

Как по мне, пусть и дальше пребывает в счастливом неведении. Вряд ли у бывшего хватит наглости проводить анализ ДНК, да и я не отпущу Юленьку на подобную процедуру.

А без анализа Демид ничего доказать не сможет.

– Вик, ты кофе будешь? – отвлекает от размышлений голос Дашки.

Я медленно киваю в ответ, а сама не могу отвести взгляда от молодого мужчины, который только что был на приёме у терапевта.

Цвет кожных покровов, взгляд, нарушенная координация движения – всё говорит о том, что ему может срочно понадобиться помощь.

Пытаюсь заговорить с незнакомцем, но он никак не реагирует, будто я и вовсе ни к нему обращаюсь.

– Здравствуйте, – я выхожу из-за стойки регистратуры и снова пытаюсь обратить на себя внимание пациента.

Улыбаюсь и внимательно продолжаю следить за лицом мужчины. Он пытается улыбнуться мне в ответ, но один уголок рта всё равно остаётся опущенным.

Не хочу пугать незнакомца странными вопросами, но сейчас его жизнь важнее, поэтому я спрашиваю имя, прошу поднять обе руки или высунуть язык, а потом помогаю пройти к дивану и укладываю на бок.

– Не вставайте, пожалуйста, – командую строго, потому что понимаю: сейчас пациент вряд ли сможет с первого раза понять меня. – Даш, скорую вызывай скорее, возможно, его нужно будет доставить в отделение неврологии для диагностики. Ещё позови Волошина, – это наш невролог. – И Алину обязательно, нужно выяснить, зачем он приходил на приём.

Даша моргает испуганно всего пару секунд, потому что для неё это всё в диковинку из-за специфики её образования.

– Дашуль, поторопись! – повышаю голос, сама ни на шаг не отходя от мужчины. Во мне сейчас просыпается врач, а слабая женщина уходит на второй план, и благодаря этому я действую чётко и профессионально.

К счастью, скорая приезжает достаточно быстро, я рассказываю врачам то, что видела и смогла установить сама. К слову ни невролог, ни Алина так и не объявились. У Волошина вроде какая-то шишка на приёме, а терапевт изволила появиться в приёмной только после того, как пациент уехал на скорой.

– Что за суета? – фыркает брюнетка, испепеляя меня гневным взглядом.

Мы с самого начала друг друга невзлюбили, а после корпоратива и вовсе Алина на меня волком смотрит.

– Твоего пациента только что увезли на скорой с подозрением на инсульт, – после случившегося я и думать о субординации не собираюсь. – Он был у тебя на приёме, и ты прошляпила…

– А с чего ты мне тыкаешь? – перебивает мою пламенную речь. – Думаешь, если спишь с главным, тебе всё можно? – выплёвывает дерзко.

Мне тошно от слов этой с позволения сказать «коллеги», но обсуждать нас с Демидом я хочу сейчас меньше всего.

– Ты меня совсем не слышишь? Ты человека с инсультом с приёма отпустила! – немного сгущаю краски, надеясь таким образом хоть немного достучаться до этой непробиваемой особы.

– Виктория Николаевна говорит правду, – встречает в разговор Дарья.

– Да бред! – беспечно машет рукой терапевт. – Ему и сорока нет, заладил: давление-давление, вот мне больше заняться было нечем, как лечить бесплатно этого, – небрежно машет рукой в сторону выхода.

– Бесплатно? – поворачиваюсь к Даше.

– У нас же льготы для некоторых категорий граждан, он, кажется, ветеран боевых действий в прошлом, – поясняет коллега коротко, глядя на экран монитора.

Ах, да, я знаю про такую фишку в нашей клинике: врачам доплачивают, но меньше, чем за платный приём. И выходит, что это курица чуть человека не угробила из-за своей жадности.

Смотрю на неё и даже желания что-то доказывать нет. Если ты такая чёрствая и жадная, зачем вообще полезла в сферу, которая тебе не по душе?

Понимаю, что доносить на коллегу – низко, но я молчать не стану. Моё молчание в следующий раз может стоить какому-нибудь пациенту жизни. Поэтому во время обеда планирую всё рассказать Демиду, пусть сам принимает решение, что делать с терапевтом. Думаю, выговор в данном случае будет не лишним.

– Она что, диплом купила? – возмущённо обращаюсь к Даше, стоит Алине смыться в свой кабинет.

Даже не смотрю вслед терапевту, потому что боюсь, не выдержу, и сделаю что-нибудь из ряда вон: например, волосы этой гадине повыдираю. Ну, разве может врач быть таким беспечным?

– Не совсем. Она с прошлым главврачом спала просто, – отвечает Даша, поджав губы. – Думаю, поэтому она и к Демиду Вячеславовичу клинья подбивала, привыкла к тёпленькому местечку. Кстати, а куда вы рванули после корпоратива? – лихо прыгает с темы на тему и лукаво улыбается при этом.

Разумеется, я не собираюсь ничего рассказывать Даше, ведь даже от самой близкой подруги утаила пикантную подобность про близость с Демидом. Лишь намекнула слегка, потому что поделиться на самом деле очень хотелось, но Полина так спешила домой, что все намёки мимо ушей пропустила.

– Ничего особенного, – пожимаю плечами и отворачиваюсь, пряча предательскую улыбку.

Перед глазами яркими картинками снова возникают моменты нашей ночи. Мне хочется прогнать из головы эти пагубные мысли, но они прочно засели в голове и продолжают донимать меня на протяжении всего дня.

После обеда иду к Демиду для разговора и сразу рассказываю ему про утреннюю ситуацию. У меня нет цели как-то опорочить терапевта, я действительно всем сердцем болею за пациентов и до глубины души возмущена халатным отношением Алины.

Сухо излагаю факты, ничего не добавляя и не приукрашивая.

Демид выслушивает меня молча, не перебивает, лишь уточняет некоторые детали, а потом ни с того ни с сего предлагает занять место Алины в клинике.

– Ты же работала участковым терапевтом, разве нет? Я так понимаю, при устройстве в клинику подходящая должность была занята, но теперь я думаю…

– Демид, нет! – возмущаюсь некорректным на мой взгляд предложением. Я же не ради должности это всё рассказала… – Хватит того, что и так некоторые считают, что я сплю с главным врачом! – выставляю руки вперёд в защитном жесте.

– А разве нет? – спрашивает томно и мегасексуально изгибает одну бровь домиком.

Коварный соблазнитель, чтоб тебя!

Становится жарко, и я машинально расстёгиваю верхнюю пуговицу на форменной блузке.

– А ты, кстати, почему не окончила ординатуру? Если согласишься на новую должность, необходимо будет доучиться, – Демид подпирает рукой подбородок и с интересом всматривается в моё лицо.

Мне не нравится взгляд бывшего мужа: такой обволакивающий, жаркий, похотливый. Будто он ничего не ел несколько дней, а сейчас вдруг увидел кусок сочного, свежеприготовленного мяса. Того и гляди, набросится без предупреждения и целиком проглотит, не жуя.

Ох, и почему я думаю об этом, неужели подсознательно хочу, чтобы так всё и было?

Пока я витаю в облаках, Демид неожиданно приподнимается и, протянув руку к моей блузке, расстёгивает ещё парочку пуговиц.

– Так-то лучше, – выдыхает с улыбкой Чеширского кота, а я задохнуться готова от возмущения. – Так что с ординатурой?

– У меня ребёнок, если ты не заметил, я брала академ, на то время, которое могла, но доучиться не было возможности, – отвечаю машинально, взглядом застыв на собственном декольте. – И вообще, что ты себе позволяешь? – вскакиваю с места.

– Ммм, по сравнению с тем, что было ночью – ничего особенного, – мужчина продолжает поражать меня своей наглостью.

Тоже встаёт из-за стола, огибает его и останавливается напротив меня, спрятав руки за спину. Вот и отлично, там им самое место.

– А насчёт должности подумай, – мягко улыбается.

Словно в противовес моим мыслям, одна его рука взмывает вверх, а длинные пальцы по-собственнически касаются моих губ.

Внимательно слежу за мужчиной: сейчас Демид не производит впечатления человека, который переживает по поводу отцовства. Он спокоен, уравновешен, ну, если, конечно, не считать его пошлых намёков в мой адрес.

И вывод отсюда напрашивается один: либо Демиду наплевать на Юлю, либо он что-то задумал и уверен, что его план сработает на все сто процентов.

– Я пойду, – пытаюсь увернуться от будоражащих кровь прикосновений, но не успеваю.

Демид делает шаг ко мне, пальцем касается подбородка и, приподняв моё лицо, целует в губы.

Это не поцелуй с намёком на продолжение, нет, это что-то большее. Маленькая подзарядка на остаток рабочего дня, когда сил нет, а работать ещё долго. И если рядом есть близкий человек, то тяготы переносятся гораздо легче.

Но мы уже давно не близкие люди, по крайней мере, мне так хочется думать, ведь подпустив мужчину к телу, я не планирую впускать его в свою душу.

Вот только долго ли я смогу оставаться такой холодной, расчетливой и циничной, как запланировала?

– А пуговки надо застегнуть, – оторвавшись от моих губ, Демид ехидно улыбается, а ловкие пальцы под самое горло застёгивают мою блузку. – Вот теперь можешь идти, – кивает в сторону двери и делает шаг назад, как ни в чём не бывало.