Глава 5

Очутившись наконец в своей комнате, Вера с ходу плюхнулась на кровать. Гуля вспрыгнула следом и улеглась, положив морду на живот хозяйки. Мысли обеих подруг были нерадостными. Вера думала о том, что все с этими кражами может оказаться сложнее. Что, может быть, к ним приложил руку таинственный Магистр. А может, этот Евгений – он самый и есть. Она ведь такое уже предполагала! Так что хорошо, если это просто глупый воришка. И плохо, что исчез листок с прорисовкой. А Гуля думала о том, какие все-таки неблагодарные существа – люди. Привела, показала им вход, откуда пришел чужак. А они тут же про нее забыли и даже не похвалили. И вот как после этого иметь с ними дело?! Но вот Верина рука заскользила по гладкой шерстке, и Гуля услышала радующие собачью душу слова: – Умница ты моя. Настоящая сыщица! Что бы я без тебя делала… То-то же, смягчилась она и перевернулась на спину, подставляя для чесания брюхо. Вера гладила свою любимицу и размышляла, что, хотя драгоценности и исчезли, тайна Магистра при этом никуда не делась. И, что следует все же закончить с книжкой. Сколько там еще этих легенд? Вера вновь открыла маленький старый томик. Непроработанных легенд оставалось четыре. Пятое сказание – «Кара-Мурза» оказалось очень поэтичным, но посвящалось довольно больному вопросу – реакции мужа на измену любимой жены. Заглавный герой истории – молодой князь Кара-Мурза, был славным джигитом-соколом, согласно местной традиции, регулярно совершавшем набеги на соседей. «В чужой стороне небо по ночам горело, а днем густым дымом оно застилалось, то Кара-Мурза с дружиной жег и грабил города и селения, подарки для любимой жены добывал». Но вот случилось так, что любимая жена изменила князю с рабом-персом, недавно привезенным из очередного набега, и безутешный муж бросил все и стал нищим певцом, который до конца своих дней сочинял песни о любви. В это же повествование была вплетена история другого мужа, который жестоко казнил свою неверную половину, похоронил ее истерзанное тело напротив окон своей башни и потом каждое утро перед намазом стрелял в установленный на могиле камень. Этот же неуемный психопат по собственной инициативе, видимо, в рамках дружеской помощи, пришил и «бывшую» Кара-Мурзы, а заодно ее отца и нового мужа. Вся история изобиловала отрезанными головами, разорванными телами и прочими ужасами. Но из того, что могло заинтересовать Веру, можно было отметить разве что упоминаемые в ней – высокий курган в верховьях Чегема, который народ насыпал на могиле «безумнаго гекуока Кара-Мурзы», да Хулам – горско-татарский аул в большой Кабарде. Вера сверилась с картой и решила, что все это – далековато. Нет, можно конечно расширить ареал поисков на весь Кавказ, но интуиция подсказывала, что Малыш не стал бы поручать ей такое. Да и в письме имелось четкое указание на «особенности нашего курортно-географического региона», то бишь речь шла, очевидно, о территории Кавминвод. Шестая по счету история называлась незамысловато – «Князь, княгиня, хан и его племянник», сразу обозначая всех действующих персонажей. Сюжет же был крайне витиеват и вполне подошел бы для полноценного сериала. Читая, Вера даже увлеклась. Если пересказывать вкратце, то начинался весь замес с того, что один ногайский хан заскучал на своем царствовании и решил посмотреть на мир. Добрался он до некоего черкесского аула, где воспылал страстью к молодой княгине. Пользуясь отсутствием дома мужа-князя, хан ночью попытался пробраться к красавице в ее саклю, но та любовный пыл гостя не оценила и треснула его по башке поленом. Хан позже очнулся и поступка своего устыдился, а тут и князь вернулся. Ночная история выплыла наружу, хан перед хозяином извинился, но тот на конфликт идти не стал, наоборот, принял его как дорогого гостя. И получил ответное приглашение в гости к хану. Далее повествование делало прыжок через два года. Хан вдруг озаботился тем, что приглашенный князь почему-то не едет. Отправился к нему сам и увидел, как княжеский аул горит, а казаки и солдаты пытаются захватить в плен давешнюю красавицу-княгиню. Княгиню от плена хану тогда удалось спасти. Выяснилось, что мужа ее опять не оказалось дома – он как раз отправился в набег на казачью станицу. Ну, а казаки с пушками в это же самое время подступили к его аулу. Такие уж тут развлечения… В общем, хан назвал княгиню своей сестрой и увез к себе в ногайское ханство, где та сильно тосковала по супругу, о судьбе которого ничего не было известно. Со временем, однако, тоска стала утихать, и княгиня полюбила ханского племянника Берды-Бия. И почти уже дело у них дошло до свадьбы, но тут вдруг прибыл потерявшийся князь. Он вообще-то не ожидал обнаружить здесь жену, просто приехал, пользуясь полученным приглашением. И все сложилось, казалось бы, крайне удачно – супруги воссоединились. Но вот только ближайшей же ночью красавица-княгиня тайно прибежала к ханскому племяннику, и влюбленные предались страсти. После чего при первом удобном случае этот Берды Бий князя замочил, рассчитывая обрести семейное счастье с его вдовой. Но не тут-то было – княгиня его прокляла и плюнула в лицо. Убитый горем Берды-Бий куда-то сбежал, хан же с почетом похоронил князя, а княгине предложил идти к нему в жены. Она прикинула – так и эдак – да и пошла. Ну а дальше сюжет шел к развязке. Хан вдруг припомнил своей новой жене, как при их первом знакомстве получил поленом по темени. Рассердившись на это, он обозвал ее змеей, а затем сослал в степь доить кобыл. Этим ханша некоторое время и занималась, пока к ней не подошел страшный одноглазый нищий. Он оказался бывшим красавцем Берды-Бием, который не смог вынести позора от ее плевка и каленым железом выжег себе глаз и щеку. Бывшие влюбленные немного пообщались, и чувство вспыхнуло в них с новой силой, но тут налетел хан со своими ногайцами, и «съ гикомъ и крикомъ потащила на арканахъ орда Берды-Бія и княгиню, и таскали, терзали ихъ тѣла до вечера, а потомъ бросили въ степи на съѣденіе волкамъ и коршунамъ». Повествование было захватывающим, но для себя Вера опять ничего полезного не обнаружила. Ну, разве что упоминание о змее, в том месте, где хан обзывал княгиню. Можно ли из этого что-то извлечь? Так ни до чего путного и не додумавшись, они с Гулей погрузились в объятия Морфея. ***Минули еще два дня, за которые в жизни Гули и Веры толком ничего не происходило. Вера все больше погружалась в свои рабочие дела – пока, разумеется, дистанционно. Но уже замаячил на горизонте момент, когда ей просто необходимо будет присутствовать в Москве. И Вера задумалась об отъезде. В конце концов, наследство ее утрачено, его оценка и оформление потеряли свою актуальность, так что можно спокойно уезжать восвояси. Правда, душеприказчик Алексей Грумов убеждал Веру с отъездом повременить. Он не терял надежды на возвращение украденного и регулярно звонил, сообщая о ходе уголовного дела. Да, как Грумов и предполагал, полиция быстро вычислила злоумышленников – стажера Домбровского и его подельника из банка – Лапина, и ребят, само собой, объявили в розыск. Но разыскивать-то теперь могут – до морковкина заговенья! И не будет же Вера все это неопределенное время болтаться здесь. К тому же, напрягая своим присутствием Максима Рэнкина. Что же до решения профессорской загадки, то тут дело забуксовало. Вера честно проштудировала две оставшиеся истории из «Легенд Кавказа». И в них вообще не за что было зацепиться. В предпоследней легенде под названием «Найденыш» описывался жизненный путь мальчика Алегеко, найденного бедной старухой и воспитанного табунщиком. Возмужав, мальчик мотался по Кавказу в составе разных банд, совершал убийства, грабежи, улаживал отношения с кровниками. А затем подался в Дербент на службу к дагестанскому хану. Там карьера его сперва пошла вверх, поскольку воевать он научился хорошо, но потом он закрутил роман с ханшей. Хан же, узнав об этом, сперва решил влюбленных казнить, но внезапно передумал и просто выгнал из города. А взамен отрубил голову нищему, который осмелился плюнуть в лицо ханше, когда ее вместе с любовником вели на казнь. Последняя история – «Судьба» оказалась самая длинная, и Вера возлагала на нее большие надежды. Напрасно. Почти сто страниц было посвящено жизнеописанию некого Ахмета – авантюриста, вышедшего из самых народных низов. Несколько раз на протяжении текста он уходил в разбойники, несколько раз становился успешным купцом. Пару раз был женат, причем один раз даже на дочери хана. Был многократно приговорен к смерти и всеми разыскивался. Умер Ахмет, однако, будучи вполне себе респектабельным господином в «ференгском», то есть европейском, городе. А убил его пьяный сапожник, ударив по голове сапожной колодкой… В общем, изучив книгу, Вера находилась в недоумении и унынии. Похоже, она не оправдала возложенные на нее Иваном Андреевичем надежды, и его тайна раскрыта не будет. Со стороны Ксюши особой помощи ждать тоже не приходилось – та оказалась слишком занята своими отношениями. К тому же, они со Стасиком использовали короткий отпуск очень активно – пытались за несколько дней впитать в себя максимум впечатлений, так что общение Веры с дочерью происходило главным образом в мессенджерах. Правда, Ксю, из вежливости, все же заскочила к Вере и взяла почитать «Легенды…», но вернула уже на следующий день, недоуменно пожав плечами и никаких идей не представив. И упрекнуть ее было не в чем – ни про какого «грешника склона горы змеевой пещеры» в книге не упоминается. К тому же, девочка, определенно, считала, что мать ее просто свихнулась на этом своем расследовании. Ладно, надпись на истукане они с помощью искусственного интеллекта расшифровать попробовали. Отлично. Но причем здесь еще какая-то книга? Помощь неожиданно пришла со стороны найденыша Максима. Разговор о загадке Ивана Андреевича возник у них спонтанно, когда Вера, совершенно освоившись в роли хозяйки, шинковала на кухне капусту. К вечеру с визитом ожидался Грумов, который обещал дать отчет о текущем ходе дел – наследственного и уголовного. По этому поводу Вера затеяла пироги. Рэнкин же, уже знакомый с этим ее блюдом и горячо его одобряющий, изо всех сил пытался предложить свою помощь. – Помощь нужна разве что моральная, – сказала ему Вера. – Можете развлечь меня разговором. – Хорошо, – легко согласился Максим. – Как у Вас продвигается дело с поиском того артефакта? Книга помогла? – Нет, – отрезала Вера. – Либо я слишком глупа, либо в книге действительно ничего нету. – А может, там невидимыми чернилами что-то написано? – Не думаю. Тут идет чисто интеллектуальная игра. А если сюда привлечь еще и исчезающие чернила, то все это окончательно превратится в историю профессорской паранойи. И к тому же, как я должна определить тип невидимых чернил и метод их проявления? Нет! Исключено. – Ну, значит, это не та книга. Может, мы что-то пропустили тогда на полках? Книга точно должна быть о легендах Кавказа? – В письме говорится о книге, которую он мне рекомендовал. Насколько я вспомнила, единственное чтение, которое он мне предлагал – книга из его библиотеки о кавказских преданиях и сказках. И кроме «Легенд…» ничего подходящего мы не нашли. Можно, конечно, просмотреть всю библиотеку, но, если Иван Андреевич упоминал о верхних полках, значит, книга на них. В таких вещах он был педантичен. – А можно взглянуть на то его письмо? Если это удобно, конечно, – попросил Максим. Вера задумалась. Вроде бы Максим убедил ее, что Магистром быть не может. Но, если вдруг? А с другой стороны… О чем он там еще не знает? Про Портал и убийство он либо не поймет, если он – Максим, либо знает и так, если он – Магистр. Про Дука-Бека – то же самое. Ну, а про книгу она этому человеку, кем бы он ни был, уже сама все рассказала… – Хорошо, сейчас принесу, – Вера вытерла руки и в сопровождении бдительной Гули отправилась за бумажным платочком. Максим, если и удивился такому носителю информации, то вида не подал. Аккуратно расправил тонкую бумагу, отметил, что узнает почерк деда, и внимательно углубился в чтение. Молчал над платком довольно долго, о чем-то размышлял. Потом поднял глаза на Веру: – Знаете, Вера Владимировна, мне кажется, Вы не до конца поняли инструкцию насчет книги. – Вот как? – Вера оторвалась от своей капусты. – И что не так? – Понимаете, я, в силу своей профессии, везде вижу… как бы, алгоритмы. И это письмо тоже сразу воспринимаю в виде алгоритма. Верхнюю часть я сейчас анализировать не буду, но вот что касается блока про книгу… Смотрите, что дед дословно пишет: «И не забудьте о книге, которую я Вам порекомендовал. Обратите внимание на ее название. Исследования в этом направлении будут весьма полезны для понимания особенностей нашего курортно-географического региона.» – Ну, так и что? Книга «Легенды Кавказа» – подходит по названию. Исследовала я ее тщательно, но без толку. – Выполняя алгоритм, Вы пропустили целую строчку, Вера Владимировна! Разве Вы не этого не видите? Вы действовали так, как если бы в письме было написано: «И не забудьте о книге, которую я Вам порекомендовал. Исследования в этом направлении будут весьма полезны для понимания особенностей нашего курортно-географического региона.» Или, если упростить, введя известные нам величины, то алгоритм, по которому действовали Вы, можно переписать так: «Не забудьте о книге «Легенды Кавказа». Информация, содержащаяся в этой книге, поможет обнаружить нечто, что находится в пределах Кавминвод». – И что не так? – повторила Вера. – А не так – то, что это – не алгоритм из письма! Здесь не учтено предложение «Обратите внимание на ее название». Правильный алгоритм должен выглядеть так: «Не забудьте о книге «Легенды Кавказа». Обратите внимание на название книги – «Легенды Кавказа». Изучение легенд Кавказа поможет обнаружить нечто, что находится в пределах Кавминвод». Таким образом, Вы работали не с тем массивом данных, Вера Владимировна! А ведь верно! Он прав! – Черт! – прошептала Вера. Максим – Вы гений! Иван Андреевич сначала подложил мне книгу «Гидрогеохимия», название которой не имеет никакого отношения к делу, а на следующей итерации указал на книгу, в которой к делу относится только ее название – «Легенды Кавказа»! А содержимое – в данном случае, балласт. И я несколько дней изучала совершенно бесполезные для меня истории… – Ну они же прикольные, наверное? Вы удовольствие получили от чтения… – Возможно. Кругозор свой я по крайней мере расширила. Но теперь, однако, надо все начинать сначала! ***Пришедший с визитом душеприказчик, в целом, сообщил вещи обнадеживающие. Правда, оказалось, что Вера – не единственная и даже не главная пострадавшая. Нотариус, которого тогда прямо из банка «Скорая» забрала с сердечным приступом, накануне покинул больницу и прибыл домой. И обнаружил там основательно обчищенный сейф – исчезло около двухсот тысяч долларов. Ну и еще кое-что по мелочи. Стажер Евгений действительно имел с хозяином сейфа весьма доверительные отношения и со временем успел выведать все необходимое для открытия замка безо всякого взлома. В розыске преступников оптимизм внушало то, что, согласно данным пограничного контроля, страну они не покидали. И еще, нашелся свидетель – сотрудница медицинской лаборатории, которая сообщила, что и Домбровский, и Лапин два дня назад сдали у них ПЦР-тесты11. Были они на кураже и упомянули что-то о Верхнем Ларсе. Где, как известно, находится пропускной пункт российско-грузинской границы. Поскольку в розыск подозреваемые объявлены, при попытке покинуть Россию их, разумеется, приняли бы, но пока что пересечь границу ребята нигде не пытались. А так как необходимый при въезде в Грузию отрицательный результат ПЦР-теста действителен всего семьдесят два часа, то можно надеяться, что они попробуют сбежать в оставшиеся у них ближайшие сутки. Вообще-то, у всех складывалось впечатление, что преступники не рассчитывали на быстрое обнаружение краж. И основания у них были. Нотариус утверждал, что сейф свой он проверял редко, и «Женя об этом знал». Банковскую же ячейку предполагалось открыть лишь когда прибудет эксперт – то есть не раньше, чем через пять дней. Грумов лично сообщил нотариусу об отпуске оценщика, и опять-таки «Женя об этом знал». Ну, а что до украденного винчестера, то тут, похоже, на всех стадиях проекта расчет строился на русском «авось». Авось там до сих пор валяются ключи от биткоинов. Авось стариковским слабеньким компом не часто пользуются. У молодого хозяина вон техника какая навороченная рядом стоит! В общем, этим вечером Алексей был сдержанно оптимистичен, Максим и Гуля – спокойно нейтральны, а Вера – умеренно скептична. А вот пироги с капустой были просто великолепны! Едва проводив гостя, Вера кинулась в свою комнату к ноутбуку. Ее просто-таки распирало от волнения и желания немедленно действовать. Она открыла поисковик и набрала в строке поиска «легенды Кавказа». Легенд нашлось не просто много – их было множество! Могло показаться, что их создание – по любому поводу и на любую тему – в прежние времена являлось одним из основных развлечений местного населения. Впрочем, большинство этих историй оказывались вполне себе увлекательными. А какое, наверно, это поле для деятельности различного рода филологов, лингвистов и этнографов – просто дух захватывает! Вера в гуманитарных дисциплинах была не сильна, но, осматривая весь вывалившийся по ее запросу текстовый массив, решила условно разделить его на «былины» и на «предания». Ну а поскольку неизвестно, какой из этих типов легенд ей нужен, обратить внимание следует на оба. И, памятуя о том, что речь должна идти о районе Кавминвод, в первую очередь надо проштудировать кабардинский фольклор, ибо именно кабардинцы являются коренным кавказским народом, издавна населяющим данный регион. И Вера приступила к изучению легенд, созданных смелыми и гордыми обитателями гор… ***В «былинах», по Вериной классификации, действовали всякие нереалистичные персонажи, вроде гигантских богатырей – нартов и их антагонистов – эмергенов, которые были невероятно сильными великанами-людоедами. Все эти ребята в результате своей жизнедеятельности производили вещи глобальные – меняли ландшафт, наделяли целебными силами воды, умирая, застывали горами и прочая прочая… И, конечно же, нартский эпос был огромен, им занимались ученые-нартоведы, и вот так, с наскока, что-то в нем обнаружить представлялось нереальным. Разве что очень повезет. Читая о нартах, Вера в нескольких вариантах ознакомилась с историей возникновения кавказских гор. Она уже знала, что Эльбрус, Бештау и Машук появились в результате нартских семейных разборок, а сейчас выяснила про другие вершины. Оказалось, что гора Кольцо – это ненавистное обручальное кольцо, которое старый Эльбрус насильно надел на палец Машуки, и которое та впоследствии выбросила. А гора Кинжал – это кинжал, которым нартская красавица себя заколола. Там же, в битве отца с сыном, участвовали и животные – Лев, Бык, Верблюд и Змея, которые тоже окаменели и стали горами с соответствующими названиями. Змея в этой истории присутствовала, но стала она той самой Змейкой, вопрос с которой в ходе поисков уже прорабатывался. Так что Вера эту змею забраковала. Нашлось несколько забавных легенд, посвященных озеру Тамбукан вблизи современного Пятигорска. По одной версии, соленая целебная вода образовалась в озере из-за волшебной соли, мешочек с которой туда бросила младшая дочь царя Эльбруса. По другой легенде, родившийся из камня могучий нарт Сосруко столкнул в воду людоеда Тенгрена из соседнего племени эмергенов, и озеро его поглотило. С тех пор богатырское здоровье великана передалось засосавшим его грязям, и они стали целебными. Всплыла про Тамбукан и еще одна легенда, согласно которой озеро названо в честь кабардинского князя Тамбиева, погибшего в бою с врагами и похороненного на его берегу. Но эта легенда, по Вериной классификации, относилась уже к преданиям. В «преданиях» масштаб был мельче – там действовали и разбирались между собой обычные люди, и лишь иногда в их жизнь врывалось нечто сверхъестественное. Главным образом, «предания» посвящались междоусобицам, любовным неурядицам и борьбе с иноземными завоевателями. В очередной раз Вера наткнулась на легенду о народном мстителе Машуко, о котором уже читала в давешней своей книжке. Утверждалось, что гора, где скрывался герой, впоследствии по его имени и названа – Машук. Скорее всего, так оно и было, и никакие нартские красавицы здесь ни при чем. Хотя, может и наоборот – человек взял себе имя Машуко по названию горы. Истина, как говорится, покрыта пылью времен… Выплыла еще одна Змеевая гора. Другая! А легенда, с ней связанная, касалась матримониальных проблем некой Куны – эмансипированной девушки-богатырки.12 Она со своим войском окопалась на горе по одну сторону реки, а очередной соискатель ее руки со своим войском – по другую. Ухажера девушка сперва отвергала, но потом ночью сама переплыла реку и кинулась в его объятия. И пока они влюбленные предавались страсти, на оба их спящих войска напала третья сторона – воины некого князя, которого попросила о помощи приемная мать Куны. Мать не знала, что дело уже устроилось, сильно переживала, что дочь засиделась в девках, и таким образом решила склонить ее к браку. Метод воздействия показался Вере сомнительным, но – не суть. Важно, что, когда Куна выбежала из шатра своего возлюбленного и увидела творящийся беспредел, она закричала: «Будьте вы прокляты и ползите отсюда змеями!». И стали напавшие воины превращаться в змей, и заполонили змеи все склоны горы, и прорывали своими телами в горе канавы, когда ползли вниз. С тех пор гора называется Змеевой, а канавы те – змеиными дорогами, и по ним стекает с горы в реку Малку дождевая вода. Вдохновленная полученной информацией, Вера открыла карту и стала изучать, где же находится река Малка и эта Змеева гора, также известная как Кунатыга. Гору она не нашла, а река Малка обнаружилась от Кавминвод довольно далеко. Так что, похоже, опять не то. Но Вера надежды не теряла и искала дальше. А дальше сеть неожиданно принесла ей записанную этнографами во второй половине 19-го века кабардинскую легенду о младенце, найденном на горе Машук. Эта легенда настолько перекликалось с историей Максима, которая до сих пор стояла у нее перед глазами, что Вера принялась изучать вопрос подробно. В общем, дело было так. Заметил некий хозяин, что лучшая его коза стала плохо доиться. Стали разбираться и обнаружили, что коза во время выпаса бегает к дыре провала в горе и кормит там невесть откуда взявшегося младенца. Причем мальчик оказался необычный – пока он лежал у провала, тело его пылало жаром, но как только его удалось взять на руки и оторвать от земли, жар исчез, зато из горы вдруг забили горячие источники. Младенца забрали, дали ему имя Машуко и воспитали как родного. Мальчик рос очень быстро и вскоре стал ходить на охоту, а потом попросил родителей построить ему саклю. Но обязательным условием было не использовать при строительстве глину, дескать, иначе Машуко нальется жаром и всех сожжет. Как водится в таких сказках, условие не выполнили – сестра юноши замазала глиной какую-то трещину в стене. И Машуко вынужден был уйти от родных, но при этом оставил им в дар Чу́дную Чашу. От нее исходили свет и тепло. И никто не мог понять, из чего сделана эта чаша – она блестела как серебро, горела как золото и сверкала как алмазы, но ничем из этого не являлась. На этом месте у Веры аж поджилки затряслись от волнения. Вот она – волшебная Чаша! Не ее ли повсюду ищет Магистр? Юноша Машуко обещал своему приемному отцу, что Чаша принесет семье счастье и богатство. Но заканчивалась эта легенда обескураживающе – и Машуко куда-то исчез, и чаша со временем потускнела, потеряв волшебные свойства – наверное, оттого, что разбогатевшие наследники загордились и зачванились. Найденыш из Машукского Провала! Волшебная чаша! Вера чувствовала, что напала на след. Но ухватить идею пока не могла. Кто же такой этот упокоившийся Георгий – «грешник склона горы змеевой пещеры», который был «движим богом» «чаша взяла ибо»? Она запустила поиск и выудила еще несколько историй о наименовании горы Машук. Помимо уже ей известных, бытовали версии, что гору назвали в честь некого Машуко – знаменитого оружейника, в память Машуко – крепостного крестьянина, восставшего против своего господина… Ну, и опять же, в честь Машуко-найденыша. Этот, правда, жаром не пылал, но зато в шестнадцать лет влюбился в женщину-джинна. А когда его любимую уничтожили, закидав навозом, как посоветовала местная ведьма, Машуко ходил по той самой горе и плакал. А из мест, куда падали слезы, начинали бить горячие источники. За окнами стояла глубокая ночь. Вера отодвинулась от ноутбука и посмотрела на лежащую у ног Гулю. – Вот что-то не то я делаю! – сказала она ей. – Про Машук я выяснила. Но причем здесь эта гора? Хотя, с другой стороны, найденыш, Чаша… Но мне ведь нужны змеи и пещеры! – Так поищи их на Машуке, если это место тебе так нравится, – предложила Гуля, поднявши голову с лап. – И не мешай спать тем, кто понормальнее. – И где же там змеи? – Ну, елки-палки! Орел тебе там не змею, что ли, терзает? И еще какие-нибудь змеи наверняка есть… – Точно! Орел! Змея! Помнится, Грумов про них рассказывал. Надо было освежить память, и Вера опять полезла в интернет. Легенда про Орла нашлась быстро, но свежих идей не принесла. Ну да, гордый властелин Кавказа – Орел, укушенный коварной ядовитой змеей, спасся и выздоровел благодаря источнику с целебной водой. Потом в отместку змею растерзал. И где в этой связи прикажете искать Грааль? Вера задумалась. Младенец, появившийся из провала на склоне Машука и связанный с ним энергетически. Впоследствии добывший откуда-то волшебную чашу… Оставался последний шаг в этой логической цепочке, и Вера его сделала. «Легенды о Провале» – набрала она в поисковой строке. Издавна эта дыра на склоне горы пугала людей жутким зловонием, исходящим из ее недр. И, разумеется, порождала легенды. Согласно одной из них, внизу был расположен самый что ни на есть настоящий вход в ад, а в подземной пещере над этим входом обитал огнедышащий дракон, который по ночам выбирался наружу и нападал на одиноких путников. И, как положено дракону, утаскивал и пожирал юных красавиц. А к этой легенде примыкала еще одна. Гласила она, что давным-давно, еще когда жили на земле могучие нарты, собирали как-то на горе хворост двое стариков – муж и жена. Жена старику досталась жутко сварливая – настолько доставала она его своими криками и упреками, что бедняга уж не знал, куда и деться. Подумывал даже о том, чтобы сбежать высоко в горы. Так вот, собирали они хворост, и старуха, как обычно, мужа пилила… Но вдруг вопли ее оборвались. Шедший впереди старик обернулся назад, пытаясь понять, в чем причина такого чуда, но старухи не увидел. Стал он изучать вопрос подробнее и обнаружил в земле дыру, а оттуда – из глубины – доносилась ругань его второй половины. Собрался было он идти за веревкой, чтобы старуху вытащить. А потом подумал… Еще раз подумал… «Один, один, совсем один! Мечты сбываются!» Решил он, что пусть жена посидит в дыре пару деньков – может, характер улучшится. И пошел восвояси. А на следующее утро шел мимо того места юный нарт Кайцук. И услышал он вопли о помощи, доносящиеся из-под земли. Обнаружил дыру, из которой исходил звук, и спустил туда бывшую при нем толстую веревку. За веревку снизу ухватились, и Кайцук стал тянуть. Тяжко ему было, но богатырь с задачей справился и веревку вытянул. А за другой ее конец, оказалось, уцепился огромный страшный дракон. Но в тот момент дракон выглядел не страшным, а совершенно обалдевшим. Он кинулся благодарить юношу и сообщил, что жил он себе не тужил, питался юными девственницами… Но свалилась в его жилище ужасная старуха. И сразу же начала на него орать. От воплей старой ведьмы обвалился свод пещеры и засыпался лаз, через который дракон обычно выбирался наружу. А сам он от этих воплей потерял способность извергать пламя и вообще нормально функционировать. Сожрать сварливую гостью не позволяло заточенное исключительно на девственниц деликатное пищеварение, и бедная зверушка приготовилась к смерти. Но тут пришло спасение. Освободившийся дракон поскорее улетел подальше от этого ужасного места. А старуху спустя некоторое время решено было все-таки вытащить, но когда ее подняли, то увидели, что стала она прекрасной молодой женщиной – так повлияли на нее купания в целебных водах озера на дне драконьей пещеры. И с тех пор люди используют волшебную силу этого озера для исцеления и омоложения. Легенда оказалась презабавной. Но Вере было не до смеха. Она нашла свою змею! Точнее, Змея! Ведь, скорее всего, в легенде этой изначально фигурировал Змей. Дракон (δράκων) по-древнегречески изначально и есть «большая змея». Дракон и Змей – синонимы. Например, в русских сказках Змей Горыныч – это кто? Многоголовый дракон! А с кем у нас бьется Святой Георгий на гербе? Со Змеем! То же самое и в других европейских языках. Причем слово «дракон» стало популярным уже ближе к нашему времени. Стало быть, если сейчас, читая выуженную из интернета легенду, мы встречаем в ней Дракона, то человек четырнадцатого века, составивший надпись на истукане, скорее всего, слышал ту же самую легенду, но только со Змеем. И та самая «змеева пещера» – это и есть знаменитый пятигорский Провал! Именно это место имеется ввиду в надписи на истукане. Да, собственно говоря, на Дука-Беке сбоку и нарисовано, как нарт Кайцук вытягивает на веревке многоголового змея. Бинго! Вера разгадала загадку. И Иван Андреевич тоже. А Магистр – нет. Он неверно интерпретировал слова «горы змеевой пещеры» и, недолго думая, решил, что речь идет о пещере на горе Змейка. Но нет. Заветная чаша, которую он так маниакально ищет, находится совсем в другом месте! Блаженное чувство удовлетворения от хорошо выполненной работы разлилось по всему Вериному телу. И хотелось немедленно своим открытием с кем-то поделиться. Вера посмотрела на время – три ночи. Час Быка! Максима сейчас тревожить, разумеется, неудобно, хотя прорыв произошел благодаря ему. А что Ксюха? Она ведь по ночам обычно висит в сети, может и сейчас не спит. Вера зашла в мессенджер и набрала дочери сообщение: «Я нашла нужную легенду и нужное место. Артефакт находится в Провале. Это и есть змеева пещера из надписи!» Сообщение было тут же прочитано – значит, Ксю и правда не спала. Через некоторое время пришел и дочуркин ответ: «Поздравляю! Надеюсь, что теперь ты наконец успокоишься и придешь в себя». И дальше – целая строчка эмодзи-поцелуйчиков. Вера встала с кресла и подошла к занавешенному окну. Слегка отодвинула штору. Там, на улице, уже просветлело – зарождалось утро. Надо бы лечь поспать, ведь она изрядно устала. Однако мозг так вот сразу успокаиваться не желал, и мысли по инерции продолжали скакать в своем сумбурном танце. Хотя танец этот и сделался более ленивым и непоследовательным. Да, возможно, дочь права, теперь Вера успокоится. Задачка в основном решена… Возможно, какие-то детали к решению добавил бы листок из шкатулки. Но он украден… Зачем воры вообще взяли его из шкатулки, он ведь – не деньги и не бриллианты? Наверно, подумали, что там может оказаться что-то важное. Может, какие-нибудь пароли. Решили, что лучше взять до кучи, а потом разобраться. И это жаль… И жаль, что ей никогда не удастся узнать целиком всю эту историю с Провалом и с Чашей… Которая протянулась к ней сквозь века и лишь едва задела самым своим краем… Вера выключила ноут и улеглась в постель. Гуля немедленно перебралась к ней под бок. Отчего-то казалось, что заснуть не удастся, но на удивление, сон к Вере пришел моментально. И снился ей красивый закат… и солнце было огромным золотым шаром…