Глава 9

Вера пробудилась почти что в полдень. Вчистую проспав свои рабочие дела, которые накануне запланировала на утро. Но зато она отлично выспалась. И ей даже снился какой-то длинный и подробный сон, очевидно, по мотивам предшествующих впечатлений. Правда, Вера обычно плохо запоминала свои сны, вот и сейчас мелькала в голове только каменная чаша – видимо, тот самый Грааль, да еще какие-то рыцари сражались друг с другом вблизи отвесной пещеры… – Гулька, что же ты меня не разбудила? – упрекнула Вера свою компаньонку. – Тебе же самой надо и погулять, и позавтракать! – Так я сама и погуляла, и позавтракала, – ответила Гуля. – Ну, разве что наш Максим помог немного… Вера вышла из своей комнаты и обнаружила в гостиной хозяина, сидящего за своим ноутбуком. На экране была открыта какая-то явно научная статья. Похоже, Грумов скинул-таки Максиму содержимое похищенного диска, и внук вернулся к изучению наследия деда. – Простите, Вера Владимировна, но дверь ваша оказалась приоткрыта, и собачка утром выскочила. Вы спали… Я накормил ее и выпустил прогуляться по участку… Она так просилась. – Спасибо, Максим, – поблагодарила Вера. Надо же, оказывается, она в душе уже настолько уверилась, что этот человек Магистром не является и для нее безопасен, что даже не закрывает дверь! Ну, да в самом деле, будь он тем самым колдуном, стал бы он помогать с интерпретацией профессорского письма? Сам бы все разузнал. Максим будто прочел ее мысли: – Ну, как дела? Вы всю ночь, наверное, свои легенды искали? Нашли что-нибудь подходящее? А Веру и саму распирало похвастаться: – О, да! Нашла. Похоже, что то место, куда вместе с грешником Георгием сгинул артефакт, – это наш любимый Провал. А артефакт тот – Святая Чаша. Грааль! Максим обалдело на Веру уставился: – Грааль? Грешник? Ну, Вы даете! Вы, Вера Владимировна, что, Грааль обнаружили? – По крайней мере, так получается из дешифровки надписи на истукане. Дочка с помощью искусственного интеллекта сделала. Ах, да… я же не Вам, я Алексею Игоревичу показывала… Вот, смотрите. – Вера нашла в телефоне Ксюхино послание и показала Максиму: – Это восстановленная греческая надпись, а вот как это переводится: «Упокоили Раба Божьего Георгия Богом был движим в год 1395 грешник склона горы змеевой пещеры 21 сентября утром Чаша взяла ибо» Еще, видимо, какое-то дополнение есть на украденном из шкатулки листке. Но это мы, может, уже и не узнаем… – Так это же – грандиозное открытие! – вскричал Максим. – Если все верно – это же надо срочно публиковать! И Чашу искать. Вера рассмеялась: – И как Вы, интересно, представляете себе поиск в Провале? Аквалангисты? Да Провал этот бедный с того времени столько раз еще проваливался, что даже будь там и вправду этот Грааль, он сейчас – глубоко-глубоко в недрах горы! Например, в конце восемнадцатого века на склоне Машука, зафиксировали землетрясение, после которого Провал приобрел нынешний свой размер. В интернете полно этой информации… А до того дыра, наверное, была гораздо меньше. – Да, Вы правы… жаль, – улыбнулся Максим. – Вот бы найти Грааль и обрести бессмертие! – А Вы хотите бессмертия? – Не знаю. Сложный вопрос… Вера оставила хозяина размышлять о сложных вопросах, а сама спустилась вниз готовить себе кофе. Попробовала заняться рабочими вопросами, но ничего не вышло. Нужный ей человек – их с Ольгой потенциальный партнер – был приятным, но весьма занятым дядькой, так что нормально пообщаться с ним обычно удавалось только с утра. А сегодня Вера проспала! Оставив дядьке просьбу связаться с ней, когда ему будет удобно, Вера задумалась об их с Гулей дальнейшей судьбе. Грумов вчера взял с нее обещание отложить отъезд еще хотя бы на сутки. Он питал большие надежды на поимку преступников именно сегодня. Хорошо бы! Но Вере в это отчего-то не верилось. Ну да ладно. Надо только как-то развлечь себя в предстоящий день. А вечером – собраться, и завтра с утра – в путь. Интересно, Ксюха со Стасиком долго еще здесь пробудут? И тут проблема с развлечениями внезапно решилась. Легка на помине, позвонила дочь. Была она, как всегда в последнее время, возбужденно-восторженной: – Мамуль, слушай, есть идея! Я тут вычитала… Здесь не особо далеко от города есть прикольная штука – купание в термальных источниках! Не слышала? Суворовские ванны называется. Там несколько бассейнов с минеральной водой разной температуры. И пишут, что после купания – просто огонь! В общем, мы со Стасиком приглашаем тебя с нами туда съездить… Купальник у тебя ведь с собой? Купальник был с собой. Вера автоматически совала его в сумку, собираясь в любые свои путешествия. И окунуться в теплую минеральную водичку, в принципе, было бы неплохо. Вот только не помешает ли она молодежи? Оказалось, совсем наоборот. – Мамуль, – Ксю понизила голос. – Тут такое дело… ты нужна. Ладно, пока Стас не слышит, скажу. В общем, я уверена, он собирается попросить у тебя моей руки. Родительское благословение и все такое прочее… Он же у меня такой правильный! Сегодня очень прозрачно мне намекнул. И просил обеспечить твое присутствие. Вера шумно выдохнула. Глядя на эту парочку, к чему-то подобному она внутренне оказалась уже готова. Что же. Совет, как говорится, да любовь. Вот только не странно ли просить благословение у будущей тещи, наряженной в купальник? – А ты что, комплексуешь? – удивилась дочь. – С твоей-то фигурой? Да и потом, вряд ли процесс будет происходить непосредственно в бассейне. Куда-нибудь потом заедем посидеть… В общем, Ксюха уговорила. Единственное – надо было придумать, что делать с Гулей. В термальные источники собак, понятное дело, не пускают. Но тут на помощь пришел Максим. – Конечно, поезжайте, Вера Владимировна! Я с удовольствием проведу время с Вашей Гулей. И она, по-моему, не возражает. – Не возражаешь, Гулиельма? – спросила Вера у своей любимицы. – Сама понимаешь, дела семейные… – Иди уже! – крутанула мордой та. – Развлекайся… Справимся тут и без тебя. И отпущенная собакой Вера понеслась развлекаться. ***Суворовские термальные источники, соответственно своему названию, находились в станице Суворовской Предгорного района, до которой Стасик довез своих дам менее чем за час. Любознательная Вера по пути залезла в интернет и выяснила, что раньше, до 1835 года, эта станица, которую казаки основали на месте бывшего абазинского аула, имела весьма утилитарное название – Карантинная, ибо служила пограничным санитарно-пропускным постом при перегонке скота в районы Кавминвод. Но затем те самые казаки, будучи не лишенными чувства прекрасного, обратились к императору с просьбой переименовать Карантинную в Суворовскую – в честь славного генералиссимуса, который когда-то останавливался неподалеку. А истинная слава пришла к этому месту всего-то чуть больше полувека назад, когда здесь обнаружили источник термальной минеральной воды, и на глубину более километра пробурили скважину. Состав воды оказался уникальным – она была щедро насыщена всякими хлоридами, йодидами и бромидами, а также полезными микроэлементами, которые положительно влияют на организм. Интернет сулил Вере, что посредством волшебной воды излечатся суставы, уйдут стресс и усталость, снизится давление и повысится иммунитет. Ну, а кожа станет здоровой, эластичной и сияющей. И Вера с энтузиазмом погрузилась в это чудо природы. Ощущение действительно оказалось интересным – вода мягкая, как будто мыльная… И великолепен контраст температур между бассейнами. И гидромассаж. В общем, в течение дозволенного медициной часа она омолаживалась и расслаблялась. Ну, а после водных процедур они зашли в расположенный здесь же фитобар, и Стас принес дамам травяной чай, довершивший процесс релакса. В результате на заднее сиденье «фольксвагена» Вера забралась такой «отрелаксированной», что ее стало немедленно клонить в сон – едва лишь автомобиль тронулся с места. А между тем, основная цель поездки была еще впереди, ибо Ксюхиной руки Стасик пока не просил. И Вера стала малодушно надеяться, что может оно сейчас и не надо, может, лучше отложить все до Москвы… Посиделки в ресторанчике ей сейчас не выдержать… Уж слишком хочется спать. Откуда-то затрезвонил ее телефон. Вера заворочалась на сиденье в поисках источника звука. Ах да, она же оставила сумку с мобильником в машине, когда шла принимать ванны… – Мам, сумка у тебя на полу под сиденьем трезвонит, – помогла Ксюха. – Свалилась. Вера наконец подцепила сумку и извлекла уже затихший аппарат. Боже мой! Восемь звонков от Максима и три от Грумова! Что за катастрофа у них случилась? Что-то с Гулей? От такой ужасной мысли Вера даже вынырнула из своего полусна. Спешно набрала Максима: – Что случилось? Гуля в порядке? – Гуля в порядке. Только скучает и скулит. А вот как Вы? Вы сами в порядке? – Максим звучал встревоженно. – Я столько раз звонил… – Мы были на ваннах. Я оставила телефон часа на два. А зачем звонили? Что-то произошло? – Произошло. Во-первых, к Вам приезжал господин Грумов. Он, как и я, не смог дозвониться. Взяли наших воров, представляете? На погранпункте в Верхнем Ларсе. Минувшей ночью еще взяли! И изъяли у них все украденное. А господин Грумов утром лично ездил во Владикавказ – он очень переживал, что потерялся листок из шкатулки, которым Вы очень дорожите… Но Ваш листок сохранился! Повезло. Правда, пока еще изъятое не отдали, но Алексей Игоревич все видел и смог сфотографировать. – Так это же здорово! – пробормотала Вера. – Просто замечательно! Новость была потрясающая, но вот сил на адекватную эмоциональную реакцию у нее не нашлось. Слишком уж глубокий релакс ее настиг после ванн и чая. – Да, конечно… – Максим замялся. – Но, знаете, есть одна вещь, которая очень меня обеспокоила. Дело в том, что мы с Алексеем Игоревичем разговорились про этот Ваш листок и про то, что на нем должно быть что-то интересное, по сравнению с уже расшифрованной надписью с каменной статуи… В общем, он мне показал фото. – И что там? – Там явная прорисовка эпиграфической надписи. И там вполне можно восстановить и прочесть на греческом: Упокоили раба Божьего Георгия, Богом был движим… год 1395…грешник склона горы… Собственно говоря – весь тот текст, который Вы мне утром и показывали. – Максим, Вы что… Неужели сами смогли это все дешифровать и перевести? – Да, я с картинкой тут оперативно поработал. Эх, Вера Владимировна! Сейчас я очень жалею, что мы с Вами нормально не взаимодействовали раньше. Вы, видимо, мне не доверяли, в то время как я – как раз тот, кто мог помочь… Я ведь говорил Вам, что в Джорджтауне защитил магистерскую в области вычислительной лингвистики? Так вот, тема моей диссертации была «Разработка и применение нейросетевых моделей для дешифровки древних эпиграфов»! Мои компетенции – именно то, что нужно для Вашего истукана. – Вот как? Максим, Вы очень крутой, я Вами восхищаюсь, – Вера чувствовала, что сейчас окончательно заснет. – Значит, на листке не оказалось ничего нового? Ну ладно. Этот текст мы уже и так расшифровали… – А вот здесь – загвоздка. Я, естественно, полез сверять фото листка, сделанное господином Грумовым, с той прорисовкой Бернардацци, которая вывешена на постаменте истукана в музее. С той самой, которую Вы отдавали на дешифровку. И я Вам скажу – надписи сильно между собой отличаются! – В смысле – сильно? – В том смысле, что дело выглядит так, как будто изначальную надпись на истукане кто-то скопировал, и впоследствии она дошла до нас на листке из шкатулки. А затем эпиграф был сознательно до неузнаваемости испорчен, особенно в нижней своей части. Какие-то буквы затерты, а какие-то буквы и бессмысленные символы – добавлены. И уже вот то, что получилось в результате вандализма, зарисовал Бернардацци. И именно эта прорисовка экспонируется сейчас на памятнике. – Но как же – до неузнаваемости? – удивилась Вера. – Ведь мы все равно ее расшифровали. Они там использовали какие-то трансформеры. Повисло молчание. Видать, Максим собирался с духом. Потом произнес: – Вера Владимировна! Слушайте меня внимательно – то, что я скажу, очень важно. Я со всей ответственностью утверждаю, что никакие алгоритмы машинной обработки не позволяют дешифровать прорисовку Бернардацци с тем результатом, что представили Вам. Тот, кто имел отношение к Вашей дешифровке, был в курсе первоначального вида надписи. Именно той, что сохранилась на листке из шкатулки. И по каким-то соображениям этот человек совершил подлог… Вы понимаете, что это может значить? Вера Владимировна… где Вы? Где Вы сейчас находитесь? Я за Вас беспокоюсь! А Вера понимала, что это может значить. Но это стало уже не важно. Ответить Максиму она все равно не могла – не ворочался во рту язык, а явь растворялась во сне. Такой уж успокаивающий был этот травяной чай… ***Сознание возвращалось постепенно и поначалу просто фиксировало возникающие ощущения – темно, холодно, неудобно, трудно двигаться. Потом оно попыталось найти им объяснение, и Вера вспомнила, что она вместе с Ксюшей и ее женихом ездила на термальный источник. А потом она разговаривала с Максимом про расшифровку текстов. А потом… И вот, наконец, перед Верой возникла полная картина происходящего. В ее целостности и чудовищности. А рядом с нею, между тем, кто-то был – с боку раздавались звуки. – Ксюша, – позвала Вера. – Мамуль, я здесь. Это ты тут рядом? – Ты в порядке? – Не знаю. Кажется, ноги и руки почему-то не двигаются. Где мы? Стасик! Ты где? Мам, где Стасик? Почему ничего не видно? Верины глаза немного привыкли к темноте. Она смогла различить, что они с Ксюхой сидят, привалившись к стене в каком-то сыром и неприятном помещении, а вверху, слегка сбоку, вроде бы есть дыра наружу. – Я не знаю, где мы, Ксюша. И, кажется, мы здесь сейчас одни. А насчет Стаса… Скажи мне одну вещь – кто непосредственно занимался дешифровкой той моей картинки, которую вы расшифровали с помощью искусственного интеллекта? Дочь некоторое время о чем-то раздумывала. – Ну, вообще-то я плохо знаю тех ребят из группы НЛП. Стасик с ними хорошо знаком. Он ведь менеджер проектов и со всеми в контакте. Он их и попросил. – Понятно. Теперь все наконец понятно! Магистру было нужно, чтобы я нашла правильное место. А для этого необходим правильный текст надписи. Но листка с правильным текстом у меня на тот момент не имелось, и чтобы скорее получить результат, он рискнул пойти на подлог… – Что ты там такое говоришь? Какой еще Магистр? Это мой Стасик, что ли, Магистр? Чушь! Я два года его уже знаю. – Нет, Ксюшенька. Твой Стасик вряд ли является Магистром. Я думаю, что он – новый Ганс – кукла Магистра, его раб, человек, которого он лишил души и свободы воли… Я ведь тебе пересказывала ту историю из детства Малыша. И ты мне тогда не поверила, но, увы, все оказалось правдой! Ганс погиб в сорок третьем. А Магистр оказался в нашем времени и здесь создал себе нового Ганса. И выдал ему задание… – Это ты сейчас хочешь сказать, что человек, лишенный свободы воли, вступил со мной в отношения по заданию черного мага? Да, мамуль? Иначе со мной никак? Голос дочери задрожал от подступивших рыданий. Вера ее понимала. Если все так и есть, как она себе представляет, то как же жаль девочку! Мужчина, которого она полюбила, общаясь с ней, всего лишь выполнял чей-то приказ. От такой психотравмы придется долго оправляться… А что Магистру вообще от них с Ксюхой теперь надо? Разгаданная тайна ему ведь, безусловно, уже известна. Дочь оказалась первой, кому Вера похвасталась своим открытием. И, разумеется, та сообщила своему ненаглядному Стасу. Значит, немедленно все узнал и Магистр. Вера задумалась. Так… насколько она себе зафиксировала, роман со Стасиком у Ксю начался где-то в конце мая – то есть уже тогда Магистр решил близко подобраться к их семье. Зачем? В том случае, если бы он прочел письмо Малыша, он бы мог решить, что Вера ему нужна в качестве ключа к заветному месту. Но в мае письмо еще в принципе не было написано! Профессор еще не умер, и Портал существовал. Значит, интерес Магистра к Вере, а может, и Ксюше, вызвало не письмо. А тогда что? Вообще-то ответ на этот вопрос стучался в Верин мозг, но был он настолько жутким, что она его туда не пускала. Ладно, сейчас надо прежде всего, думать о том, как спасать себя, а главное – дочь! Вера попробовала подняться с места, но потерпела неудачу. Очень странное возникло ощущение. По отдельности каждая конечность, каждая мышца действовала. Все сгибалось и разгибалось. Был подвижен и торс. И шея. Но вот собрать все эти отдельные подвижности в единое целенаправленное поднятие с места – никак не получалось. Просто какая-то магия! Ну да, она, видимо, и есть. «Я – жертва магического воздействия», – подумала Вера. Мысль почему-то получилась отстраненная, с налетом чисто академического интереса. – «Но к черту академизм! Надо немедленно что-то делать!» – Ксюша, у тебя есть телефон? Послышалось шуршание – дочь пыталась выяснить насчет телефона. – Нету, – сообщила она наконец. – Лежал в кармане. Он его вытащил… – Ксю разрыдалась. У Веры, конечно, тоже не было. Стас, разумеется, изъял у них все средства связи… Хотя нет! У Веры есть мобильник! Спасибо их с Ольгой бизнесу! И спасибо вечно занятому хорошему дядьке Данилову. Ведь так с ним и не переговорив, Вера в ожидании звонка прихватила с собой еще и рабочий телефон, о котором Стас, естественно, не знал. Он забрал Верин обычный смартфон, по которому она при нем разговаривала с Максимом, и решил, что дело сделано. А обыскать карманы кофты, слава богу, не додумался! Вера расстегнула карман и достала аппарат. Черт! Заряда практически нет, связи тут, похоже, тоже. Где же они?! – Звони на «сто двенадцать», – сказала сквозь слезы Ксюха. Вера набрала номер. Прозвон вроде бы пошел, но потом все сорвалось. Так. Еще раз. Соединилось. Занято. Дождитесь ответа… Да, сейчас ведь пандемия, линия перегружена… Черт, опять связь прервалась! Вера попыталась осмотреться получше. Они явно не в пещере, хотя чем-то место на нее похоже. Но это пространство все-таки обустроено человеком. Чуть в стороне вверху, кажется, есть лаз наружу. Но какой-то он странный, будто от него вверх расходится воронка. На телефоне, между тем, высвечивался один процент заряда. И Вера, понимая тщетность своей попытки умом, но движимая чем-то иррациональным, набрала в строке вызова номер Грумова. Вот оно, преимущество красивого номера! При первом же их созвоне чуть больше недели назад, Вера легко его запомнила. Изящная комбинация из цифр года ее рождения! Ну, или года рождения самого Алексея – судя по всему, они одногодки. И чудо случилось – сперва раздались длинные гудки, но буквально сразу же их прервал знакомый голос: – Вера! Где Вы? Мы тут все… Не давая ему больше ничего сказать, Вера затараторила: – Мы с дочерью в большой опасности! Обездвижены Магистром. Находимся в неизвестном месте. Над нами какая-то воронка! Связь плохая… – Тихо! – крикнул вдруг Грумов, и Вера, оторопевши, замолкла. Секунды три стояла тишина, а потом он сказал: – Понятно. Тяните время, Вера. Тяните как можно дольше… И тут телефон выключился. Кому ты позвонила? – спросила Ксюша. Она, вроде бы, взяла себя в руки и справилась с истерикой. – Грумову. Он как-то странно отреагировал, но сказал тянуть время. – И как его тянуть?