Эпилог

Поздним вечером в лучшей ветеринарной клинике города Минеральные Воды в холле для посетителей сидели четверо. В Вериной руке подрагивал бумажный стакан с кофе, который принес ей кто-то из мужчин. Рядом за белой дверью операционной решалась судьба ее Гули. Они с Максимом привезли сюда собаку уже минут сорок назад. А сейчас подъехали и Алексей с Ксюшей. Вновь прибывшие рассказали, как там, на Змейке, на месте бывшего Карьера, стало шумно и людно. Приехали вызванные Грумовым службы – полиция, «Скорая», МЧС. Спасатели добрались до искореженного и сгоревшего фольксвагена и, естественно, обнаружили погибшего и обгоревшего водителя. И, как сообщил Алексей, у полиции в целом сложилось мнение, что тронувшийся умом московский айтишник сначала захватил в плен двух женщин – свою девушку и ее мать, а затем, когда им удалось освободиться, покончил с собой. Возможно, таким это мнение следовало и оставить. Вводить в повествование о произошедшем исчезнувшего Черного мага, колдовской ритуал и пространственно-временной портал, наверно, было бы излишним… Более того, Вера вдруг осознала, что и Грумов, и Рэнкин, наверняка, придерживаются о случившемся того же самого мнения. И только она и ее Ксю знают всю правду! Вера придвинулась к дочери и обняла ее за плечи. Ксюша держалась хорошо, она уже взяла себя в руки и почти справилась с шоком. – Куда делся этот дьявол? – повторила Ксю вопрос, заданный еще на месте событий. – Он ушел навсегда? Вера удивилась, что ответ ей известен. Наверно, эта опция стала доступна из-за проведенных над ней магических манипуляций. Она как будто чувствовала все произошедшее. – Магистр погиб, – ответила она. – Рухнул в Провал и завален камнями. – В наш Провал? – удивился услышавший это Грумов. Ладно, пусть он сочтет Веру чокнутой, как и Стаса. Ей уже без разницы. И Вера принялась объяснять: – Ну, может, не совсем в наш. В провал, который имелся в том месте в конце четырнадцатого века. Магистру удалось все подготовить, открыть вход в портал и локализовать точку выхода. Требовалось лишь дать старт процессу – наполнить энергией Жертвы пробитые в многомерном континууме каналы. И Жертва была уже почти принесена, но тут вмешалась Гуля. А ведь ее энергетика тоже подходила для дела – она путешествовала через предыдущий портал вместе со мной и несла в себе то же, что и я… все эти энергетические конфигурации… И процесс перемещения Магистра начался. Однако, над Гулей не были произведены подготовительные заклинания, и она не растворилась в портале, как растворилась бы я. Сумела вынырнуть и выжить. Я надеюсь… Грумов смущенно молчал. Наверное, он лихорадочно соображал, как в таких случаях следует вести себя с сумасшедшей дамочкой, повернутой на эзотерике. А Максим сказал: – Ваша Гуля как будто почувствовала, что произошла беда. Она скулила, кидалась на дверь и вообще, словно с ума сошла. Не возникло даже мысли, чтобы не взять ее с нами, когда за мной приехал Алексей Игоревич, и мы отправились на поиски. А там на горе, едва машина встала, она выскочила и кинулась прочь. Откуда-то знала, где вы. – Да, она все чувствовала и знала. Моя Гуленька… А Ксюшу все неотступно интересовала судьба Магистра: – Так, а колдун-то, что? – А ничего. Переместился к предмету своего вожделения – Великому Сосуду, с помощью которого он хотел стать всемогущим. И все они сгинули в горячих недрах горы – и Сосуд, и Магистр, и грешник Георгий. – Так ему, сволочи, и надо! – удовлетворенно заключила дочь. – Да. Так в конце концов всегда происходит с самонадеянными гордецами, возжелавшими господства над миром… Вера почувствовала, как ее ладонь вдруг оказалась в руках Алексея Грумова. И глаза его находились близко-близко… А губы прошептали: – То, что Вы рассказываете, звучит совершенно фантастически. Но знаете, Вера, я Вам все-таки верю… Теперь главное, чтобы все хорошо было с Гулей. … Открылась белая дверь и появился человек в зеленом медицинском костюме. – Вы – хозяйка собаки? – обратился он к Вере, обведя компанию бесстрастным взглядом. – Да, я, – Вера почувствовала, как внутри у нее все дрожит. – Что там? Как она? – Собака жива. Я извлек лезвие и устранил повреждения внутренних органов. К счастью, магистральные сосуды остались неповрежденными. – Жива! Спасибо, Господи! Спасибо Вам, доктор! Вера почувствовала, как глаза наполнили слезы. – Но есть проблема, – продолжил ветеринар. Вот всегда есть это проклятое «но»! – Лезвие прошло рядом с позвоночником и задело нервные корешки. Это привело к параличу задних лап. Возможно, потребуется нейрохирургическая операция, но шансы на полное восстановление не высоки. Сейчас это показалось Вере мелочью. Главное – ее Гуля жива! А потом она, конечно, займется ее лапами. Сделает все необходимые операции. Да она, если надо, на руках ее носить до конца жизни будет! – Я могу ее увидеть? – спросила Вера. – Да, можете. Она еще под наркозом, но вы можете быть рядом. Вера поднялась и пошла вслед за доктором. За белой дверью оказался коридор – стерильно белый. Звуки шагов гулко отражались от стен, будто каждое движение было для этого места слишком громким. Ветеринар открыл перед ней еще одну дверь. Там на операционном столе под тусклым светом лампы лежала ее Гуля. Маленькое тело на таком большом столе казалось хрупким и беззащитным. Дыхание собаки было тихим, но Вера тем не менее его услышала. Капельница медленно капала, аппаратура равномерно тикала… – Она под сильным седативным, – пояснил ветеринар. – Нужно время для восстановления. Вера подошла ближе. Протянула руку, осторожно коснувшись шерсти на голове Гули. Такая знакомая и любимая. Слезы вновь подступили к ее глазам. – Гуленька… моя героиня, – прошептала она. Собака не реагировала, но Вера знала – она здесь, она чувствует ее присутствие и ее любовь. Она подняла взгляд на ветеринара. – Вы ее спасли, – сказала она. – Спасибо. Тот кивнул в ответ, а затем вышел, оставив их одних. Вера наклонилась ближе к Гуле, чувствуя, как ее собственное сердце бьется в такт слабому дыханию собаки. – Мы справимся, – сказала она, обещая это не только подруге, но и самой себе. – Мы с тобой, Гуля, еще погуляем. Июнь – октябрь 2024 г