Глава 50

Гелара нахмурилась, наверное, вспомнив свои эмоции, когда на неё нахлынула эта проблема.

— В общем, пока мне оставалось лишь усыпить малыша покрепче, — продолжила она говорить, помолчав несколько секунд. — Думала, что отправлюсь на поиски молока, после того как устроюсь где-нибудь на ночлег. Однако когда сняла комнату в достаточно приличном трактире, поняла, что нужно срочно продолжать лечение — бедняжка был слишком слаб, и оставить его одного без присмотра я бы ни за что не решилась, даже поставив на него кучу защит и сигналок.

Ладно, в конце концов, от голода он пока точно не умирал.

Но братья — молодцы, догадались раздобыть грудного молока и даже бутылочку с соской. Почему-то у троллей никогда не бывает излишков молока, но за хорошую плату женщина, к которой братья ещё и вломились посреди ночи, всё же нацедила нам с малышом почти целую бутылочку.

Покормив мальчика, я решила, что пора выдвигаться в путь. Оставаться в Гроллш-Фазоре дольше не было никакого смысла — единственное, чего мы тут дождёмся, это что молоко снова кончится.

Опять прикрыв ребёнка мороком — потому что ни одна нормальная драконица никогда не станет путешествовать с новорождённым — мы покинули трактир. Один из братьев понёс меня на своей спине домой, а другой полетел на поиски кормилицы — за пределы тролльских земель.

В тот же день он вернулся, привезя с собой семейную пару с младенцем. Они были рады заработать таким нехитрым способом, тем более что молока у женщины прекрасно хватает на двух детей.

Вот, собственно, и вся история.

А что касается пожара, вернувшись с него, братья рассказали, что устроила его опять же какая-то неизвестная драконица. По правде говоря, мы сразу же заподозрили, что это та же самая мерзавка, которая родила и бросила своего ребёнка на погибель.

Скажите, у вас есть объяснение, — обратилась Гелара к нам, — почему она поступила так? Ладно, предположим, не хотела воспитывать ребёнка сама. Я этого не понимаю, но чисто теоретически допустить такой вариант могу. Но ведь не развалилась бы эта змея прилететь сюда и подбросить малыша нам. Или хотя бы троллям в селение по соседству — они бы наверняка принесли кроху-дракончика в замок. Но нет — гадюка его просто выбросила. Как ненужную вещь!

Честно говоря, ответить нам было нечего — потому что произошедшее до сих пор не укладывалось в голове. Вот вроде бы и знали, что Шантара — чокнутая тварь, и Вазлисару она прямым текстом заявила, что убьёт ребёнка, а всё равно, видимо, в глубине души до последнего не верилось, что сука действительно способна так поступить.

Однако драконица ждала от нас хоть какой-то реакции. И в итоге, тяжело вздохнув, заговорил Вазлисар:

— Она хотела наконец родить послушного сына, и согласилась на беременность, лишь после того как я изобрёл подчиняющее зелье. — Глаза Гелары в этот момент надо было видеть! Но Мадо, к счастью для него, смотрел исключительно в пол. — Что тогда было у меня самого в голове — не спрашивай. Наверное, я тоже чудовище. Во всяком случае, в то время идея не казалась мне плохой. Даже почти безобидной. Ну что ужасного в том, чтобы сын слушался родителей?

Гелара попыталась что-то возразить, только дар речи к ней явно ещё не вернулся.

— По счастью, нашу затею раскрыли, — продолжал Вазлисар. — Нас с Шантарой отправили в заключение. А Сонирал, — он кивнул на Кодо, напоминая, о ком речь, — сумел разработать нейтрализатор подчиняющего зелья. Так что участь послушной куклы малышу больше не грозит. Но Шантара… У меня-то в камере мозги прочистились, а вот она с переменами не согласилась. Заявила, что очередного своевольного барана рожать попросту не станет!

Однако за ней неусыпно следили, не позволяя избавиться от плода. Тогда мерзавка задурила-таки голову Гирзелу, и он, поверив, что гадина изменилась — якобы только и думает о будущем малыше — ослабил защиту. Идею, что защита может навредить ребёнку, она же ему и внушила.

В итоге тварь сбежала, а перед этим заявила мне по мысленной связи, что непременно избавится от ненужного её самовольного барана — то есть убьёт его. Я пытался переубедить её, запретить даже думать о таком, но ничего, кроме посылов, не добился.

Мы кинулись на поиски гадюки. Поскольку я знаю её лучше всех, Гирзел ради спасения брата даже на время выпустил меня из заточения.

Дело сильно осложняло то, что Шантара прихватила с собой ключи от портала времени и смылась именно через него.

— Портал времени? — распахнула глаза Гелара.

— Да, есть у нас такой, — кивнул Мадо. — Не буду описывать всех долгих перипетий. В конце концов мы почти настигли тварину в соседнем с Меладой мире. Но возле портала она подстроила нам смертельную ловушку. Повезло, что я её вовремя заметил. Только ловушка ещё и схлопнула портал — перейти успели лишь Генри с Ольгой. А у них, сама понимаешь, какие возможности в поисках дракона. Мы же смогли попасть на Меладу, только когда хоть какой-то портал к вам открылся. Тащиться пришлось через десяток миров, ну да что поделаешь.

— Подожди. Если у вас есть портал времени — почему же вы не вернулись с его помощью в тот момент, когда ещё работал схлопнутый ловушкой портал? — удивилась Гелара. — Или даже в тот, когда твоя жена ещё вообще не сбежала?

Вазлисар печально усмехнулся:

— У времени свои законы — прошлое менять категорически нельзя. Поэтому Воолло мы воспользовались, но лишь для того, чтобы немного приблизить открытие того портала, через который и явились сюда.

— Воолло? — не поняла драконица.

— Да. Так у нас называется место, где возможно создать временной портал, — пояснил он.

— А Шантара, выходит, знала, когда конкретно вы сможете попасть на Меладу? — спросила Гелара.

— Вообще вряд ли. Дело в том, что у нас имеется карта переходов, созданная драконами из другого мира. Весьма обширная и подробная. Шантара же её никогда в глаза не видела. А на той, которую видела, Мелада является последним в цепочке миром, и портал в ней обозначен один-единственный.

— Значит, не получается, — вздохнула драконица.

— Не получается — что? — заинтересовался Мадо.

— Да я всё пытаюсь понять, зачем же она преждевременные роды-то у себя вызвала?! Подумала, что поспешила избавиться от ребёнка к моменту вашего прихода. Но если не знала, как работают порталы — версия неверна.

— По идее, тварина вообще должна была числить нас мёртвыми.

— Вряд ли она могла быть в этом уверена, — вступил в разговор Сонирал. — В особенности, если почувствовала, что в погоне участвуешь и ты.

— Тогда лишь демонам ведомо, почему она поспешила избавиться от ребёнка, — скривился в злой усмешке Вазлисар. — Может быть, вызнала что-то о порталах у местных. А может, просто с животом ходить надоело. Ой, Гелара, я же тебя до сих пор так и не поблагодарил за спасение малыша! — опомнился он. — Если бы не ты…

— Перестань, — с улыбкой перебила его драконица. — Я просто случайно оказалась в нужное время в нужном месте — мы с братьями приземлились в порту и решили немного прогуляться пешком. Но, уверена, любой бы в такой ситуации не прошёл мимо погибающего младенца.

— Только не любой бы сумел спасти, — возразил Мадо. — Магический кокон, в который ты его поместила — это же просто потрясающе! Как вообще изобрела такое?!

— Ну да, — улыбнулась женщина. — Малыш же недоношенный, вот я и постаралась сделать всё, чтобы преждевременное появление на свет не отразилось на его здоровье — ни сейчас, ни в будущем. Надеюсь, получилось.

— Получилось наверняка, — похвалил её и Сонирал. — Кокон даёт ребёнку всё, что не додала проклятая гадина.

— Да, изобретение просто гениальное! — подхватила Таргала. — Ты — большая молодец и талантливый учёный. Лично я никогда не видела ничего подобного. А ты сориентировалась в кратчайшие сроки.

Вот, значит, как — драконица не только спасла несчастному малышу жизнь, но и уберегла от последствий преждевременных родов. Я-то как раз переживала, что его могут ожидать серьёзные проблемы со здоровьем. Даже, скорее всего, ожидают. Но теперь, видимо, можно успокоиться.

Геларе похвалы наших учёных определённо были приятны. И, по всей видимости, она действительно тоже занималась наукой, потому что дальше их разговор перешёл на обсуждение отдельных аспектов созданного ею кокона и вдруг углубился в такие дебри, что лично я вовсе перестала понимать, о чём речь.

И даже тот факт, что Дэйнария с Гирзелом любезно вложили мне и Генри язык здешних драконов, нисколько не изменил ситуацию. Я по-прежнему ощущала себя на симпозиуме китайцев.

А вот четвёрка учёных — то есть Вазлисар, Сонирал, Таргала и Гелара были увлечены беседой просто до крайности.

Так продолжалось, пока рыжая драконица вдруг не вскочила с кресла со словами:

— Ой, Зорги проснулся!

— Зорги? — опешил Вазлисар.

— Малыш, — пояснила Гелара. — Я назвала его Зоргеном. Но вы, конечно, можете переименовать его, как вам захочется, — смутилась она.

И убежала в спальню.

Кстати, никаких звуков оттуда не доносилось. Видимо, их перекрывал полог тишины. Однако «маму» известила какая-то сигналка.

Вернулась она с крохой на руках. Причём какая-то часть кокона его по-прежнему окружала — это я чётко увидела, приглядевшись магическим зрением.

— Скоро будем кушать, — сказала Гелара малышу, но, скорее, для нас. Он-то слов ещё совершенно точно не понимал. — А пока познакомься с папой и братом.

Гирзел подскочил к ней первым. Правда, как правильно взять ребёнка, совершенно не знал. Но Гелара быстро объяснила ему все тонкости.

Дэйнария тоже подошла к ним.

— Ну здравствуй, братишка, — с нежностью улыбнулся Гир. — Как же я счастлив, что с тобой всё в порядке!

Дэйна просто посюсюкала с малышом, а дальше он отправился к отцу.

Вазлисар, в отличие от сына, взял мелкого на руки очень ловко. Надо же, оказывается, умеет. Я-то, признаться, полагала, что со своими старшими он в таком возрасте вовсе не общался. Но, вероятно, он был всё же не настолько плохим отцом, как это представлялось мне.

Вазлисар с ребёнком не сюсюкал, однако тоже шептал ему что-то нежное. И вот сейчас я окончательно поверила, что он действительно хотел рождения сына. Независимо от того, вырастет тот послушным или своевольным. Станет ли заниматься наукой или предпочтёт что-то другое. Захочет ли путешествовать по мирам, как любил Андер, или будет домоседом.

— Вы ведь заберёте его? — спросила Гелара, похоже, нисколько не сомневаясь в ответе. И в её голосе явственно слышалась печаль, даже боль.

— Конечно, заберём, — в один голос ответили оба Мадо.

— Я понимаю, что ты успела привязаться к нему, — продолжил Вазлисар. — Но он же — мой сын, а Гиру — родной брат.

— Да я, в общем-то, и не надеялась, что вы решите оставить малыша мне. Просто уточнила, — в глазах драконицы блеснули слёзы.

— Своих детей у тебя нет? — поинтересовался мужчина.

Она помотала головой.

— Ну, ещё будут, — утешил он.

— Это вряд ли, — вздохнула Гелара.

— Почему? — Вазлисар уставился на неё в изумлении. Всё-таки такт — определённо не его качество. — Ты ещё достаточно молода и абсолютно здорова.

Гелара помрачнела. Но всё же ответила:

— Не думаю, что кто-то из мужчин захочет подарить мне своего ребёнка.

Мадо усмехнулся и продолжил являть чудеса такта:

— Просто так подарить, может, и никто не захочет. Только ни за что не поверю, будто никогда и ни с кем у тебя не было отношений. Серьёзных, я имею в виду.

Гелара явно смутилась.

— Были, конечно, — выдавила она тихо. — Только… мой бывший муж… — женщина замялась. — В общем, он погиб.

Вазлисар скептически вскинул бровь:

— И ты решила хранить ему верность до конца дней?

Лично мне захотелось его стукнуть. А драконица снова замялась, но потом твёрдо кивнула:

— Да.

— Пообщайся с Ольгой, — бросил совет этот образчик тактичности.

Может быть, всё-таки стукнуть? Только вот сомневаюсь, что хотя бы зачатки такта возможно вбить. Зато вызвать таким образом ярость Мадо очень даже реально.

На это Гелара не ответила ничего.

И тут я задумалась о её словах. Было в них что-то странное. Не называют утерянного дорогого тебе человека бывшим. Мне бы никогда не пришло в голову назвать Лёшку бывшим лишь потому, что его больше нет в живых. А уж бывшим мужьям точно не хранят верность.

Почему же она сказала именно так?

Однако предположить какое-либо объяснение формулировке я не успела. В этот момент на руках у Вазлисара захныкал малыш.

— Что, надоело тебе, малец, быть с папой? — усмехнулся тот.

— Да нет, — поспешила разуверить его Гелара. — Просто новые драконы — это, конечно, интересно. Только ему уже кушать хочется.

— Ну, утолить голод отец тебе однозначно не поможет, — хохотнул Вазлисар, в очередной раз целуя ребёнка.

— Сейчас позову кормилицу, — пообещала рыжая и, подойдя к лежавшему на подставке на камине стеклянному шару, внутри которого мерцали магические искры, положила на него ладонь.

Шар засветился ярче.

А секунд через десять в гостиную вбежала орка.

— Покорми Зоргена в спальне, — сказала Гелара, протягивая ей ребёнка. — А то у меня гости.

Но орка, кажется, вовсе её не слышала. На полушаге застыла посреди гостиной с вытаращенными глазами, да так и стояла, ошалело пялясь на нас.

— Диксгарваз?! — выдавила она спустя ещё несколько секунд.