Глава 72

Излагать суть дела, то есть причины, по которым дело Вазлисара необходимо пересмотреть, взялся Сонирал.

Поначалу «присяжные заседатели» отнеслись к идее пересмотра весьма скептически — мол, то что сегодня Мадо ведёт себя вполне адекватно, никак не повод уменьшать ему наказание за содеянное ранее. И даже рассказ об уже подтверждённом факте оказываемого на него Шантарой воздействия не произвёл на них особого впечатления.

Однако Кодо не собирался сдаваться так легко и просто предложил кому-нибудь испытать зелье гадюки на себе.

Желающих нашлось сразу несколько — вампир, пара оборотней и эльф. Перспектива усмирять рвущих всех подряд волков Сониралу однозначно не приглянулась. Вампиры, конечно, ребята не столь горячие… Но всё же Кодо предпочёл начать эксперимент с представителя расы, славящейся своими невозмутимостью и хладнокровием.

Дали эльфу всего одну каплю зелья, растворённую в половине стакана воды.

И когда спустя всего несколько минут тот вдруг завёл ссору с соплеменником вообще непонятно с чего, затем и вовсе кинулся на него с кулаками — вот тут уже судьи впечатлились. А несчастная жертва эксперимента тем временем крыла последними словами их всех.

Сонирал не спешил вмешиваться, предоставив скептикам самим усмирять разбушевавшегося товарища. Что, по правде сказать, выходило у них не очень. А эльф, в бешенстве скача по залу заседаний, уже обещал убить каждого, кто только посмеет сунуться к нему.

В итоге «присяжные» сами начали просить Кодо снять с бедолаги проклятое воздействие. Сонирал любезно согласился.

Минута, и эльф пришёл в себя. Что вытворял до того, вообще толком не мог вспомнить. Зато это отлично помнили все остальные!

И вот после столь наглядной демонстрации настрой судей радикально изменился. Они быстренько признали, что регулярно накачиваемый отравой Мадо вёл себя ещё достаточно адекватно. И его дело, безусловно, следует пересмотреть с учётом вновь открывшихся обстоятельств.

Дальше мнения опять же разошлись. Кто-то предлагал даже вовсе снять все обвинения. Но в результате долгих споров было решено, что намерение сделать зомби из собственного сына всё же заслуживает наказания. Однако с восьмидесяти лет срок скостили до тридцати. Все прочие пункты прошлого обвинительного вердикта аннулировали вовсе.

Кто-то также предложил, что теперь не стоит запрещать Вазлисару участвовать в воспитании маленького сына — тем более что он столько усилий приложил для его спасения — а потому следует смягчить и условия содержания Мадо под стражей.

Тут Генри подсуетился и выступил с идеей домашнего ареста (который, по сути, Гирзел и так собирался организовать отцу). Но теперь именно такую меру наказания судьи закрепили в своём новом вердикте.

Таким образом, уже можно было не опасаться чьих-либо протестов по поводу ненадлежащего исполнения приговора.

В общем, вполне довольные результатом, мы полетели в замок Мадо, где новостей в нетерпении дожидались Лортиан с Агидарой. На суд они соваться не стали, чтобы не возникало вопросов по поводу, что Вазлисар разболтал лишнее во время путешествия в прошлое.

Проблему с вердиктом, вынесенным внутренним судом Мадо за покушение на Гирзела, тоже не стали откладывать в долгий ящик. Уже на следующий день Гир созвал в замок весь клан.

И пошёл тем же путём, что и Сонирал днём раньше. То есть сперва изложил ситуацию на словах, а затем предложил наглядную демонстрацию действия зелья.

Желающие испытать это «счастье» на себе опять же нашлись.

Глава выбрал самого уравновешенного из них. Однако одной капли отравы ему хватило, чтобы уже через три минуты взбесится и даже попытаться в ярости перекинуться прямо посреди зала. На него поспешно накинули кучу ловушек, однако дракон рвал их одну за другой и снова начинал трансформацию, желая немедленно сжечь всех вокруг.

Сложно сказать, что было бы, сумей он её завершить. Мы со Штурмовиком, признаться, рванули из зала от греха подальше. Потому что рядом со взбесившимся драконом вампиру и оборотню делать точно нечего.

По счастью, в дверях мы столкнулись с нашими четырьмя Кодо — те ринулись как раз в зал. Да, на внутренний суд Мадо их не звали, однако, как выяснилось, они дежурили неподалёку.

В общем, бешеного чёрного взяли под контроль, а потом Сонирал и убрал с него воздействие зелья.

Впечатлённые Мадо сперва предложили ещё раз пять казнить Шантару. Затем, немного поостыв, — вынести ей посмертно максимальный срок. Желательно тоже в пятикратном размере. Ну а по поводу Вазлисара единодушно решили, что судить дракона, находившего под столь жутким воздействием демоны знает сколько лет, никак не правомочно. А потому его следует полностью оправдать. Это ещё счастье, что убить ему захотелось всего лишь одного Гирзела, а не вообще всех подряд.

Итак, вместо ста шестидесяти лет в каземате Вазлисару предстояло провести всего тридцать лет под домашним арестом. То есть, по сути, он просто не сможет в эти годы удаляться от замка без сопровождения.

* * *

— Что будем делать с Муромцевским университетом? — поднял за ужином тему Гирзел, посмотрев на Дэйнарию. — Мы ведь с тобой не допреподавали наши курсы.

— Помню, — кивнула белая. — Но сейчас у студентов уже вовсю идёт сессия, и вряд ли им будет до наших занятий. К тому же, честно скажу, путь через восемнадцать миров меня совершенно не вдохновляет. А приемлемый появится лишь за неделю до открытия портала на Землю. Так что лететь обходными путями, потратив на это два-три дня, не вижу никакого смысла.

— Вот и я, откровенно говоря, тоже, — вздохнул Гирзел. — Кирилл с Ланой, конечно, волнуются, получилось ли у нас спасти малыша, но, полагаю, ближе к сроку открытия муромцевского портала уже и не будут ждать нашего появления раньше.

— Я правильно понял, что вы преподаёте какие-то дисциплины в иномирном учебном заведении? — спросил несколько удивлённый Лортиан.

— Правильно, — подтвердил внук. — Когда я оправился на Землю в надежде отыскать Андера, случайно опоздал в портал. В итоге мы с Дэйной оказались запертыми по ту его сторону. Вот и решили немного поучить земных студентов. А раз уж начали курсы — их необходимо завершить.

— Да и вообще понравилось нам это дело, — вставила Дэйна.

Гирзел согласно кивнул.

— Кстати, — он посмотрел на деда. — Ты ведь в своём времени управлял кланом, и коли уж так вышло, что теперь ты здесь, — наверное, мог бы подменять меня на посту главы?

Лортиан пожал плечами:

— Конечно, могу. Если только клан не будет против.

— А с чего бы это кому-то возражать? — вскинул бровь Гир. — В летописях не отмечено ни единого нарекания по поводу твоего правления.

— Ну, я на всякий случай сказал, — улыбнулся Лортиан. — А вот кстати об Андере — хотелось бы хоть одним глазком на старшего внука взглянуть.

— Вообще он обещал прилететь на нашу с Дэйной свадьбу, — поведал Гирзел. — Так что не только посмотришь, но и познакомитесь.

Кажется, Вазлисар при этих словах вздрогнул. По крайней мере, порядком напрягся — точно.

— Но ему ведь ни в коем случае нельзя приходить на Соктаву! — всполошилась Агидара. Их с мужем уже просветили насчёт причин такого положения вещей.[1]

— Нельзя, — со вздохом согласился Гир. — Поэтому на Соктаве мы лишь проведём ритуал бракосочетания, а сама свадьба будет в Муромцеве. В смысле, на Земле.

* * *

После ужина мы с Генри отправились к себе. День опять выдался насыщенным, и очень хотелось поскорее лечь отдыхать.

Ну, может быть, не совсем отдыхать… но лечь — точно!

Штурмовик принялся целовать меня, едва я взялась за пуговицы на блузке.

Тело тут же решило, что отдыхать оно и вовсе совершенно не хочет, а жаждет немедленно расплавиться в жарких ласках.

Глазом моргнуть не успела, как Генри повалил меня на кровать и продолжил избавлять от одежды, в очередной раз демонстрируя своё отточенное до совершенства умение одновременно раздевать и целовать обнажившиеся участки кожи.

Когда на мне не осталось ничего, он перешёл к более откровенным ласкам. За эти пару месяцев, что мы были близки, он изучил моё тело так, как я сама его не знала, и теперь делал всё, чтобы довести меня до исступления. Не забывал временами передавать инициативу и мне. А я в долгу не оставалась.

Вернувшись в реальность, обнаружила себя в объятиях Штурмовика. Мы так причудливо сплелись, что стало смешно и захотелось посмотреть на нас со стороны. Удивительно, как ещё в узел не завязались.

— Ты-то замуж за меня выйдешь? — вдруг спросил вампир.

Я уже почти прошептала «да», но тут меня шарахнуло осознанием, что всё не так просто.

— Что — не выйдешь? — Штурмовик моментом напрягся — очевидно, безошибочно почувствовал перемену в моём настроении.

— Видишь ли, в чём дело… — промямлила я. — Ты ведь вернёшься в Штаты, у тебя там клан…

Генри взял мою голову в ладони и заставил смотреть ему в глаза:

— Ты не желаешь переезжать в Нью-Мексико? Почему?

— Не то чтобы не желаю… — продолжала я мяться, не зная как перейти к сути проблемы. Тем более что не видела никакого решения. — Ладно, — выдохнула, набираясь смелости. — Короче говоря, у меня есть племянник. Я его очень люблю, и он меня тоже. Можно даже сказать, что я ему почти как мать.

— Почти как мать? — изумлённо повторил мужчина. — А что же его родная мать?

— Нет у него родителей — погибли, — буркнула я. — На той проклятой войне.

— Ну, значит, возьмём твоего племянника с собой, — сказал он. И я прямо почувствовала, как его отпускает напряжение.

Ох, если бы всё было так просто!

— Генри, его родителей убили вампиры…

—…И он нас ненавидит, — закончил за меня Штурмовик.

Мне ничего не оставалось кроме как кивнуть.

— Но я в той войне участия не принимал! — вскричал он.

— Это мало что меняет. Ты — вампир.

— Вот какого дьявола вы так упорно прививаете ненависть к вампирам даже детям?! — зарычал мужчина, стискивая кулаки. — Кстати, ты и сама ещё недавно люто нас ненавидела, а теперь… — он посмотрел мне в глаза.

— А теперь я люблю тебя, — призналась честно. — Генри, я не знаю, что мне делать! — от отчаяния правда хотелось выть.

[1] Напоминаю, что история Андера, старшего брата Гирзела, рассказывается в цикле «Суженая из другого мира».