ГЛАВА 17
— Выпьешь со мной, Демьян… Валерьевич?
Что-то в последнее время молодые женщины упрямо называют его по имени-отчеству да ещё и с толикой иронии.
— Мне на сегодня хватит, Дарья, — прохладно отозвался он, поворачиваясь.
Перед ним стояла Дарья Волкова, любовница владельца металлургического завода Петисона. В прошлом — содержанка Демьяна. Расстались они по его инициативе. Два года назад. И в последнее время он всё чаще и чаще якобы случайно с ней сталкивался. Степан уже сообщал ему, что она активничает за спиной, выискивает информацию, какие встречи у него назначены и пытается всеми правдами и неправдами попасть на закрытые мероприятия.
Выглядела Дарья неплохо: изящное коричневое платье, короткая стрижка, колье с настоящими бриллиантами. Петисон щедр. И вроде бы за Дарьей он раньше не замечал глупости, так зачем она сейчас ищет неприятностей? Петисон быстро сложит дважды два и останется очень недоволен. Последняя его любовница погибла в аварии.
Дарья игриво отсалютовала:
— Жаль. Очень жаль. Тогда, может…
— Не может, Даша, — всё так же спокойно перебил её Демьян, лаконично кивнул, прощаясь, и отошел.
Петисон ещё и злопамятный. Навредить Демьяну всерьез он не сможет, но напакостничать по мелочам — запросто. И дело не в том, что Петисон дорожит Дарьей. Тут дело принципа.
Демьян отошёл от девушки, чувствуя, как та яростно прожигает взглядом ему спину.
Пусть…
Он посмотрел на часы. Ещё минут сорок и можно уезжать. Правила соблюдены. Со всеми с кем надо встретился. Обговорил. Последние рабочие дела отрегулированы, указания даны. Демьян не помнил, чтобы когда-либо так основательно готовился к отпуску. Справедливости ради стоило заметить, что и отпуск на десять дней он никогда не брал. Может, и было дело, по юности, но опять же, не так основательно готовился.
Не ждал его, едва ли не дни считая.
Тарисов был трудоголиком, и менять что-либо в своей жизни не намеревался. Ему нравилось быть тем, кем он был. Если бы не нравилось — давно бы ушел в бизнес или занял другую нишу.
Финансы его всё. А когда сюда примешиваются политика и власть… Редкий мужчина сможет устоять.
Он бы и дальше продолжил в том же духе. Ближайшие полгода-год — точно. На Новый год свалил бы со Степаном и какой-нибудь красоткой в Куршавель или на Красную Поляну, там сейчас тоже очень цивильно и встретишь всё те же лица, что и Тарантезской долине. Ему хватило бы три-четыре дня. Два дня на жесткий загул и трах, два дня на восстановление. Ничего нового. Организм бы отдохнул и был готов покорять новые вершины.
А они имелись…
Демьян переиграл. Не сказал бы, что ему нравится менять планы. Всё-таки за последние семь лет у него выработался довольно четкое расписание. Не говоря уже о запланированных встречах, некоторые из которых назначались за год-два. Так далеко он ещё не заглядывал в виду новых событий.
У него будет десять дней.
И за эти дни надо сдвинуться с мертвой точки.
Многие люди ненавидят состояние подвешенности, когда им кажется, что события надо форсировать немедля. Он же — любил. Есть в предчувствии особая прелесть. Люди торопятся, совершают ошибки. Принимают непроверенные решения. Не просчитывают комбинации отходов, действуют поспешно, ведясь на эмоции.
Сейчас придется действовать иначе.
Время поджимает.
И если журналисты ещё не узнали о том, что в его доме проживает женщина с ребенком, то это чудо. Пора Юлю выводить на арену. Только как, если эта женщина настырно сопротивляется?
О, прошедшие дни были мирными. Прямо до тошноты. Идеальная улыбка Юли, сдержанный тон, ровный голос. Девочка дала себе определенные поведенческие установки и соответствовала им. Лишь в те минуты, когда он купал Сережу и как бы невзначай задерживал внимание на ножках сына, на его пальчиках, легкая тень касалась лица Юли. Она готова была сорваться и бежать на помощь сыну. Глупышка. Её эмоции с легкостью считывались, да она их особо и не прятала.
Зато избегала оставаться с ним наедине. Дверь запирала на ночь, когда уходила укладывать Сережу спать. И телефон вырубала, зараза мелкая. Утром видеться не могли — Демьян уезжал рано. Приходилось жертвовать часами сна, чтобы побыть с сыном вечером. Хотя бы пожелать ему спокойной ночи.
Пока так.
Мальчик встречал его по-разному. Иногда радовался, иногда капризничал и ни в какую не шел на контакт. Вчера и вовсе расплакался, отказавшись общаться. Демьян поджал губы, вспомнив вечер и то, как демонстративно сын залез на кровать, хотя Юля и сказала, что спать рано.
— Что случилось? — Демьян на самом деле не понимал. Ещё голова разболелась под вечер. Переговоры с японцами прошли не так быстро, как он рассчитывал. А потом был ужин, от которого он тоже не мог отказаться.
— Сережа хочет домой.
Эта фраза тоже не пришлась ему по душе. Демьян не стал уточнять, где отныне дом его сына. Рано ещё.
— И он соскучился по дедушке и бабушке. Мы задержались у тебя, Демьян.
Вроде бы и спокойно сказала, зараза, а глаза настороженно смотрят. Выжидающе.
Сегодня суббота. Банкет в честь дня рождения дочери мэра в самом разгаре. Все, кто нужен, уже осведомлены, что Тарисов собрался в отпуск, и подошли к нему. Он выждет ещё немного. Водитель знает, когда подгонять автомобиль.
Взгляд Демьяна лениво скользил по залу. День рождения отмечалось с размахом, хотя сама именинница скучала. Старательно делала вид, что ей интересно. Сама сто процентов мечтала поскорее сбежать к ровесникам в закрытый клуб и оторваться по полной, сбросив маски приличия и необходимость соблюдать светские рамки.
Данное мероприятие больше для отца, для его статусности.
Демьян направился к двери, когда телефон в нагрудном кармане звякнул. Не сбился с хода, но внутри царапнуло дурное предчувствие. Этот телефон был особым, номер практически никто не знал. Кто знал, звонили по нему в экстренных случаях.
Мужчина спокойно достал телефон. Так, и к чему ему готовиться?
Он нажал на кнопку. Входящее сообщение… от Юли.
А вот это неожиданно.
Два дня назад он дал ей номер, правда, так же проинструктировав, в каких случаях по нему надо связываться. Юля отреагировала, как он и ожидал — никак.
У Демьяна не возникла мысль, что с Сережей что-то случилось нехорошее. Ему бы сообщили сразу. И не сообщением. Когда дело касалось близких Тарисова, разговор был более коротким.
Тут что-то другое.
Более чем интересно…
«Я согласна на отношения».
Мужчина даже не успел удивиться, когда следом пришло ещё одно сообщение.
«На фиктивные».
Его умница…
На губах Демьяна заиграла предвкушающая улыбка.
Ну-ну.
Возможно, для себя Юля и будет думать, что между ними всё фиктивно. Он не против. Блажен, кто верует… Для её душевного спокойствия он поддержит иллюзию фикции. Ему хотелось бы ей помочь. Как-то улучшить эмоциональный фон. Успокоить.
Чтобы она перестала настороженно к нему относиться. Она вроде бы и идет на контакт, но Демьян видит, что с усилием. Каждый раз Юля заставляет себя. Не то, чтобы Тарисова напрягало подобное отношение. Он давно научился равнодушно относиться к эмоциям других людей. Работа такая.
В мире несколько людей, чье мнение его волновало.
На данный период Юля в их число входила.
И… Демьян не возражал.
Ему нравилась эта девочка. Сильно.
Да, все-таки интуиция редко его подводила.
И ведь был же момент четыре года назад, когда Демьян хотел её найти! Он помнил то утро. Проснулся, а её рядом нет. Только шлейф нежных духов и пряный запах секса напомнил о ночном безумии.
Тарисов прилетел на Кипр встретиться с японцами. Встреча прошла быстро и продуктивно. Обе стороны оказались довольны результатом. Вечером планировалось безделье, что вполне устраивало Демьяна. Последующие два дня оказались у него свободными, что само по себе выдавалось редко. Он хорошо помнил, как решил себе позволить эти дни. Почему бы и нет?
Демьян любил море, так же сильно, как и океан. На Кипре у него не было своего дома, он арендовал виллу и подумывал, чтобы вылететь с утра в Испанию, где у него как раз имелось поместье. Потом решил задержаться. Смысл? Больше времени потеряет на разрешение и сам перелет.
Прогулка перед сном не обещала ничего нового. Прихватив бутылку с шампанским, Демьян вышел в сад. Где-то рядом плескалось море, вот к нему он и направится. Ему нравился этот вечер. Тихо, спокойно. Хорошо.
Мужчина проходил мимо шезлонгов, когда взгляд зацепился за белое пятно на сером матрасе. Что за… Демьян нахмурился и недобро усмехнулся.
Ну вот. Опять двадцать пять. Кого на этот раз к нему подсунули?
Спроси Демьяна, он и не вспомнил бы, сколько раз к нему подкладывали девочек разных мастей. Профессионалок, дочерей. Самостоятельных охотниц и тех, кто ходил под свахами. Больше всё-таки первых. Опытных жриц, которые точно знали, что делать и какую информацию выуживать. Были и шпионки.
А кто ты, незнакомка в символичном белом платье?
Демьян сделал глоток шампанского из горла. Бокал он принципиально не взял.
Итак, и что ему делать со… спящей красавицей?
Сначала у мужчины возникли подозрения, что девочка притворяется. Он подошёл поближе. Прислушался. Дыхание ровное. Спит? На самом деле? А как же работа, красивая? То, что девочка будет красивой, он не сомневался. Дурнушек в его окружение не пускали.
Демьян задержался, смотря на идеальные ноги минуту, вторую.
После чего сделал ещё один глоток. Становится интереснее.
Кто ж так соблазняет, маленькая?
Демьян присел рядом. И личико-то спрятала. Ладно, он готов пока исследовать и фигурку.
Миниатюрная, невысокая. Но ножки длинные. Он уже представил, как закинет их себе на плечи.
Наверное… Если она будет достаточна интересна и покладиста. Не до строптивых. Да и понятно, что не для этого пришла на частную территорию.
Демьян поставил бутылку на землю и более внимательно начал осматривать незнакомку. Что-то в ней было. Притягательное. Тарисов снова нахмурился. Не видя её лица, он возбуждался. В его жизни был период, когда традиционные отношения с женщинами потеряли остроту. Он пробовал иное, и хорошо, что вовремя откатился назад. БДСМ и прочие игрища не пришлись ему по вкусу. Демьян успокоился и пришёл к выводу: значит, в своё время у него будет договорной брак, который укрепит его позицию. Всё.
Не прошло и года, как отношение и любовь к сексу вернулись. Видимо, Демьян столкнулся с эмоциональным выгоранием. Вершины взяты, азарт, что толкал его вперед, немного подугас.
Незнакомка заинтриговала. Он дотронулся до её лодыжки, повел руку выше.
Приятные ощущения. И возбуждение закручивалось сильнее.
Дальше — интереснее. Девочка проснулась, испуганно дернулась. Голос удивленно задрожал, словно она не ожидала встретить Тарисова.
Демьян призадумался. Никто, ни единая душа не знала, что он выйдет в сад. Конечно, всегда есть вероятность, погрешность в расчетах. Его пытаются зацепить всегда и везде. Это нормально. Компромат на Тарисова — благое дело.
Девочка попыталась улизнуть. Тоже продуманный шаг или… Нечто иное?
Демьян попробовал её. Сначала осторожно. И с некой долей удивления отменил, что она так же исследует его. Да ну нахер…
Её губы оказались вкусными. Как и она сама. Мягкая гладкая кожа, упругая плоть. Оргазм был ярким. Взрывным.
Захотелось ещё.
Продолжения, когда она захочет и, возможно, даже на её условиях.
Девочка не говорила лишнего и продолжала зажиматься, расслабляясь, лишь когда он её трогал. А он трогал её везде. Жадно, снова и снова проводя рукой по талии, груди, бедрам.
Он не мог ей насытиться. Страсть обжигала внутренности.
Ему мало, черт побери! Он поставил её на колени, распластал ладонь на пояснице, заставляя прогнуться.
Совершенная, ладная девочка.
— У меня завтра свободный день. Можем выйти в море.
Он уже предчувствовал приятный день. Всё-таки не зря он решил задержаться на Кипре.
А потом она сбежала. Тоже интригуя…
У Демьяна мелькнула мысль найти её. Найти и наказать. Нежно. Потом чуть жестче. И снова нежно. Утром он снова и снова прокручивал происшедшее. Если она засланный казачок, то непременно обнаружит себя сама. Придет. Ненавязчиво обозначится.
Она не просто заинтриговала его. Она разожгла в нем огонь.
Который Демьян потушил ближе к следующему вечеру, вылетая с острова.
Если одна встреча так его дезориентировала, то что будет дальше? У него проекты, ужин с Президентом. И связь, что грозила штормовыми эмоциями, ему ни к чему. В Демьяне проснулся финансист. Не до страсти ему. Сейчас так точно. Удобнее, когда женщины не тревожат сердце, лишь плоть.
Пусть незнакомка с Кипра останется приятным воспоминанием. И только.
Как оказалось, не всё он мог просчитать. И порванный презерватив — тому подтверждение. Четыре случая на тысячу, именно такую статистическую погрешность приводили специалисты с большими оговорками.