Глава 39

Снег повалил совершенно внезапно. Густые хлопья стремительно падали на землю под тяжестью собственного веса. Как всегда с опозданием, МЧС передало сообщения об изменении погоды в тот момент, когда в городе уже начались пробки. Впрочем, все к этому давно привыкли, да и отступать перед силами природы в городе никто даже не думал.

Автомобиль стоял в череде других машин, и дворники работали на пределе, стараясь справиться с пеленой налипшей белой массы на стекле.

- Возможно, если бы ты не спал, то мог остановить ее… - Влада вздохнула, бросив взгляд на бегущих по тротуару людей.

Глеб чуть сменил положение в кресле и покрутил головой, разминая шею.

- А камеры? Бархатов ведь видел, как она уходила? Потом, на следующий день, когда узнал? - продолжала вслух размышлять Влада.

Глеб посмотрел на нее долгим изучающим взглядом.

- Зачем тебе все это? Чего ты хочешь добиться?

Влада втянула голову в плечи, насупилась раздумывая. Затем подняла подбородок и сказала, глядя перед собой:

- Человеку нужен человек… Она была совершенно одна. Никому не нужна. Даже собственной матери…

Глеб шумно сглотнул и отпустил сцепление, едва не пропустив движение машины перед ними.

- Это было ее решение… Уйти от Бархатова, - нерешительно произнес он.

Влада усмехнулась:

- Иногда это стоит сделать гораздо раньше, да? – повторила его недавние слова.

- Ты загоняешь меня в тупик.

- Мы уже там, Глеб… - Влада приподняла руки, чтобы затянуть по привычке хвост, но руки поймали лишь воздух. Она провела ладонью по гладким волосам на затылке и покачала головой. – Ты даже не представляешь, что я сейчас чувствую…

- Как и ты, - ответил Глеб и сжал зубы.

- Но я бы хотела, - Влада посмотрела на него, отмечая каждую родинку на лице, маленький шрам на подбородке и чуть заметную вену на виске, - понять, что же произошло на самом деле. Поверь, это не простое любопытство. Я сейчас тебе скажу одну вещь… Ты можешь мне не поверить – это твое право. Просто выслушай меня, хорошо?

Глеб молча кивнул, сосредоточенно глядя на дорогу.

- И не перебивай по возможности, - Влада перевела дыхание. – Я… я не привыкла делиться своим личным. И возможно, это сейчас совершенно лишнее. Да и касается даже не столько меня, сколько Стаси. Стаси Иволгиной, которую я знала когда-то… - Влада облизала губы, ощутив на них соль. Даже не заметила, как из глаз полились слезы.

- Послушай, может быть не надо? – Глеб, не глядя на нее, нашел ее руку и крепко сжал. – Я сразу понял, что ты не случайно оказалась рядом. Нет, не так… Я рад, что ты появилась. Нет, опять не то… То есть, да, я рад. И мне нравится, когда мы вот так едем, и говорим, и смеемся… Ты похожа на нее, очень похожа! Если смотреть издалека, а потом сразу отвести глаза… Но я только один раз вдруг подумал, что ты - это она… В торговом центре… Но я знал, что этого не может быть.

Влада всхлипнула и вытерла свободной рукой глаза, даже не озаботившись тем, что размазала тушь.

- Я сделала это специально… дура… - губы Влады распухли, но она все продолжала их кусать, до боли сжимая зубами. – Хотела стать похожей на нее. От зависти…

- Господи, к чему?

- К красоте, к тому, что она такая… такая…

- Тебе это совсем не нужно. Ты добрая и светлая… - голос Глеба потеплел.

- Нет, ты не знаешь меня! – воскликнула Влада. – Я злая, мелочная, завистливая! Я хотела, чтобы все, что есть у нее, стало моим… Просто так, понимаешь? В то время, пока она добивалась чего-то, я плыла по течению. Все как-то само собой происходило, будто это не моя жизнь, и не мне решать, что мне необходимо… Иногда я думаю, что если бы у меня было чуточку больше мозгов, то она бы смогла достучаться до меня. Если бы у меня были мозги и время…

Глеб нахмурился.

- Мы познакомились в приюте. Я была там недолго, когда была еще подростком… Увидела ее и подумала, что… - Влада махнула рукой, - Неважно… Фильм есть такой, старый, «Королевство кривых зеркал» называется. В нем Оля и Яло, две сестры-близняшки, которые всегда вместе, борются с плохими героями. Ну так я не то, что ты подумал. Я ни та, ни другая. Я Акюдаг – гадюка! – Влада перевела дыхание. – Надумала всего, нашла на что разобидеться на всю жизнь… Из-за мальчика. Бред какой-то, ей-богу… И ведь самое страшное, что я эту обиду все эти годы кормила, словно ту гадюку, у себя на душе. Но ведь Стася была и тогда достойна всего самого лучшего, она уже тогда была яркой, свободной, безбашенной... Ничего не боялась. Никого не слушала… Жила сама по себе… А я так не могла.

- И ты уверена, что она до сих пор оставалась такой? – искренне изумился Глеб. – Разве не знаешь, что люди меняются? И меняются гораздо быстрее, чем ты можешь себе это представить.

- Теперь знаю… - прошептала Влада. – Но я не хочу, понимаешь?! Не хочу, чтобы она менялась! Я хочу, чтобы она оставалась прежней! Чтобы она была… живая… - выдохнула Влада и закрыла лицо руками, захлебнувшись в собственных слезах.

- Иногда это невозможно. Если человек решил, что… - Глеб осторожно подбирал слова, но мысль его никак не хотела укладываться в нужную фразу.

Влада повернула к нему покрасневшее лицо в подтеках туши.

- Она не могла… - часто закрутив головой в отрицающем его словах жесте, Влада сощурила моментально высохшие глаза. – Ты не знал ее. Она бы никогда… Ее заставили… И я докажу, что ее убили. Я все равно это докажу.

- Как? – еле слышно произнес Глеб.

- Если бы я знала… Но, поверь, я доберусь до правды, - Влада почти полностью развернулась к нему. – Скажи, Стася хорошо водила машину?

- Как сказать… лихачить любила… Но в городе вряд ли могла себе такое позволить, - осторожно сказал Глеб.

- Ночной город зимой почти вымирает. Дороги за городом в такую погоду чаще всего пусты. В центре еще ездят такси, но это было раннее утро, не забывай… Вы с Бархатовым крепко спали, - в голосе Влады неуловимо сквозил вопрос, но Глеб словно пропустил его мимо ушей. – Что все-таки с камерами?

- Кажется, Бархатов не включил их тогда… - нехотя ответил парень.

- Что-то произошло между ними ночью… Я знаю. И она решила уйти. Уехать как можно дальше от этого… этого человека. Тормоза были неисправны. Ты об этом не знал, хотя это входит в твои обязанности. Значит, это сделал человек, который вхож в дом, или тот, кто живет там… - Глаза Влады расширились и наполнились решимостью. – Он чуть не убил ее на охоте, ты знаешь?

- Это был несчастный случай… Полгода уже прошло, и она все равно была с ним…

- Он не отпускал ее! – убежденно сказала Влада. – И не хотел отпускать в тот, последний, день. Возможно, предчувствовал, что это может произойти.

- Я не понимаю, к чему ты клонишь? - Позади раздались гудки, и Глеб вдруг опомнился, словно позабыл, что он на дороге. Чертыхаясь, стал выруливать вслед за потоком.

Снегопад не уменьшался - сыпал, будто на небесах вспороли пуховую перину. Или одеяло, серое и тяжелое, размером с небо, конца и края которому было не видно. Казалось бы – короткая передышка между морозными днями, но и тут природа требовательно заявила свои права, чтобы помешать привычному распорядку и человеческим планам.

- Он испортил тормоза, - пугающе спокойно сказала Влада.

- Кто? – ошарашенно переспросил Глеб.

- Бархатов. Он сделал все, чтобы она погибла.