43. Вик
И просто поверь, что нынче ты в отпуске
Это было удивительно, потому что невероятно. Вероника приехала, не передумала, не потерялась, и даже не каждую минуту помнила о том, что они вместе работают и всю эту хрень. Она была хрупкой и чудесно нежной, смотрела, не отрываясь, говорила какие-то ласковые глупости, которых от неё вообще было невозможно ждать. Если судить по сидящей в кабинете Мисс Финанс.
И утром она щурилась и снова целовала его, а они же в этот раз никуда не торопились, то есть на работу-то надо, но ведь можно выехать позже… в итоге на кофе снова осталось буквально пять минут.
Всё было бы вообще идеально, но ночью пошёл дождь. Да весьма нехилый. Вероника смотрела с балкона, держа в руке ту самую чашку кофе, и вздыхала. Вик вышел за ней утешить — да ну, может, ещё кончится. До вечера время есть.
Договорились проверить все текущие дела и под благовидными предлогами исчезнуть с работы в обед. Да мало ли дел в городе у начальства! И вообще, должны же быть у должности ну хоть какие-то привилегии, не всё же одни обязанности!
В конторе было подозрительно тихо и подозрительно пристойно. Это радовало, но Вик чувствовал тем самым местом, каким положено, что это ненадолго. В имеющихся условиях бесперебойная работа всех служб выглядела слишком хорошо и не могла продолжаться бесконечно. Значит, надо пользоваться, и линять из города в лес, пока не началось.
Тем более, что дождь кончился аккурат в обед. По всему городу разлились громадные лужи, ну и хрен с ними. Не впервой, прорвёмся. Может, в лесу-то дождя и не было.
Дома Вик был в начале третьего. В принципе, всё лесное снаряжение хранилось в относительном порядке в кладовке, и нужно было только всё достать и подготовить. Также подготовить жратву для его котовьего высочества, который в восхищении носился по куче вещей, а потом нашёл котелки и принялся их нюхать, а потом чесаться об них всеми частями тела. Тётя Нина обещала навестить паршивца лично, она ещё не видела пополнение в хозяйстве племянника и хотела познакомиться.
Звонок Вероники раздался в начале четвёртого.
— Вик, топор брать?
Какой ещё к хренам топор? Она что, думает, у него топора нет?
— Ээээ… Вероника, а зачем тебе брать топор?
— Ну мало ли, вдруг дополнительный нужен. Дальше, что с палатками?
— С меня. Палатка, коврик и большой просторный спальник.
— Точно, ты что-то говорил про коврик. А мне-то что взять?
— Себя, одежду, посуду.
— Котелки? Сковородка? Крючки для костра? Верхонки? Что там ещё бывает? И что с едой?
— Еду Майк уже погрузил.
— Всю что ли?
— Именно. Бери себя, всё, что тебе нужно на двое суток, и приезжай уже. Я уже скучаю, не поверишь.
— Ко скольки у тебя быть?
— Да чем раньше, тем лучше.
— Тогда я уже почти что выехала.
Отличная новость, подумал Вик. И понёс в машину упакованный рюкзак. Кое-какие детали в рюкзак не влезли, ну да и хрен с ними, не первый раз, прорвёмся.
Вероника появилась ровно в тот момент, когда он всё упаковал. Чёрт побери, как же круто, когда она выходит из машины и подходит обняться! Непридуманная, тёплая, настоящая.
— Как хорошо, что никто не видит, — пробормотала, смеясь.
— Да и хрен бы с ними, душа моя, хоть бы и видели.
Вик загнал её машину на свою подземную парковку — пусть стоит до воскресенья. А до неё тем временем дошло, что они едут не на электричке, и это было забавно.
— На машине? На Орлёнок?
— Ну да, чего особенного? — Вик забавлялся. — До Витязя отлично доедем.
— А дальше?
— А дальше дойдём. Короче, увидишь.
Её рюкзак оказался совсем лёгким, и правильно. Это с кем она в лес ходит, что таскает не только палатку с котелками, но и топоры? С одними девками, что ли?
Погрузились и поехали на Грязнова, в отцовскую городскую квартиру, там сегодня базировался Майк с семейством.
Его внедорожник стоял под парами во дворе, вокруг радостно скакали одетые в свежекупленную лесную одежду дети — Сашка и Аннушка. Алиса что-то делала в машине, Майка видно не было. Вообще он сначала хотел поехать на байке, но после дождя решил, что будет грязно, и в другой раз. И вся еда была благополучно упакована к нему. И хорошо.
Дети бурно обрадовались подъехавшей машине и немного притихли, когда увидели Веронику, наверное, от удивления.
— Здравствуйте, я Александр Михайлович, — Сашка с важным видом протянул руку.
— Добрый день, я Вероника, — протянула ему руку в ответ лучшая девушка на свете.
— А я Анна, — дочка Линни, когда хотела, была самым очаровательным ребёнком на свете. — Но ни в коем случае не Аня. Пожалуйста, — дополнила она свои слова улыбкой.
Но если её несло, то унять очаровательного ребёнка могли, кроме матери, только Полинька или отец. Полинька хмурила брови, строго смотрела, что-нибудь говорила по-итальянски. Работало. А отец просто обнимал внучку и терпеливо дожидался, пока она переставала кричать, вырываться и ругаться.
Сейчас работал режим «хорошо воспитанная девочка». И ура, что называется.
— Дядя Вик, а ты взял своего нового кота? — спросила Анна.
— Нет, детка, ему нечего делать в лесу. Если хочешь — на неделе приедешь в гости и познакомишься с ним.
— А можно, да? Ой, здорово! Я договорюсь с бабушкой, или с мамой, она же приедет во вторник, ты в курсе?
— Да, я в курсе. Лис, иди к нам, — позвал Вик.
Алиса выбралась из машины и подошла к ним.
- Привет, — она улыбнулась Веронике. — Я Алиса, мой муж копается в недрах дома, а мой сын уже успел представиться.
— Вероника, — та улыбнулась в ответ.
Вот и славно, все со всеми познакомились, и ок. Тем временем из подъезда появился Майк, он тащил гитару.
— Мы будем петь! — радостно завопила Анна.
— В лесу, — оборвала вопль Лис. — В городе — нет.
— А мы уже сегодня приедем в лес? Это далеко? Вероника, ты была в лесу? — Анна не теряла времени даром и уцепилась за Вероникин рукав.
— Была, но в том месте, куда мы поедем — нет, — ответила Вероника. — Я знаю, докуда мы должны доехать, и немного представляю, куда идти. И всё.
— А я даже не знаю, куда мы поедем. Но мама там бывала и мне сказала, что там очень здорово. И ещё она сказала, что все гады, потому что поехали и не дождались её.
— Вообще гады, — кивнул Майк преувеличенно серьёзно и закрыл багажник. — Ты смотри внимательно, и всё запоминай, потом ей будешь рассказывать.
— Обязательно, — важно кивнула девочка.
— Ладно, по коням, — Вик пригласил Веронику в машину.
Лис загнала детей на заднее сиденье, потом сели они с Майком, и можно было отправляться.
На Култукский тракт выбрались к половине шестого — весь город, как водится в пятницу, хотел на дачи и куда там ещё. Ничего, по Байкальскому тракту сейчас тоже несладко, наверное. Зато потом пошли с ветерком, и до Орлёнка долетели за какой-нибудь час. Ещё минут двадцать раздолбанной дороги — и здравствуй, Витязь. Остановились в знакомом месте, возле домика, там они обычно за некоторую мзду хозяину оставляли машины.
И начали разгружаться.
— А это скальник, да? А можно, мы пойдём и посмотрим? — Аннушка вывернулась из рук Лис, которая пыталась обрызгать её спреем от комаров. — А он тут вообще почему?
Вик никогда не задумывался, почему на Олхинском плато есть скальники, есть, да и всё, с детства это было аксиомой. Они с Майком переглянулись, помотали головами и Майк сказал:
— Идите, посмотрите, у вас минут пятнадцать, не больше. Скоро начнёт темнеть, нам бы до места добраться. В воскресенье здесь подольше погуляем.
Лис обработала-таки обоих детей, заговорив им зубы о том, что Витязь — это скала, и кто увидит там витязя, тот молодец, но смотреть вообще лучше с воды, а лодки у них сейчас с собой нет.
Вик взглядом предложил Веронике прогуляться с Лис и детьми, пока они вытаскивают вещи и архивируют их. Кроме рюкзаков, была сумка с какой-то частью продуктов, ещё одна сумка с каким-то хламом типа одежды, палатка Майка отдельным местом, плюшевый осьминог — его таскала с собой Анна, и гитара. Детям тоже полагались рюкзаки — маленькие, но как настоящие, с поясами и кучей разных ремешков.
— Аннушка захотела такой, ну и Сашке тоже сразу же понадобился, он на свой старый даже смотреть не стал, сказал, что в настоящий поход надо и рюкзак настоящий, — пожал плечами Майк.
Девушки и дети появились вовремя, Вероника увидела кучу вещей, и у неё снова случился разрыв шаблона.
— И как мы это всё сейчас куда-то попрём, стесняюсь спросить?
— Спокойно, всё учтено, — расхохотался Майк, её изумлённое лицо и впрямь очень уж смешно выглядело.
Надели рюкзаки, Майк взял сумку с продуктами, Вик палатку, Алиса одежду, а гитара досталась Веронике. Каким-то чудом Лис уговорила Анну пристегнуть осьминога к её рюкзаку — мол, он так и всё увидит, и ей не будет мешать. И двинулись дальше вдоль реки.
Дождь, мать его, здесь тоже был, и судя по всему, нехреновый. Приличная сухая тропинка местами превращалась в болотце, и Вик надеялся, что у Вероники достаточно приличная обувь. На детей пришлось надеть резиновые сапоги, и они радостно шлёпали в них по воде.
Вышли к Олхе, и оказалось, что дождь и тут подгадил, вода высокая, и мост частично затоплен. Ладно, перебрались. Им с Майком пофигу, дети в сапогах, а вот девушки, кажется, промокли. Разберёмся, но сначала надо дойти. Там ещё переправа весьма нетривиальная.
После отворота дороги на скальник Идол Вероника сказала, что дальше никогда не была. Вот и посмотрит.
К переправе подгребли на границе сумерек. Самое паршивое — вроде и видно что-то, но по факту-то ни хрена. А переправа такая переправа, в сухой день можно пройти и ног не замочить, а сегодня… Полчаса назад, в районе затопленного мостика, Олха имела песчаное дно и ленивое течение. Ну а здесь немного иначе, что ж теперь — природа, мать её.
Река в этом месте представляла собой скопище огромных валунов — курумник. И в идеале по этим валунам иди себе спокойно на другой берег, да и всё, но, как говорится, не сегодня. Напротив стоянки из бешено несущейся воды торчали только верхушки. Если кто летать умеет — то ничего, а с рюкзаками да с детьми — не особо.
Пришлось подниматься выше по течению, там удалось дойти примерно до середины реки. И было это так — сначала они с Майком стащили все рюкзаки на большой камень, потом туда же прочие вещи, а потом осторожно помогли дойти остальным, и слава Веронике, у которой были палки, Вик ещё подумал — на хрена, а оказалось очень даже круто.
Майк попробовал перескочить через поток на другой камень — получилось. Вернулся, взял свой рюкзак, попробовал с ним. Прокатило. Исчез. Вернулся минут через десять, без рюкзака. Проделал то же самое с рюкзаком Лис, её сумкой и палаткой. Подсказал Вику, куда целиться.
Ну, не зимовать же посреди этой хренской Олхи, в самом-то деле! Вик сосредоточился и прыгнул. Попал. Ну, то есть, куда надо. Дальше было, в принципе, легко и понятно, и вскоре он уже сгружал рюкзак на стоянке.
На обратном пути встретил Майка с сумкой жрачки и детскими рюкзаками. Осьминог задорно таращился на происходящую хрень.
Оставался рюкзак Вероники и, собственно, девушки и дети. Дети времени не теряли и уже пытались «как папа» и «как дядя Вик», но длины ног не хватало. Даже с палками.
С рюкзаком было проще всего — Вик надел его на себя и перепрыгнул с ним. И унёс на место.
С детьми тоже решилось. Майк, как самый напрыганный, велел Сашке забраться к нему на спину и крепко держаться за шею. Наверное, Сашка был не сильно тяжелее, чем его рюкзак. Вик усмехнулся и предложил Аннушке сделать то же самое. Аннушка пришла в восторг, мигом залезла к нему на спину и сопровождала прыжок радостным визгом. Дети были оставлены на камне со строгим наказом не сдвигаться с места ни на шаг.
Далее Майк снова прыгнул, а Вик остался на этой стороне. И сначала поймал Алису, а потом и Веронику. Вероника молчала, но в глазах её был страх, а Лис поругивалась. Но потихоньку, очевидно, чтобы не подавать детям дурного примера.
Всего-навсего час на переправе потеряли. А обычно это десять минут делов.
И на стоянке они все собрались уже перед девятью часами.
Анна заверещала, когда поняла, что в телефоне нет связи. Сашка посмотрел на свой и присоединился. Когда до детей дошло, что для взрослых это не секрет и не проблема, то они успокоились, хоть Аннушка и ныла, что хотела послать маме фоток этого места. На слова, что мама здесь сто раз была, только тяжело вздохнула.
Дальше ставили палатки — большую Майку с семейством и маленькую Вику с Вероникой. Веронике в очередной раз порвали шаблон надувными матрасами и насосом. Она уже даже не фыркала, а откровенно ржала — вы бы, говорит, ещё диван сюда припёрли, через эту переправу! Ну а что, будет надо — припрём, подумал Вик.
А вообще стоянка тут классная, и диван не нужен, потому что уже много лет как кто-то сделал лавки между деревьями, и к счастью, их никто до сих пор не пустил на дрова. И дров вокруг завались, да ещё и лиственничных. А какие-то предыдущие посетители оставили несколько пней. Таких небольших, и тоже из лиственницы. Детям выдали по фонарю и озадачили поиском хвороста, и они шустро пошли прочёсывать ближайшие кусты.
Палатки поставили, вещи разобрали, а тут уже и совсем ночь. Вик быстро развёл костёр, Майк притащил воды, девушки нарезали чего-то для бутербродов. Дети так увлеклись сбором хвороста, что с трудом согласились вернуться на стоянку, правда, когда просекли, что сейчас будет еда, то примчались быстрее ветра. Куча собранных веток внушала уважение.
Когда закипела вода в котле, туда бросили заварки и набранных рядом листиков свинячьего багульника. Тёти-Нинина буженина мгновенно исчезла, сыр и колбасу тоже подчистили. Пустили по кругу сначала Майкову фляжку с коньяком, потом фляжку Вика. Детям выдали шоколадку к чаю, а Сашка сказал, что уже не может и засыпает, и Лис увела его в палатку. Анна сидела и смотрела в костёр, и твердила, что не хочет спать, у неё ещё день. Ну да, по европейскому времени ещё совсем не ночь.
Ближе к полуночи и она сдалась. Котёл с чаем опустел, поставили второй. Петь не хотелось, все были какие-то замотанные. Майк притащил просто пенку, раскатал прямо на земле и завалился, и сказал, что пока ему и тут хорошо.
Когда изготовился новый котёл чаю, Вик зачерпнул по кружке себе и Веронике.
— Ты как, спать хочешь?
— Вообще да. В последние дни наблюдался острый дефицит сна.
— Допьём чай и пойдём?
— Легко. Где тут зубы чистят?
— У реки, но там ничего не видно.
— Я с фонариком.
Тропинка была прямая — не заблудиться, но он всё равно потащился за ней. Там надо осторожно, камни же. Постояли на берегу, послушали шум реки.
— Вон там, посередине, под водой, большой плоский камень. В хорошие времена на нём можно было загорать, — Вик показал фонарём направление.
— Так может быть, вода ещё спадёт.
— На то и надежда. Ещё раз так корячиться не хочется, — усмехнулся он.
— А вы крутые. Раз-два, попрыгали, все вещи и всех детей перетащили.
— Да нормально, чего только делать не приходится. Ладно, пошли. А то правда — залезем в палатку и уснём.
— А ты не хочешь спать? — тихо рассмеялась она и погладила его по щеке.
Когда-то давно он во сне увидел у неё такой жест. Поймал ладонь, прижался к ней губами.
— Я хочу всего.
— Разом?
— Последовательно.
Конечно, спать сразу никто не собирался, а как собрались, то оказалось, что опять уже светает. Лес, во всяком случае, ощутимо посветлел. Когда Вик вылез из палатки, то увидел Майка и Лис, обнявшихся на пенке между костром и лавкой. Сверху на них была накинута Майкова флиска, они о чём-то тихо шептались.
Люди знакомы двадцать лет. И десять из них женаты. И не надоели друг другу. Значит, задача в принципе имеет решение.
В палатке была тёплая и сонная Вероника. Вик обнял её и подумал — круто же, за больше чем полсуток ни одной мысли о работе. И тоже уснул.