Глава 17

Марта

— Мария Николаевна? — спросил незнакомый женский голос с незнакомого номера.

Хоть и советуют не брать трубку, если звонят с незнакомых номеров, но это не самый лучший вариант. Так можно и что-то реально важное пролюбить. Поэтому я брала и молчала, ожидая, что скажут. Если не говорили ничего, скидывала и отправляла в блок. Если говорили что-то не то — туда же.

Первым побуждением было поправить, что не Мария, а Марта, но не стала. Может, вот так мошенники и хотят затянуть меня в диалог.

— Слушаю, — буркнула неприветливо, держа палец у красной кнопки отбоя.

— Это из ТСЖ. Диспетчер.

Я дотянулась до еще не оплаченной квитанции и сверила номер. Надо же, точно диспетчер.

— Слушаю, — повторила, палец от кнопки убрав.

— Завтра в вашей секции будут менять стояк холодной воды на кухне. С десяти до четырнадцати. Вам нужно быть дома и предоставить доступ к трубам.

— Да вы издеваетесь?! — взорвалась я. — Мы к вам пять лет колотились, у вас не было возможности. А теперь предупреждаете накануне вечером.

— Ну, значит, всем поменяют, а вам нет, — невозмутимо ответила диспетчерша и отключилась.

Прекрасно! Замечательно! Великолепно!

Бабушка купила квартиру в новом доме в конце нулевых. Очень даже приличный дом был. Точнее, казалось, что приличный. Баги полезли позже. Построили его на пустыре, на месте тухлого болотца, и несколько лет дом оседал, обрастая ветвистыми трещинами. На них ставили маячки — выглядело, будто стена в лишаях. Потом дом стабилизировался, трещины плодиться перестали, но оказалось, что при строительстве нарушили все, что можно, и что нельзя — тоже.

Не прошло и пяти лет, как напор воды в трубах стал падать, все сильнее и сильнее. Особенно холодной и особенно на кухне. Чугунные трубы стремительно зарастали изнутри всяким дерьмом. Я видела в чате фотки — просвет меньше мизинца.

Бабушка регулярно жаловалась в ТСЖ, на что там неизменно отвечали: возможности для замены нет, ресурс не выработан. Вот если прорвет — тогда да, тогда поменяют. То, что чайник набирается минут пять, за аргумент не принималось.

«Марфуш, как думаешь, — говорила она, — может, проковырять дыру в трубе? Может, тогда поменяют?»

Проблема заключалась еще и в том, что до трубы сначала надо было добраться. Короб предусмотрительно заделали съемной панелью, но чтобы убрать ее, надо было сначала выдвинуть часть кухонного рабочего стола и снять один из навесных шкафов. Работа для крепкого мужика, а не для старушки и худосочной девицы.

Наконец, когда вода практически перестала течь, чаша народного гнева переполнилась. Был громкий скандал с привлечением городской администрации и телевидения, после чего стояки начали потихоньку менять — на пластиковые, которые зарастали не так быстро. Однако никакого четкого графика не было. Судя по сообщениям в чате, счастливчикам вот так же звонили и говорили: завтра меняем вашу секцию, с такого-то по такой-то этаж. Если кто-то не мог, оставлял без воды не только себя, но и прочих пользователей трубы, потому что вся секция уходила в конец очереди.

Если бы я не поссорилась с мамой, точнее, она со мной, могла бы попросить ее. Пришлось звонить зав кафедрой и отпрашиваться. Он страшно не любил такие вещи, но поскольку студенты еще были на каникулах, со скрипом разрешил. Однако это не снимало проблему доступа. Андрей все так же работал допоздна. Просить кого-то из дворников? Бригадиром у них был очень приятный дядечка, но пожилой, а другие выглядели как-то стремно.

Оставался чат взаимопомощи. Поколебавшись немного, я открыла его и написала:

«Марфа. Требуется крепкий мужчина, чтобы добраться до стояка для завтрашней замены. Нужно выдвинуть часть кухонного стола и снять навесной шкаф. Кофе и печеньки гарантирую».

Прошло полчаса. Я успела вытащить все из стола и из шкафа. Сообщение значилось как прочитанное, но реакции не последовало. Может, надо было по-другому написать? Вознаграждение гарантировать, а не кофе с печеньками? Значит, все-таки придется идти на поклон к дворникам. Или искать в сети какой-нибудь сервис?

Телефон пискнул: пришло сообщение в телегу, но не в чат, а в личку.

Роман?! Похоже, кармический бумеранг не только в плохом работает, иногда и в хорошем.

«Роман. Марта, могу зайти минут через десять. Джоя домой отведу».

Я подошла к окну и увидела их на обычном месте — у трансформаторной будки.

«Марфа. Спасибо большое! Можете прямо с Джоем, он не помешает».

«Роман. Да он лапами грязными вам все перетопчет».

«Марфа. А я тряпочку дам».

«Роман. Окей, идем».

Я сама не могла понять, зачем мне понадобился Джой. Почему-то захотелось, чтобы они побывали у меня в гостях оба. Ну, не совсем в гостях, конечно, больше по делу, но неважно.

Открыв на гудок домофона, я встала на пороге аж с двумя тряпками — мокрой и сухой. Джой вышел из лифта и остановился, глядя на меня.

— Иди уже, — подтолкнул его Роман и взял тряпки. — Добрый вечер еще раз.

Пока Джой с вытертыми лапами изучал новое место, я достала из тумбочки гостевые тапки. Надев их, Роман зашел на кухню, осмотрел фронт работ и присвистнул.

— Да тут все по-взрослому. Боюсь, разбирать придется. Инструменты есть?

У бабушки был ящичек, но я использовала несколько раз только молоток и отвертку. Достала из кладовки, вернулась и услышала, как Роман сказал по телефону:

— Не беспокойся, мы тут с Джоем зашли в одно место.

Женский голос, явно недовольный, ответил что-то неразборчиво.

— Да, именно туда, — отрезал Роман и отключился.

Блин…

Я хоть сообщение свое из чата удалила, жена Романа вполне могла прочитать его раньше и смекнуть, в какое «одно место» они зашли.

— Проблем не будет? — спросила осторожно.

— А, фигня, — отмахнулся он и открыл ящик. — Так что там насчет кофе с печеньками? Будет?